Глава 26
- Не пойму, ты имеешь что-то возразить? - Кирилл в удивлении изогнул бровь и смерил воинственным взглядом оппонента.
- Кир, помолчи, пожалуйста! - взмолилась Машка, пытаясь вклиниться между двумя мужчинами, сверлящими другу друга убийственными взглядами.
- А я что? Я молчу! - хмыкнул Кирилл. - Просто заберу свою невесту домой. Собирайся, Машуль!
Машка вскинула голову, поймала на себе дикий взгляд шефа. Кажется, у нее волоски по всему телу встали дыбом от ледяных глаз непостижимого мужчины. Машке хотелось закричать, чтобы Кирилл замолчал. А Савелий перестал с такой злостью смотреть на нее.
Но ни единый звук так и не успел сорваться с ее губ.
- Эта женщина - моя! - тоном, не терпящим возражений, выплюнул Адмиралов.
Крепкой рукой мужчина задвинул Машку за спину и заслонил собой весь обзор.
Машка носом уткнулась в спину между лопаток. Она собиралась вернуться на свое место, чтобы не дать двум идиотом поубивать друг друга. Но Савва прикрыл дверь, зафиксировал ее рукой, оставляя ровно столько места, чтобы Машка не прошмыгнула из квартиры в подъезд.
Нервный смешок вырвался из груди Марианны. Как будто она хочет убегать от своего Бармалеевича? Разумеется, нет! Но ей не хочется видеть, как ее лучший друг и ее молодой человек устроят потасовку из-за нее.
Машке пришлось действовать быстро. Она обхватила Савву руками за талию и прижалась к его напряженному телу. Через тонкую ткань сорочки девушка щекой чувствовала, как крепкие мышцы перекатываются под разгоряченной смуглой кожей.
- Машка - твоя женщина? - хмыкнул Кирилл. - Ты, мужик, совсем охренел!
Марианна чувствовала, как Савелий рванул было вперед, но остановился.
- Пусти, Маш! - скомандовал он, понимая, что если руки девчонки так и будут держать его, то при ударе по смазливой морде «Кирюши» он легко может задеть саму Машку.
- Нет! - замотала головой девушка.
- Марианна! - взревел Адмиралов, пытаясь рукой оторвать хрупкое тело девчонки от себя.
- Не пущу! - пыхтела Машка, а потом решилась на запрещенные методы: - У меня пояс развязался. А я там голая.
- Голая? - уточнил Кир, переводя взгляд за плечо соперника, чем вызвал еще боле агрессивный рык со стороны Бармалеевича. - Надо же, как все интересно.
- Ты труп! - взревел Савелий, но понял, что девчонка не собирается его выпускать.
Шагнув назад, удерживая рукой Машкины ладони, Савелий с силой хлопнул входной дверью перед носом нежданного гостя, мысленно пообещав себе, что этого самого «Кирюшу» он найдет.
- Савва! Савушка! Не нужно его бить! - тараторила Марианна, цепляясь ладонями за мужскую талию, прижимаясь щекой к тонкой ткани рубашки.
- Ты чужая невеста? - голос звучал приглушенно, словно Савва выдавливал слова по звукам.
- Что ты! Нет! Вернее, не совсем! Для моей мамы Кирилл мой жених. Но только на словах. Черт, Савва, это долгая история! - тараторила Марианна, украдкой радуясь, что мужчина перестал рваться набить физиономию ее другу, но напряжение все еще не покидало его тела.
- Самое время рассказать, - пробормотал Адмиралов.
Савелий выудил прижавшуюся к нему Марианну. Секунду он смотрел в глаза девушке сверху вниз. А потом шумно выдохнул, склонил голову, прижался своим лбом к девичьей макушке.
- Ты не будешь больше с ним спать! Никогда! - требовательный голос мужчины заставил Машку поежиться. Этот приказ всколыхнул бурю негодования и волну возмущения в глубине вредной девичьей души.
- И не собиралась! - воинственно возразила Марианна. - И не потому, что ты запрещаешь. А потому, что Кирилл - друг. А спать с друзьями дурной тон, между прочим.
