Глава 4. «Тучи сгущаются…»

* * * – СНЕЖАНА — – Твои апартаменты, человек. Надеюсь, тебе хватит ума найти здесь спальню, ванную и не потеряться, – с глухой яростью произносит эта сволочь. Мне горячая ванна прямо сейчас совсем не помешает. А потом бы и чайку вкусного. И с хорошей закуской. Готова съесть слона. Даже странно, что есть хочу после таких-то отвратительных фокусов. Только спустить на тормоза всю эту чертовщину никак не могу. Вытираю рукавом сопливый нос (простуда набирает обороты) и сиплым голосом говорю: – Мне ума на что угодно хватит, это ведь не я страдаю шизоидно-магической истерией. А теперь живо объяснил, какого чёрта ты меня украл?! Мужчина испепеляет меня своим грозовым взглядом. Вот зуб даю, он бы меня с удовольствие укокошил. – Не украл, – произносит он максимально спокойно, хотя слышится вибрация гнева в каждом его вздохе. – На тебя указал артефакт. Сделаешь работу и будешь свободна. В твоих интересах всё сделать по высшему разряду, иначе я приду в бешенство. Я не могу сдержать истеричный смех. Отсмеявшись, рычу не хуже той зверюги, что сожрала мою туфлю. И столько яду в моём тоне, что мужчина точно должен отравиться. – Ты, мать твою, и кадровик, и маркетолог от бога! Такая шикарная презентация фиг-знает-какой-вакансии, такие интересные условия труда, что я даже не знаю, что сказать! Мечтаю приступить к делам прямо сейчас и первым делом… врежу тебе по морде! Мужчина закрывает лицо рукой и качает головой. Да, дядя, зря ты меня выкрал, я тебе точно не по зубам. Устало опускаюсь в кресло, так как сил стоять на ногах просто нет. Ещё, кажется, у меня начинается жар. Кошусь на свои ноги. Колготкам хана. Туфельки утрачены. Одежда испорчена – юбка порвалась, на блузке нахожу дырки, как от огненных искр. Из целого на мне только нижнее бельё. Всё, я этого типа ненавижу лютой ненавистью. – Не рекомендую драться со мной, – как-то неуверенно говорит негодяй. Долго же он думал и формулировал эту мысль. Кажется, я сказала это вслух. Он смотрит на меня с презрением. Не могу удержаться и показываю ему средний палец. Пусть свои рекомендации себе в одно месте засунет. Мужчина издаёт тяжёлый вздох и произносит с едва скрываемым раздражением: – Хорошо, я признаю, что был неправ, нужно было с самого начала всё тебе объяснить, но… – Ого, да ты, оказывается, можешь нормально разговаривать, – говорю и издаю издевательский смешок. – Но ты сама всё испортила своим поведением, – заявляет это чудо природы. – И снова всё портишь. Смотрю на него, приоткрыв рот, и возмущённо произношу, взмахнув руками: – Класс. Так я ещё и виновата? Все мужики одинаковые. В любом деле всю вину сваливаете на женщин. – Я предлагаю тебе работу с проживанием и полным обеспечением в моей академии магии, – говорит он быстро, пока мы реально не вцепились друг другу в глотки и не перегрызлись. И молчит. Стоит, ждёт моего ответа. Руки на могучей руки складывает и смотрит на меня выжидательно и таким взглядом, будто перед ним неразумная амёба. Кстати, а одёжка на мужике преобразилась. Теперь он одет как-то странновато, будто эпоху сменил. Меня это напрягает. Уж не в прошлое ли меня переместил? Но в прошлом магии не было, чудищ огненных тоже… Хотя, смотря, какая эпоха. История в любом случае вся переврана и переписана на сто рядов, что правды там хрен целых и хрен десятых. Потому кто его знает, что там было на самом деле и чего не было. Так, погодите. Он сказал, что работа и проживание в… я не ослышалась? В Академии Магии? От удивления у меня вытягивается лицо. – В академии магии? – переспрашиваю