Глава 6

— Пиздец. Давно мужика не было, да? — съехидничал Ян.

Зашел на огонек называется.

— Не ругайтесь.

— Мы вроде бы на «ты» перешли. После всего, что между нами было.

Его несло, и он никак не мог остановиться.

Усадил Дину в кресло, сам снова налил себе воды.

— Веник есть?

— Не знаю…

— Зашибись. Тут осколков дохрена. Кто собирать будет?

Ян пил жадными глотками, продолжая бушевать.

— Я и соберу…

— Соберет она. Когда? Когда ноги себе в кровь расхерачишь? Или ты у нас еще спец по оказанию первой медицинской помощи?

Дина шмыгнула носом и совсем по-детски провела по нему тыльной стороной ладони. После чего сразу вторую руку обхватила, баюкая.

Повторное зашибись, что он еще может сказать. Нет, сказать-то он очень многое даже может. Слова, те, что не принято произносить в приличном обществе, так и рвались наружу. Костровский разом вспомнил половину лексикона великого и могучего.

— Точно веника нет?

— Есть метла.

— Метла.

— Угу…

— Все по классике жанра. Ночь, женщина, метла… Я не поклонник Булгакова, но из чисто мужской солидарности…

Ян усмехнулся. Ну и вечерок. А еще ночка впереди. И ее где-то надо будет провести. Когда чертова погода успокоится?

Костровский взглянул на притихшую Дину. Хотя бы пистолетом не размахивает, уже хорошо. Додумалась, малохольная. А если бы себе в ногу пальнула?

Ее пистолет он давно разобрал. На первый взгляд обычный пневмат. Но тот, кто умеет с ним обращаться, может хорошо травмировать и таким. А пули, выпущенные в живот, и вовсе отдельная тема. Видимых ран не оставляют, но крючиться от боли несколько недель будешь.

Проходили… Знает.

— Тапочек мужских, я так понимаю, в наличии тоже нет?

— Нет.

— А твои где?

— Я не ношу тапочки.

— Отлично просто… А надо бы. Для гостей хоть бы припасла.

Он готов был поклясться, что в него сейчас полетели невидимые гром и молнии. Или что-то посерьезнее. Дамасские ножи, например. Интересно, эта дамочка умеет с ними обращаться? Навряд ли. Но видеть, возможно, и видела.

Она прошла какую-то подготовку, но ученицей оказалась фиговой. И травма в ее жизни была. С кем-то нехорошим красивая связалась. Или случайно напоролась в темном переулке опять же на кого-то нехорошего.

Психологом Ян был херовым. Точнее, курсы психподготовки проходил, без этого никак. Их учитывали считывать людей. Когда это рассказывали, ему было неинтересно. Сейчас поздно вспоминать, память насиловать.

Кстати, про насилие…

Его взгляд снова метнулся к молодой женщине.

Надо отдать ей должное — взяла она себя в руки быстро. Как только до нее дошло, что четвертовать он ее прямо здесь и сейчас не собирается, вроде успокоилась. Но терять бдительность точно не стоит.

Он подошел к столу и взял большого дракона. Пламя свечи протестующе затанцевало. А красиво…

Он поднес свечу поближе. Надо же, и сделано искусно, со многими интересными деталями. Кто-то конкретно заморочился.

— Тогда не обессудь, хозяюшка, но подметать я буду в берцах.

— Делать… что?

Она даже подорвалась с кресла. Вскочила и застыла, опасаясь делать шаг в его сторону.

И правильно. Посиди-ка лучше. Не зли дальше большого взрослого дядю.

— Метла на крыльце или в подсобке?

— В… подсобке. А ты… правда собираешься подметать?

— Есть другие варианты? И, Дин, не дури, хорошо? Дай мне выдохнуть, и сама давай уже мозги включай.

Не походила она на безмозглую дамочку. Не без заморочек, конечно, но кто сейчас среди нас добрый и пушистый, смотрящий на мир невинными глазами?

Значит, мальчика по вызову Дина у нас ждала… Как интересно.

И его за него приняла.

Еще интереснее.

Бабы от недотраха совсем бедовыми становились. Черт-те что творили. Нет чтобы по старинке. Сходить в кабак, попой повертеть, познакомиться с кем-то толковым. Нет же! Проститута на дом приглашали!

