Глава 16. Ослик-дракон должен быть худым.
Да если б ты была принцессой,
то принц дракона бы спасал.
— Я не знаю что думать, Ханс!
— Вай, тут не надо думать. Здесь нужно почувствовать. Было, не было. Ты готова принять? Понять? Простить? Да! Именно простить, так как Золтон наделал целую кучу ошибок, это признаю даже я.
— Почему даже? — удивилась я.
— Потому что я на его стороне в этой ситуации, — не моргнув глазом поведал друг.
— Мужская солидарность?
— Нет. Хотя и это тоже. Просто не потяну я один. И Дом на мне и жена с ребенком. И ты с Холи. Мне помощник нужен. А на твоего кота, уж прости, надежды мало. Он слишком ненадежный союзник. Как все кошки — сегодня здесь, а завтра ищи свищи его, — нахмурился Ханс.
— Ах, ты! Друг называете. Хочет сбагрить меня первому встречному!
— Это с каких пор первый принц империи — первый встречный? — глаза у Ханса стали квадратными от удивления.
— Много ты понимаешь в первых встречных!
— Вай, ну вот посмотри на это с мужской точки зрения? Чужой, непонятно откуда взявшийся ребенок? У тебя на руках? Это уже его задело. И потом. Ну не мужское это дело с ребенком возиться? У него там империя некоторым образом запущена, нужно столько дел переделать, а тут этот малыш? Не спорю, ты важнее какой-то там империи. Но ты тоже могла тогда с ним улететь? Оставила бы меня? И улетела? И всего бы этого не произошло?
— Я бы так не сделала!
— Ты женщина, Холи — маленький беззащитный ребенок под твоей опекой. Но заметь, его родная тетя умотала с Золтоном. И ты могла.
— Не могла!
— Да. Именно поэтому Золтон бегает за тобой! Именно поэтому ты глава Дома. Но все же признай, что единственное, что он сделал — это улетел тогда. Все остальное набор совпадений и неправильно понятых ситуаций.
— Знаешь, Ханс, в одном классическом любовном романе… Хм. Ты не читал. В общем, там война, дезертиры, мародеры и прочие прелести ненастного времени. И посреди всего этого хаоса героиня с больной подругой и младенцем. А, еще у нее была телега и старая кляча.
— Ну, ситуация так себе. У тебя был я и надежная охрана из охотников. И что дальше?
— И вот в этом хаосе, главный герой и говорит мол, прости дорогая, мне моральные принципы говорят, что я должен отправится повоевать, в безнадежно проигранной войне, на стороне проигравших. Потому что так правильно и благородно. Целует её и уходит. А она остается с младенцем, подругой и клячей. И еще с призрачным шансом попасть невредимой домой.
— И что? Она добралась?
— Да. Добралась. Её не изнасиловали и не убили по дороге. Она доехала до дома. Младенец и подруга выжили.
— Он потом вернулся? И она его простила?
— Там все очень запутано, Ханс. Оба те еще эгоисты и циники. В общем, их обоих унесло. Ветром унесло.
— Вайка, ты завязывай. Не время и не место сейчас улетать непонятно куда. Соберись у
— Не знаю я, Ханс. Я уже один раз отпустила его. И мне нужно время. На эти твои принять, понять и простить.
— Ну, оно у тебя есть. Никто не заставляет тебя сломя голову замуж выходить. Но я бы поторопился с решением. Золтон, как я заметь уже говорил, первый принц империи. И теперь его не связывает защита в виде помолвки с Лаурой. И все незамужние свободные драконицы империи открыли сезон охоты на наследника.
— Что? Откуда ты знаешь?
— Оттуда! А ты как думала? Он вечно что ли тебя ждать будет?
— Но… — я даже задохнулась от возмущения.
— Вот! Я тебе могу список претенденток составить. Заметь, о помолвке вы с ним не объявляли. И то, что он походил с твоим сыном во время церемонии, тоже ничего не значит. Мало ли. Он и с Перл, не к ночи упомянутой, под ручку ходил. И где теперь эта Перл?
— Убью!
— Тише, тише. А кого, прости за уточнение? Золтона? Девиц?
— Тебя! — и я накинулась с подушками на Ханса.
А вот нечего мне тут настроение портить. Ханс как ни странно ответных мер не предпринял и спокойно дал мне выпустить пар. Хотя от этого бугая не убудет.
