Глава 13 · Я, жрица смерти и мертвый бог

О мире, в котором мы оказались, ничего конкретного я сказать не могла. По крайней мере, пока.

Мы свалились на ничем не примечательную поляну посреди ничем не примечательного леса. Судя по положению светила, тут стояло раннее утро.

Я сидела на траве и тяжело дышала, пытаясь унять бешено колотящееся сердце. Лия стояла рядом и с любопытством озиралась по сторонам.

Прядущий лежал вверх лапками у меня на ладони и ошалело бормотал:

– Ну что? Все живы? Надо проверить… Раз лапка, два лапка… – тщательно считал паук свои лапки, – семь лапка… Вроде все… Так, стоп! – истошно завопил он. – Как это семь?! Восьмая где?! Где моя восьмая лапка?! Ааа! Каринка! Лапка моя восьмая где?!

– Прядущий, прекрати вопить, – я усмехнулась, – ты ею считаешь.

– А, ну да… Фуф… – расслабился он.

– А мы где? – повторила свой вопрос Лия.

– Не знаю, – ответила я, вставая. – Нас могло забросить куда угодно.

– Ну, допустим, не куда угодно, – возразил Прядущий, – учитывая, что твоя подруга использовала при создании артефакта осколок Астракцида.

– И что это значит?

– Кристалл мог забросить тебя только в тот мир, в котором ты уже была. Потому что путь он черпал из твоей памяти, – милостиво объяснил паучок.

– Я все равно этот мир не узнаю. – задумчиво пробормотала я, оглядываясь. – Одно радует, что это не Арцахес. Ну ничего, сейчас мы позовем Авенсиса, и он скажет Эридану, где мы…

– Ты что сдурела? – мрачно перебил Прядущий. – Звать сюда грифона – это просто верх идиотизма. Красные Монахи здесь. Они же способны следовать за жрицей куда угодно – в любой мир, пусть даже запертый и блокированный на телепортацию. Вот и сейчас они за нами отправились. Причем у них даи. Так что Авенсиса мигом засекут, а значит, засекут и нас. А учитывая, что ты без талисмана, то дело заранее обречено на провал.

– Ну и что ты предлагаешь? – я нахмурилась.

– Идти к порталу.

– Ага, а где портал?

– Откуда я знаю? Я – мертвый бог, а не картограф.

– Час от часу нелегче, – с досадой пробормотала я. – Ты уверен насчет Монахов и дай?

– Уверен, я их чую. И они не так уж и далеко, – ответил Прядущий, – так что пора нам двигать дальше.

День пролетел очень быстро. Лес не кончался. Не зная, куда именно идти, просто шли в обратную сторону той, где, по утверждению Прядущего, были Красные Монахи. Лия весело скакала по траве и что-то себе под нос напевала.

Видимо, проголодавшись, она по ходу срывала и запихивала в рот все попадающиеся ягоды, я едва успевала испуганно вопить: «Лия! А вдруг они ядовитые!» На что каждый раз получала логичный ответ: «А вдруг нет?»

– Вот видишь, какая самостоятельная жрица смерти попалась, – хихикнул сидящий у меня на плече Прядущий, – иначе бы с голоду скопытнулась с такой нянькой, как ты.

Тут же, получив щелбан, он слетел в траву и теперь вприпрыжку скакал за мной. Я же была мрачнее тучи. Ситуация складывалась, конечно, безрадостная. В неизвестном мире, практически без оружия, еды и каких-либо ориентиров, вдобавок с маленьким ребенком и преследуемые маниакальными фанатиками – есть от чего впасть в депрессию. И помощи ведь ждать неоткуда – путь нашей телепортации не проследить.

– Хватит ныть. – Прядущий снова забрался ко мне на плечо.

– Хватит мои мысли подслушивать, – буркнула я.

Забежавшая вперед Лия вернулась и протянула мне целую пригоршню мелких красных ягод.

