Глава 59

Нельзя останавливаться на достигнутом, надо шагать дальше, в пропасть….

Когда уже начнут выпускать рулоны с носками? Не нашел пару — оторвал от рулона и пошел по делам. Это же гениально!

В СССР ceкcа не было, но в каждой семье было по 2–4 ребенка. Сейчас ceкc есть. Но практически в каждой семье по одному ребенку. Вывод: дети появляются не от ceкcа. Все-таки аисты…

Утром собрались ехать с Минькой в Зелёные Холмы. Приготовила небольшой презент из вкусняшек, так как что — то давненько из поместья не приезжали с заказами. Поехали в коляске, я не рискнула на дальнее расстояние ребенка садить в седло лошади. На обратном пути ещё надо будет в Каменку заехать, посмотреть, как там переселенцы, начали ли строить дома, как продвигаются работы по торфодобыче.

Дорожные работы приближались уже к Каменке, пару дней и до поворота на Каменку они дойдут. Но и я не отставала, свою долю работ я довела уже до границ своих земель, ещё чуть-чуть и будет небольшая дорога на мельницу — главный предмет моего будущего торга с бароном Шефиром. Хорошо было ехать по подготовленной дороге! А теперь вот по всем этим ухабам приходится выщелкивать зубами, как кастаньетами, какой — то испанский ритм, ещё и подпрыгивать при этом. Минька, и тот скривился.

— Леди, а у нас дороги лучше, чем здесь!

— Минь, ну конечно лучше, мы же их ремонтируем, ты же сам все видел.

— Леди Маринелла, я спросить хочу — а куда вы меня теперь, назад в приют отдадите, да? Вы же знаете теперь, что я ненормальный.

Я вздохнула и притянула мальчишку к себе.

— Нет, Минька, ни в какой приют я тебя не отдам! Мы сейчас едем к барону Шефиру, чтобы он помог вернуть документы на тебя. Вот. И никакой ты ненормальный, наоборот, ты самый нормальный. А куда тебя, скоро приедет мой отец, лэр Нессир, ты помнишь его? Я хочу поговорить с отцом, чтобы ты поехал с ним в столицу учиться. Сначала хорошую школу закончишь, а потом поступишь в университет, учиться на лекаря. Жить будешь у нас в доме, там никто тебя не обидит, не бойся. Мой папа очень добрый. Про твою особенность я с ним поговорю, а больше ты пока никому не рассказывай, хорошо? Рано ещё, не время пока. Ну, как, ты согласен?

Пацан с недоверием и с затаенной надеждой смотрел на меня. Неужели я правду говорю? И у него будет такая хорошая жизнь? И его не бросят, не выгонят из дома?

— А общем, Минь, все зависит от тебя — захочешь учиться, быть лекарем, мы тебе поможем, это я тебе твердо обещаю.

За всеми волнительными разговорами и не заметили, как доехали до поместья Зелёные Холмы. Усадьба располагалась в уютной зелёной лощинке, виднелась и красная крыша одноэтажного дома. Кованая ограда, покрашенная в черный цвет, подъездная аллея, ведущая к дому, из хвойников. Подъехали к крыльцу дома.

Общее впечатление было — все чисто, аккуратно, строго. Вот не чувствовалось женской руки в оформлении усадьбы, совсем, только голый прагматизм — никаких скамеечек, беседок, тенистого парка, только строгие линии фруктовых деревьев, далее виднелись выровненные в одну линию какие — то хозяйственные постройки. И только перед самым домом ярко цвели цветы на двух клумбах. Наверное, те самые, что весной барон купил у баронессы Дарти. Вот уж у кого цветущая и ухоженная усадьба! Да и в Дубовой Роще тоже сразу чувствовалось, что хозяйка деятельно заботится обо всей усадьбе.

Странно, мы уже несколько минут стоим, и никто к нам не подошёл, хотя дворня сновала по двору. Наконец, какая — то хмурая тетка направилась в сторону дома и я ее окликнула:

— Уважаемая, доложите барону Шефиру, что к нему приехала леди Нессир из Белой Долины.