— Полегчало? — отдышавшись, спросил он.
Потому как мы бегали по холлу внизу минут десять. Я за ним, он от меня. Все сбежались посмотреть и смеялись при этом. Ну, никакого почтения к Главе Дома!
— Да! Пошли на кухню. Мне с тобой Мельницы еще обсудить надо. Там какая-то дичь с семью чудесами света и приборами для отслеживания небесных тел.
— Гарба звать?
— А он что тут делает? Не Замок, а проходной двор какой-то!
— Да он со своей Содалит поругался. И у нас любовные раны залечивает. Ему будет полезно развеяться.
— Содалит? Красивый минерал.
— Она не минерал, Вай. А девушка. А еще Лаура и Вильгельм здесь. Звать?
— Ну, точно проходной двор, а не непреступный Замок. У каждого здесь личные покои куда все заваливаются. Зови. Всех зови.
Мы сидели на традиционном месте сбора. Надо сказать, что кухня заметно трансформировалась и теперь мало походила на средневековую замковую. Стараниями Принца и Хелены здесь произошли преобразования. Стулья стали удобными и красивыми. Камин и печь тоже претерпели ряд изменений. Стол стал больше и красивей, а не тем жутким деревянным уродцем. Правда и готовка здесь почти не велась. Мы тут заседали. А все продукты доставались из магического шкафа.
Вот и сейчас вся честная кампания сидела с кружками. На столе были и пироги и пирожные, и еще сыры, колбасы, фрукты и зелень. Угощение на любой вкус.
Я рассказывала, делилась соображения и личными комментариями. Все молчали, а потом посыпались вопросы и уточнения.
— Иными словами, Мельницы тебе напомнили семь чудес света из одной книги. Вполне возможно, что это так и есть. Только вот я не слышал об этих чудесах древности, но я и о Кузне не слышал. Так что все может быть, — подытожил Гарб.
— Ну, со статуей Зевесуса понятно. Древнее божество. Такие статуи были очень давно. Сейчас их мало сохранилось, — кивнул Виль.
— С Маяком тоже вроде бы все понятно. Такие сооружения у нас строились. Только вот служили для передачи сигнала о тревоге. Но это тоже было очень давно. Тогда еще не было повсеместного использования магии. И заклинаний было немного. Это было ну очень давно.
— Да, но у меня мельница это цветущее дерево в большом горшке. Это ты куда отнесла? — спросил Гарб.
— Отдаленное сходство есть с садами Семирамиды. Я плохо помню, но суть такая, что ради жены он построил сады с системой орошения. И да, они тоже были в горшках. Ну, или наподобие.
— С пирамидами и тем зданием, которое ты назвал мавзолеем, все ясно. Это тоже соотносится с древними постройками, когда магия только зарождалась, а драконы были дикими и ужасно драчливыми. Были как раз такие постройки для обороны в основном от этих драчливых драконов. Обычно ставилось в центре деревни и жители туда сбегались, когда драчуны были в небе. Для защиты. Драконы держались от этих шпилей подальше.
— Что-то вроде убежища во время боя. Пирамиды и верхушки хорошо видны сверху и драконы во время боя держались от них подальше, чтобы не зацепить людей, — кивнула Лаура.
— И что осталось?
— У меня в Доме Мельница. Самая обычная ветреная Мельница. Но если разобраться, то получается она как символ всех остальных сооружений. К тому же Мельница с ее возможностью перемолоть все — имеет много тайных смыслов. Как сейчас у меня перед глазами стоит та картина «Путь на Голгофу» и в самом центре Мельница. А еще Дон Кихот, — я задумалась, и меня унесло уж совсем ни туда.
— Вай? Ты сейчас о чем? — вернул меня с небес на землю Ханс.
— Нет, ни о чем. Только вот у Азура раковина? И это никак не соотносится с Чудесами. Но и их было всего семь. А домов девять?
— Но ведь могли не все найти? Это ж когда было? А Раковина это же почти как колыбель? Да и по приданию Зевесус именно в раковине принес в мир драконов, приоткрыв небесный занавес.
— Хм. А еще богиня Венера появилась из нее, — кивнула я.
— Венерус? Да, была такая с Зевесусом, на заре времен. Не знал, что она тоже из раковиныЭ — согласился Гарб.