- Благодарю за пояснение! - прорычал Савелий, перехватывая затылок Марии рукой, а второй приподнимая ее голову, чуть поддев подбородок пальцами. - Но мне плевать, Маш. Потому что каждому твоему любовнику я собственноручно переломаю ноги.
- Ты в себе, Бармалеевич? - Марианна опешила от такого заявления, вскинулась, накрыла ладонями руку Савелия. -Откуда у меня любовник? Еще и во множественном числе! У меня, знаешь ли, из сексуального опыта - два свидания, три похода в кино.
- А презервативы? - не поверил Савелий. - У тебя в квартире, ты сама сказала.
- Ну, у каждой уважающей себя девушки должны быть подобные штуки, - пробормотала Марианна, немного смутившись. - Вдруг война, а я в тельняшке.
- Маш, тебе сколько лет? А ты до сих пор девочка, -Савелий едва заметно улыбнулся. Кажется, эта новость его очень радовала.
- Да уж не мальчик, - воинственно прошипела Маша.
- Не мальчик, - пробормотал Савва, склоняясь ближе, на миг зажмурившись, молодой человек с нажимом произнес: - Черт, Машка! Я оказывается не готов тебя ни с кем делить!
Машка, вероятно, впервые за долгое время не нашлась с ответом. Что ей сказать, если этот мужчина одними мыслями о себе вгоняет ее в жуткое смущение?
- Отец сквозь пальцы смотрит на интрижки матери, - прошептал Савва. - А я только что понял, что не смогу так.
- В рогах правды нет, - с понимаем так же тихо прошептала Марианна.
- Ты просто невероятная девушка! - без тени улыбки произнес Адмиралов, а Маше показалось, что за этой простой фразой кроется глубокий смысл. Но пока она не была готова его осознать.
А Савелий, взбудораженный шальными мыслями, адреналином от сорвавшейся драки, робкими признаниями, которые пока не отражали и сотой доли всех эмоций, шумно выдохнул и подхватил Машу за талию, прижимая ее тело к себе, приподнимая над полом.
- Невероятно вредная? - прошептала Машка, мило улыбаясь, краснея и скользя смущенными глазками по прямому носу, подбородку, заросшему щетиной, по темным волосам, даже умудрилась бросить взгляд на красивые мужские уши, но избегала смотреть в глаза Савелия.
- Невероятно очаровательная выдра! - выдохнул Савва.
Преодолев расстояние, отделявшее их от заветной постели, Адмиралов шумно выдохнул. Одно дело - фантазировать и представлять Машку в собственной постели и голой. А совсем другое - когда красавица-выдра стояла на краю его постели. Полы ее халата разъехались, открывая доступ жадным мужским рукам к желанному телу.
Савва уговаривал себя, что легко не будет. В его голове происходило замыкание, стоило ему взглянуть на хрупкие плечи, на лихорадочно бьющуюся жилку на шее, на небольшую, но идеальную грудь с темными сосками. И Адмиралов понял, что он уже успел перешагнуть ту черту, после которой поздно притормаживать. Тяжелым пульсом в его голове стучало одно единственное слово «Моя!».
Машка возмущенно пискнула, когда халат улетел на пол. Но тихий стон слетел с ее губ, стоило мужчине прижаться жадным ртом к покатому плечу, едва ощутимо прикусить кожу зубами, а потом спуститься к груди.
Марианна плыла на уже знакомой волне удовольствия. Она понимала, что сил на сопротивление у нее нет. Она хочет этого невозможного, заносчивого, вредного, деспотичного мужчину. Хочет до дрожи под коленками. До ярких точек перед глазами. Хочет так, как ничего не хотела ранее.
Ее цепкие пальцы зарылись в густые волосы на затылке Саввы. Ее тихие стоны срывались с приоткрытого рта. Она полностью отдалась во власть умелых рук Адмиралова. Прогнулась под натиском его губ, неосознанно подставляя собственное тело под щедрые мужские ласки.
Машка не поняла, как оказалась на спине. Прохладные простыни смогли всего на миг остудить пылающее страстью тело. Но стоило Савелию скользнуть руками к девичьим бедрам, как жажда прикосновений стала непереносимой. Марианна извивалась, пытаясь быть ближе к этим рукам, губам, смуглой коже, не стесненной одеждой.
