9

На следующий день мы старательно делаем вид, что ничего не случилось. Друг идет в пару к Катерине и терпит ее общество. А я, пользуясь добротой своего напарника Камиля, «вымаливаю» прощение у нашей командирши, пообещав ей все отстирать и откупившись ее любимыми конфетами.

— Прости…

— Да ладно, ничего страшного.

— Даже не вычтешь с меня три зарплаты? — строю глазки как у печального кота.

— Это я Кате так сказала, чтобы она от тебя отцепилась, — хохочет Хелен. — Можешь это платье себе оставить, я новое куплю. Премию дали, — хвастает.

— Эх, везучая.

— Будете хорошо работать, а не прохлаждаться, и вам дадут, — подмигивает.

— И так стараемся… Ну Камиль вот… — стреляю глазами в парня, проводящего игру для подростков.

— Вижу. Я обсужу этот вопрос боссом на завтрашнем сборе.

— Правда?! — кидаюсь ей на шею.

— Угу.

— Спасибо!

— Пока не за что. Ну все, хватит болтать. Иди, работай! Солнце еще высоко. А то Камилю все плюшки достанутся, — подгоняет, изображая из себя «властную» начальницу.

— Главное, не Кате, — хмыкаю и убегаю.

И чего я какая злая стала? Гормоны, что ли…

Ревнивая девица вроде бы даже успокоилась. Не лезет мне волосы выдирать, да и гвозди на стул не подкладывает… что-то странное. И с Гришей держится отстраненно. Может, на нее так подействовала Хелен, пригрозив штрафом?

Так или иначе, день проходит спокойно. Даже на ситуацию с Гришей смотрю по другому. Наверное, он хотел меня поддержать, а не обидеть. Решаю извиниться. Беру кофе и отправляюсь вызволять его после вечерней анимации.

— Закончил?

— Да, — кивает.

— Я кофе взяла. Прогуляемся?

— Идем.

— Стулья кто убирать будет?! — раздраженно бросает ему Катерина. Вижу, что ее спокойствие напускное.

Молча беру стул, чтобы быстрее закончить и уйти, но Гриша не позволяет.

— Поставь. Не надо. Я сам.

— Ребята, идите, куда собирались. Я помогу Кате. Мне все равно делать нечего, — супермен Камиль снова тут как тут. Я даже удивляюсь, насколько он классный парень. Во всем помогает, не лезет с советами и даже кидает себя на амбразуру, уберегая нас от общества Катерины. — Идите, — повторяет, и мы сбегаем, пока он не передумал.

— Шикарный мужчина. Повезло мне с напарником.

— Тебе вообще по жизни везет.

— Ну да… Вот с тобой, например, очень, — беру его за руку. — На море пошли?

— Пошли.

— Слушай, я хотела извиниться. Ты был прав, я нервная истеричка. В общем, я подумала… твоя помощь действительно не помешает. Ты мой лучший друг и всегда им останешься. Но жертвовать своей молодостью и губить судьбу из-за моей ошибки я тебе не позволю.

— Это я сам решу, ладно? К тому же я вовсе не собирался ничего губить.

— Вот и договорились. Если понадобится помощь, я тебе сообщу.

— Хорошо, — Гриша дарит мне добрую улыбку, и мы еще немного смотрим на звезды. А потом возвращаемся в номер, чтобы до утра болтать под любимые комедии. Как же хорошо, что у меня есть такая вот «подруга» в мужском лице.

— Кого принесло так рано?! — настойчивый стук в дверь, заставляет разлепить глаза. Гриша не реагирует, приходится встать и открыть.

На пороге вижу Хелен. И ее лицо мрачнее тучи.

— Что стряслось? — сон мгновенно пропадает.

— Это я хочу спросить. Что у вас здесь стряслось?! — указывает на дверь. И я в шоке застываю на месте. — Как это объяснить?! И вот это тоже, — сует мне телефон с общим чатом. Последнее сообщение заставляет меня покрыться холодным потом.

— Это же бред… Мы ни при чем…

— То есть это неправда?

Молчу. Краснею.

— Сегодня собрание! И это увидят все. В том числе и руководство.

— Хелен… Ты же понимаешь…

— Я — понимаю. А вот ты?! О чем думала?

— Не знаю, что сказать.

— Буди своего… друга… И быстро на планерку. Будем выяснять, какого черта происходит в нашем спокойном и дружелюбном коллективе.

Захожу в номер на трясущихся ногах. Я еще не до конца осознала всю тяжесть ситуации, но мне уже нехорошо…

— Гриш, просыпайся…

— Я проспал?! — вскакивает.