— Так или иначе, у нас еще два дома. И вообще? Попроси уже может Принца найти ту книжку?
— Нет. Вряд ли. Я и сама плохо помню, откуда это все взяла, — ушла я от ответа, потому как объяснить все вряд ли получится.
— Ты вспомнила, что следующее? — спросила нетерпеливо Лаура.
— Да. Спать не могла, пока все не вспомнила. Там была еще статуя. Колос назывался. И это был бог солнца.
— Ну, статуя это опять отсылка к Зевесу. А второе что?
— Храм. Большой. В честь богини Артемиды.
— Это тоже можно отнести к тем же пирамидам. Как и те предыдущие. Это убежище от драконов.
— Символично, что различные типы этих убежищ установили в центре Мельниц. Получается, драконы не должны забывать, что мир нужно беречь и защищать, — кивнул Вильгельм.
— Я думаю, что когда все закончится, нужно донести эту мысль до остальных Домов и просветить их. Мир хрупок. И драконы как самая сильная раса в нем тем более должны его беречь, — согласилась я.
— А что тебя смущает с устройствами, которые скрыты под мельницами? — спросил Ханс.
— Да ты понимаешь, с ними точно все непонятно. Что за устройство у моей мельницы я не поняла. Там были жернова, которые я вращала. Но я сама тогда была немного не в себе. Я только… хм… вылупилась и плохо соображала и понимала, что именно делаю.
— Ладно. А Дальше? Ты же уже осознавала, что за устройства?
— Да. И этот набор меня смущает. Я надеюсь, что он ничего не значит и не потребует какой-то окончательной работы. Потому что я откровенно не понимаю для чего это.
— Так. Попробуем разобраться? — предложил Вильгельм.
— Давайте. Вот список: жернова, часы, весы, секстант, циркуль и центрифуга. М еще Антикитерский механизм. Некоторые утверждают, что первый в мире компью… в смысле прибор, умеющий предсказывать затмения и следить за звездами, — перечислила я.
— И в самом деле, непонятный набор, — кивнул Виль.
— Вот все указывает на то, что нужно будет сделать вычисление. И меня это пугает, потому что я боюсь, что не справлюсь. Но с другой стороны, до этого все приборы вставали сами на свои места? И может нам повезет? — я даже руки сложила в известном просящем жесте.
— А если нет? — опустил меня с небес на землю Ханс.
— Но мы же пока не знаем? К чему гадать? К тому же еще два прибора нам пока неизвестны? Вот получим все данные и решим? — высказалась здраво Лаура, ставя на мой взгляд точку в обсуждении.
Все закивали и Ханс спросил.
— Кстати, а когда у вас свадьба?
— Хм. Ханс, я не могу жениться, пока мой брат этого не сделает. Таков порядок в императорской семье, — развел руками Виль и выразительно посмотрел на меня.
— Нет. Вот не надо сваливать с больной головы на здоровую. Я не собираюсь вам в этом помогать. Давно хотела спросить. Лаура после свадьбы станет Золотой драконицей? — решила отвлечь их всех от скользкой темы я.
— А с чего ты это взяла? Ну, в принципе учитывая численность драконов в Рубиновом Доме и Золотом этот вариант событий наиболее прогнозируем. Но вот если вы с Золтоном решите пожениться, то тут предугадать ничего нельзя, — ответил мне Виль.
Я аж поперхнулась.
— То есть как это? Я разве перестану быть белой драконицей, если соберусь за него замуж?
— Ну или он перестанет быть золотым. Ты разве не знала? — удивился Виль.
— Так. Вот теперь мне нужны подробности. И прямо сейчас. Я не задавалась раньше этим вопросом, не нужно было, — и я, подперев голову, приготовилась внимать.
— Когда два дракона из разных Домов собираются жениться, а именно из разных Домов обычно невесту и выбирают. Редко получается как у Ногата. Змейки пришлись прямо в дом, да еще и не родственницы. Повезло ему…
— Так. Ты не отвлекайся. Мне про Ногата неинтересно. Давай к разным домам, — перебила я Виля.
— Ну вот. Они и приходят к императору за таинством принятия в Дом. Есть в Золотом дворце специальная зала для этого ритуала. Она точно расположена над мельницей с весами. И в этой зале происходит ритуал выбора. Обычно чаша весов склоняется к тому дому, что в данный момент слабее по численности. И тогда дракон перерождается. Его окутывает родовая магия дома, смешанная с золотой магией императорского дома, — продолжил Виль.