– Они не ядовитые! – с жаром уверила меня она. Судя по перемазанному личику, она сама в этом убедилась.

Голодная я проглотила ягоды разом. Они оказались чуть кислые, по вкусу чем-то напоминали костянику.

– Ну или ядовитые, но яд действует не сразу, – весело добавила Лия и поскакала дальше.

Под истеричное хихиканье серебряного паучка я закашлялась.

– Ну и как спасаться-то будем? – поинтересовался Прядущий.

– Без понятия, – мрачно ответила я, – давай помогай. Ты же у нас старый и мудрый, вот и придумай, как нам отсюда выбраться.

– Понятно как, через портал в Коридор, – ответил Прядущий.

– Ты издеваешься? – я чуть не взвыла. – Где нам портал искать? Всю планету пешком обойти?

– Ты же была в этом мире, – напомнил паук, – тебе ли не знать, где портал.

– Да я в стольких мирах уже поперебывала! – я схватилась руками за голову. – Я не могу понять, где мы!

И вот так вот в перепалке с мертвым богом и прошел день. На ночлег остановились прямо посреди леса. Костер разводить не стали, дабы нас кружащие в небе даи не засекли. Зрение у этих созданий было, конечно, не ахти, но огонек они бы увидели. Чтобы Лия не замерзла, я закутала ее в свой плащ и обняла. Сама же легла на траву и мгновенно замерзла. И мое и без того упадническое настроение достигло атомарного нуля.

Прошло около получаса. Лия завозилась в плаще.

– Замерзла? – тихо спросила я.

– Нет, – она высунулась из плаща и смотрела на меня блестящими черными глазами, – ты не бойся, ладно?

– Я не боюсь, – выдавила я.

– Папа говорит, что обманывать не хорошо.

Я засопела.

– А еще папа говорит, что ты очень смелая, – продолжала Лия, – что ты в одиночку удерживала целую армию.

– Тогда у меня был талисман, – пробормотала я.

– Талисман стихии?

Я кивнула, по инерции дотронувшись к прикрепленному на левой сережке безжизненному и холодному красному камушку.

Лия молчала.

– Я тебя разочаровала? – не удержалась я.

– Нет, сила ведь в человеке, а не в чем-то там. Папа говорит, что главное, верить в себя и свои силы, и тогда все-все получится.

– Хороший у тебя папа, – прошептала я с улыбкой. – Ладно, спи давай, завтра сложный день.

– Мне папа всегда перед сном сказку рассказывает. Расскажи, а то не усну, – попросила Лия.

– Эмм… – я растерялась. Вряд ли бы она поняла весь самобытный смысл сказки про колобка.

– Расскажи мне мою любимую, – тут же добавила Лия.

– А это какую?

– Про главное счастье.

– Я такую не знаю, – по крайней мере ничего подобного в голову не приходило.

– Как это не знаешь? – удивилась Лия. – Ты, наверное, просто забыла, да?

– Ну напомни, – я невольно улыбнулась.

– Давным-давно на заре времен, – воодушевленно начала девочка, – когда еще мир был един, но пуст и тих, появились четыре стихии. Они наполнили реки и моря водой, выпустили в небо ветра и покрылась безжизненная земля цветами и травой. Возрадовались бессмертные люди, что мир их так красив и светел. Но не было у них главного счастья.

– И в чем это главное счастье? – полюбопытствовала я.

– Разве ты не знаешь? – Она засмеялась.

– Ну как бы пока не в курсе.

– Главное счастье – это дети, – просветила меня Лия.

– Это тебе папа сказал или так в сказке говорится? – скептически поинтересовалась я.

– Это папа сказал, что так в сказке говорится.

Ну да, для Асифа явно главное счастье – это его дочь.

– Ну ладно, проехали. А дальше что?

