Глава 35
Глава 35
Ириха совершенно голая стояла у ростового зеркала.
Очень внимательно и придирчиво рассматривала свое отражение.
За последнее время на нервяке и от мучившего её токсикоза она сильно похудела.
В выписке из больницы оба лечащих врача, терапевт и гинеколог, подчеркнули красным фразу - "дефицит веса". Устно рекомендовали меньше нервничать и усиленно питаться.
"Да уж, Ириха! Иначе как доска - два соска тебя и назвать трудно, - вздохнула Курвелочка, водя пальцами по выпирающим рёбрам и торчащим бедренным костям.
В нижней части живота ее ладони замерли, закрыв собой того, кто рос внутри.
О нем, своём малыше, она думала с нежностью и любовью:"Пупсяринка, у нас все будет хорошо. Твоя мама тебя очень сильно любит. И неважно кто твой отец…"
Тревожная мысль о том, кто из двух мужчин причастен к факту беременности не отпускала её уже две недели.
Как только врач сообщил ей приятное известие, Ирку затопила радость и счастье.
Ночь в больнице за последнее время стала первой, когда она, свернувшись в позу эмбриона, спала сном младенца.
Утром Ириха проснулась, совершенно отдохнувшая, с прилипшими к животу ладонями.
Долго лежала в постели, поглаживая то место, где, по ее мнению, находилась новая маленькая жизнь.
При мысли о своем крохе в ее солнечном сплетении становилось тепло, что-то изнутри щекотало, в носу щипало, а в глазах появлялась влага.
От нахлынувших на неё чувств Ириша не чувствовала боли, забыла про разбитое лицо, затекшие глаза и черно-бордовые синяки.
Ей на все стало наплевать кроме этой маленькой фасолинки, которая росла внутри.
"Радость - моя! Счастье - моё! Моё - золотко! - на последней фразе Ириха хихикнула, вспомнив Голлума из "Властелина колец". - Ребёнок, мамка твоя точно кукухнулась. Ничего, сладусик, теперь у нас все будет по-другому! Начнем со сна…"
Свое обещание Ирина сдержала. Первые несколько дней она проспала, как сурок.
Ну, а что ей ещё было делать, если суток двое глаза практически не открывались.
Её даже с результатами УЗИ ознакомили на слух.
Осмотр гинеколога прошёл также в палате, потому как Ирина наотрез отказалась идти в кабинет врача.
Почти неделю Гросси практически никого к себе не допускала.
Исключение были сделаны для представителей правоохранительных органов и страховой компании.
Самое необходимое из вещей ей принесла мать. Список Ирина продиктовала медсестре.
На седьмой день, когда у Иры хоть немного после примочек и мазей открылись глаза, она встретилась с родителями.
Как не просила маму про сестру, Катерина все равно пришла вместе с ними.
В палату систер зашла первая. Без приветствия цокнула на пороге языком, заглянула в ванную комнату.
- Ну ничего себе у тебя условия. Не палата, а прямо номер люкс. Ах, да, забыла. Ты же у нас вип-персона, - растягивая слова и все все время прицокивая, процедила сестра.
- Я тоже рада тебя видеть, Катерина! - опуская колкости, произнесла Ирина. - А родители где?
- Да, уж, Ирка, выглядишь ты потрясающе! - начала язвить и упражняться в остроумии сестрица. - Красота страшная сила - это прямо вот сейчас про тебя! Мать с отцом с врачом разговаривают.
- Ясно. Как у вас дела? Помирилась с мужем? С работой определилась? - поинтересовалась спокойно Ирина.
- С козлом не помирилась. Я себя не на помойке нашла, чтобы унижаться перед этим ничтожеством. А работу…Да, нашла. В понедельник пойду в вашу контору. В день аварии мы с матерью с твоим диром познакомилась. Фу, страшный - такой. Я не стала перед ним расшаркиваться. Мать все же про работу спросила. Он сказал в кадры зайти. Ирк, а чего это сам гендир тебя навестить приехал? Да ещё и с полными пакетами? Трахаешься с ним, да? - последний вопрос сестра задала таким отвратительным и пошлым тоном, что Ирину даже дернуло.
Хорошо, что отвечать не пришлось, потому что в палату зашли родители. Увидев дочь, мать расплакалась.
Ирине так стало жалко родительницу свою, что она тут же обняла ее и стала утешать.
Отец, произнеся их коронное "опизденеть", заключил обеих в объятия.
- Ириша, мы тобой очень гордимся. Прямо пиздец как сильно! - сказал папа-Адя, утирая украдкой слезы. - Только очень просим, больше не делай так. Ладно, дочь?! И запомни, самое ужасное в жизни - это когда родители хоронят своих детей…
- Кстати, Ирк, а на кой черт ты из себя героиню вздумала корчить? - традиционно перебила отца Катерина. - Хотя, Хоспади, о чем я?! Ты же у нас всегда живёшь с девизом:"Краше, лучше, круче всех!"
- Екатерина, прекрати, - одновременно рыкнули в сердцах на сестру родители.
Фыркнув, Катерина в психе покинула палату. Дальше Ириха общалась с матерью и отцом без её присутствия.
Уже прошла неделя с их встречи, а Ирина до сих пор, вспоминая слова сестры, морщилась, будто её облили "помоями".