— А! Так вот почему наказание для Топазового Дома такое суровое? Золотой Дом не будет женить пары из его Дома и у них не будет ни свадеб, ни маленьких драконят? — хлопнул Ханс себя по лбу.
— Да, драконица не может забеременеть, если дракон не принадлежит к ее дому, — мило покраснев, пояснила Лаура.
— Да-а-а. Дела-а-а, — протянула я, потому что до меня тоже только что это дошло.
Но возвращаясь к нашим барана… в смысле драконам.
— А если как у нас с Золтоном? А еще же нужно учитывать, что он наследник империи? — ужаснулась я.
— Вот я и говорю, что предсказать исход вашей свадьбы сложно. Он наследник империи. Ты глава немногочисленного Дома. Но с другой стороны у тебя есть уже наследник. А у Золтона есть я и Лаура. Вот я и говорю все сложно и ужасно интересно, — и Виль даже руки потер.
— Ага. И ты своим недолгим правлением сумел доказать, что совершенно к этому не приспособлен, — кивнула я.
— Вай, у меня был плохой период. Я потерял и Лауру, и брата. Признаю, я был мало на что способен. Но теперь все изменилось. Золотая магия все берет в расчет и равновесие в том числе. Но и сбрасывать со счетов то, что Холи признан твоим наследником тоже не стоит. И ты его не бросишь, даже если станешь вдруг золотой.
— Да не хочу я! У меня тут сын, кот, друзья. И куда я денусь от этого? Вот тоже мне! К тому же если посчитать, то у вас драконов больше!
— Ой, Вай. Это все непредсказуемо. Сама же понимаешь! — улыбнулся примиряюще Виль.
— Да и потом я магически сильнее Золтона. И Холи еще и не говорит толком. Так что ни о какой золотой драконице речи быть не может. Я сама эту распределяющую шляпу порошу и никакого Слизерина не будет! — твердо объявила я.
И натолкнулась на полное непонимание со стороны друзей. Махнув рукой пошла наверх к сыну. Много они понимают.
И только поднимаясь по лестнице, сообразила, что я всерьез обсуждала с друзьями свою свадьбу. Это что, я уже сама не ведая, все решила?
А утром мне прислали письмо от Золтона на официальной бумаге, что меня ждут сегодня в особняке в Главной Деревне Янтарных драконов. Я улыбалась, уже вскрывая этот чопорный конверт, и читая это сухое послание. Жест был понятен. Я сделал все что мог. Дальше сама. Мне давали необходимое время.
Я все гадала, когда собиралась и одевалась в цвета дома. Что я там увижу? Оранжевое? Это что? Мелькали перед глазами только цветы, которые бабушка в изобилии выращивала на грядках. Календула, бархатцы и еще там что-то… Настурция? Не помню. Не сильна я в ботанике. Это же не камни? И все эти оранжевые цветочки были очень полезны. Для чего — не помню. Настойки она из них варила? Тоже не помню.
Но в действительности цветов не было. А была… Апельсиновая роща! Много ярких сочных апельсиновых плодов произрастало повсеместно. Самое главное, что они в изобилии валялись прямо на земле. Никто и не думал их собирать. Апельсины были кругом. От них рябило в глазах, такие яркие они были. Увидев, что я нагнулась и подняла с земли один из плодов, а потом поднесла его к носу, вдыхая неповторимый аромат цитрусовых, ко мне ту же подбежал местный житель и возмущенно попытался вырвать у меня из рук плод. Ага. Кто бы ему дал. У меня охрана — самые отборные охотники Гиблых земель. Мужчину оттеснили, но он поведал, что не хотел ничего плохого. Что этими плодами они кормят домашних животных. А если я немного подожду, то мне принесут корзину самых отборных фруктов прямо с дерева.
Я бросила плод на земли, откуда его и взяла и кивнула, что подожду. Я не домашнее животное. Вот еще не хватало.
Нам и в самом деле принесли немаленькую такую корзину. Я взяла один апельсин, а остальные распорядилась отправить незамедлительно в Белый Замок. И вообще. Нужно наладить поставку. Житель усиленно закивал, а я расплылась в улыбке. Люблю апельсины.
