26

Я едва-едва успела. Возможно, было бы куда лучше, если бы я опоздала.

Когда я влетела в приемную, секретаря там не было. И Олега тоже почти не было. Он стоял у двери со светлым пиджаком в руках и искал на связке нужный ключ.

– Вика? – удивился он, увидев меня. – Что-то случилось?

Сейчас в полумраке кабинета я увидела его совсем другим, не таким, каким привыкла, – хмурым, сосредоточенным или сердитым. Вовсе нет. Он был уставшим, словно все проблемы мира разом рухнули к нему на плечи и он, как Атлант, мужественно их держал.

Такого Олега и правда хотелось потрепать по макушке, хотелось заварить ему горячий чай с липой и мелиссой, укутать в плед, устроиться сзади и обнять за плечи. Или просто – обнять за плечи. Или просто обнять.

Я отогнала это наваждение и поняла: ничего я ему сейчас не расскажу. Никаких плохих новостей, никаких историй о его гулящей подруге детства.

– Нет, всё в порядке… Просто мы редко видимся, столько работы, а я хотела посоветоваться. Это насчет нас с Пашей.

Олег нахмурился.

– Боюсь, семейный психолог из меня такой себе… Может, вы сами как-нибудь разберетесь?

Я вздохнула.

– Ха-ха! Очень смешно. – Может, и не стоило бы приставать к уставшему человеку со своими проблемами, но должна же я как-то объяснить, с чего притащилась в офис чуть ли не среди ночи. – Что-то, кажется, мы запутались. И нужен твой стратегический ум…

Олег наконец нашел нужный ключ и стал проворачивать его в двери.

– Мы с Пашей хотим развестись. Но так, чтобы Константин Петрович не переживал. Он так ждет внука! Я не представляю, как ему сказать, что наследника не будет. И эта идея с выкидышем теперь кажется мне ужасной.

– А зачем вам разводиться? – удивился Олег. – Если тебе нужен мой совет, то вот он: вы отличная пара. Прекрасная ячейка общества. Быстренько организуйте наследника, и все будут счастливы, а особенно Константин Петрович.

Он явно не хотел разговаривать. Нет, ну а что я ожидала – приставать с глупостями к человеку, который отработал целый день и уже мечтает оказаться дома. Вот и прикрывается сарказмом. Ладно, поговорим в другой раз.

– Думаю, Паша будет против, – сказала я. – Есть подозрение, что он нашел претендентку на роль матери своих детей и без нашей с тобой помощи. Но в целом я поняла. Извини, что отвлекла. Будем думать сами.

Я развернулась, чтобы уйти, но Олег сказал:

– Что значит претендентка? У Пашки кто-то есть? А вы разве не… – Он оборвал себя на полуслове. – Мне показалось, что у вас всё отлично… Из фиктивного брака – в, так сказать, эффективный.

Теперь уже я смотрела на него, вытаращив глаза. Он что, это серьезно? Я и Павел?

Хотя… Я вспомнила и Пашкины поцелуйчики – из вредности, и нашу с ним возню, которую Олег тогда застал…

А ведь действительно со стороны можно подумать черт знает что…

– Нет, у нас, конечно, всё отлично, но это не значит, что нам не надо развестись. Потому что тогда Пашка сможет привезти домой свою реальную даму сердца. А я поселюсь где-нибудь неподалеку от работы, и у нас всё станет ещё отличней.

– Ясно, – Олег достал из кармана ключи и начал открывать кабинет, – заходи, будем думать.

Мне показалось или настроение у него улучшилось?

В отличие от приемной, в кабинете свет не горел. Олег пропустил меня вперед, зашел следом и остановился сзади. Дежавю. Так уже было – в тот раз, когда он привёз меня в особняк Павла. Только сейчас он не может пожелать мне спокойной ночи и бросить в своём кабинете.

Я развернулась, чтобы что-то спросить, и уткнулась носом в плечо.

Наверное, мне следовало ойкнуть – мол, нечаянно – или отскочить подальше. Но я этого не сделала. Так и стояла – близко, очень близко. И свет все никак не загорался.