— Нет…

— А зачем тогда? — сонно хлопает ресницами.

— У нас проблемы.

— Унитаз протекает? Воду прорвало?! Так и знал… еще вчера вызвал сантехника, а никто до сих пор не пришел! Сильно затопило?

— Да послушай ты меня! Ситуация и правда попахивает не очень приятно… Но дело не в канализации. Кто-то послал вот это в коллективный чат:

«В нашем коллективе появилась «залетная пташка». Допрыгалась… Можно только посочувствовать. Делаем ставки, кто же «счастливый» отец?»

А следом за текстом идет картинка с «беременной» курицей и несколькими петухами, вокруг нее. Самое отвратительное, что у клуши на месте головы нарисовано лицо, подозрительно напоминающее мое. Этакий портрет в стиле шарж. А у одного из петухов лицо Гриши. Там же есть и другие лица парней из нашего коллектива, но они почти неузнаваемы.

— Это еще что за фокусы с утра пораньше?!

— Понятию не имею… Гриш, ты понимаешь, что это значит?! Кто-то узнал…

— Откуда?!

— Кроме тебя, никто не был в курсе!

— Вень! За кого меня держишь?! — вспыхивает.

— Ну ты же сказал Андреасу, что я беременна. Может, еще с кем поделился по секрету?!

— Нет! И не смей меня обвинять. Как видишь, я здесь в главной роли «петушка». Такой же пострадавший, как и ты! Думаешь, мне эта «популярность» нужна?

Молчу. Внутри бушует целый океан эмоций: злость, безысходность и боль. Кто-то поступил подло… Обвинил меня и оболгал моего друга.

— Я думаю это Катерина. Мы шли из ресторана и говорили про ребенка, достаточно громко спорили как раз около ее балкона. Эта жучка могла увидеть нас, подслушать разговор и догадаться преподнести новость под таким углом.

— Вчера она вела себя слишком тихо.

— Затаилась. Готовила месть. Это ее рук дело. Кстати, она неплохо рисует. Так что шарж вышел из-под ее пера.

— И что нам делать? Нанимать адвоката? — киваю на обсуждение.

— Справимся сами.

Надо отметить, что народ в чате не торопится поливать меня грязью, но все-таки несколько человек уже оценили «чудесный портрет» и «талант художника». Кто-то попросил представиться информатора и доказательства, а еще несколько человек написали, что не желают плодить сплетни, и что чат для другого.

Но буквально пару секунд назад в сети появился Стефан.

— Он что, не удалился? Какого черта? Уволился же…

— Этот парень работает здесь давно. У него контракт и на следующий сезон…

Стеф решает внести свое мнение на этот счет:

«Курочка что надо… Успела и ко мне подкатить, пока я был на острове» — пишет, заставляя меня вспыхнуть.

«Она сейчас с Камилем в паре, да?» — продолжает монолог.

«Да», — отвечает кто-то.

«Камиль, ну расскажи, у вас с ней было что-нибудь?»

Камиль в сети, но не торопится отвечать. Боже, как быстро расходятся небылицы! Да меня же затравят! Будут показывать пальцем, как в старые «добрые» времена.

«Всем отличного утра, уважаемые коллеги. Напоминаем, что политика нашего отеля не поощряет беспорядочные связи персонала, а отношения с отдыхающими под строгим запретом и карается увольнением. Кроме того, не забывайте, что распространение слухов без доказательств также не останется безнаказанным. И судя по оживлению в чате, этот вопрос будет на повестке дня на сегодняшнем сборе. Просим явиться всем без исключения. Администрация».

— Супер. Дошло и до руководства, — «радуется» Гриша, натягивая шорты.

— Да, Хелен говорила. Она пришла утром и у нас на двери был приклеен такой же плакат с рисунком… Гадина какая! Надо было ей не волосы выдирать, а руки!

— Эй, тихо. Разберемся без кровопролития. Где этот плакат?

— Я порвала его и выбросила! Гриш, какой стыд…

— Так, давай сюда, — берет телефон и блокирует чат.

— Но как же…

— Собирайся. Наша личная жизнь не должна являться достоянием общественности. Мы пойдем на собрание и заставим извиниться того, кто это сделал! Жаль, что улику уничтожила. Но Хелен — свидетель, подтвердит. Не бойся, оливка, я тебя в обиду не дам.

Друг выглядит решительным. Даже немного теряюсь от его боевого настроя, пропуская мимо ушей дурацкое прозвище. Мне совершенно не хочется идти на растерзание общественности. Зря я поехала на остров… лучше бы осталась дома. А теперь еще и возвращаться придется с позором. Отца не нашла, зато приключений на пятую точку целый чемодан.

