Глава 14

Карина

Москва встретила утренней прохладой и мелким дождем. Настроение, на удивление, ровнехонько в противовес погоде: яркое и солнечное. С конференцией мы справились на ура, я даже перестала злиться на Диму за то, что тот так самонадеянно решил взять удар на себя.

— Завтра рабочий день, — устало протянул Петя, когда мы выходили из самолета.

— Покой нам только снится, — весело ответила я, включая смартфон и вызывая такси. Из багажа только ручная кладь, потому водителю не придется долго ждать. Краем глаза отметила, что Петя сделал то же самое.

— Вам, Карина Максимовна, готов поспорить, снится вовсе не покой.

— А что же? — смешливо передернула плечами, позволяя Диме помочь с ручной кладью. Да, к гипсу я успела привыкнуть, но он все равно раздражал.

— Планерки, совещания, клиенты, — Петя начал загибать пальцы. — Признавайтесь, Карина Максимовна, вам снятся клиенты?

— Ага, в эротических снах, — усмехнулась я.

— Ммм, Евгения Андреевна в красных чулках и черном шелковом белье, — Петя притворно закатил глаза.

— Так вот о чем ты думаешь в свободное от работы время, — снова хмыкнула. — Пошлость, Петя. Звенящая пошлость.

Ассистент глухо засмеялся, вспоминая популярное смешное видео, которое сам же мне и показал. За веселыми подстегиваниями друг друга мы довольно быстро добрались до выхода из аэропорта.

— Ладно, — Петя на мгновение замер передо мной, внимательно заглядывая мне в глаза. Я улыбнулась парню. — Выходные прошли плодотворно, потому самое время хорошенько выспаться перед новой рабочей неделей. Всем счастливо.

Я кивнула, попрощалась. Парень прошел к ближайшей машине, и я мысленно сделала заметку: машина бизнес класса, хоть и такси. Парень явно не прост, до недавнего времени ни словом, ни делом не показывал, к какому социальному классу относится. Под ложечкой кольнуло любопытство — расспросить, быть может? Или он намеренно об этом не говорит?

— О, а вот и моя машина, — я попыталась забрать у молчаливого и задумчивого Димы свою пухлую сумку, но он отвел руку в сторону.

— Эээ, нет, моя дорогая, я тебе кое-что обещал, а потому еду с тобой.

— Что? — ошарашенно поинтересовалась я, пытаясь нашарить в сознании воспоминания.

— Поехали, у тебя будет полчаса, чтобы вспомнить, — хитро ответил Дима и первым прошел к машине.

Что мог пообещать Дима, я понятия не имела. Перебрала все варианты уже до того, как села на заднее сидение авто.

— Ооо, с отдыха, наверное? А чего багажа так мало? — таксист улыбнулся в зеркало заднего вида.

— С работы, — Дима ответил на улыбку. И я залюбовалась. Дима мог десятки раз измениться внешне, но улыбка была все та же. Родная, приятная и привычная. Мысленно одернула себя. Не то время. Не то место. Не тот человек.

— Ууу, работа по выходным, — сочувственно протянул таксист.

— Так вы же тоже работаете, — удивился Дима.

— Так это ж разве работа? Сиди себе, баранку крути. А когда дороги свободные, так вообще благодать. Кайфую я в машине, понимаешь?

— Так и мы кайфуем, — хмыкнул Дима.

Я задумалась. А кайфую ли я? Когда я училась в вузе, у меня была мечта: стать специалистом в своей сфере, настоящим специалистом. Для того, чтобы снискать уважение в обществе, получать достойную заработную плату, удовольствие от того, чем занимаюсь. А что сейчас? Я уже на протяжении нескольких лет кручусь как белка в колесе, без всяких отпусков, а иногда и жертвуя выходными. Я перестала работать, чтобы жить и перешла в новую касту — касту людей, живущих ради работы. И это несмотря на то, что моя зарплата позволяет мне выбираться дважды, а то и трижды раз в год за границу, покупать себе вещи, особо не смотря на ценник, жить, как говорится, на широкую ногу. Однако моя широкая нога ограничивается походами в офис, максимум в фитнес зал. И то, для того, чтобы не пустить в свой собственный мозг ту прорву комплексов, порожденных сознанием еще в детстве.

За всеми этими мыслями я и сама не заметила, как задремала. По традиции: на плече Димы. Мне снились странные сны, в этот раз без воспоминаний. Только бесконечный калейдоскоп разноцветных узоров, сменяющихся как по мановению волшебной палочки. Проснулась только когда таксист притормозил у моего подъезда.

— Выспалась, спящая красавица? — весело поинтересовался он.

Я прошлась пальцами под глазами — не хватало еще, чтобы тушь растеклась — и хрипло ответила:

— Ага, спасибо. Сколько с меня?

— Так парень твой расплатился уже, — ответил таксист.

— Приятно было познакомиться, спасибо за поездку, — вмешался Дима и мягко высвободил свое плечо. Добавил, уже мне: — Пойдем.

Я послушно выползла из машины, зябко ежась.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌— Зайдем к тебе, чтобы ты куртку взяла и двинем. У тебя открытая страховка?

— Куда двинем? — со сна я всегда соображала туговато. И сейчас никак не могла сообразить, почему Дима поехал со мной. Он там что-то мне обещал?.. Или это тоже часть сна?

— Страховка на машину, спрашиваю, открытая? — Дима чуть приобнял меня направляя к двери подъезда, и я испуганно дернулась. Что вообще происходит?

— Открытая, — хрипло ответила я, здоровой рукой нашаривая в сумке ключи. — Мне еще надо кота покормить.

