9. Служебный роман

— Эй, ты что здесь делаешь? — кто-то теребил меня за плечо.

Я сонно разлепила веки, пытаясь проморгаться и осознать произошедшее. Ничего себе «посидела на крылечке»! Матушка уже клонилась к самой земле, совсем чуть-чуть — и окончательно стемнеет. И что мне, спрашивается, делать? Неужели Грег не мог разбудить пораньше?

И хуже всего то, что надо мной нависал давешний адъютант, недоуменно хлопая глазами.

— Я здесь сижу, — глубокомысленно ответила на ранее заданный вопрос. Хотелось еще добавить «и сплю», но это показалось уже слишком шокирующим.

— На моем крыльце? — Кажется, мой новый знакомый или незнакомый, его имени я ведь так и не услышала, не понимал, как реагировать на происходящее.

Я же точно знала, что надо делать уверенное лицо и утверждать, что так и задумано. Поэтому вскакивать не спешила.

— Замечательное крыльцо. Удобное, — похвалила я, мысленно жалея, что никто не удосужился повесить табличку, кого сюда поселили.

— Если ты пришла извиниться… — На этом мои глаза, должно быть, увеличились вдвое. По ощущениям, так точно. — …то я не придаю серьезного значения рабочим моментам. — Спокойствие. Грег прав, я планировала тренировать терпение и выдержку. — И, к слову, романов на службе тоже не завожу, — многозначительно добавил этот…

— Чего?! — взвилась я, подскочив с крыльца и почувствовав резкое головокружение. По счастью, стена оказалась под рукой, а то бы еще, чего доброго, рухнула в объятия одного не в меру наглого типа. Потом бы точно не объяснилась.

Жаль только, что все мое спокойствие пошло умертвиям в зад. Нет, ну это же надо додуматься?!

— С тобой все хорошо? — поинтересовался адъютант.

— Со мной-то да, а вот у тебя, наверное, проблемы. Откуда вообще такие мысли? Какие еще романы?!

— Если ты сидела и дожидалась меня с полудня на крыльце, значит, у тебя был веский повод, — построил логическую цепочку адъютант, я же закрыла ладонями лицо и застонала.

Вот это самомнение! Даже я завидую!

— Да как я могла узнать, что ты здесь живешь?

— У любого встречного спросить, все знают, куда меня определили, — пожал плечами наглец.

Нет, здесь объяснять что-либо бесполезно.

— Я даже не знаю, как тебя зовут! И вообще уже ухожу! Но на всякий случай: я сидела здесь просто так, понимаешь? Просто так! Уж точно не ждала тебя. Не принимай все на свой счет. И да, извиняться тоже не планировала. — Вот в какие только ситуации мне попадать не доводилось — и в страшные, и в опасные, но чтобы в такие дурацкие!

Правда, сказать в моем случае было легче, чем сделать. Слабость не собиралась отпускать так сразу, и я обреченно подумала, что сегодня опять весь день не ела, а магии потратила прилично. К тому же ночь на носу…

Лара, соберись! А то этот тип решит, что ты не хочешь уходить, поскольку сражена его неземной харизмой и обаянием.

Так что я осторожно, по стеночке пошла вперед, лишь бы убраться отсюда подальше. Стоило узнать, где здесь можно поесть, но и это я спрошу у кого-нибудь другого. Раз здесь все всё знают.

— Эй, курьер! — донеслось мне вслед. — Ты точно в порядке?

— Поесть бы… — пропел тоненьким голоском Грег. Я едва не задохнулась от возмущения! Да что эта нежить себе позволяет! Покараю! Развоплощу!

— Тогда заходи, а то на общий ужин ты все равно опоздала.

Я, не до конца веря в приглашение, обернулась. Адъютант уже распахнул дверь и ждал.

Вообще, я планировала сказать, что пошутила. Ну не объяснять же про своевольного призрака, вечно лезущего, когда не надо? Но новость о прошедшем общем ужине как-то поумерила мой пыл. Да и тогда я бы точно выглядела в его глазах полной идиоткой.

