Глава 23 · Дэймон

Наши дни

Двери лифта открылись, и я стремительно вошел в городской пентхаус Майкла, свернув за угол. В гостиной увидел его самого, Кая и Уилла, сидевших на креслах и диванах, а Рика стояла перед открытыми дверями балкона, впускавшими приятный вечерний ветерок в помещение.

Майкл позволил швейцару впустить меня, значит, он был достаточно заинтригован моим визитом. И я порадовался, что практически вся компания собралась здесь.

Я бросил самолетик, сложенный из газеты, на стол перед Майклом. Тот поднял его без особого энтузиазма. Он думал, первое слово будет за ним. Нет уж. Этот разговор контролировал я.

– Ты меня ненавидишь? – спросил я, взглянув на Уилла.

Парень настороженно уставился в мою сторону, но ничего не сказал.

Затем я посмотрел на Рику:

– А ты?

Она стиснула челюсти и отвела взгляд. Однако на вопрос тоже не ответила.

– Вы мне не враги, – обратился я ко всем присутствующим. – Я не хочу этого.

– Тогда чего же ты хочешь? – возразил Кай.

Я заметил, как Майкл развернул самолетик из вчерашней «Пост» со статьей о «Вечере воспоминаний», который организовали на предстоящих выходных в «Бухте», заброшенном старом парке развлечений Тандер-Бэй.

Мне было известно, что они подумывали купить его. Время пришло.

– Хочу вернуться к нашему первоначальному плану. Управлять делами.

Мы собирались завладеть Тандер-Бэй, и не только курортным комплексом. Нам нужно сделать весь прибрежный городок своим клубным домом.

Кай лишь усмехнулся.

– Эта идея пришла нам на ум в восемнадцать лет, когда мы не имели ни малейшего представления о том, какие деньги и связи понадобятся для ее осуществления.

– У нас есть деньги.

– Нет, деньги есть у Рики, – парировал Кай. – А у нас – деньги родителей.

Медленно двинувшись вперед, я сказал:

– Я контролирую тридцать восемь процентов отелей Восточного побережья, двенадцать телевизионных станций и такое количество земли, какого хватит для основания собственного штата, если захочется.

Уилл подметил:

– Будешь контролировать после смерти отца.

Да. Что рано или поздно произойдет.

– Вы с Майклом и Каем за три года можете построить первоклассный курорт здесь, в Тандер-Бэй, – пояснил я, – сделать его новым Хэмптонсом [14] и привлечь элиту из крупнейших городов Америки.

– Мы даже разрешения получить не сможем, – вмешался Майкл. – Твоему и моему отцу без проблем удалось убедить мэра, что рабочие места, созданные курортной инфраструктурой, не стоят потерь, которые из-за этого понесет сфера недвижимости и их отели в Меридиан-Сити.

Я склонил голову набок.

– Какого мэра?

Они вчетвером озадаченно пялились на меня, пока до них доходило, чем именно я, черт побери, занимался последние два месяца с помощью Крэйна, добывавшего информацию.

Отца Уинтер я устранил не только для того, чтобы заполучить ее.

Кай покачал головой.

– Господи.

– Они изберут нового главу, Дэймон, – возразил Уилл. – Через три месяца состоятся внеочередные выборы и отца Уинтер заменят.

– Да. – Я улыбнулся. – Знаю.

Стоя на месте, я ждал, когда их крошечные мозги снова зашевелятся. Тандер-Бэй требовался новый мэр. Тот, кто предоставит нам все необходимые разрешения для начала строительства в «Бухте».

Вероятные кандидаты сидели в этой комнате.

Уилл опустил свои округлившиеся глаза, обдумывая предложение, Майкл же откинулся назад и пристально посмотрел на меня.

– Ты ведь не серьезно, – засмеялся Кай.

Я просто посмотрел на Рику и поймал ее взгляд.

– Что? – спросила она, заметив, что я на нее пялился.

– Ты хороший игрок в шахматы, – поддразнил я. – Политика – величайшая шахматная игра.