Буркнув себе под нос нечто вроде: — "а я откуда знаю, где там барона носит", противная тетка скрылась в доме и почти сразу же я услышала за спиной радостный, немного задыхающийся от быстрого бега, голос.

— Леди Маринелла! Как я рад видеть вас здесь! Я уже хотел ехать к вам завтра, у меня есть кое — какие новости по вашему делу.

Галантно предложив мне руку, барон помог мне выйти из коляски, пригласив нас в дом. Я попросила прихватить нашу корзину. Однако барон не пренебрегает физической нагрузкой — вон, тяжеленую корзину, которую кучер едва взгромоздил в багажный ящик, подхватил одной рукой, как ни в чем не бывало! В холле дома стояла та самая тетка, оказалось, экономка. Нда, однако, я бы такую быстро бы привела в чувство. Или уволила. Барон распорядился насчёт нашего транспорта и кучера, а нас пригласил в гостиную.

Там, как я и ожидала — суровый брутальный стиль. Пока я с любопытством оглядывалась, барон пригласил нас присесть, заметил мой интерес и извиняющимся тоном произнес:

— Да, дед долго жил один, моя мама после замужества жила только в столице, а бабушка вскоре умерла. Вот дед и жил так, как его устраивало.

А мне пока переделывать всё времени нет. Старого управляющего я уволил, а сам я, как вы уже догадались, ранее никогда не занимался делами поместья, да и в деревне не был никогда, разве что ребенком и не помню ничего. А новый управляющий у меня молодой, недавно только Торговую школу закончил. Вот вдвоем и управляемся, как можем.

Извинившись, вышел на минуточку, слышно было, как распоряжается насчёт чая и прочего. Вернулся в гостиную, следом вошла горничная с подносом. Отпивая понемногу чай, я слушала барона. А у него действительно были новости.

— Леди Маринелла, был я в Арнике в том приюте и в магистратуру заходил тоже. Документы на вашего воспитанника лежат в приюте, там его считают просто пропавшим. Но в розыск его не объявляли, им невыгодно, ведь пока он там числится, на него выделяют деньги. Так что тут ничего страшного, никто не приедет забирать его у вас. А вот с опекой будет сложнее, я был в магистратуре. Они не против, но под опеку незамужней девушке его не отдадут.

Увидев заблестевшие подступающими слезами глаза Миньки, барон заторопился утешить:

— Эй, эй, пацан, рано плакать! Я хочу предложить вот какой выход. Если ваш отец, лэр Нессир, согласен оформить опеку на своё имя, то в магистратуре будут не против. Вот только надо, что бы лэр Нессир сам приехал в магистратуру.

Я выдохнула с облегчением, это как раз возможно и папа не будет против.

— Барон, это все возможно, через несколько дней мой отец должен приехать в имение. Тогда мы сможем оформить все документы. Не будет ли большой смелостью с моей стороны, если я попрошу помочь нам в этом деле?

— Да что вы, леди Маринелла, я только рад буду помочь вам!

Тут я вспомнила о ещё одном насущном вопросе, который хотела решить с Иртэном.

— Лорд Иртэн, у меня ещё есть к вам деловое предложение. Дело в том, что у моего гончара очень много работы сейчас, он не успевает. Вот я и хотела попросить, если у вашего мастера не так много работы, то часть своих заказов разместить у него. Разумеется, я заплачу ему. Да и ваше поместье у меня есть чем заинтересовать.

Барон, секунду подумав, сказал, что раз вопрос деловой, то сейчас он пригласит своего управляющего, и мы все обсудим. Опять вышел и вернулся. Судя по удаляющемуся бурчанию, за управляющим пошла экономка. Я не выдержала и спросила:

— Простите, лорд Иртэн, возможно, это не мое дело, но вам ваша экономка столь дорога? Я бы не смогла выслушивать вот это ворчание и почти откровенное непослушание.

Барон виновато развел руками.

— Последние годы дед и старый управляющий совсем распустили прислугу, а я пока просто не успел разобраться с ними. А чтобы вы посоветовали, леди Маринелла?

— Я? Я бы уволила ее. А на её место подобрала бы аккуратную горничную средних лет, грамотную. Уверена, такие найдутся.