– У людей не было детей, потому что они не любили друг друга, – пояснила она. – Любви еще не существовало тогда. И люди были несчастны и не радовались ни яркому небу, ни теплому ветру, ни прекрасным цветам. Они бродили в одиночестве, и их бессмертие стало для них тяжелой ношей. Ведь каково жить вечность, но при этом никого не любить?

– Думаю, невесело. – Я попыталась улыбнуться, но не получилось. Невольно Лия затронула самую больную для меня тему.

Она между тем продолжала:

– И тогда один из людей увидел сон. Что на вершине самой высокой горы, куда не добраться ни одному смертному или бессмертному, стоит алтарь, а на алтаре горит огонь. Но что такое огонь, люди тогда не знали, так что он не понял, что это огонь. Он решил, что это чудо.

– Дай угадаю, что было дальше. Он пошел на эту гору, принес людям огонь, они завели себе детей и жили долго и счастливо.

– Нет, не так, – Лия замотала головой, – увидев этот сон, эреклонар…

– Что? – у меня дыхание перехватило. – Что ты сказала?

– Что эреклонар увидел сон про огонь, – ответила Лия, – ну про алтарь на вершине самой высокой горы и…

– Лия, погоди, что значит «эреклонар»?

– Ну это такой человек, очень-очень особенный, – она даже растерялась, пытаясь объяснить то, что для нее было сформировавшимся образом, – который может совершить что-то крайне для всех важное. Вот больше никто не может, а он может. Ты дальше-то слушать будешь?

– Буду, – я кивнула. Даже мерзнуть перестала, стараясь не упустить ни одного слова.

– Эреклонар не знал тогда, что такое этот огонь, но решил добраться до волшебного алтаря и увидеть это чудо собственными глазами, – продолжала Лия.

– А звали его как? – осторожно спросила я.

– Не знаю, папа не говорил. – Лия пожала плечами. – Долго-долго эреклонар скитался по миру в поисках этой самой высокой горы. И когда уже совсем отчаялся, увидел он на горизонте окутанную плотными облаками самую высокую в мире гору. И поднялся эреклонар на ее вершину. А там на алтаре из черного кристалла горел огонь. Коснулся огня, и огонь не обжег его, и почувствовал эреклонар странное тепло в сердце. Всего на один миг, но забыть его он уже не мог. Огонь тут же исчез, и отправился эреклонар искать его по всему свету. Зло и Тьма пытались остановить его, посылая страшных чудовищ, но он победил их всех, сулили ему несметные сокровища, но он презрел их.

– И нашел он огонь? – тихо спросила я.

– Не, не нашел, – сонная Лия зевнула. – Всю свою бессмертную жизнь искал и так и не нашел. А потом еще и смерть была подарена людям. Так что умер он, так и не найдя тот огонь.

– Какая-то неправильная у тебя сказка, – насупилась я. – Эреклонар должен был найти огонь, влюбиться в хорошую девушку, и они жили бы долго и счастливо. Давай такой конец сделаем.

– Это будет исторически неправдоподобно, – едва ли не по буквам выдала Лия.

Прядущий истерично захихикал.

В ответ на мой изумленный взгляд девочка пояснила:

– Папа так говорит.

– Грустная сказка, – подытожила я.

– Ну почему грустная-то? – пробормотала Лия, уже засыпая. – Эреклонар ведь все равно не сдастся, он найдет. Вот расцветут огненные цветы, и найдет…

Ее ровное дыхание свидетельствовало о глубоком сне.

– Прядущий, – шепотом спросила я, – это ведь не просто сказка? Ну не может же быть таких совпадений!

– У каждого человека есть ответы на все свои вопросы, – философски изрек серебряный паучок.

– Ну, Прядущий! – тихо взвыла я.

– Сама думай, – отмахнулся он и впал в свою спячку, повиснув у меня на сережке.

– У-у, предатель, – обиженно засопела я.

Но несмотря на хороводы лихорадочных мыслей и холод, я заснула практически сразу.

Руслан стоял напротив стены с картой миров в Башне.