* * *

В конференц-зале полно народа. Кажется, пришли не только аниматоры, но и весь персонал. Мои щеки горят, а уши пылают от стыда. Надеюсь, информация из нашего внутреннего чата не дошла до общего на весь отель. Иначе я до конца смены буду звездой. "Курица Венера"... как вам такое прозвище? "Оливка" звучит получше.

— Ты куда? — хватаю Гриню, который настойчиво вышагивает в начало зала.

— Сядем спереди. Не собираюсь прятаться в углу безо всяких оснований.

— А я не хочу лишний раз мельтешить. Не хватало, чтобы на нас пальцем показывали.

— Если мы с тобой переругаемся, то будут. И не только пальцами. Садись, — сует мне под мягкое место стул и приходится подчиниться. Ладно еще первые три ряда заняты для руководства.

Хелен пробегает мимо, едва взглянув на меня. Наверное, ее могут премии лишить из-за наших разбирательств.

Наконец, все рассаживаются. Катерина приходит в самом конце и садится на последний ряд. Спиной чувствую, как она меня прожигает глазами.

— Доброе утро, друзья. Начнем с основных вопросов и новостей, а затем разойдемся по группам, каждый к своему куратору, — объявляет менеджер по персоналу. Сижу как на иголках, жду, что на большом экране появится идиотский позорный плакат, но у руководства есть гораздо более важные новости.

— Как вам известно, у нашего отеля происходит ребрендинг. Со следующего сезона мы сменим название и концепцию, будет произведен существенный ремонт… — перечисляет, показывая картинки с реалистичными трехмерными моделями. Отель станет еще роскошнее, новее и дороже. — Реновация происходит неспроста. После длительных переговоров собственник принял решение и продал-таки нас в мировую сеть Лакшери отелей. На этом месте должны звучать аплодисменты. И присутствующие начинают вяло хлопать.

Настоящее оживление происходит после объявления о том, что в связи с изменениями, значительно повысят зарплаты.

— Ну круто же… и нам поднимут, — шепчет Гриша.

— Если не оштрафуют...

— Да брось… Если бы хотели раздуть скандал, то начали бы с неприятных новостей.

— Наверное, ты прав…

— Итак, я хочу представить вам новое руководство, — продолжает вещать наш менеджер по персоналу.

На экране появляются фотографии, и она вкратце рассказывает о каждом. Но вот когда дело доходит до главного босса, человека, кому мы теперь принадлежим, я перестаю перешептываться с другом. Дергаю его за руку, призывая обратить внимание на экран.

— Смотри…

— Ну, такой… Похож на прошлого владельца, только денег у этого больше судя по часам на руке.

— Такие мелочи разглядел, а главного не видишь?! — начинаю злиться.

— Главного чего?..

— Ну, присмотрись.

— Андреас Ривас. Там больше ничего не написано.

— Ты дурак или прикидываешься?

— Ан-дре-ас… — читает по слогам, — черт! — переводит взгляд. — Это что, твой третий батя?!

— Похоже на то.

— На той фотографии он совсем другой.

— Ага. Здесь настоящий бизнесмен. Если бы не имя и фамилия, не признала бы…

— И чего делать?

— Ничего. Продолжим работать как раньше, — пожимаю плечами.

— А как же знакомство с ним?

— Во-первых, ему необязательно знать, что я работаю в его отеле, а во-вторых… — потупляю глаза и молчу.

— Что?

— Мы с ним из разных миров. Я простая девчонка из аниматоров, а он миллиардер. Мне стыдно просить у него о встречи. Боюсь получить отказ. Да и вероятность, что именно он мой отец не такая уж и большая.

— И не такая уж и маленькая. Один к трем.

— Может, хватит болтать? — одергивают нас соседи по стульям. — Ничего не слышно из-за вас.

— Простите, —извиняется Гриша и нам приходится помолчать до самого конца собрания.

— Так, братцы-аниматоры за мной, шагом марш! — Хелен поднимает руку, когда менеджер заканчивает свою речь. Сейчас она похожа на строгую начальницу, которая раздаст всем по заслугам. И я заслужила больше всех.

— Привет, вы как? — около нас материализуется Камиль.

— Нормально.

— Правильно, что вышли из чата. Там кроме глупостей ничего полезного.

Делаю безразличное лицо, но внутри все дрожит. Хелен смотрит в нашу сторону с озадаченным видом. И судя по ее лицу, произошедшее точно не останется незамеченным.