— А как же служебные романы? — не сдержалась я.

— Заходи уже. — Кажется, кое-кто тоже не отличался терпением.

Жилье адъютанта оказалось значительно проще, чем у командующего, которому, разумеется, выделили один из лучших домов. Вся мебель была надежно сколоченная и непритязательная. Никаких цветов-салфеточек, вместо тюля — обычные ситцевые занавески.

— Я — Рэм, — коротко представился адъютант, отодвигая для меня табурет в единственной комнате, служившей всем и сразу.

— Лара, — ответила я.

Табурет оказался разноногим и качался во все стороны. Стол грубо обтесанный, но вроде чистый. Узкая кровать. Лавка, на которой лежал неразобранный походный заплечный мешок, и печь.

Рэм — вот и познакомились — устало сбросил куртку и расстегнул верхнюю пуговичку рубашки, стянул завязку с волос, пару раз расчесав их пятерней, и едва заметно помассировал голову — болела, наверное.

— А почему ты не с командующим живешь? Должен же кто-то денно и нощно ему помогать.

— А ты думаешь, я у него один? — усмехнулся Рэм, ставя передо мной две банки домашнего варенья и разворачивая рядом на салфетке большой ломоть хлеба.

— И откуда такая роскошь? — Я покрутила ближайшую баночку в руке и прочитала накарябанное карандашом на клочке бумаги: — Земляника?

— Мама с собой дала, — немного смущенно признался Рэм.

Кажется, что вместе с форменной курткой он сбросил с себя и образ важного адъютанта, и изрядно прилагающейся к нему спеси.

— У тебя замечательная мама, — одобрила я. — А если она тебе еще и кофе в дорогу положила, то нам точно не избежать служебного романа.

На это Рэм только рассмеялся, ловко отрезав несколько ровных кусков хлеба.

— За кофе я бы и сам с кем угодно роман закрутил, но увы, — развел он руками. — Могу чай с укрепляющими травами заварить.

— Давай чай, — согласилась я, уже жуя бутерброд.

Мага-стихийника видно сразу. Рэм не стал разводить огонь, просто обхватил ладонями старенький закоптившийся чайник, и спустя несколько секунд послышалось характерное бульканье.

— Откуда ты знакома с командующим? — с любопытством спросил адъютант, щедро засыпая травяной сбор в кружки и заливая его кипятком. — Признаться, я был очень удивлен, когда он согласился тебя принять. К магистру тяжело попасть даже высшим чинам.

— О, это долгая история, — решила напустить тумана я.

— Так мы и не спешим, — пожал плечами Рэм. — Ты же все равно до утра не улетишь.

— Ты меня уже и на ночь оставить готов? — удивилась я. — Точно не собираешься заводить со мной…

— Точно, — не стал дослушивать парень. Кажется, он уже и сам пожалел, что сказал мне о служебном романе. — Не выгонять же тебя в ночь, раз уж ты весь день дожидалась меня на крыльце.

А он не промах, языкастый. Наверное, других в адъютанты и не берут.

— И что же ты, бедный, целый день отбиваешь Рихарда Конарда от назойливых посетителей?

— Ты же видела, какая к нему очередь, — пожал плечами Рэм. — А моя главная задача — не пускать к нему кого не следует. Правда, магистр принимает не один, у него еще несколько помощников. Но из курьеров ты точно первая, кого он принял лично.

И снова он впился в меня заинтересованным взглядом.

— Я особенный курьер, — гордо ответила я, осторожно цедя кипяток из кружки.

— Особенно наглый?

— Кто бы говорил! Такого надменного типа еще поискать!

