Глава 32 · Александр

– Почему? В светлых глазах настолько искреннее удивление, смешанное с разочарованием, что я не сдерживаюсь. Шагаю вплотную к Лизе, вжимая ее поясницей в столешницу и кладу ладони по обе стороны от неё. Это скорее для того, чтобы держать эмоции на цепи. Их слишком много. Те, что были изначально, катастрофические и неподвластные контролю, остались позади. На смену пришли другие – за слезы Лизкины, за тушь эту растекшуюся под её глазами хочется размазать по стене и Аллу и Климовича. Одна – сука, считающая, что ей позволено подкладывать ничего несведущую девчонку под мужиков, а другой – мудак, из-за наркоты не различающий что к чему. – Потому что содержанка предполагает секс на постоянной основе при выключенных эмоциях. Запрокинув назад голову, Лиза испепеляет меня взглядом, а я, не удержавшись, провожу пальцем по её припухшим после долго плача губам. Мягким, ярко-красным… Склоняюсь и касаюсь их своими, чувствуя, как внутри все фитили зажигаются. – А по отношению к тебе мои эмоции выключенными назвать нельзя, – перемещаю губы ей на мочку уха. По фитилям огонь бежит, но я держу его в ежовых рукавицах, потому что девчонке в первую очередь нужно успокоиться после пережитого. А если я выпущу на волю своих демонов, она будет шарахаться от меня еще сильнее, чем раньше. – Мои к тебе тоже, – искреннее признание бьет по вискам. Отстранившись, заглядываю ей в глаза. От этой её настоящности крыша едет. Лиза смотрит на меня так, как смотрят домашние котята – с обожанием, доверием, надеждой… Где ты взялась только на мою голову, девочка, а? – Иди в душ, – отстранившись, чтобы не сожрать её прямо сейчас на кухне, отхожу на несколько шагов. – Потом поговорим. – Ладно… – пройдя мимо меня, она останавливается и оборачивается, – спасибо. Что не оставил там. А потом разворачивается и быстро уходит сначала в свою комнату, а потом в ванную. Я же нервно взлохмачиваю волосы на затылке. Открыв бар, наливаю себе пол стакана виски и залпом выпиваю. Оперевшись ладонями на стол, делаю несколько глубоких вдохов. Приехали. Пиздец просто какой-то. Надо оно мне? Девчонка младше меня в два раза. Наивная и ни черта не смыслящая в жизни. Это ж где летать надо было, чтобы не понять намеков Аллы? Или Алла не намекала? В этом мне еще предстоит разобраться. А над вопросом надо ли мне это не задумываюсь больше. Если мне было надо, когда я думал, что просто хочу её. То после того, как рванул сегодня за ней, ответ всплыл сам собой. Надо… Я таких не встречал еще. Давно еще, в молодости может, когда в универе учился, а потом заматерел и женщины вокруг другие стали крутиться. Искушенные, опытные, прожженные. Такие чистенькие, как Лиза – экзотика, которую мне хочется скрыть от всех и эгоистично наслаждаться ею самому. Пока Лиза купается, отправляюсь в комнату. Когда стягиваю рубашку, плечо привычно тянет. Дерьмо… Никак не проходит. Думал как обычно через пару дней боль утихнет, но не тут-то было. Оно периодически даёт о себе знать, простреливая в мышце. Делаю несколько оборотов рукой и предплечьем, чтобы сбить неприятные ощущения, когда слышу сзади нерешительное: – Можно помочь? Обернувшись, едва не давлюсь собственной слюной. Лиза, с влажными волосами и в тонкой белой ночной сорочке нерешительно топчется на пороге. – Сможешь? – присаживаюсь на край кровати, кивком подзывая её к себе. Пока она голыми ступнями шлепает по полу, обвожу взглядом стройные ноги и узкую талию. Видел Лизу на пилоне не раз, но сейчас это другое. Сорочка ее не кружевная, как на сцене. Шелковая, не прозрачная, она оставляет место воображению, которое разгуливается не на шутку. Твердые камушки сосков приподнимают ткань на