А он-то… Ян покачал головой, толкая дверь подсобки и выше поднимая свечу.

Все будет так, как я хочу…

Ты ко мне не прикасаешься. Или только по минимуму. Я сама… все сделаю…

И сделала. Так, что при воспоминании о ее тонкой талии над его бедрами у него член опять вставал. Интересная картина вырисовывалась, чего уж.

Ян никак не успокаивался. Его кидало из крайности в крайность. Ну приняли его за мальчика по вызову, по носу щелкнули, в чем трагедия? Удовольствие-то он получил.

Или дело в том, что ему мало? И пока барышня в него стакан не пульнула и снова за ствол не схватилась, он в голове прикидывал, где ее зажмет второй раз. А то и третий.

Вздохнув, Ян поднял свечу выше. Коробки, коробки и снова коробки. Значит, все-таки Дина недавно сюда перебралась. Красивая женщина выбирает жилище в отдалении от цивилизации. Соседей нет, ближайший приличный торговый центр в двухстах километрах.

Спрашивается — зачем?

Каждого гостя стволом не встретишь. В этой местности особый люд, негостеприимство не любящий. Да и отреагировать могут иначе. На «игрушечный» пневмат достанут оружие посерьезнее. Например, такое, что у него сейчас в куртке находилось. Тут через двор, а то и в каждом дворе двустволки из поколения в поколение передаются, и не всегда, кстати, от отца к сыну. На Руси всегда славились таежные охотницы, что белке между глаз попадали.

Узнавать, как метко умеет стрелять Дина, желания не было.

Было другое желание, и оно, сука, никак не утихало.

По возвращении в дом нашел хозяйку в том же кресле. Вот и умничка.

— Свет дадут, еще раз посмотри. И босиком не ходи. Балетки там обуй или шлепки.

Махать метлой оказалось даже забавно. Ян вспомнил суровые времена военного училища.

— У меня генератор есть. Но я не знаю, как им пользоваться.

Ян закатил глаза. Самостоятельные женщины — они такие…

Вроде бы все смел. Ян еще раз окинул кухню придирчивым взглядом.

— Слушай, а газ есть?

— Что?..

— Газ у тебя есть? Плита вроде не индукционная.

— Газовая, да.

— А турка?

— Вы кофе собираетесь пить?

Голос Дины дрогнул.

— Совершенно верно.

— А больше вам ничего не надо?

— От водки бы тоже не отказался, но сомневаюсь, что она у тебя есть.

— У меня есть самогон, — негромко, едва различимо проворчала она.

— Н-да… Умеешь ты удивлять, хозяюшка. Так что с туркой и кофе?

Кофе-машина тоскливо стояла в углу. Вот она, прелесть цивилизации. Вырубили свет, отключили воду, и половина техники превращается в хлам.

Пошариться по чужим шкафам, конечно, можно. Ян, дожив до тридцати с гаком, давно распрощался с щепетильностью.

— Баш на баш.

Хм…

— Говори.

— Я разрешаю сварить кофе, а ты делаешь заодно и мне. Что-то… я никак не приду в себя.

— Тогда, может, все-таки самогоночки?

— Нет, — быстро и решительно сказала девушка. — Кофе.

Кофе так кофе.

— Вторая верхняя полка. Слева от раковины.

Первой бы информации вполне хватило. Ян открыл шкаф, продолжая периферийным зрением наблюдать за Диной. Она не должна больше кинуться на него. Не дура вроде бы. Но для себя она решила — он угроза.

Может, и не зря решила. Ситуация выходит занятной.

Как впустить в дома мальчика-проститута — это пожалуйста. Паспорт хоть бы спросила! Но нет же, подгорало кое-что и кое-где. Ян сжал губы. Ему-то, собственно, что? Решила развлечься Дина — ее дело.

Подбешивало другое. Как она потом его восприняла. Парадокс заключался в том, что в девяноста девяти случаях Костровскому было наплевать, что о нем думают люди. Есть узкий круг людей, чье мнение ему не безразлично и ради которых он готов на все. В прямом смысле. А остальные… Пообщались и разбежались.