– Что ты тут делаешь? – испуганно прошептала я. – Тебя же могут Паладины здесь увидеть.

– Не думай об этом, у нас мало времени, совсем скоро ты проснешься. Из-за того, что явно долбанутый во всю голову Эридан поставил запрет на телепортацию, я никак не могу тебя найти, – досадливо произнес он. – Я лишь смутно чувствую, где ты. Пока получилось ограничить твое возможное пребывание четырьмя мирами: Талим, Вейдием, Ситтеех и Эниенна. Но время сейчас играет не на твоей стороне, я могу просто не успеть проверить их все и до тебя добраться.

– Не волнуйся, я справлюсь, – заверила я. Все-таки название одного из миров показалось мне смутно знакомым.

– Я не сомневаюсь, что ты справишься, даже без талисмана, – мягко возразил Руслан. – Но я не хочу, чтобы ты лишний раз рисковала.

Я поспешила сменить тему.

– Это ведь снова сон, да?

– Да, – Руслан кивнул. – Но только для тебя. Осталось совсем немного подождать, и мы встретимся уже наяву.

– Руслан… – мой голос дрогнул. – Я должна сказать тебе кое-что.

Он молча на меня смотрел, ожидая продолжения. Я кое-как собралась с решительностью.

– Я не могу так, понимаешь. Мы ведь не любим друг друга, это факт. А что, если день-два, и иллюзия исчезнет?

Я опустила глаза. Да, меня безудержно манило к Руслану, но в то же время сила этого чувства пугала жутко. Мне казалось, что я растворюсь в нем и перестану существовать как личность. А если еще и все закончится полным разочарованием, я этого просто-напросто не переживу.

Руслан помолчал и с легким раздражением ответил:

– Ну исчезнет через день-два, и что? Зато у нас будут эти два дня. Очень даже немало.

Ну ясно. Ему просто все равно. Это для меня будет катастрофа, а он плечами пожмет, мол, бывает, и дальше пойдет. Вот, честно, не хотела злиться, но эмоциональный накал последних дней не мог не сказаться.

– Вот мы все и решили, – холодно ответила я. – Не были вместе, нечего и начинать. Я как-нибудь переживу, а ты уж тем более.

Глаза Руслана вмиг потемнели.

– Извини, Карина, но это уже не тебе решать.

Вот и пожалуйста, очередное доказательство того, что ему и вправду на мои чувства плевать.

– А кому? Единолично тебе, что ли? Ну-ну, а не пошел бы ты лесом вместе со своими решениями. И вообще, оставь меня в покое! Не хочу я тебя ни видеть, ни слышать! И не смей больше приходить в мои сны!

– Не переживай, очень скоро мы с тобой встретимся наяву. – Глаза Руслана сейчас были почти черными. – И вот тогда, Карина…

Лия с кем-то разговаривала. Я перепугано открыла глаза и чуть не завопила. Девочка лежала на траве и беседовала с гематитовым черепом.

– Не, я так не смогу, – весело сказала она, – я же еще маленькая.

– Лия, зачем ты достала его из рюкзака? – Я вскочила.

– Она хотела со мной поговорить.

– Поговорить? О чем?

– Ой, она мне столько интересного рассказала! – У Лии даже глаза блестели.

– Тебе разве папа не говорил, что нельзя разговаривать с незнакомыми гематитовыми черепами? – хмыкнула я, носком ботинка запихивая череп в лежащий на боку раскрытый рюкзак.

– Ну никакого почтения к мертвым! – укоризненно изрек восседавший рядом Прядущий, уворачиваясь от моего ботинка.

– Некоторые мертвые чересчур болтливы, – парировала я.

За лесом занимался рассвет. Теперь я знала, что это за мир и куда нам идти.

– Я вспомнила, это Ситтеех, я и вправду здесь бывала. Если поторопимся, то еще до ночи выберемся отсюда, – с энтузиазмом сообщила я Лие и пауку.