— Ну что, нет смысла ходить вокруг да около. Прежде чем перейдем к рабочим вопросам, мне придется потратить ценные минуты своего внимания на очень неприятное «расследование». Учитывая, что время деньги, предлагаю пойти на сотрудничество со «следствием» в моем лице и сознаться. Чистосердечное всегда карается менее сурово.

Она осматривает сидящих, прищурившись и сжав губы.

— Так, ладно. Никто не хочет признаваться, тогда пойду по списку, как в школе. Я вызываю, вы встаете и отвечаете на вопрос.

— А в чем собственно дело? — спрашивает парень из пляжной группы аниматоров.

— Дело в курице, — отвечают ему с задних рядом. По комнате проходит смешок.

— Хорошо, если есть те, кто не знает, поясню: сегодняшнее утро началось с неприятных сообщений в адрес одной из девушек нашего коллектива. Венера, ты как раз следующая. Выйди.

— Может быть, просто встану? — тихо спрашиваю, боясь посмотреть на Хелен.

— Иди сюда, я тебя не съем.

Гриша тоже встает и зачем-то идет за мной. Не уверена, что мне так спокойнее, ведь теперь на нас смотрят даже те, кто не поднимал головы от телефонов.

— Венера Васнецова, да и другие участники чата оценили сходство лица на шарже. Очень надеюсь, что это была милая шутка в адрес друзей. Но чтобы закрыть данную тему, я повторяю последний раз:

— Мы здесь работаем, а не отдыхаем, и не плодим слухи. У каждого есть частная жизнь, но она перестает быть таковой, когда о секретах становится известно больше, чем двоим. И раз уж случилось, что Венеру обвиняют в неразборчивом поведении, я прошу встать тех, с кем она имела близкие отношения. Но не флирт, разговор и улыбочки! Меня интересует конкретно то, что вы поняли.

 Воцаряется тишина.

— Я знаю Веню как воспитанную девушку, поэтому для меня было противно читать ваши сообщения касательно ее личных дел. И я требую Катерину, Стефана, Кристи и Лею извиниться перед ней за свои слова. Или предъявить доказательства.

— Я слышала, как Венера с Гришей обсуждали ее беременность, — вскакивает Катя. — Она даже не знает кто отец!

— Подслушивать нехорошо, — вступается Хелен, а затем поворачивается ко мне. — Вень, ответь, пожалуйста, всем, ты действительно в положении? — спросив, поднимает руку, заставляя народ утихнуть.

— Требую прекратить публичное обсуждение Венериной личной жизни. Как ты сказала, мы здесь работаем, а не снимаемся на ток-шоу! — взрывается Гриша, вгоняя меня в краску.

— А тебе-то чего бояться? — потеряв совесть, влезает Катя.

— Мне? Совершенно нечего.

— Гриш… — тихо поднимаю на него глаза. — Давай уйдем…

— Значит так, коллеги. Тем, кому интересно, можете записать. Этот ребенок был запланирован еще до приезда сюда. — цедит Гриша. — Мы с Веней давно вместе и любим друг друга. Еще вопросы есть?

— Да. Почему ты Катьке мозги пудрил, если Венеру любишь?! — лезет ее «подружка» Кристи.

— Это была ошибка. Кать, прости, но ты мне никогда не нравилась. Я встречался с тобой только чтобы Венера поняла наконец, что я ее действительно люблю.

— Гад! — девушка вскакивает со стула и убегает с собрания.

От всего происходящего начинает кружиться голова. Ну Гриня, ну, дает… Врет, как дышит!

— Все, Соколов, вопрос исчерпан. Вас с Венерой поздравляю с будущим пополнением. А остальных предупреждаю: если еще раз среди коллектива произойдет скандал на почве ревности, отношения будут запрещены официально. А Катерина получит штраф за свое поведение. Я понятно объясняю?

Народ кивает.

— Тогда от лица коллектива приношу извинения ребятам. И предлагаю перейти уже наконец к работе.

Мы с Гришей отходим в сторонку и ждем, пока все разбредутся. После извинений Хелен и демонстративном объявлении о штрафе для Кати народ теряет к случившемуся всякий интерес, переключаясь на обсуждение нового руководства и повышение зарплат. Это безопасная и куда более приятная тема для разговора. Но я не спешу выдыхать. Уверена, Катюша слишком сильно злится на нас, и от нее можно ожидать чего угодно.

— Хелен, могу я попросить тебя об услуге? — тихо спрашивает Гриша.

— Да…

— Знаю, что наши дурацкие проблемы и интриги тебя уже достали… но мне очень нужно избавиться от общества Кати. Думаю, наша пара больше несостоятельна, и замена однозначно пойдет на пользу. Прошу вернуть меня в пару к Венере.

