Глава 16

Якоб Морозов

Граф Морозов в это время ещё работал. Как оказалось дёрнул за одну ниточку, за ней потянулась другая, третья, и вот уже целый клубок, да такой, что с одного раза-то и не распутать.

Получив тонкую папочку про банкира Воробьёва в архиве, граф Морозов сразу удивился тому, как так никому особо неизвестный в столице мелкий банкир, выходец из костромских старообрядцев. Ни особых капиталов, ни связей. Вдруг, пару лет назад резко вышел на совершенно другой уровень. Открылись филиалы банка во всех крупных городах, да и за границею тоже.

Да ещё и эта свадьбы с дочерью одно из богатейших купцов. Что это? Объединение капиталов?

Морозов сегодня получил добро от Шувалова на то, чтобы внедрить человека к банкиру. То, что удалось узнать указывало на то, что суммы в банке крутятся большие. И много средств и уходит, и приходит из банков в Бротте, да и из Понзского княжества были пересылки. Все главы масонских лож имеют счета в банке Воробьёва.

Морозову было неприятно думать, что и его сосед, купец Фадеев может быть завязан в этом странном деле. Сегодня ему поступила информация, что от купца Фадеева был перевод на счёт зятя большой суммы, которая сразу же ушла в Понзское отделение.

Неужели и дочь его имеет свою роль в этой странной игре?

Морозов, сделав доклад Шувалову, и, получив добро на любые действия, которые он посчитает нужным совершить в рамках этого дела, ехал домой.

Время было уже позднее, но какого же было его удивление, когда в холле своего дома он обнаружил, что его дожидается начальник охраны купца Фадеева, Илья Рощин.

У Морозова в голове забили тревожные колокольчики.

«Не бывает таких совпадений, - подумал Якоб, - неужели кто-то выдал, что я интересовался делами Фадеева?»

На Рощина вообще не хотелось думать плохо, всё-таки вместе служили, прошли тифозную войну в Ханидане*, выжили.

(*Ханидан, прообраз Ирана)

Но всё оказалось ещё удивительней.

Оказалось, что Рощин приехал просить за дочь купца Фадеева, которая якобы сбежала от мужа. Сам же купец находится при смерти, вот-вот отдаст богу душу.

Морозов настолько заинтересовался этим, что поначалу собирался отказать. Не дело это лезть в чужую семью. Как правило это ничем хорошим не заканчивается. Но после недолгих размышлений, решил, что, начав заниматься этим делом, он, видимо, и притянул к себе эти вопросы.

Дочь купца просила его приехать домой к Фадееву.

И граф Морозов согласился. Но, естественно на ночь глядя он уже никуда не собирался ехать, и договорились, что приедет он на следующий день к вечеру.

Перед тем, как распрощаться с Ильёй, Якоб взглянул ему прямо в глаза и спросил:

- Скажи Илья Андреевич, правду всю сказал? Или ещё то скрываешь?

Рощин перекрестился и горько сказал:

- Плохо всё у нас, Якоб Александрович, и, ежели вы нам не поможете, боюсь ещё хуже станет.

- Ладно, - вздохнул Морозов, которому показалось, что как только он войдёт в дом купца, так его жизнь безвозвратно изменится. Но, он уже пообещал. Тем более, что завтра, мало ли что, может взбалмошная девица, которая уже и не девица вовсе, ещё передумает, да к мужу вернётся.

С этими мыслями граф Морозов лёг спать, но снилось ему почему-то лесное озеро, и нездешний взгляд карих глаз на испуганном девичьем лице.