в надежде, что мне всё-таки послышалось. Он кивает и говорит: – Да. Это Исправительная Академия Магических и Боевых Искусств. Сокращённо ИАМБИ. И прости, что не представился сразу. Моё имя Россрэйд Эрдалл. Я, глава академии. Ко мне обращайся на «вы» и исключительно по правилам – эрхалл Эрдалл. И как ты уже поняла, я принадлежу к расе драконов. Нет, я ни шиша не поняла. Какая академия? Исправительная? «Класс!» У меня сейчас голова от жуткой новости взорвётся. Беру и хорошо так шлёпаю себя ладонью по щеке. Потом по другой щеке. И ещё пару раз. Ничего не происходит. Ничего не меняется. Этот мужик не исчезает. Это не глюки. Похоже, всё реально. – Что ты делаешь? – удивляется он. – Проверяю, не спятила ли я, – мой голос звучит жалко и беспомощно. – Насчёт этого не уверен, – хмыкает мужчина. – Но мир настоящий. Академия магии настоящая. Ты в другом мире, женщина. Стиснув зубы, чтобы сдержать гнев, я шиплю: – Оставь свой сарказм при себе. Мне не смешно. – Итак? Твоё решение? – спрашивает он с ухмылкой. Я уже открываю рот, чтобы послать его, как он опережает и говорит: – В любом случае выполнить работу ты обязана. Ты в другом мире, женщина, и магия тебе не позволит вернуться, пока не сделаешь то, к чему у тебя талант. Артефакт «связал» нас магическим договором, женщина. Интересно, что конкретно заползло в зад этого ректора, что сделало его настроение таким отвратительным? Или у него всегда такой «прекрасный» настрой? – Хватит назвать меня «женщина», да ещё таким тоном, будто я мерзость какая-то, – рычу на него и копирую его позу, складываю руки на груди. – У меня имя есть – Белова Снежана Михайловна. Прошу обращаться ко мне Снежана Михайловна и исключительно на «вы». Надеюсь, для вас, эрхалл Эрдалл, это посильная задача? И далее, о какой работе вы всё время говорите? Или это страшная тайна? – Нет, не тайна, – произносит он и сжимает переносицу, будто уже устал от меня. Так, другой мир и здесь есть магия, говорите? Мой мыслительный процесс начинает активную работу. Знаете, а я всегда завидовала ведьмам, если они реально существуют. Они могут насылать чары, превращать врагов, например, в безногих и бескрылых мух. Я бы превратила своего бывшего босса в свинью. Или в козла. Получается, я теперь тоже с суперспособностями? А когда вернусь домой, они со мной останутся? Так, насчёт моих талантов… У меня талантов много. Например, я могу стать настоящей занозой в… – Ладно… – задумчиво чешу кончик носа. – Вы – ректор. Это академия. Я с Земли. Выходит, вы хотите, чтобы я работала вашим… Секретарём? Что-то вроде этого, да? А магию мне выделите? Я даже буду готова забыть недавнее вопиющее невежество с вашей стороны… Мужчина демонстративно закатывает глаза, подходит к окну, долго всматривается в темноту, будто там хоть что-то можно увидеть, кроме отражения себя любимого и интерьера. Я смотрю на его широкую спину, могучие плечи, обтянутые белой рубашкой и жилетом и вспоминаю, как недавно висела на его плече. Толстая чёрная коса спускается вдоль позвоночника. Хочется вдруг подойти и дёрнуть за неё. Думаю, мужчина не оценит. И зад у ректора весьма хорош. Да, ему точно не нужны плавки с пуш-апом. А вот такта и вежливости этому ректору, сильно смахивающего на йети сильно не хватает. – Нет, – наконец, отвечает он. В смысле «нет»? – Что именно «нет»? – напрягаюсь я. Забираюсь в кресло с ногами. Поджимаю их под себя. Меня уже начинает лихорадить и морозить. Обнимаю себя за плечи. Он оборачивается, смотрит мне в глаза и рассказывает, что за работа: – Всё, что придётся сделать, – это