В гостиную вошёл тот самый странный парень, который всегда ездил вместе с Иртэном. Барон представил его как своего управляющего Тимея. Я повторила свое предложение о гончаре. Управляющий подумал немного и ответил:

— Так у нас даже два гончара, один в ближнем селе, один дальнем. Работы у них не так чтобы много, можно и взять заказы у вас. А что вы ещё хотели нам предложить?

Смотри, цепкий парень, не пропустил мимо ушей мои слова о выгоде для имения.

— Может быть, вы слышали, что я ремонтирую дороги у себя в поместье. Мои рабочие почти дошли уже до Каменки. И я хочу предложить вам то, что мы своими силами сделаем дорогу до вашей мельницы и до выезда из долины на дорогу в Арнику. Люди по хорошей дороге будут охотнее ездить на вашу мельницу, ведь не надо будет так ломать подводы с грузом на ямах и в грязи.

Барон и управляющий переглянулись, мое предложение явно вызвало горячее одобрение. Правда, они почти в голос поинтересовались, буду ли я ремонтировать дорогу только до главной дороги в Арнику? Я им озвучила то же самое, что ответила барону Дарти. Шефир признал, что это справедливо и даже предложил заняться оформлением документов для такой работы в складчину. Я бы сказала, методом хозподряда.

На обратном пути остановились на повороте на мельницу, я предложила всем выйти прогуляться, полюбоваться на реку, мельницу, а мне надо осмотреть дорогу. Ну, это я так своим сопровождающим сказала, на самом деле, пока здесь нет ни дорожников, ни едущих на мельницу, надо подготовить дорогу для работы. В общем, гуляли и дышали воздухом кучер с Минькой часа полтора. Можно было и меньше, но хотелось сделать все за один раз, поэтому садилась я в коляску на трясущихся ногах. Пока мои спутники подбежали к нашему "экипажу", я успела более — менее прийти в себя. И, хотя совсем недавно обедали в гостях у Шефира, я уже сильно хотела есть. А ещё надо заехать в Каменку. Может, у Лидеи чем перекушу?

Каменка встретила нас тишиной и лениво гавкнувшими собаками. Только в дальнем краю деревни слышались громкие голоса. Мы проехали туда. Там шло строительство домов. Несколько незнакомых мне мужиков с хеканьем затаскивали брусья на стены строящегося дома. На соседнем участке уже стоял свежий сруб дома, там ставили крышу. Увидев меня, один из мужиков, спрыгнул с лесов, подошёл ко мне. Я только сейчас его узнала. Это он приходил ко мне с Вираном, старостой. Он тут руководит добычей торфа. А сегодня вот в деревне почему — то. Опережая мой невысказанный вопрос, мужчина торопливо заговорил:

— Доброго дня вам, леди! Приехали люди из нашей прежней деревни, вот помогаем ставить дома. Мы меняемся на поле-то, сегодня я тут помогаю, завтра на торф пойду, вместо меня сюда другой придет. Вы не волнуйтесь, торф копаем, уже много заготовлено. А сохнет прямо на глазах, вот какое чудо! Раньше копали, так он по нескольку месяцев сох, а тут за неделю сохнет. Правду говорят, места у вас тут чудодейственные! И из ям торфяных вода сразу уходит, только начинаем работу, а воды уж и нет. Только вот, леди, а куда высохший торф возить?

— Торф возите подводами в усадьбу, там управляющий будет его принимать, считать и с вами за работу рассчитываться, деньги сейчас нужны, наверное? После переезда — то? Я видела, у вас дети есть небольшие, так Виран говорил или нет, но осенью у нас все дети обязательно идут учиться. И ваши тоже должны пойти в школу.

Обступившие нас мужики согласно закивали головами. Ясно, грамоту для своих детей хотят все.

— А как с жильем, успеете до холодов? И хватит ли вам домов?