— У меня работа такая, — не согласился Рэм. — А вообще я очень вежливый, как видишь. — Я только усмехнулась на данное заявление. — К тому же до тебя к нему человек десять пыталось проскочить всеми правдами и неправдами. А парочка и кулаки в ход пустила. Где же мне столько вежливости на всех набрать? — пожаловался адъютант. — Или, к примеру, кто-то недоволен решением магистра, но ему этого в лицо не скажешь, а на меня сорваться — так это за милую душу.

— Ну и работенка у тебя… — Я по-другому взглянула на парня. — Я б не выдержала.

Причем уже на первом же наглом посетителе. Мне много не надо.

От пришедшего на браслет вызова я едва не выронила бутерброд, руна переговорника засветилась, а сам браслет плотно обхватил мое запястье. Да, тут захочешь — не пропустишь сообщение. Уже нельзя сказать, как с прошлым: я не почувствовала…

— Лара, ты где? — прозвучало в голове голосом Джаса.

— В ставке командования, а что? — Вдруг в мое отсутствие что-то случилось с Льюисом?

— Почему не предупредила, что не вернешься? — Вопрос был справедливый, но…

— А должна? — Ответить иначе я просто не могла.

— Вообще-то да. — Кажется, Джас был зол.

— Завтра утром буду, — нехотя пообещала я. — Сегодня прилететь не получилось.

Как же трудно объясняться с Джастином! Нелегко перестроиться так сразу после стольких лет вражды.

— Ты в порядке?

— В полном. Еще приказания будут?

— На этом все. Мы отступаем к назначенной точке быстрее, чем планировали. Корректируй свой курс, ладно? — Его эмоции дорисовывало мое воображение, и, кажется, оно слишком переборщило с заботой в голосе.

— Ты меня еще летать поучи!

— Рад, что с тобой все хорошо.

На этом Джастин связь оборвал.

— Только не говори, что это был твой командир? — оторопело спросил Рэм.

— Учись, как надо с начальством, чтоб не расслаблялось, — подмигнула я и вернулась к бутерброду.

— Неудивительно, что магистр согласился тебя принять, — улыбнулся парень. — С тобой спорить себе дороже.

— Да ладно, я добрая. — Не объяснять же, что я обычно не настолько вспыльчивая, это исключительно на Джастина у меня такая реакция.

И то в последнее время мы почти не ругаемся.

— В таком случае я перестелю тебе кровать, а сам посплю на лавке, — рассудил Рэм и принялся готовить себе ночлег. — Удобства, если что, на улице. И умывальник там же.

Я же с трудом удержалась от вопроса, он что, всерьез рассматривал вариант положить на лавку меня?

— Рэм, — уже укладываясь под одеяло, я повернулась к внезапному соседу. — Что говорит командование? Эта война надолго?

— Будем надеяться, что да, — адъютант пытался устроиться на лавке поудобнее, — иначе получается, что Ровена захватит нас быстро.

— Все настолько плохо?

— Они накопили огромное количество преимуществ. Заклинания, артефакты, переговорники, которые мы не используем, а они продолжают. Ты сама видела, сколько курьеров прошло буквально за полчаса. А за день их бывает больше сотни. Координировать войска сложнее. Ровена же будто опережает нас во всем на шаг.

— Звучит так себе, — прокомментировала я.

— На деле еще хуже. Давай спать. У меня завтра будет новый поток людей и куча донесений, которые придется сортировать по степени важности, и все такое прочее.

Пожелать после этого «спокойной ночи» у меня не получилось.

Утром Рэм поднял меня с рассветом, не сказать чтобы я выспалась или прямо уж так отдохнула, но лететь могла. А после завтрака, оказавшегося не в пример вкуснее нашего — ставка командования, как же! — была вполне готова к подвигам.

— Спасибо за варенье, — поблагодарила я вновь собранного и застегнутого на все пуговицы адъютанта.

— Держи, на память. — Одна непочатая банка клубничного и уже неплохо распробованное мною земляничное перекочевали в мою сумку. Не отказываться же, правда?

— Рэм, передай командующему, что у меня получилось, — попросила я.

— Что именно? — нахмурился парень.

