Глава 25

Я определилась – поеду в Аркхаир в хлопковых штанах, легкой футболочке и кофточке. Точно не замерзну.

Мы с Эллен еле успели на омнибус. Она опять собиралась так долго, что можно было дождаться конца света. И это при том, что я ее заставила сделать это пораньше!

Правда, немного страшно было бежать по территории отеля к омнибусу. А вдруг драконяка отправился не спать после свидания, а, например, гулять с дедушкой.

Благо в самом омнибусе Конрад успел занять нам места. До Аркхаира ехать всю ночь.

Устраиваемся поудобней. Отъезжаем от Солнечной лагуны.

Вот я нисколько не жалею, что солгала Найджелу, хоть в глубине души сейчас что-то колет.

Кололо уже тогда, когда мы подходили к моему номеру. И еще сильнее, когда он поцеловал мою руку и пожелал спокойной ночи. На руке будто отпечатался след его касания, когда по моей кисти скользнули его пальцы. До сих пор горит это место.

Тру, тру – и не проходит.

Да и ладно. Все равно я не собираюсь становиться чьей-то курортной интрижкой. Тем более драконьей. Даже такого симпатичного и классного Найджела. Когда вспоминаю его, так улыбка на губах появляется. Ну да, на свиданиях он не был. И босоножки вместо цветов. А ведь новенькие достал, прям по ноге. Интересно, как? Обычно драконы с этим не парятся. Дают золото – и иди сама выбирай.

А я – я сижу с широченной улыбкой и бабочками в животе. И ведь хотела сказать, что еду в Аркхаир сегодня, но нет. Промолчала. Это к лучшему. Ни к чему хорошему это не приведет.

Темнота застилает глаза. На мое плечо падает голова Эллен, я тоже закрываю глаза.

Омнибус покачивается на рессорах, убаюкивая.

Просыпаюсь посреди ночи от дикого холода. В жизни никогда так не было. Закутываюсь в кофту, штаны заправляю в носки. Все равно холодрыга. Призываю пламя внутри себя. Ничего.

Нервно вздрагиваю. Я что, сплю?

Эллен полулежит рядом на своем сидении. Растираю плечи – не помогает. Да что такое? Смотрю на постфоне время – три часа ночи. От Солнечной лагуны мы далеко, а в омнибусе негде достать покрывало.

Может, немного прогреться от пламени? Ага, еще омнибус не хватало сжечь.

Все же щелкаю пальцами – ничего. Нервно ежусь. Это еще что такое? Пытаюсь призвать драконицу. Пусть рядом нет Найджела, но ее-то я всегда чувствую. Даже спящую. А сейчас – нет…

Лихорадочно щелкаю пальцами, пытаясь вызвать хоть искорку. Что же это такое?

Нет, нет, только не сейчас…

Я знала, что однажды настанет тот день, когда моя драконица уйдет. Но я так хотела успеть провести с ней отдых. Искупать ее в море, свозить в Аркхаир. Я не успела показать своей сущности местные чудеса. Дурацкий блокатор. Почему она согласилась на него? Почему? Я же могла потерпеть, лишь бы чувствовать ее.

А ведь рядом с Найджелом она просыпалась….

Мне совсем ненамного стало тепло.

Красивый же он все-таки. И глаза его синие просто шикарные.

Опять холодно, как в морозильной камере.

Хорошо, у него никого нет. А Зила могла быть его сестрой.

Теперь тепло.

Вот же шантажистка чешуйчатая! К самцу сильному ей хочется.

Бр-р-р, что ж так холодно?

Ладно, ладно. Я вернусь в Солнечную лагуну и побуду еще рядом с этим драконякой. Ради тебя, моя хорошая.

Чувствую, как в сердце зарождается пламя. Растекается по телу, а я вновь ощущаю привычный жар.

Вот и договорилась со своей сущностью.

– Солнечная лагуна! Солнечная лагуна! – рядом с нашим омнибусом прыгает гном-экскурсовод.

Эта раса уже почти вымерла. Даже удивительно, что остатки прижились здесь, на Длоне. Просто гномы никогда не любили такой жаркий климат под двумя солнцами. А тут – наоборот.

– Это они, – тролль-водитель кивает на нашу группу и зевает. – Так, вас целый день будут возить на мини-омнибусах с уважаемым экскурсоводом. Вечером возвращаетесь сюда. В полном составе или не в полном, но автобус отбывает в девять вечера.

Мы с Эллен нервно переглянулись. Опыт не успевать на автобусы у нас уже есть.

– А почему не в полном?

– Вдруг кто-то остаться здесь захочет, – водитель пожимает плечами.

– Да-да, у вас есть шанс остаться на ночь в Аркхаире! – вставляет гном-экскурсовод.

Группа облегченно выдыхает.

Еще бы. Потеряться в этом городе – самое страшное, что может случиться на Длоне. Аркхаирцы хоть и привыкли к туристам, но пускать чужих в жилой город не особо спешат. Да и смотреть там нечего. Туристам гулять можно только по экскурсионным зонам. Если вы выйдете за их черту, то никто не станет ручаться, что вы вернетесь оттуда в целости и сохранности. И что вообще вернетесь.

Да и мы с Эллен не собирались оставаться.

Собственно, следовать за своим гидом не составляло труда. Разве что были моменты, когда Эллен хотелось запечатлеться возле какой-то статуи. Приходилось делать это со скоростью света.

Нас водили по самому огромному историческому музею Длона, после этого мы посетили картинную галерею, после отметились на небольшом пароходе-ресторане, который шел по огромной реке к прекрасным монументам прошлого – четырем кубам.