Старший ответил:

— Так вот и спешим все срубы поставить да печи сложить, а уж внутри и сами хозяева пусть потом делают. Да, домов хватит, сколько семей приехало, всем будет жилье, да ещё и три старых дома мы подновили. А старостина сразу наказала, чтобы и место перед домами отгородили сразу для цветов, чтобы красиво было, как у всех в деревне. Так мы так и делаем. Нарядная у вас деревня, хорошо тут и люди добрые. Вот только спросить хотели — а нам для печей торф можно копать?

Я неприлично вытаращилась на старшину:

— А что, вам кто — то запрещал? Готовьте, конечно, чем вы зиму обогреваться думали? Леса тут не так, чтобы много, да и сильно много влаги в нем, болота же вокруг. Хворост готовьте на растопку, а остальное торф. И местным подскажите. Сколько надо на отопление дома, вы знаете, вот и себе готовьте столько, а местные пусть или сами копают или с вами договариваются, это уж сами решите. Вирану я скажу. От болот, я думаю, не сильно убудет. А что такая тишина в деревне? Где все ребятишки и женщины ваши?

— Так старостина всех собрала и повезла в сады общие, урожай уже начался, вот она всех и погнала, готовить каждый себе на зиму будет. И наши бабы с ребятишками поехали. Хорошо у вас придумали с общими садами, каждый может себе заготовить и деньги за это не берут.

Действительно, из — за поворота дороги показались несколько подвод, нагруженных корзинами с фруктами. На первой подводе правила лошадью усталая Лидея. Вот неугомонная женщина! Могла бы и одна поехать собрать для своей семьи, но она собрала всех, теперь каждая семья будет обеспечена и вареньями и сухофруктами на зиму.

Пока Лидея угощала меня у себя в доме свежим караваем со сметаной и чаем, рассказала ей о предложении топить зимой дома торфом. Она призадумалась, потом неуверенно сказала:

— Надо сейчас попробовать протопить хоть летние печи во дворе, как раз варенье варить будем. Если и вправду эта земля гореть хорошо будет, так оно, конечно, лучше бы, чем наши дрова. А хворост и ребятишки натаскают. Завтра же и попробую. Только вот съезжу на то поле да привезу немного. Вам, леди, спасибо, что по весне садовника прислали, так хорошо наши сады обработал, что урожай нынче прямо на зависть.

— Вот именно, Лидея! И осенью вы и сами можете почистить сады, больные ветки или сломанные убрать, а по весне приедет садовник, покажет, а ухаживать сами будете.

Поговорила ещё немного о том о сем, я распрощалась с хозяйкой, и мы поехали из деревни. А вот в каменоломне нас ждал сюрприз! Ещё только подъехали, когда заметили, что все мужики сгрудились в одном месте и о чем — то громко переговариваются. Подъехали ближе, нас заметили, из толпы выбрался Виран.

— Здравия вам, леди! У нас вот тут такое дело.

Он замялся, оглядываясь на толпу, а я встревожилась — что там такого могло произойти? Вышла из коляски, подошла поближе к рабочим. В центре круга, образованного людьми, на земле сидел мужчина в порванной одежде, грязный, в волосах застряли листики, хвоя, взгляд полубезумный. Это что или кто тут такое? Виран ответил на невысказанный вопрос:

— Вот, сам к нам пришел около часа назад. Говорит, что нечистого видал, и он его вел куда — то, слышал, как воют души греховные, заблудшие. С другом он был, друг так ушел за огоньками, с нечистым, а он испугался и ещё сутки по лесу и болоту бродил. То голоса с ним разговаривали, то выли, то музыкой пугали. Вот чудом вышел к нам. Просит спрятать его.

— Вы его знаете, он из местных?

Виран отрицательно качнула головой.

— Нет, леди, не знаем. Он не стороны дороги пришел, а от болота. Охотники беззаконные, наверное. По этому времени нет охоты ни на дичь, ни на птицу, а этим все одно, без закона живут. Вот и лазят везде, куда смогут пролезть. Да видать, духи болот шибко на них рассердились.

И он подмигнул мне. Ясно — понятно, это наши пугалки сработали. А кто это такие, бродящие по нашим лесам, будет разбирать служба безопасности. Наказала Вирану, чтобы привезли этого "потеряшку" в усадьбу. Пусть Тарин разбирается.