- Маш, я здоров, - донесся хриплый голос до слуха Мари.
Черт! К чему именно сейчас говорить об этом? Машке было плевать! Она и сама прекрасно знала, что Адмиралов уже излечился от своей ветрянки. И других болячек подцепить не успел. Иначе она знала бы. Савва, скорее всего, вновь заставил бы его лечить.
Мысли роились, скручивались в спираль, и уже было не разобрать, какие из них важные, а какие не стоят внимания.
Все, о чем могла думать Машка - влажные прикосновения жадного рта к ее груди и легкие, но твердые поглаживания между бедер.
Разумеется, Маша понимала, что именно произойдет. Морально она уже была готова. Но в физическом плане боялась. Она видела габариты Адмиралова, и просто не представляла, как именно «он» сможет поместиться в ее теле.
Именно об этом она и хотела спросить. Ведь партнеры могут говорить на разные темы? Даже если эти темы абсурдные.
Но ничего спросить Машка так и не успела. Она почувствовала твердое скольжение и вскрикнула, когда давление оказалось непереносимым.
Савелий замер, нависая сверху, удерживая вес тела на локтях. Лбом он прижался к влажному от капелек пота лбу девчонки.
- Машкааааа…- выдохнул он, оставляя долгий и властный поцелуй на припухших губах.
В ответ услышал тихий стон. Он понимал, что Машке больно. Но и остановиться не мог. Его словно швырнуло с обрыва неведанной силой. Швырнуло, отшибло все мозги, расплющило о скалу, сдавливая грудь, не позволяя дышать. Савва действовал на инстинктах, чувствуя, что только глубокие размеренные движения помогут ему вырваться из этого омута. Но он был обречен. Размеренные движения превратились в мощные толчки.
И он замер, оттягивая момент, когда не сможет больше контролировать свое тело. Такого не случалось ранее. Он был выбит из колеи, растерян и оглушен столь новым для себя состоянием. Но нашел в себе силы, чтобы, удерживая Машку, перевернуться на спину.
Марианна тихо пискнула, склонила голову, позволяя волосам скрыть лицо. Но Савва поднял руку, убирая длинные пряди в сторону.
- Все хорошо, Маш? - прошептал Адмиралов.
Но потому увидел потемневшие от страсти глаза своей вредной выдры, припухшие губы и нежный румянец. Он и без слов видел, что даже если Маша и испытывала боль, то она была терпимой.
Адмиралов улыбнулся, приподнял Машку за бедра и позволил ей самой двигаться так, как ей этого хотелось.
Марианна Михайловна прикрыла глаза от нового ощущения. Ей казалось, что она не выдержит больше. Но Савва продолжал удерживать ее крепкими руками, а потом и вовсе скользнул пальцами туда, где им быть совершенно не полагается.
Машка удивилась, почему от ее крика не вылетели стекла из окон. Она обмякла в руках своего мужчины, чувствуя, как он, дернув бедрами, погрузился в ее тело в последний раз, а потом крепко обхватил руками.
Их дыхание было надрывным, словно после марафона. Волосы липкими прядями обвили их тела. А сердца бились в сумасшедшем ритме, одном на двоих.
Кажется, Маша на миг исчезла из реальности, погрузившись в приятную негу. Она чувствовала, как горячие ладони поглаживают ее спину и бедра, ну и попу, куда уж без нее. Легкая улыбка играла на девичьих губах. А потом Машка и вовсе захихикала.
- Смеешься? - в шутку обиделся Савва. -Я, знаешь ли, рассчитывал на более высокие чувства после занятий любовью.
- Я просто вспомнила свою мысль, - поделилась Машка. -Но она глупая, поэтому о ней я тебе не расскажу.
- Я могу быть очень убедительным, - самодовольно заявил Адмиралов, а потом с тихим рыком прижался к Машкиной шее. Та взвилась от смеха.
- Хорошо! Хорошо! - капитулировала Марианна, а потом призналась: - Я просто подумала, как «он» поместиться «туда».