Посмотрев ещё раз на себя в зеркало и погладив совершенно плоский животик, Ириха услышала трель телефонного звонка.
"Господи, только не Йети," - подумала она, натягивая халат.
Имя "Егорова" на главном экране гаджета Ирку успокоило.
- Ну, здоровА…- Гросси, уже хотела, как Нюхе сказать "корова", но вспомнив, что Натаха - особа кустодиевской натуры, кашлянув, произнесла, - дорогая моя!
- И тебе, Гитлеровна, не хворать и в аварии не попадать, - сначала хмыкнула главбушка, а потом все же разразилась мелким хихиканьем. - Ну, как твои дела, мега-звезда криминальных сводок? Круче тебя теперь только Волкова - министреская прессша. Видно, Ириха, тебя к звезде за отвагу приставят! Шучу, конечно, но это было бы справедливо! Все хотела приехать проведать, но твои гитлерюгенды говорят, что ты никого не принимаешь. Хихикают, что дескать, переживаешь, чтобы люди не ослепли от красотищи твоей?!
- Обожаю, Егорова, твои подколы и шуточки. Коли не боиссья ослепнуть, то можешь приехать, - рассмеялась в ответ Гросси.
- Реально? Прям вот так запросто? Без предварительного заявления, верификации и аккредитации? - не скрывая удивления, произнесла Натаха.
- Ага! Ну, если не страшно, - ответила Ирина, быстро смекнув, что она с Егоровой решит вопрос внесения ссуды и передаст Грекову заявление на увольнение и подаренные им кольцо.
- Ой, не люблю заниматься плагиатом. И все же, Ирка, опизденеть! - заржала в голос Натаха. - В этом случае точно не откажусь. Что будем пить, Фюрер Гитлеровна?
- Наташ, ничего не надо. У меня элитного спиртного целый шкаф. Вискарь, как ты любишь, тоже есть. Только…- Ирина немного замялась, думая, как объяснить то, что она пить не будет, - мне пока спиртное противопоказано. Таблетки принимаю для стабилизации чего-то там в мозгу.
- А! Ну, да. Понятно, - тоже как вроде замешкавшись ответила Наталья. - Тогда привезу тебе молоко. Ну и разные вкусняхи. До вечера.
До приезда глабухшки Ирина занималась домашними делами и готовила ужин.
В обозначенное время в видеодомофоне женщина увидела Егорову.
- Да, Гитлеровна, звездец звездолетный, даже и представить не могла реальную картину причинённого ущерба мордуле твоей красивой, - цокнув, вымолвила с порога Натаха и зажала Гросси в своих объятиях. - Ладно, милая, не сцы, до свадьбы заживёт!
После сказанного Егорова посмотрела на Ириху вопросительно.
В принципе, ничего странного во взгляде главбухши не было.
Адольфовна со слов Грекова знала, что в день их последней совместной пьянки Наталья в отличие от неё находилась в нормальном состоянии.
Сегодня за столом женщины традиционно болтали обо всем, но больше всего, конечно же, о работе.
- Ой, Ириха, у нас прямо масштабные изменения. Греков нонече не то, что давеча, - тоном заговорщика вещала главбухша. - Техдир и начальники его служб, - все написали заявления на увольнение по собственному желанию с открытой датой. За прошлый месяц практически всем снижена премия. Верчук и ещё некоторые лишены ста процентов премиальной надбавки. Да, еще у нас реорганизация. С понедельника по приказу новая штатка. Я её видела. Введена должность заместителя гендира по развитию. Под него уходят все технари. Из прежних замов остаётся только первый. В его подчинение переходят остальные службы. Да, и еще Юлия Борисовна. Она теперь не замша, а директор по экономике и финансам. Кстати, и Верчук просто директор. Им обоим снизили оклады и договоры изменили. Это я про подушки безопасности. Ой, обожди. Твоей должности тоже нет в штатном…
Услышанной информации Ирина не удивилась. Потому что сама после страстного секса, как ночная кукушка, неоднократно рассказывала Грекову что и в каком порядке нужно изменить.
Комментировать слова Егоровой Адольфовна тоже не стала. Наталье знать лишнее ни к чему.
Ее же вся эта кутерьма совершенно не интересовала. В голове Ирихи сформировались уже совершенно иные планы.
Вчера, разговаривая с Анютой, она окончательно решила после накопленного отпуска почти в сто рабочих дней и увольнения, остаться в Италии.
Дино пообещал ей по ускоренной процедуре оформить рабочую визу и вид на жительство.
Рождение ребёнка в солнечной Тоскане по их с Анной замыслу поможет Ирине легче получить гражданство. Благо итальянские законы разрешают иметь двойное.
- Так подожди, Гитлеровна, - замахнув ещё пятьдесят граммов янтарного напитка, произнесла главбухша. - Я реально не поняла. Они что про твою должность забыли?!
Наташка на некоторое время зависла. Ирина внимательно на неё смотрела, ожидая возвращения Егоровой в реальность.
- Наташ, у меня к тебе есть дело. Очень-очень важное, - мягко сказала Ирина, пришедшей в себя Наталье. - Тебе мои слова не понравятся, но я уверена, что ты мне поможешь…