Девушка рассмеялась.

– Я не стану баллотироваться в мэры, чтобы защитить твои деловые интересы, Дэймон. Не хочу управлять этим городом.

– Почему?

Открыв было рот в попытке возразить, она на мгновение лишилась дара речи и в итоге выпалила:

– Почему я?

– Потому что Майклу плевать, а у нас троих судимость за плечами.

– Эй, это ведь Америка. – Уилл с ленивой улыбкой расслабленно развалился в кресле. – Здесь все возможно.

– Хочешь, чтобы пресса начала копаться в твоем прошлом? – бросил я ему с вызовом и посмотрел на Кая. – А ты?

Интернет – это навсегда. Нам не дадут покоя, откапывая былые правонарушения. Кай и Уилл особенно не желали навлекать подобный стресс на свои семьи.

– Девчонки чисты. Рике нужно попробовать.

Она испустила жалкий смешок, до сих пор ища аргументы, и наконец-то посмотрела на Майкла, пока не проронившего ни слова.

– Майкл? – Девушка обратилась к нему за помощью, ожидая услышать какую-нибудь причину не делать этого.

Однако он замешкался, с виноватым видом встретив ее взгляд.

– Вообще-то идея не самая ужасная. Мы получим преимущество, к тому же ты сможешь помочь городу. Об этом стоит подумать.

Ее глаза полыхнули яростью.

– Как насчет Бэнкс?

– Для нее у меня есть более грандиозные планы.

– Ох, да ну? – ответил Кай. – Я с удовольствием послушаю о твоих планах в отношении моей жены.

– В свое время.

Он покачал головой. Все умолкли, обдумывая мое предложение. Мне уже удалось выяснить, что Майкл подыскал инвесторов и заручился поддержкой банка для покупки земли и строительства курортного комплекса, но хода делу не давал, боясь проблем с получением разрешений и наймом рабочих.

Сейчас эти проблемы были решены. Я надрывал задницу, чтобы получить место за их столом. Если прошлое могло остаться в прошлом, конечно.

Они молчали, обмениваясь взглядами и гадая, во что все это выльется при моем участии.

Может, я не смогу переубедить их и они не смогут проглотить прошлые обиды.

Но тут Уилл произнес, не глядя на меня:

– Попроси прощения.

Прощения?

Я лишь через несколько секунд понял, о чем он говорил.

Уилл хотел моих извинений. За все.

Нахмурившись, я опустил глаза.

Ему хотелось, чтобы я поджал хвост? Словно не все мы совершали гребаные ошибки. Словно я не доказал, что давно готов и действительно хочу вернуться. Что больше не пойду на такое.

Слова – это чушь. Они ничего не значат.

Вчера я произнес перед Уинтер целый монолог и с тех пор не получил от нее никакой реакции. Важны наши дела, а не болтовня.

Однако они просто смотрели на меня и ждали, будто все наладится, если я это скажу.

Наладится ли?

Я хотел вернуть своих друзей. Пусть отец и учил меня, что влиятельные мужчины не извиняются, возможно, всего один раз я мог бы выдавить из себя эту фразу. В конце концов, я серьезно облажался. Вообще-то мне крупно повезло, что они не объявили охоту за моей головой из-за всего случившегося.

Сглотнув горечь во рту, я произнес:

– Простите меня.

Оцепенев, четверка пялилась на меня целую вечность. Мои внутренности затянулись в такой тугой узел, что я был готов кого-нибудь ударить, продлись тишина чуть дольше.

В следующий миг Майкл встал и надел свой пиджак.

– Свяжись с Майком Боуэром и передай, что мы хотим побеседовать, – сказал он, подошел к Рике и поцеловал ее на прощание.

Я едва не улыбнулся. Боуэр руководил городским советом. Нам нужно будет поговорить с ним, чтобы выдвинуть кандидатуру Рики на голосование.

Уилл и Кай тоже поднялись, собрали свои вещи и двинулись вслед за Майклом.