организовать и провести Новогодний праздник в академии. Обязательно с активным участием адептов. И чтобы все остались довольны, были восхищены и надолго запомнили этот Новый год. В моём животе возникает дрожь, странное пламя паники и ужаса. – Артефакт указал на тебя, как на талантливого специалиста в данной области. И чтобы сильнее мотивировать тебя… На празднование приедет Император. Этот тупица-ректор-бородач-дракон-йети рехнулся? – Я не по части утренников! – вскрикиваю и вскакиваю с кресла. – Я с детьми не работаю! – Здесь учатся подростки и адепты старше. От четырнадцати до двадцати трёх лет, – невозмутимо говорит он. Хлопаю себя по бёдрам. – Ещё не лучше! Я не умею ладить ни с детьми, ни с подростками! У вас, что, нет своих организаторов праздников?! – Есть. Но все отказались. – Заняты? Так предложите больше гонорар, – хватаюсь за последнюю соломинку. – А меня верните домой. – Здесь другая причина, – кривится мужчина. * * * – И вы решили, что я – лучший вариант? – мой голос сипло-гнусавый, но мужчину, кажется, моё состояние не заботит. Его заботит эта стрёмная академия и детки, которые вообще-вообще никому в этом придурочном мире не нужны. Теперь я в курсе той причины, почему он не может нанять хоть самого затрапезного аниматора. В этой исправительной академии учатся, мягко говоря, и грубо выражаясь, малолетние преступники и отщепенцы. Или если говорить простым и понятным языком – юные отбросы общества, такие как бастарды, от которых отказалась высокородная и не очень родня и которые не нужны ни одной школе-академии и любому другому учебному учреждению; беспризорники, с которыми местные органы опеки не в силах справиться; шпана, одарённая магически и которой дали второй шанс, а если не исправятся, отправятся на каторгу и будут лишены магии; малолетние преступники из неблагополучных семей, чьи злодеяния не успели принести вреда кому-либо, но шансы продолжить в том же духе очень высоки; этот список можно продолжать. Причём здесь учатся и исправляются не одни только парни, но и девушки. – Не я решил. Артефакт, – невозмутимо отвечает ректор. Пожимаю плечами и говорю: – Значит, он ошибся. Я вам точно не помощник. Организовать праздник за короткий срок совместно со шпаной нереально! Я ещё повторюсь, что не имею опыта работы с детьми и подростками. – Нет никакой разницы, – стоит он на своём и не сводит с меня своих… хоба, да у ректора глаза с вертикальным зрачком! Обалдеть, он и, правда, дракон. Всё ещё не могу поверить, что такое возможно. – Есть разница, – произношу максимально сдержанно и разглядываю его глаза. Россрэйд моргает и вновь его глаза выглядят как у обычного человека. – Снежана… Михайловна, – выдавил он из себя, – артефакт в любом случае уже связал вас обязательством… – Это когда он успел? Я согласия не давала! – начинаю звереть. – В тот момент, когда вы пересекли грань миров, – в зарослях его бороды мелькает самодовольная усмешка. Я прищуриваюсь и шиплю: – Но вы не спрашивали моего мнения. Вы меня похитили. Значит, не считается. Нет никакого обязательства. – В магии нет полутонов. Есть свершившееся действие, которое тянет за собой следствие и свершившийся факт сделки. Вы не сможете вернуться домой до тех пор, пока не выполните поставленную задачу. Я хочу его убить. Прямо сейчас. Но если я убью этого придурка, то точно останусь здесь навсегда. И вряд ли меня здесь будут терпеть, местная шпана меня и прикопает. В первом же сугробе. – Уверяю вас, это будет поистине трагически прекрасный новый год, – говорю с ехидной улыбкой и щёлкаю пальцами. Мужчина