6

6

Тишина телефона убивала. Я так и не смогла уснуть до утра. Чтобы скоротать время, залегла в ванную и провалялась в ней почти два часа. Напряжение понемногу отпускало, и в голове стал вырисовываться четкий план. Мне после встречи с неизвестным любовником возвращаться домой нельзя. Значит, нужно заранее приготовить необходимое: документы, минимум вещей и наличные деньги. Милку бы попросить, чтобы нашла в какой-нибудь деревеньке домик. Лучше подальше отсюда. Доехать до туда придется на такси, потому что в автобусе придётся предъявлять документы. Да и на автостанциях везде камеры стоят. С такими длинными руками, как у Плотниковых, они кого угодно способны из-под земли достать. А мне нужно будет спрятаться быстро, без лишних подозрений. Так, решено, сначала все обсужу с подругой. Она у меня резвая, решения принимает быстро, да и знакомых у нее в городе много. Фишечка у нее такая – полезными связями обзаводиться…

Звук открываемого замка входной двери вырвал меня из размышлений. Виталик ввалился в прихожую, сбив ключницу со стены и совсем невежливо столкнулся с тумбочкой. О том, что он был чертовски пьян, можно было и не гадать. Я затихла, боясь даже вздохнуть. Пожалела о том, что не закрыла щеколду на двери в ванной. Хоть бы он ушел сразу спать…

Шаги по квартире. Козел, даже ботинки не снял. Видимо, ему доставляет особое удовольствие, когда горничная потом оттирает белые ковры от грязи. Идиот.

Виталий прошел в свою комнату, пару раз на пути столкнувшись с мебелью и изливая из себя отборную ругань, а затем неожиданно решил проведать жену. В моей комнате он меня, естественно, не нашел. Громогласный возглас на всю квартиру заставил сердце бешено биться.

– Женька, сука, тварь. Где ты?

Я вскочила и сорвала с вешалки полотенце. Едва успела обернуться им, как помятая и недовольная рожа Плотникова показалась в дверном проеме.

Он плотоядно улыбнулся и протянул:

– А-аа, вот ты где, милая жёнушка.

Я посильнее сжала концы полотенца на груди и прижалась к стене. Если бы можно было раствориться в ней, сделала бы это не раздумывая, лишь бы только этот урод не трогал меня.

Взгляд Плотникова потемнел. Он сделал два резких шага, я метнулась в сторону, но поскользнулась и плюхнулась в воду, обдав все вокруг брызгами мыльной воды. Полотенце моментально намокло и прилипло к телу, дополнительно спутав ноги.

– А что это мы ночью не спим, а? – зловещий тон не предвещал ничего хорошего. – Для кого это ты тут намываешься, сучка?

– Мне просто не спалось, – мирно ответила я, следя за плавными телодвижениями мужа. Он медленно расстегнул пиджак, снял его и бросил на мокрый пол. Затем расстегнул ремень. Я зажмурилась. Нет, только не это. После проституток он еще будет прикасаться ко мне!

Отчаянно замотала головой и выкрикнула:

– Не смей!

Такого он точно не ожидал от всегда покорной жены. Виталий остановился и замер. Спросил ядовито:

– Что это? Бунт? Моя милая жёнушка смеет отказывать мужу?

Он резко схватил меня за волосы и больно дернул вверх, заставив поднять лицо. А затем склонился и прошипел:

– Я тебя кормлю и одеваю, дрянь. Только благодаря моим бабкам ты живешь здесь, а не сдохла еще на помойке. Прими это как дар, сучка.

Резкий толчок и моя голова уже под водой. Я пытаюсь задержать дыхание, но воздух вырывается через ноздри, в голове шумит и легкие разрываются от боли. Я цепляюсь за его руки, царапаюсь, но с каждой секундой сил становится меньше и меньше.

Почувствовав, что я перестала сопротивляться, Плотников наконец выдернул меня из воды, позволив вдохнуть, а затем снова окунул в ванну с водой. На этот раз я забилась еще сильнее, раздирая его кожу на руках своими ногтями до крови. Черт возьми, несмотря ни на что, мне отчаянно хотелось жить.

Еще тридцать секунд и меня, совершенно безвольную куклу, он снова вытаскивает из воды за волосы. А потом выдергивает из ванны и отталкивает в сторону двери.

– Пошла вон, дрянь! – шипит он, рассматривая свои окровавленные руки и перепачканную рубашку. Я откашливаюсь от воды, сдираю с себя намокшее полотенце, отползаю к двери, подальше от этого изверга.

Слез нет, только злость, душащая, заставляющая ненавидеть отчаянно… и убивать.

Это предел. Больше так продолжаться не может!

Сжимаю кулаки и прячу взгляд. Виталик в ботинках и одежде залазит в ванну и ложится в воду. Блаженный вздох говорит о том, что его отпустило. Теперь я могу уходить. У меня есть несколько минут до нового всплеска ярости. Причем во второй раз он меня не отпустит.

Выползаю из ванной на корячках. Встать на ноги, значит привлечь к себе его внимание. Нет, сейчас нужно действовать очень осторожно. Оказавшись в прихожей, встаю и бегу в свою комнату. На мокрое голое тело натягиваю спортивный костюм, хватаю рюкзачок, пихаю в него платье, футболку и шорты, нижнее белье, документы, телефон.

Из комнаты выхожу украдкой, еле ступая иду в сторону выхода. Храп, нарушивший тишину, позволяет облегченно вздохнуть. Я снова возвращаюсь в комнату. Беру еще один пакет и складываю все самое необходимое. Такси на вокзал вызываю со стационарного.

А затем, вдохнув в грудь побольше воздуха, набираю сообщение в Вотсапе своему незнакомому собеседнику.

"Сможешь забрать меня отсюда?"

Беспрестанно молюсь. Через минуту появляются долгожданные галочки, сообщение исчезает. И приходит ответ:

" Через десять минут на остановке напротив твоего дома"

Спасибо, Господи, спасибо! Окидываю комнату, в которой прожила больше пяти лет, прощальным взглядом, на цыпочках под громкий храп дорогого супруга иду до входной двери. Она, слава Богу, до сих пор не заперта, так что муж ничего не услышит. Обуваюсь, выскальзываю в коридор и мчусь вниз по лестнице.