- Что сказать… Я могу впихнуть невпихуемое, - фыркнул Савелий, а потом, убрав волосы с лица девчонки, серьезно спросил: - Как ты? Сильно болит? Я малость не сдержался.
- Я заметила, - улыбнулась Маша. -Не заметила презерватива. А в остальном, все чудесно.
- А мы, Машка, без него, - Савва склонился к лицу девушки и принялся оставлять короткие поцелуи на щеках и губах.
Марианна минуту наслаждалась этой сладкой лаской, до тех пор, пока смысл сказанных слов ни дошел до нее.
- Что ты сказал??? - выдохнула Марианна, а потом уже громче, заставив Адмиралова поморщиться: - Как это «без него»?
- Да ладно, Маш, все же хорошо, - спокойно произнес Савелий, но Маша вывернулась из его рук.
- Что ты такое говоришь, Савелий Бармалеевич?! - кричала Марианна, гневно сверкая глазами. -А если будут последствия? Если я забеременею? Ты об этом подумал?
- Подумал, - кивнул Савелий, он все так же лежал на постели, улыбался, сцепив руки под головой. Словом, мужчина не выглядел испуганным перспективами отцовства. -Мне кажется, ты будешь очаровательной выдрой, проглотившей арбуз.
- Идиот! - выкрикнула Машка.
- Выдра! - широко улыбался Савелий.
Марианна топнула ножкой, но должного эффекта не последовало. Адмиралов только заскользил ленивым взглядом по стройному телу. А потом и вовсе задержался на некоторых особо привлекательных местах. Машка, распахнув в удивлении глаза, смотрела, как находящаяся в состоянии покоя часть тела Бармалеевича вновь становится «неспокойной».
- Очаровательная выдрочка, - хрипло пробормотал Савва, поднимаясь с постели и двигаясь к девушке.
- Нет! - рявкнула Машка и рванула в сторону ванной.
Она заперла дверь на замок. А ее взгляд замер на огромном зеркале. Голая Машка смотрела на нее из отражения. Она была прежней, но и в то же время чужой.
Тряхнув длинными волосами, Машка встала под душ. Она потеряла счет времени. И закрыла краны только тогда, когда поняла, что не все так плохо в ее жизни. Ведь она любит своего несносного шефа и заносчивого копытного бога, которого встретила будто вечность назад. А на самом деле прошло всего несколько недель с их памятной встречи перед зданием офиса.
Вытираясь полотенцем, Маша велела себе успокоится. Проблему она будет решать по мере их появления. А пока она хотела поесть. И намерена была решить эту проблему.
Обмотав волосы полотенцем, завернувшись в махровый халат Адмиралова, Машка вышла из ванной. В спальне уже никого не было. Но дверь была приоткрыта. А из гостиной доносились странные звуки.
Машка торопливо выскочила из спальни. И замерла.
В кухонной зоне за столом друг напротив друга сидели двое мужчин. У каждого из них красовался наливающийся кровью синяк на скуле или под глазом, была разбита губа или рассечена бровь. Но мужчины пили спиртное из глубоких стаканов и заедали тем самым ужином, который Машка планировала съесть.
Нет, драку она бы поняла. Но есть ее порцию!! Это ведь хамство, по меньшей мере!
- Идиоты! - резюмировала Марианна и села на свободный стул, который по «чистой случайности» оказался не рядом с Кириллом, а около Адмиралова.
- Шикарно выглядишь, Марианна Михайловна! - подмигнул друг, кивая на случайно распахнувшийся ворот халата, где четко виднелись следы от губ Савелия.
Машка прикрыла красные следы и хмуро взглянула на друга.
- Есть возражения? - вместо девушки ответил Адмиралов и собственническим жестом обнял Машку за плечи.
- Уже нет, - пожал плечом Кирилл и поморщился, прикасаясь пальцами к ссадине на виске.
Машка обвела хмурым взглядом поле боевых действий, сломанный столик в гостиной, сиротливо лежавшую на полу «плазму», перевернутое кресло.
- Идиоты! - тихо вздохнула Машка и принялась есть, а мужчины, не сговариваясь, выпили содержимое своих стаканов до дна.