Глава 12 Варя

Глава 12 Варя

Женский голос. Я просто теряю дар речи на мгновение, но тут же беру себя в руки. — Почему у вас телефон моего мужа? Где Марк?

— Деточка, к чему такие вопросы? — удивляется женщина на той стороне трубки. — Мне кажется, что мы обо всем договорились или нет⁈

В панике бросаю трубку, словно ядовитую змею. Затем снова хватаю и смотрю исходящие. Я точно набрала номер мужа или кого-то другого? Но нет, ошибки нет. И что теперь делать? Перезванивать? А смысл, и так всё понятно. Марк мне изменил, соврал, предал. Продал себя и меня заодно.

Сижу, поджав под себя ноги, и смотрю в одну точку. В голове мысли, как рой рассерженных пчел, а по груди боль разливается. Мне так больно, что дышать тяжело. После смерти мамы у меня остался только муж, и я думала, что мы вместе навсегда. Что у нас будет настоящая семья с детками, уютным домом, где живет счастье и любовь. А что теперь? Простить измену и закрыть глаза, будто ничего не было?

Смогу ли я как раньше любить его руки, что касаются меня, доверять его губам, что целуют. Смогу ли я вообще смотреть на Марка и любить как прежде? Сейчас я представляла, как он целует Алису, как ложится с ней в постель и… Господи, как противно!

— За что, Марк? — вырывается из меня стон, и слезы текут рекой. — А как же теперь я?

Лучше ничего не знать… Может, муж и правильно решил всё сделать сам, а меня не ставить в известность. Если бы ко мне не пришла Алиса и не было этого разговора, то я бы поверила Марку? Скорее всего, да. Расстроилась, конечно, что он уехал в командировку накануне праздников, но я бы верила ему! И не чувствовала себя сейчас так, словно меня переломали и разложили по косточкам, а потом собрали вкривь и вкось. Всё перемешалось внутри, всё перевернулось с ног на голову.

Зачем вообще нужно это доверие, если человек может предать тебя просто так. Если деньги решают моральную сторону и делают ее не особо важной, главной в семье, в отношениях. Как мне теперь жить, представляя каждый раз, что Марк касался другой женщины, занимался с ней любовью. Нет, я знала, что до меня у мужа были женщины, он не был монахом, но это было до меня. Понятно, что брак не заставляет никого хранить верность, но разве это неправильно? Когда любишь, изменять не хочется, даже мыслей таких нет. Значит, Марк меня не любит.

Из мыслей о своей несчастной доле меня вырывает звук телефона, и я хватаю трубку в надежде на то, что это Марк. Сейчас он мне всё объяснит, скажет, что ошибка, что я зря себя накрутила, но нет. Какой-то незнакомый номер. Смотрю на цифры, что расплываются в глазах из-за слез, и думаю, ответить или нет. Не хочу сейчас ни с кем говорить, но машинально нажимаю на ответ и слышу женский голос.

— Варвара Николаевна? — спрашивает женщина, а я киваю, забыв о том, что она меня не видит. — Извините, вы меня слышите? Мое имя Эльвира.

— Да, — выдавливаю из себя хриплое. — Это я.

— Мне дали ваш телефон в художественной студии, моему руководителю понравились ваши работы. Он хотел бы сделать заказ на роспись витражей в своей галерее. Но есть несколько условий, мы их обговорим при встрече. Как и гонорар, когда вы посмотрите объем работ.

— Я сейчас не готова взять заказ, — выдыхаю, тоскливо оглядываю комнату. — Позвоните мне через пару недель.

— Варвара Николаевна, мой клиент готов платить хорошие деньги, — продолжает собеседница. — Ему крайне важно оформить все в ближайшие сроки.

— Я просто сейчас не могу, — мой голос срывается, и я всхлипываю, прикрывая ладошкой губы. — По личным причинам.

— У вас что-то случилось? — спрашивает собеседница. — Мне бы не хотелось разочаровать своего начальника.

— Мне сейчас не до работы.

— Понимаю, но все же подумайте. Иногда бывает, что занятие любимым делом лечит нас лучше, чем сидение в одиночестве и бездействие.

— Может, вы и правы, но не сейчас.

— Позвоните мне.

Не прощаясь, отключаю телефон и рыдаю горько, с надрывом, да так, что начинаю задыхаться. Встаю и наливаю себе воды, делаю несколько медленных глотков, пытаясь успокоиться, и вдруг ловлю себя на мысли, что все здесь на меня давит. Эта квартира, где я была так счастлива с Марком, эти стены, мебель, которую я выбирала, милые шторы на окнах, горшок с одиноким цветком, который никак не хочет расти. То ли ему не хватало света, то ли просто не нравился наш дом. Теперь и мне здесь все не нравится, да так, что до тошноты и нервного смеха.

За что я цепляюсь? За надежду, что все это неправда и измены мужа не было? Что он вернется, и я сразу все забуду, прощу и больше не буду вспоминать? Готова ли я принять его оправдания, которые явно будут ложью? Нет, не готова. Что меня здесь держит? Сидеть и страдать в четырех стенах, жалеть себя, вспоминать счастье, которое у меня безжалостно отняли? Любовь, которая была лишь с моей стороны и превратилась в ничто?

— Я не хочу здесь жить, — говорю громко. — Это не мой дом.

Мой голос звучит в тишине квартиры громко и твердо. Внезапно понимаю, что это и есть правда. Если Марк ушел от меня к другой, мне здесь делать нечего. И стоит ли сидеть и ждать его, рыдая ночами в подушку мужа и перебирая его вещи? Да я с ума тут сойду, пока он вернется домой. А вот когда вернется, что с нами будет? Какую ложь я приму, а какую нет? И приму ли вообще.

Ищу телефон, который запульнула куда-то, и набираю последний номер.

— Эльвира? Это Варвара. Я тут подумала и знаете, соглашусь на ваше предложение. Я правильно поняла, что предполагается проживание на месте работы? Так как ездить туда далеко.

— Отлично, вы все правильно поняли, — радуется женщина. — Тогда вас устроит, если завтра в десять утра я пришлю за вами машину? Точнее, приеду сама, и по дороге обсудим условия. Ехать нам примерно три часа, введу вас в курс дела. Некоторые вопросы очень важны для моего клиента, и его желание придется соблюдать.

— Мне все равно, присылайте машину, — отмахиваюсь я. — Не думаю, что условия для меня будут неприемлемыми.

— Как знать, — задумчиво произносит Эльвира. — Впрочем, вы правы, ничего в них особенного нет. Просто мой клиент любит тишину и предпочитает не сталкиваться с чужими людьми в своем доме. У вас будет своя рабочая комната и определенное время на посещение общих мест пользования. Вы умеете готовить?

— В обычном формате да, не как в ресторане Мишлен.

— Это и не нужно. Просто сейчас в доме нет кухарки, она же и домработница. Если вы возьмете на себя функцию уборки и готовки, будет просто здорово. Это не затруднительно, так как раз в неделю приезжает клининг. А вот пищу мой клиент любит домашнюю.

— Без проблем.

— Естественно, это будет хорошо оплачиваться.

— Да, я согласна.

— Отлично, Варвара. Завтра встретимся.