— Я не тороплю, — серьезно ответил Дима, но я заметила, что в его глазах пляшут чертенята. Стало настолько любопытно, что я решила довериться мужчине и перестала задавать лишние вопросы.

Пуфик встретил радостным мявом, тут же принялся тереться о ноги, выпрашивать ласку. Да и я, признаюсь, так соскучилась по коту, что тут же приземлилась на колени и начала его наглаживать. На Диму он смотрел с опаской, но пока не шипел.

— Пойдем я тебя покормлю, маленький, — начала сюсюкать я. — Пойдем, мой хороший.

— А меня ты будешь так встречать, когда мы поженимся? — из коридора прокричал Дима.

— Когда? — ехидно переспросила я, выглядывая с кухни. — То есть моего согласия никто не спрашивает?

— Кажется, ты свое согласие еще лет так в шестнадцать дала, — Дима разве что язык не показал.

— Так и мне пока не тридцать, — ответила, — вдруг сейчас выйду из дома, а там принц на белом коне.

— Ой, брось, принцы уже давным-давно перевелись, а коня можно организовать, — шутливо откликнулся Дима. — А я, может, порепетировать хочу встречу мужа с работы.

— Иди сюда, мой маленький, — театрально протянула я, в воздухе размахивая пакетиком кис-каса и угрожающе надвигаясь на Диму. — Сейчас я тебя накормлю, мой хороший. Открывай пасть… ой, то есть ротик.

— Ну, еще пара репетиций, и будет почти идеально, — хмыкнул Дима, уворачиваясь от вонючего пакетика.

Обмениваясь ехидными замечаниями, я покормила Пуфика и стянула из шкафа легкое шерстяное пальто с рукавами три четверти, как раз по погоде, да и надевать не так сложно из-за этого дурацкого гипса. Гипса…4f7b7c

Точно!

— Я знаю, куда мы едем! — торжественно выдала я, радуясь своей догадке. — В травмпункт! Доктор сказал нагрянуть для снимка!

— Да ла-а-а-адно! Вспомнила! — едко протянул Дима. — Бери ключи от тачки и птску.

— Знаешь ли, моя машина не любит мужских рук, — не удержалась, показала язык.

— Ага, прям как кот. А знаешь, что это значит? — таинственно спросил он.

Вот чуяла, что сейчас какую-нибудь гадость скажет, но все равно поинтересовалась:

— И что же?

— Что даже если возле подъезда тебя ждет принц на белом коне, то твои постоянные спутники не пустят его в твою жизнь. А значит, придется довольствоваться другом детства.

— А что, друг детства в категорию мужчины не входит? — невинно хлопая ресницами, поинтересовалась я. — Нет, ну, с одной стороны, оно и понятно, но я не ожидала от тебя такой самокритики.

На мгновение проскользнула мысль: сейчас все, как раньше. Без старых обид, только легкое подшучивание друг над другом. От осознания того, как стало легко, я чуть не запнулась у лифта, но Дима внезапно для меня поймал.

— Все, Карина, ноги не держат? Старость?

— Смею тебе напомнить, что я почти на год тебя моложе, — беззлобно огрызнулась и улыбнулась собственным мыслям.

— Старость она не в теле, Кар, а в голове, — будто в подтверждении своим “мудрым” изречениям, Дима постучал указательным пальцем себе по голове.

— Ты бы это, поосторожнее, — деланно озабоченно пробормотала я, шагая в кабину лифта, — я бы на твоем месте вообще лишний раз к голове не прикасалась.

— Это хотя бы объясняет тот факт, почему ты такая лохматая, — вернул колкость Димка.

Я мельком глянула в зеркало, расположенное около кнопок, и ужаснулась. Глаза краснючие, волосы всклоченные, губы обветренные. Красавица, ничего не скажешь. Прошлась пятерней по лохмам, стараясь их хоть как-то пригладить. Вышло не очень.

— Ты сделала тату? — внезапно спросил Дима.

Я почувствовала легкое касание на шее, под линией волос. Горячие пальцы Димы прошлись по каждому из иероглифов.

— Это японский?

— Китайский, — тихо ответила я, боясь пошевелиться. Уже давно стоило свести эту ошибку студенческих лет. Я стыдилась этих трех неровных иероглифов, набитых в условиях жуткой антисанитарии (родители бы ни за что не дали денег на татуировку, а стипендии не особо хватало на дорогие хотелки, потому пришлось набивать у знакомого, только недавно взявшего в руки тату-машину).

— Что это означает? — хрипло спросил Дима, так и не сводя пальцев с моей шеи.

Лифт дернулся и остановился, створки открылись.

— Неважно, — я взлохматила волосы, прикрывая шею. — Я не особо люблю об этом вспоминать.

По дороге к травмпункту мы молчали. Я внимательно следила, как Дима управляется с моим автомобилем. Вел он аккуратно, если не сказать нежно — это даже завораживало. И отвлекло от мыслей о прошлом. За тату мне было стыдно не только по той причине, что это странные китайские иероглифы, но и из-за обстоятельств, при которых это произошло.

Первый курс. Дима уехал, я скучала, я обижалась, я решила заняться собой. Начать с изменений. Сперва коротко постриглась, почти под мальчика. Потом покрасилась в странный малиновый цвет, следующим пунктом изменений стала татуировка. И ладно бы просто татуировка, так нет же, я начала встречаться с этим тату-”мастером”, пытаясь хоть как-то отвлечься от грустных дум. Даже не расстроилась, когда узнала, что Миша (именно так его звали) “встречался” с каждой своей новоявленной клиенткой. И каждую он награждал подобным подарком. Вот только мои иероглифы означали “память”. И, как известно, память просто так не сотрешь. Я вот свою до сих пор на шее таскаю.