Тем самым, про которые нам рассказывали в лагере аванкаров.

И даже тут в ресторане мне все напоминает про Найджела. Зря я его обманула. Сейчас бы сидели рядом, смотрели бы на город.

Это же просто курорт. Никто никому не будет должен. Просто хорошее совместное времяпрепровождение. Вот вечно это женская черта вылезает – пусть хоть знакомство короткое, но хочется, чтобы на всю жизнь.

Найджел мне нравится, но совсем немного. Это все потому, что он нравится моей сущности, а так ничего такого особенного.

Драконица рычит, но уже не спорит со мной. Что-то она меня слишком напугала этой ночью. Я действительно поверила, что она уснула навсегда. Такое бывает, когда слишком долго носишь блокатор. Впервые я это почувствовала, после того как год проносила свое невольное украшение. До этого драконица еще бодренько ощущалась, а после года – все меньше и меньше. На сегодняшний момент пошел уже пятый год, как я ношу блокатор. Теперь она почти все время спит. Только редкими вспышками пламени напоминает о себе. Это тяжело объяснить, как дракон в человеческом теле сосуществует с сущностью внутри. Ощущение, что у тебя две души, два “я”.

– В этих кубах заключена огромная сила! – продолжает гном-гид. – Боги заключили в них темную материю – изначальную, дикую и необузданную. Тот, кто купит билеты внутрь кубов, сможет ощутить поток магии, проходящий сквозь их стены. Многие ученые пытались найти источник внутри кубов, но ничего не получалось. Может быть, вы, наши туристы, будете теми, кто найдет его?

– Ага, шикарная завлекалочка. Все знают, что темная материя опасная, а тут еще и изначальная, – тыкает меня в бок Эллен. – Ну, что ты так сразу, – отзывается Конрад. – Зато представь, какая она дорогая. Почему бы и нет?

– Сказки это все, – я пожимаю плечами. – Была бы там изначальная магия, ее бы уже давно драконы освоили.

– Ага, только длонцы защищают кубы от драконов, – усмехнулся Конрад.

– Ой, а я бы посмотрела, – отзывается Эллен. – Верисса, сходим?

Я бы и не прочь пройтись в кубах, но, как всегда, все упирается в финансы. В принципе, если отказаться от русалок и от всего остального, то можно погулять там. Что такого-то? Вместо активного отдыха поваляюсь на море. Все из-за этих устриц, которые я купила для начальника.

Смотрю тяжелым взглядом на подругу.

– Я тебе одолжу. На Эксторе вернешь, – шепчет подруга на ухо.

– Как-то неудобно.

– Неудобно чихать с открытыми глазами, а это нормально.

– Это, вообще-то, невозможно, – закатываю глаза.

– Ой, все. Верисса, расслабься, – машет рукой подруга.

Хорошие друзья в беде не бросят. На Эллен я всегда могу рассчитывать.

Пароход подплывает к берегу. Мы сидим в ресторане, наслаждаясь видами за окном. Вскоре поднимаемся на верхнюю палубу.

По левому берегу виднеются те самые знаменитые кубы. Они возвышаются над городом, и даже кажется, что они парят в воздухе. Но это иллюзия. Основание кубов облицовано светоотражающим кварцем, и под яркими лучами двух солнц создается этот эффект.

Вскоре пароход останавливается. Откидывает трап. Мы держимся чуть поодаль, ждем, когда выйдут остальные.

– Давай помогу, – Конрад протягивает мне руку.

Едва я дотрагиваюсь пальцами до протянутой руки, как меня пронзает неприятный жар. Конрад резко дергается.

Ясно, драконице не нравятся прикосновения другого самца. Хотя когда я пожимала руку гному-гиду, все было нормально.

Пароход немного качается. Речка слишком бурлящая.

Теряю равновесие, меня ведет в сторону. Еще немного – и свалюсь в воду, но Конрад успевает схватить меня за талию. Нервно кричу, видя, как в воду падает темная коробочка.

Слышится всплеск. Выпрямляюсь. Судорожно начинаю ощупывать себя. Постфон. Это был мой постфон. Я его засунула в карман кофты!

Пароход вновь качает, но меня удерживают.

– Там мой постфон, – тянусь к воде.

– Достать я его могу, но толку от этого не будет, – отвечает Конрад, все еще держа меня за талию.

Вот не нравится мне в его объятьях. Совсем не нравится. Драконица вновь рычит, и Конрад отпускает меня.

– Идем.

Я судорожно смотрю в воду. Там же постфон, моя жизнь, мое все. Я же без него как без рук.

– Что случилось, Верисса? – Эллен подлетает ко мне.

– Мой постфон – он там, – показываю на воду.

– Тебе везет, как утопленнику, – констатирует она.

Я укоризненно смотрю на нее.

– Там же все мое.

– Ой, да ничего страшного. На Эксторе купишь новый.

– На что? Я все сбережения уже на отдых потратила! – заламываю руки.

– Я тебе одолжу.

– Но я и так должна тебе.

Влезать в долги, чтобы купить новый постфон, не входило в мои планы.

– Верисса, забей. Это всего лишь постфон, – успокаивает подруга.

– Эллен, все, я просто не могу, – махнув рукой, схожу с трапа.

Сколько раз мы с подругой это обсуждали. Мне поначалу было очень тяжело. Я жила в достатке, а потом резко опустилась на самое дно, когда сбежала из дома.

– Да успокойся, у меня дома есть пара старых моделей, – меня нагоняет Эллен, – но они в отличном состоянии. Хочешь, возьми на время, пока новый себе не купишь.

Я благодарно вздыхаю:

– Спасибо, подруга.