кривится от этого звука и бормочет недовольно: – Воздержитесь от драм и трагедий. Праздник должен быть весёлым, радостным, искрящимся и адепты должны принимать в нём активное участие. Разжечь огромный костёр из канабиса? Тогда все адепты будут радостными, весёлыми и искрящимися. Преподы, кстати, тоже. Как и гости. Как и император. А что? Хорошая идея. – Только без дурных идей, – строгим тоном произносит мужчина, будто мысли мои прочитал. – Я должна обдумать все варианты, – отвечаю со вздохом и шмыгаю носом. – И вообще, если я заболею, между прочим, исключительно по вашей вине, то никакого праздника не будет! Все ваши уголовники слягут с жёстким ОРВИ! А я, наверное, помру, ведь у вас сто процентов нет противовирусных! Мне хочется плакать. – Моё упущение, – совершенно невозмутимо говорит придурок ректор и вдруг подходит ко мне и не успеваю я среагировать, как он кладёт ладонь мне на лоб. Открываю уже рот, чтобы послать его и сказать в грубой форме, чтобы не лапал меня, но неожиданно ощущаю от его ладони приятное тепло. Знаете, будто меня берут и поливают мягкой тёпленькой и ласковой водичкой, которая разливается по всему телу. И так хорошо становится… Прикрываю в блаженстве глаза и не замечаю, как с моих губ срывается стон облегчения. Все симптомы простуды, вся зарождающаяся боль проходит. В голове перестаёт стучать. Исчезают остатки тошноты и мути. Я снова здорова, крепка и свежа. – Так лучше? – без особого интереса спрашивает Россрэйд. – Сразу бы так, – произношу с лёгкой улыбкой, глядя на мужчину, – а то приказы, угрозы, похищение. Не с того вы начали, эрхалл Эрдалл. – Я уже извинился, – раздражённо произносит мужчина. Мне хочется высказаться по этому поводу, но я решаю заткнуться, иначе мы никогда не придём к финалу этого абсурда, который случился по вине какого-то дебильного артефакта. И кто вообще слушается какие-то неодушевлённые предметы?! Тут белая палата плачет горючими слезами. Ладно, хорошо, я ещё помню, что тут реальная магия, другие законы, правила… Тяжело вздыхаю и произношу: – Сначала я должна оценить масштаб катастрофы и прикинуть, что можно сделать. А то вдруг всё безнадёжно? – Уверен, вы всё сможете, – говорит ректор, окидывая меня оценивающим взглядом. Словно прикидывал: меня местная шпана сразу укокошит или сначала терзать и пытать будет? Я строю ему рожу и спрашиваю: – Кстати, раз вы вылечили меня от начинающей простуды, может ещё и покормите? А то голодная аниматор не сдвинется с места. И ещё, что вы там про вознаграждение говорили? Озвучьте цифры, сроки и способы оплаты. И в какой валюте. Мужчина закатывает глаза и раздражёно вздыхает. – Я пришлю подавальщика. По поводу вознаграждения – завтра увидите контракт. Мы его подпишем, и вы сразу приступите к работе. Отдыхайте. – Если меня всё устроит, – говорю в пустоту. Эта сволочь просто взял и исчез. Не успеваю осмотреть выделенные мне апартаменты, как буквально через минут пять раздаётся стук в дверь. Осторожно приоткрываю и с визгом шарахаюсь прочь от двери. Забываю её захлопнуть. Входит скелетина, одетая в старинный смокинг. Монстр катит пред собой тележку с едой и напитками. – Ваш ужин, эрха, – скрипучим голосом говорит эта мерзость и в провалах глазниц сверкают два зелёных огонька. Выглядит это ужасно. Я делаю судорожный вдох, потом выдыхаю и говорю не своим голосом: – Брысь отсюда. Живо. – Как пожелаете, эрха. И уходит. Я ещё минуты две гипнотизирую дверь и прислушиваюсь к звукам за ней. Но вроде всё тихо. Только за окном завывает метель, гремит гром и над моим будущим сгущаются тучи.