– Жуть, – мрачно прокомментировал Прядущий.

– Зато не замерзнет, – парировала я.

– Мне так ходить неудобно, – слабо попыталась возразить Лия.

– Зато не замерзнешь, – повторила я.

– Где-то я это уже слышал, – фыркнул паук и был тут же скинут с моего плеча в сугроб.

Я нацепила изрядно исхудавший после того, как надела на Лию почти всю ее одежду, рюкзак, накинула плащ, и с деланой веселостью произнесла:

– Ну что, двинули?

Похожая на колобка девочка растерянно смотрела на горную тропу, заваленную снегом.

– Карин, – пробормотала она, – а ты уверена, что нам туда?

– Уверена. Я уже была здесь. Портал в Коридор как раз за этим горным перевалом.

– Ты учти, что нам придется довольно высоко подняться, и нас тут же засекут даи, – сообщил Прядущий, вновь забравшись ко мне на плечо.

– Будем надеяться, что не засекут, – буркнула я. – Пойдемте, не будем время терять.

Шла Лия с трудом. Закутанная так, что открытыми остались только любопытные глаза и нос, она была похожа на утенка, который переваливался с боку на бок.

Мне же, кроме плаща, надеть сверху было нечего, так что я моментально замерзла. С тоской оглядывалась вниз на зеленую долину и с не меньшей тоской смотрела вверх на горный перевал, который предстояло нам теперь преодолеть.

Надо отдать должное Лие, она оказалась очень выносливым ребенком. Хотя, может, дело было как раз в ее уникальной магической силе. Мы шли по снегу уже часов восемь, а девочка ни разу не заикнулась, что устала или хочет есть. Ну и я старательно ее отвлекала всякими разговорами. Вот так мы и достигли перевала.

– Мы больше часа будем идти по открытой местности, – мрачно произнес Прядущий. – Даи, конечно, не орлы, но нас уж точно заметят.

Я опасливо покосилась на кружащие в небе черные точки.

– Но другого-то пути у нас нет, – тихо пробормотала я.

– А мы пойдем очень быстро. – Лия ободряюще мне улыбнулась.

Я выдавила улыбку в ответ.

– Ладно, – пробормотала я, – пойдем.

На перевале бушевала метель. Лия-колобок мгновенно превратилась в Лию-снеговика. Я взяла ее на руки. Хитрый Прядущий забрался ко мне под рубашку, я чуть не взвыла, настолько он был холодный. Проклиная снег и мороз, скрипя зубами и лелея мечту о горячем кофе с молоком, я пробивалась сквозь снег.

Даи заметили нас минут через десять.

– О, ты смотри, как обрадовались гадины. – Прядущий вновь выбрался ко мне на плечо.

Я подняла глаза. Одна из черных точек рванула к долине.

– Полетела докладывать, – обрадовал паук.

Я ускорила шаг, насколько это вообще было возможно по снежному насту.

Прядущий бесцеремонно перебрался мне на голову и не сводил глаз с неба.

– Карина, – мрачно изрек он, – у меня для тебя две новости. Одна хорошая, а вторая плохая. Какую хочешь?

– Давай обе.

– Плохая новость – дая-разведчица вернулась с приказом нас атаковать.

– А хорошая тогда какая? – с робкой надеждой спросила я.

– Жизнь после смерти существует, – философски ответил он.

Я быстро посмотрела наверх, даи готовились пикировать. Их было явно не меньше сотни.

– Мне не нравятся эти птички, – испуганно пробормотала Лия, уткнувшись лицом в мое плечо.

– Ты не поверишь, мне они тоже не нравятся. – Я рванула вперед. Пройти через перевал было нереально, но неподалеку высился снежный грот, куда я едва успела запихнуть Лию, и на меня налетела огромная черная дая.

Мгновенно выхваченный Клинок Истины угрожающе засветился багрово-красным. Будучи явно необразованным и непросвещенным созданием, дая попыталась его цапнуть своими клыками, за что поплатилась собственной жизнью.