Мелкая зараза, что встретила его дулом, а потом неплохо так трахнула, непостижимым образом его зацепила. Оскорбила, понимаете ли. А он же сопливый пацан! Что на оскорбление девчонки с посттравмом не повестить?

Но опять же, черт побери! Если у нее было нечто негативное в прошлом, как постороннего мужика в дом пускать, да еще в такую непогоду, когда морду лица с трудом можно разобрать?

Он не сомневался — Дина его завтра даже не сможет описать. Будут общие черты и только.

А он?

А он запомнил. Узкое красивое лицо с высокими скулами. Глубоко посаженными глазами. Полными губами, вкус которых он не попробовал.

Знал бы, хрен лежал бы «послушным»… мальчиком.

— Спички или зажигалка?

— И то, и то есть.

— Нашел уже…

Еще несколько минут, и он будет неплохо ориентироваться на кухне Дины. Для большей видимости он перенес несколько «эльфов» на кухонную столешницу.

Идеально, мать его ети.

Греметь за окном перестало, но порывы ветра усиливались. Даже ему, повидавшему виды, нет-нет да жутковато становилось. Вот она, сила природы в действии. Кто там говорил, что человек — царь природы и т. д. и т. п.? Попробуй-ка совладать с молниями и порывами ветра от двадцати в секунду.

От плиты он не отходил. К варке кофе Ян Костровский относился щепетильно, как и любой заядлый кофеман. Без кофе жизнь не мила. Особенно ему нравился кофе, сваренный в песке. Практиковал он такое. И уже обдумал, как и тут устроить подобное.

— Сахар в доме имеется?

За его спиной послышался тяжелый вздох.

Ну а что. У него тоже еще бурлило. В самогонке ему отказали — успокоился бы куда быстрее.

Но тут Дина правильно поступила. Распитие спиртного в обществе неизвестного бугая неизвестно к чему может привести. Может, он буйным и неуправляемым становится?

— Найдете — ваш будет.

Ян подавил улыбку. А вот это правильно, девочка. Здоровая злость — прекрасная реакция.

— Тебе сахар нужен?

— Я с конфетами люблю.

— А мне дашь?

Спросил, и тотчас по телу прокатился приятный жар. Когда это у него в последний раз была такая пацанская реакция на совершенно нейтральный вопрос с невинным, на первый взгляд, глаголом «дашь»?

— Нижний шкаф под панелью. Мне батончики, если можно.

Батончики, значит. Еще бы вспомнить, что это такое.

Ян не поленился, достал несколько пакетов с конфетами. Ого. Кто-то у нас сладкоежка и затаривается основательно. Он бы, кстати, так же делал.

Себе он взял тоже батончики. Почему бы и нет?

Дина оставалась сидеть в кресле. Туда он ей и отнес кофе. Накосячил, значит, надо реабилитироваться. Хотя кто тут накосячил больше — вопрос.

Близко подходить к девушке, нависать над ней не стал. Лишнее. У нее сможет сработать реакция. А горячий кофе — это не то же самое, что холодная студеная водица.

— Спасибо, — пробормотала она, принимая кофе и конфеты.

— Пей и кушай как свое.

Сам он сел за стол. Сделал глоток кофе и едва не зажмурился от удовольствия. Как иногда мало человеку надо для счастья.

— Как мог у вас навигатор сесть?

Снова это «вы».

— Зарядка сдохла.

— А в машине разве нет системы подзарядки?

— Тоже сломалась.

— Машина у вас дорогая.

— И что? Такие еще чаще ломаются. Напичкают электроникой, сам черт потом не разберется.

А девочка задавала правильные вопросы. Значит, мозг заработал в нужном направлении. Ян мысленно одобрил.

— У меня встречный вопрос есть, хозяюшка.

Ему зашло ее так называть. Было в этом обращении нечто теплое, родное. Из детства. И идеально соответствующее здешним краям.

— Мне уже не нравится начало. — Она спрятала лицо за краем кружки. Она в принципе пила кофе, максимально закрываясь.

— Правильно, что не нравится. — Ян откинулся на стул. — Меня интересует следующее. Ты меня на ночевку оставишь или за порог выгонишь? Я согласен на диван. Да что диван… Я даже в кресле готов поспать.