– Завтра все встречаемся в «Бухте» с архитектурной фирмой, – сообщил он мне, пройдя мимо. – В десять утра.

Приняв его приглашение, я кивнул. Чувство облегчения мгновенно нахлынуло на меня.

Парни куда-то ушли, только Рика осталась на месте, не проронив ни звука. Я понимал, она хотела что-то сказать. Вероятно, рассердилась из-за того, как ей против воли навязали новую роль с чертовой горой ответственности. Однако девушка подняла свою кожаную сумку, перекинула длинную ручку через голову и направилась к выходу.

Останавливать ее я не стал, но потом шаги остальных затихли и сразу же из-за спины послышался Рикин голос:

– Майкл и Кай умнее тебя, ты в курсе?

Я слушал молча.

– Потому что они знают одну важную вещь о мести, Дэймон. Она будет далеко не так приятна, как любовь.

Безуспешно сопротивляясь ноющей боли, пронзившей меня изнутри, я стиснул зубы.

Черт бы тебя побрал, Рика.

– Хотя я думаю, ты и сам уже это уяснил, не так ли? – продолжила она.

Иди ты на хрен.

– Уинтер сделает тебя сильнее. А ты нужен нам сильным.

Я закрыл глаза, не желая чувствовать то, что чувствовал в девятнадцать лет, когда позволил себе… хотеть ее.

Твою мать, когда позволил себе любить ее.

Когда дал слабину и поверил, будто наша связь окажется сильнее всего остального. Что парни вроде меня могли жить совершенно по-другому.

Но, боже, Рика была права. Я знал, что она права.

Ничего в жизни не ощущалось приятней, чем счастье Уинтер, которое она испытывала из-за меня.

Прошлой ночью я рассказал ей все. Я хотел, чтобы она поняла.

– Тебе следует оставить ее в покое, – посоветовала Рика. Ее голос прозвучал ближе, словно она повернулась ко мне. – Дай ей успокоиться, почувствовать себя в безопасности и перевести дух.

Твоего мнения я не спрашивал.

Девушка шагнула еще ближе.

– А сам тем временем веди себя по-взрослому. Поработай над чем-нибудь, покажи ей, что способен выжить без нее. Если не завоюешь ее уважение, у тебя не будет шансов.

– Каких шансов?

– Шансов не превратиться в своих гребаных родителей, – ответила Рика.

В горле застрял ком размером с бейсбольный мяч.

Она права? Я в них превращался? Потеряю ли я интерес Уинтер к себе? Желал ли я других женщин?

Нет.

А если она забеременеет? Мои дети будут меня ненавидеть за то, какую боль я ей причинил? Неужели это замкнутый круг? Действительно ли я отказывался признавать правоту Рики, а Майкл с Каем знали то, что я упорно отрицал?

Я хотел Уинтер.

Вчера я сорвался, потому что не желал нам такого мрачного будущего. Мне просто хотелось вернуть ту девчонку, которая сидела на моих коленях и вела мою машину.

Я делал ее счастливой. Я.

Вместо того чтобы следовать своему плану и вызвать у Уинтер ненависть к самой себе из-за испытываемого ко мне влечения, мне самому было противно, что до сих пор ее жаждал.

Произошедшее между нами в прошлом не было ложью. За исключением моего имени.

Все было по-настоящему, и я хотел это вернуть.

Твою мать, я любил ее.

Проклятье.

Развернувшись кругом, я прошел мимо Рики к лифту, однако снова услышал, как она меня окликнула:

– И еще, Дэймон…

Я остановился.

– Когда она сменит гнев на милость, своди ее куда-нибудь. Побудьте вдвоем.

Что?

– Это называется «свидание», – пояснила девушка, – где ты делаешь что-то, что доставляет ей радость. И вы оба при этом остаетесь в одежде.

Ой, да ты шутница. Покачав головой, я покинул ее квартиру, зашел в лифт, нажал кнопку «Лобби» и пробормотал:

– Чертово свидание.