– Не переживай, жизнь после смерти существует, – запоздало выдала я.

Даи обрушивались одна за другой.

– Каринка! – голосил Прядущий. – Даже если ты всю стаю тут прихлопнешь, то Монахи-то уже на подходе!

– И что ты предлагаешь? – отрывисто поинтересовалась я, отпинывая очередную жаждущую моей крови черную псевдогарпию.

– Как это что?! Чего тупишь?! – орал истеричный паук. – Зови Авенсиса! Хуже уж точно не будет!

– Авенсис! – тут же крикнула я.

Грифон прилетел мгновенно, едва уворачиваясь от накинувшихся на него дай. Я запоздало задумалась о всей глупости своего поступка.

– Авенсис, – быстро спросила я, когда он опустился рядом со мной, – ты сможешь унести ребенка к порталу?

– Нет, – честно ответил грифон. – Их слишком много, мне не прорваться.

– Тогда исчезай немедленно! – Я мгновенно поняла, что позвав Авенсиса, буквально обрекла его на смерть. Ментальный – не значит бессмертный.

– Позор тому, кто бросит друга, – ответил Авенсис, напряженный как натянутая стрела и готовый отразить атаку закладывающей вираж очередной даи.

– Авенсис! – мой голос сорвался на крик. – Я приказываю тебе! Улетай сейчас же! Ты не можешь ослушаться моего приказа!

Грифон посмотрел на меня так, что я чуть не разревелась. Резкий взмах крыльями, и он исчез.

– Молодец, поздравляю, – мрачно изрек Прядущий, – теперь нам точно всем каюк.

Я ничего не сказала в ответ. Сразу три крылатые уродины напали на меня. К Клинку Истины присоединился Священный кинжал. Мне не было страшно за себя, я боялась за Лию. Единственное, что отделяло ее от нападающих, – это я, и я намерена была стоять до конца. И не потому, что дала клятву. Я просто не могла поступить иначе.

Тут еще Прядущий подкинул энтузиазма.

– Каринка! – заорал он так, что у меня в ушах зазвенело. – Смотри вниз!

Я опустила глаза. Склон был багрово-красным от одеяний Монахов. Судя по расстоянию, они достигнут нас минут через десять.

– Блин, блин, блин! – взвыла я. – Да сколько же их там?!

– Сотня дай и почти тысяча Красных Монахов, – мгновенно подсчитал Прядущий, – как думаешь, прорвемся?

До вершины было не больше четырех сотен метров, а там спуск и портал. Но рвануть туда, значило стать легкой добычей для дай. А остаться здесь – и состоится не менее радостная встреча с Красными Монахами.

Я не знала, что мне делать. В отчаянии схватила с сережки талисман.

– Пожалуйста! Ну пожалуйста! Ты мне сейчас так нужен!

Но он оставался по-прежнему равнодушно-холодным.

Перепуганная Лия выбралась из грота и обняла меня за ногу.

Я чуть не разревелась от собственного бессилия.

Красные Монахи показались на перевале. До них было метров двести, не больше. И даи в небе…

Нас могло спасти только чудо…

– Карина! – вдруг восторженно завизжала Лия. – Грифоны! Грифоны!

Я подняла глаза, дыхание мгновенно перехватило.

Грифонов было совсем мало. Около тридцати. Сверкающие, белоснежные. Все ментальные грифоны существующей Вселенной. Острым клином врезались в черную массу дай. Самый большой грифон в золотом доспехе издал странный крик. И буквально через мгновение все грифоны атаковали. Я едва успела зажать Лие уши. Благо нас разделяло ощутимое расстояние. Но мне все равно поплохело.

Воспользовавшись тем, что грифоны громили дай, я схватила Лию в охапку и рванула к вершине. Да только Монахи хоть и растерялись при появлении ментальных грифонов, но ненадолго и кинулись за нами.