— А что с Камилем делать? Может быть, он не хочет работать с Катей, — хмурится.

— Камиль, подойди, пожалуйста, — зову.

— Зачем? — поднимает брови.

— С кем бы ты хотел быть в паре?

— С тобой.

— М.

— А что, я тебя не устраиваю?

— Устраиваешь конечно…

— Просто мы, как будущие родители, хотим проводить больше времени вместе, — начинает Гриша и меня передергивает от его слов. Ну какие мы будущие… родители… Закатываю глаза.

— Ясно. Значит, мне предстоит с Катей работать? — пожимает плечами.

— У вас нормальные отношения? — интересуется Хелен.

— У меня со всеми нормальные отношения, — отрезает Камиль. Не врет. Парень услужливый, про таких говорят: он душка.

— Тогда поменяемся партнерами? — предлагает Гриня. Звучит смешно и мы с Хелен хихикаем.

— Идет. Дай пять, — протягивает ладонь. Гриша хлопает, закрепляя их договор. Снова начинаем смеяться. Напряжение после собрания улетучивается. Мы с Хелен остаемся друзьями. И это не может не радовать.

— Значит, решено. Соколов снова с Васнецовой, — объявляет Хелен. — Ребята, а свадьба-то когда? — подмигивает.

— Мы пока не планируем, — быстро отвечаю и, схватив друга за рукав, тащу на рабочее место. Итак задержались. Там уже без нас малыши скучают.

— Ну что, отделались легким испугом? Все не так уж и плохо, — легонько приобнимает Гриша. Что-то он слишком вжился в роль заботливого папаши. С одной стороны, мне приятно, что друг обо мне печется, но с другой… Не нравится мне это. Переигрывает товарищ. Надо бы расставить все точки над i.

Но поговорить все некогда. Дети требуют постоянного внимания, а слухи так быстро расходятся, что маленькие туристы заваливают меня вопросами о том, откуда берутся дети и почему у меня нет живота, если будет малыш.

— Боже, это кошмар. Почему все нарисовали аиста и капусту, по теме «что нового вы узнали на отдыхе»?

 — Потому что Венера Васнецова — лучший аниматор. Дети тебя любят, Вень, — расшифровывает друг. Развешиваю рисунки на доску. Осталось объяснить родителям, почему самой интересной новостью для их чад стала беременность аниматора. Решаем перевести внимание малышей на детский театр. Организуем мини-спектакль и ребята забывают все ненужное и погружаются в сказку.

Все снова возвращается в привычное русло. К концу недели даже забываю о подлой выходке Катерины. Она держится отстраненно. Не вредит, но и не здоровается. Словно мы с Гришей пустое место. Как говорит друг: «не очень-то и хотелось». И я с ним полностью согласна.

Но наша спокойная жизнь длится недолго. В пятницу на вечернем сборе нам объявляют радостную весть:

— В честь присоединения к новой сети весь коллектив приглашается на вечеринку. Она пройдет в центральном отеле острова. Дресс-код и пропуск обязательно.

— Классная новость? — около меня пробегает вдохновленная тусовщица Хелен.

— Да. А можно не ходить? — отвожу глаза.

— С ума сошла? Это же отличный шанс завести новые знакомства! Да и повеселиться можно как следует. Мне вот, например, надоел постоянный стресс от работы. Хочу оторваться.

— Уверена, что корпоративная вечеринка — место для того, чтобы отрываться? — с сомнением смотрю на подругу.

— Ну в пределах разумного… — кивает, переходя на шепот. — Говорят, сам босс будет… и его отпрыски. Наследники отельной империи Ривас. Прикинь…

— Хм. И что?

— А… я все забываю, что ты у нас в положении. Все равно пропускать такое грандиозное событие не стоит. Хоть поешь как следует, а то совсем исхудала.

— У меня нет наряда для такого случая, — выдаю последний аргумент.

— Я одолжу.

— Хочешь избавиться еще от одного платья? — не сдерживаю смешок.

— Да. Есть одно на примете… надоело жутко. Как раз на тебя.

— Тогда придется пойти. Надеюсь, там найдется желающий вылить на меня что-нибудь покрепче.

— Значит, решено? Идем на вечеринку?

— Конечно. Нам как рас хотелось посмотреть вживую на биг босса Андреаса Риваса, да Вень? — вклинивается Гриша. — Шанса лучше не предвидится. Так что мы идем.  

Пожимаю плечами. Перспектива встретиться с третьим отцом вызывает только неприятные спазмы в животе. Слишком уж он богат и недоступен для простой смертной Венеры. Стоит ли пытаться?