Глава 42. Упрямство

– Лика, не отвлекайся, – рычит Джеймс, и я закусываю губу.

Издевается. Да он просто издевается надо мной! Как можно не отвлекаться, когда он творит такое… Ох…

Пальцы ректора растягивают меня. Проникают всё глубже, движутся всё быстрее и быстрее во мне. Дыхание сбивается напрочь. Я смотрю на панель приборов, и она расплывается у меня перед глазами. Всё. Я больше не могу контролировать своё тело.

Второй рукой Джеймс накрывает грудь и сжимает пальцами сосок. Я ахаю. Голова непроизвольно откидывается на спинку капитанского кресла. Нестерпимо хочется прикрыть глаза…

И тут всё прекращается.

Джеймс выпускает меня из сладостного плена и поднимается с места.

– Считай, что зачёт ты провалила, – холодно произносит он.

Я разочарованно замираю. Быстро-быстро моргаю, и в полной прострации клацаю регуляторы, нажимаю нужные кнопки и выравниваю курс космолёта. Чуть не улетели вообще в неизвестном направлении.

Последнюю неделю моя практика выходит… слишком жаркой и горячей. Джеймс лично решил меня натаскать перед сдачей экзамена представителям Мамы. Только если бы мы просто летали… я бы справилась.

Но мой несносный ректор решил усложнить задачу. В прошлый раз я пропустила комету из-за того, что постоянно отвлекалась на него. Поэтому мы пытаемся выработать у меня новый навык.

Лететь и не отвлекаться ни на что. Даже если он творит со мной что-то такое… будоражащее. Яркое. Сладкое. И это полный провал. Потому что не отвлекаться на Джеймса невозможно!

Я застёгиваю комбинезон, ставлю космолёт на автопилот и отстёгиваюсь.

Поднимаюсь с кресла и иду вслед за Джеймсом. Он стоит возле иллюминатора. Спокойный. Величественный. Взгляд его устремлён за пределы корабля. О чём-то размышляет.

Я обвиваю его со спины и целую в шею.

– Лика… – вздыхает ректор. – Это важно. На днях они заявятся с проверкой в академию, а через неделю – твой экзамен. Ты должна его сдать.

– Я знаю. Я сдам. Меня ведь никто так отвлекать не будет…

Джеймс резко перетягивает меня к себе вперёд. Вжимает в своё тело, и я чувствую, что он всё ещё возбуждён. После того, как ласкал меня. Не успокоился. А в глазах настоящий шторм.

Ревнует. Но я специально так сказала. Мне кажется, что он перегибает палку. Не будут представители Мамы меня специально валить на экзамене. Правда же? Или я зря рассчитываю на такое?

– Малика Эртон, никогда даже не заикайся о таких темах. У меня сносит голову при мысли, что кто-то вообще на тебя смотрит.

– Это всё неважно. Ведь я смотрю только на тебя, – шепчу я. Облизываю губы, вздыхаю: – И я больше не могу, Джеймс.

– Не можешь? О чём ты?

– Не могу сопротивляться своему желанию.

Я немного отталкиваюсь от него и опускаюсь на колени. Тянусь к молнии на брюках Джеймса. Меня потряхивает от возбуждения. Довёл меня мой ректор. И я хочу показать ему, каково мне сейчас было.

– Лика…

Освобождаю его член. Обхватываю его рукой и провожу вверх-вниз. Джеймс смотрит на меня. В его глазах шторм только усиливается. И я наклоняюсь. Касаюсь головки. Облизываю по кругу. Он издаёт низкий рычащий стон.

Ласкаю его член губами и языком. Джеймс мягко вплетает пальцы в мои волосы. Немного подталкивает, намекая, чтобы я захватила больше. И я иду на поводу у его желания. Вбираю его максимально глубоко.

Чутко отслеживаю его состояние. Как он нетерпеливо подаётся бёдрами мне навстречу. Как его член увеличивается в размерах. Как он тяжело дышит. Как его пальцы в моих волосах становятся твёрже…

Он почти готов. Так же, как и я почти была готова финишировать от его пальцев. Идеальный момент.

Я отстраняюсь.

Выпускаю его член и быстро заправляю обратно в штаны.

– Что ты делаешь? – тянет недовольно с хрипотцой в голосе.

– Уже ничего, – пожимаю плечами с беспечным видом.

Одним махом Джеймс поднимает меня с колен и припечатывает к холодной стене космолёта. По его виду ясно, насколько я взбудоражила его. Но мне обидно. И раз уж я не получила удовольствия, а только выговор, то пусть понимает, как это неприятно.

Гипнотизируем друг друга взглядами. Он глубоко вбирает в себя воздух и выдыхает. Наклоняется и быстро целует в губы. Прижимается лбом к моему лбу.

– Понял, – усмехается Джеймс. – Но ничего не выйдет.

– А вот теперь я не поняла.

– Думаешь я не смог раскусить твой коварный план? Я сейчас едва держусь, чтобы не продолжить начатое. Любимая, как ты не понимаешь? Я же для тебя стараюсь. Хочу, чтобы ты получила то, о чём мечтаешь. Стала пилотом. Лучшей в своём деле. Это ведь то, чего ты так хочешь?

Он прав. Джеймс ведь знает. Мы с ним уже столько раз обсуждали всё это. И мою жизнь. Моих родственников. А он рассказал мне о своей семье, с которой планирует меня познакомить сразу после моей практики.

Конечно, я мечтаю стать пилотом. Лучшим пилотом.

Поэтому просто киваю.

– Я знаю, что на экзамене будет сложно. И чем лучше ты подготовишься к неожиданностям, тем больше уверенности в тебе будет.

– Понимаю. Но ты… это ведь слишком. Я себя не могу держать в руках, когда ты делаешь со мной… всякое приятное.

Под конец фразы заливаюсь румянцем. До сих пор неловко, несмотря на то, что он меня видел в разных ракурсах, что между нами происходит всё это… Неловко обсуждать вот так в открытую…

– В этом и суть. Ты должна быть хладнокровна за боротом корабля. Попробуем ещё раз?

– А может сначала…

Я провожу рукой по его животу. Спускаюсь чуть ниже. Кладу руку на его возбуждённое мужское достоинство. Провожу пальцами. Нестерпимо хочется продолжения.

– А это оставим на десерт, – хмыкает ректор. – Идём.

Перехватывает меня за руку и тянет обратно в кабину. Эх, какой же он упрямый!