Когда мы добрались до нужного склона, я едва не заорала. Видимо, на тропе не так давно случился обвал, и теперь спуститься здесь в долину было нереально. А внизу уже виднелся сверкающий портал…

– Каринка! Сделай что-нибудь! – захлебывался в панике Прядущий. – Я слишком молод, чтобы умирать!

Решение пришло мгновенно. Я сняла со спины рюкзак, вытряхнула гематитовый череп и вручила его Лие. Быстро кинжалом распорола плотную ткань рюкзака, крепко примотав лямки к своим ботинкам.

– Ты что задумала? – не понял Прядущий. – У вас на Земле так готовятся к смерти?

– Отдай нам ее… – вторило эхо множеству голосов.

Тридцать метров до преследователей…

Я снова взяла Лию на руки, в кулак зажав Прядущего.

– Держитесь крепко, – выдохнула я и оттолкнулась.

Обтянутый плотной тканью каркас рюкзака скользил по снежному склону идеально. А вот с равновесием дело обстояло сложнее. И то, что в одно ухо мне визжала Лия, а в голове истерично вопил Прядущий, улучшению ситуации не способствовало.

Скорость была дикая. Лихорадочно вспоминая, что мне говорил Андрей по поводу правильного положения тела, я едва не падала.

– Ты убить нас хочешь, да?! – взвывал Прядущий.

– Это называется кататься на сноуборде, – нервно усмехнулась я. – Ну почти.

– Впереди деревья! – закричала Лия.

– Все, нам конец! – Паук, по всей видимости, изобразил обморок.

– Ничего, прорвемся, – ответила я, наконец приноровившись к движению.

Спасибо бурной молодости и тирану-физруку, с ловкостью и реакцией у меня было все нормально. Так что лес мы миновали без потерь. И Лия уже визжала не от страха, а от восторга. Но недолго.

Дорогу к порталу нам перегородили Красные Монахи. Их было явно несколько сотен. Видимо, изначально нас брали в кольцо.

Я помертвела. Снег кончился, и мы чуть ли не кубарем скатились по траве. Я быстро отвязала сымпровизированный «сноуборд» и посмотрела на верх – грифонам было совсем не до нас. Ну да, им сейчас и дай хватало.

– И что теперь? – тоскливо поинтересовался оживший Прядущий, когда нас окружили в кольцо.

Решение пришло по невнятному наитию.

– Лия, – выдохнула я, – дай мне череп.

– Не надо. – Она испуганно на меня смотрела. – Тебе нельзя ее трогать. Ни в коем случае нельзя.

– Других вариантов нет, – мой голос дрожал.

Я схватила из ее рук гематитовый череп. Он засверкал настолько ярко, что на какое-то мгновение пришлось зажмуриться.

Красные Монахи дрогнули, расступаясь перед нами. Крепко держа за руку Лию, второй я протягивала перед собой сверкающий череп жрицы.

– Прочь! – кричала я. – Прочь! Пошли вон отсюда!

Так странно, вместе с моей яростью череп светился все сильнее. Монахи закачались и запели что-то заунывное, словно ритуальное. Я даже растерялась.

– Придурки какие-то, – пробормотала я.

– Это ты идиотка! – вопил Прядущий. – Ты что творишь?!

– Я спасаю твою бессмертную жизнь, – обиженно парировала я.

Медленно мы продвигались вперед. Монахи расступались передо мной, смотря с благоговением на светящийся череп. Мы добрались до портала. И буквально вывались в Коридор Миров. Я тут же снова схватила Лию на руки и рванула к Башне, но нас почему-то уже не преследовали.

В Башне никого не оказалось. Я устало опустилась на диван в гостиной. Измученная Лия плюхнулась рядом.

– Неужели… спасены… – мне и самой не верилось.

– Рано радуешься, Каринка, ой, рано, – чуть ли не загробным голосом заверил Прядущий.