небольшой вздернутой груди. Это охренеть как сексуально. Хочется прихватить их губами, когда она останавливается передо мной. – Я, конечно, не профессионал, – скромно улыбается, – но постараюсь. У тебя плечо уже неделю болит. Я в клубе видела, как ты постоянно растираешь его. – Внимательная, значит? – доползаю взглядом до глаз, больше не перепачканных косметикой. – Может ты не замечал, но я постоянно я за тобой слежу. Само как-то так выходит… – Заметил. Страдаешь сталкерством? Лиза смеётся. – Вроде нет. Ложись на кровать. Мне нравится её обращение на ты. Словно сама себе позволила разрушить стену между нами. Развернувшись, укладываюсь животом на матрас. Лиза становится рядом, а потом поразмышляв, забирается следом, перебрасывает ногу и садится на меня. Легкая, почти невесомая. По телу проходит расслабляющая волна, когда её пальцы касаются моей спины. Не мягко и осторожно, а довольно-таки уверенно, с нажимом находят какие-то точки, от прикосновения к которым меня волной облегчения накрывает. – Ты очень напряжен… Не удивительно. После встряски и гонки-то. – Расслабь меня… – отдаваясь в её умелые теплые руки, прикрываю глаза. Ногти у Лизы короткие, аккуратные. Обычно женщины после пары оргазмов любят, валяясь в кровати, исполосовать меня своими длинными наточенными когтями. Бесит потом ходить с красными разводами на коже. У Лизы же они почти не ощущаются. Только мягкость подушек пальцев, пробегающихся по мышцам. – Спасибо еще раз, что не оставил меня там… – шелестит тихо её голос. – Сильно испугалась, когда поняла? – Да. Рита хотела помочь, но… мужчины были не в том состоянии, чтобы идти на разговор. Не удивительно. – Что ты делала бы, если бы я не приехал? – Наверное, орала бы как сумасшедшая, если бы Демид меня таки достал оттуда. И дралась бы. Но не далась бы ему. Потом, правда тебе пришлось бы разгребать последствия, но… – Правильно сделала бы. Алла не имела права тебя туда отправлять. Без подписанного контракта ты даже потом бы имела право подать на меня в суд. Лиза замолкает, а я млею от того, как расслабляются мышцы. – А другие не подавали? – Нет. Но они и понимали на что идут. Почему она допустила, чтобы не понимая до конца ситуации ты поехала туда, я не знаю. – Может, она думала, что я поняла…. – Её работа уточнить. Она с ней не справилась. – У тебя очень крепкое тело, – внезапно меняет тему Лиза. – Это плохо? – Нет… мне нравится… – звучит еще тише, будто она сама боится собственных слов, – а еще у тебя родинка здесь, – ее пальцы опускаются вдоль моего позвоночника и останавливаются на пояснице. Обводят медленно круг, включая во мне то, что успело задремать под действием ее магических рук, – И здесь тоже, – ведет левее и снова обводит кончиком пальца по кругу. Не выдержав пытки, разворачиваюсь, сбросив её с себя на кровать. Под изумленное оханье, подминаю Лизу под себя. Зависаю на широко распахнутых глазах, в которых нет больше того протеста, что был раньше. В них мать вашу, столько всего, что меня будто в омут затаскивает. Ведьма не иначе. Не помню, когда на меня вот так смотрели, как она. – У тебя тоже есть, – отвожу в сторону ворот её сорочки и пьянея со скоростью света от вида обнаженной небольшой груди, языком провожу по крошечной круглой родинке под левым соском. – Вот здесь. Знала? – Д-да… видела в зеркале… думала, это некрасиво, – облизнув губы, топит меня в своих расширенных зрачках – Глупая. В тебе всё красиво. Подтягиваюсь и утыкаюсь своими губами в её. Расталкиваю их языком и врываюсь в горячую влажность. – И кончаешь ты охренеть как красиво, – тяну вверх подол сорочки, мешающей мне добраться до желанного тела, – Давай повторим. Только в этот раз иначе.