— Он поймет. А об остальном я доложу потом сама.

К счастью, Рэм спешил и больше вопросов не задавал. Да и мне пора было возвращаться.

За какие-то сутки линия фронта сдвинулась так, что я забрала глубоко на север, дабы не попасть под огонь. Уже на подлете с тыла почувствовала, где сейчас наши некроманты. И приземлившись, сделала по инерции несколько шагов.

— С возвращением, — поприветствовал меня Джастин, не оборачиваясь, и я невольно вгляделась в его затылок в поисках глаз. Но потом заметила стоявшего поодаль зомби, как раз контролирующего происходящее вокруг.

— Где нужна моя помощь?

Войска отступали медленно, и это было именно отступление, а не бегство. Некроманты вновь расположились далеко от основных действий, и все же находились в самой гуще. Именно нежить сдерживала лавинный натиск Ровены, позволяя людям отходить.

— Думаю, сегодня мы будем использовать тебя по назначению. — На губах Джаса мелькнула улыбка. — Лети на север, к нашему командующему, и узнай, где стоит усилить заслон. Также предупреди, что вражеские войска начинают перегруппировываться, готовят удар с запада — там у нас сейчас меньше всего магов. Вернешься с ответом.

— Лечу.

Здесь было не до споров и препирательств. Впервые от меня зависели жизни людей. Столько жизней. И этот груз тяжело лег на плечи.

За день я сделала бесчисленное количество перелетов туда-обратно не только к некромантам, но и к боевикам, к целителям, в обычные немагические войска, обратно к командующему. Где-то помогала нейтрализовывать чужую нежить. Где-то вытаскивала раненых, где-то закрывала щитами людей, спасая от магических атак.

К вечеру все события смешались в один сумасшедший калейдоскоп. Единственное, что более-менее внятно выделялось, — крепость Монгейт, куда доставили раненых и где разместили основные силы. Она стояла на крупной и полноводной реке, мосты через которую уже были уничтожены на много дней пути отсюда. За крепостью раскинулся огромный лагерь беженцев из людей, согнанных с насиженных мест и оплакивающих сожженные дома.

Среди солдат уже шли разговоры, что следом за войной придет голод. Юг был самым урожайным и хлебоносным регионом Вилара. Теперь он отчасти захвачен, отчасти пуст — люди, боясь дальнейшего отступления армии, бежали от войны дальше, на север, бросая едва взошедшие посевы.

Я брела вдоль крепостной стены и слушала тех, кому не нашлось места внутри. Лететь не хотелось, впервые в жизни я понимала, что налеталась так, что от одной мысли о том, чтобы подняться в воздух, становилось дурно. А ведь мне случалось летать и побольше…

— Привет. — Я заглянула в палатку, где разместили красноглазых пленных. Стояла она за пределами крепости, разумеется, внутри и не всем обычным солдатам место нашлось. Некроманты со своей нежитью традиционно находились в стороне.

— Здорово. — Даффин внешне почти не отличался от своих подопечных.

— Как они? — Оба бывших курьера мало изменились, разве что выглядели еще более потрепанными.

— Без особых изменений. Клетку зомби перетаскивали и пару раз уронили, если что, — пояснил Даф. — Выпустить и отправить их шагать самостоятельно я, как ты понимаешь, не мог.

— Понимаю, — кивнула я. — Спасибо, что заботишься о них.

— Да ладно, — махнул рукой парень. — Пойдем, о себе позаботимся, что ли…

Льюис даже не шелохнулся, когда я подошла и коснулась сквозь прутья его руки.

«Продержись», — мысленно попросила я.

Очень надеюсь, что Дамьен не станет затягивать с визитом к нам. И что летает он быстро.

На раздаче я столкнулась с Джастином.

— Держи, — капитан передал мне взятую для себя миску и стакан, сам же вернулся за другими.

— Успешно слетала? — спросил он, возвращаясь от полевой кухни с новой порцией.

— Думаю, да. Разрешение, пусть и неофициальное, получено, как и согласие Дамьена хотя бы прилететь.

— Хорошо. И, Лара…

— Буду предупреждать, если задерживаюсь или что-то идет не по плану, — пообещала я, не дожидаясь отповеди.

— Я не про это, — усмехнулся наш капитан. — Но предупреждать тоже будет не лишним. Завтра начнем возводить дополнительные укрепления, понадобится твоя помощь как некроманта. Людям требуется передышка.

— Некроманты на все руки, — вздохнула я. — Правда, от меня пользы мало. Я могу только одним зомби управлять, и то в идеале находясь внутри него.

— Значит, потренируешься, — принял решение Джас, залпом допивая чай. — К тому же, помнится, у тебя были неплохие задатки в управлении большим количеством нежити.

— Ну ты сравнил! — вспомнила я про момент, стоивший мне учебы. — Там всего-то простая команда. А здесь у каждого будет своя задача.

— Это только кажется, — не согласился Джас. — А на деле разница не такая уж серьезная. Завтра покажу.

— Договорились.

Я уже встала, чтобы отнести посуду и отправиться спать, и только теперь заметила, какая тишина повисла у костра. Все глазели на нас и слушали, разве что уши не развернув поудобнее. Да, мирная беседа Лары и Джастина — это что-то новенькое.

На следующее утро картина у крепостной стены открылась не для слабонервных. Несколько десятков не самых свежих и уже изрядно помятых зомби трудились едва ли не в поте лица, если бы могли потеть, конечно. Одни вкапывали колья, другие таскали наверх огненные заряды, третьи делали насыпи и укрепления.

Поручать нежити что-то серьезное вроде обтесывания бревен, разумеется, никто не стал — они скорее ногу себе отрубят, все же координация у них сохраняется посредственная. Я бы зомби и смолу в ведре доверять побоялась. Но Джастин уверенно эксплуатировал неживой труд.

Три моих зомби копошились недалеко от меня, периодически падая, ломая что-нибудь и сталкиваясь друг с другом. Вообще, сначала их было двое, но Джас, решив, что мне слишком просто работается, подкинул еще одного. К тому же пригрозил, что к вечеру их будет уже пятеро.

Поначалу мой мозг взрывался, но потом худо-бедно научился разделять изображения и звуки, не наслаивая их друг на друга.

Позади, через реку, стояли ровенцы, и я затылком чувствовала их обжигающе-злые взгляды. Зомби, трудившиеся на благо Вилара, были некогда солдатами из их армии, своих мы, ясное дело, не использовали. Во-первых, профессиональная этика. Во-вторых, это подрывает боевой дух.

А вот работающие зомби в светло-коричневом, напротив, радовали взгляды наших бойцов.

— Давай еще одного передам, — предложил Джас, заметив, что с тремя я управляюсь.

Сам он тоже активно участвовал в работе едва ли не наравне с зомби. Делал то, с чем неживые пальцы уже не справятся. И разделся по пояс — день выдался жаркий, я сама с сожалением поглядывала в сторону речи, понимая, что путь туда заказан. Наша магическая защита заканчивалась аккурат у кромки воды, даже пальчики не помочить.

Я вновь вернулась взглядом к Джастину — шрамов на нем хватало. Могу поспорить, что большинство из них — моя работа. Мог бы и свести.

— Слушай, я тут подумала, — уже на этих словах Джас закатил глаза. — За утро туда-сюда с десяток курьеров пролетело. Возможно, там я нужнее?

— Это обычные курьеры.

— И что?

— А ты у нас числишься «по особым поручениям». Держи зомби и делай насыпь.

— Спасибо за особое поручение! — выкрикнула ему в спину, перехватывая нить управления. Четвертая картинка вторглась в мой мозг, сбив три предыдущих, новые звуки вызвали неприятную какофонию. Я сглотнула подступившую тошноту.

Ничего! Все справляются, и я справлюсь!