К особняку я подходила вся перемазанная и соке, но страшно довольная. Апельсины мало того, что были и внутри ярко оранжевые, но были и очень сочные. Вспомнила все свои навыки бытовой магии и прежде чем войти все же привела себя в порядок. Хотя запах апельсинов витал вокруг меня. Но это же комплемент?
Я вот ожидала, что прямо с порога увижу янтарную комнату. Но к моему огромному удивлению все было отделано отнюдь не янтарем. А сердоликом, оранжево-красной разновидностью халцедона. Янтарь, разумеется, присутствовал, но только в отделке, не более. Признаюсь, это меня весьма удивило.
В моем мире янтарь не так уж и редок. По ориентировочным подсчетам, морские волны ежегодно вымывают со дна и извлекают на берег тридцать восемь тонн янтаря. И это не считая мелких не сортируемых кусков. Однако здесь дело обстояло, по всей видимости, иначе.
А еще в стенах так же как и у Рубинового дома в качестве украшения и добавления к янтарю встречался в большом количестве ксантоконит. В моем мире это редкий минерал оранжевого цвета. А еще он ядовитый. Это опять был намек? Мне держать ухо востро?
Но с другой стороны я то и дело встречала в интерьере редкие в моем мире жемчужины Мело. У жемчужины Мело нет перламутра, но она имеет шелковистую огнеобразную текстуру и фарфоровый блеск. Диапазон цвета жемчужин — от ярко-оранжевого до оранжевого, а также оранжево-желтого, желтого, светлого, почти белого. А жемчуг — это прямая отсылка и к моему дому.
Так что я шла в приподнятом настроении. Оранжевый жемчуг и апельсины. Прекрасное сочетание. Это я еще до янтаря не добралась. А жадный-прежадный дракон во мне потирал ручки. Янтарь я всегда очень любила за его теплоту и цвет. Может попросить себе? У них же не убудет? Хотя нет. Принц обидится, он у меня ревнивый.
Илектр Линкурий встал при моем появлении в гостиной. И что меня порадовало, из соседнего кресла поднялся Золтон. Значит он уже тут. И можно не опасаясь скушать тортик, который я уже заприметила на столике вместе с веселенькими оранжевыми чашечками. Тортик был апельсиновый. А какой еще?
Кстати одна из легенд говорит о том, что не яблоко, а именно апельсин сорвала Ева с дерева познания. Правда еще это говорят и о лимоне. Но ведь недаром его называли «Яблоком Китая»? Взять рецепт? Хотя я готовить так и не научилась.
В начале разговор шел строго по этикету. Погода, здоровье императора, потом пошли сплетни. И вот в разгар очередной истории в исполнении рыженькой хохотушки Сардисы Линкурий в гостиную вошла лиса. Не совсем обычная лиса. Толстенькая и морда пушистая такая. А цвет у нее менялся. Верх был ярко оранжевый, а вот нижняя часть тела была значительно темнее, почти коричнево-красная.
— Лиса Алиса, — констатировала я.
— Нет, ее и в самом деле зовут Алиса. И она Хранитель нашего дома. Только это не лиса.
Начинается. Про себя подумала я. Лиса она и есть лиса.
— Это красная панда, Балаури Вайолет.
— Стоп. Панда, это такой забавный медведь? Белый с черным? — удивилась я.
— Не знаю такого медведь. Хотя этих медведей… Вот взять того же Ногата.
— Ой, а вот у Ногата совсем и не медведь, у него барибал, — проявила я осведомленность.
Рыжая лисичка, ой простите великодушно, красная панда, проявила дружелюбие и смешно потыкалась в меня мордочкой. Она была ужасно забавная. Я раньше не видела такое животное. Но теперь готова была признать, что от лисы она все же отличалась. Мордочка была совсем не вытянутая и хвост не лисий. Но вот рыжий цвет и хитрющее выражение мордочки их очень роднило.
По-моему все шло на редкость удачно. И с Хранителем нас познакомили и тортиком угостили, и даже не отравили ни капельки.
После такого удачного знакомства с хранителем Золтон сам плавно перевел разговор о моем визите в Мельницу. И тут нам как оказалось чинить препятствий не будут.
Илектр Линкурий согласен был спуститься сам. Только вот с собой он хотел взять и свою жену. Детей у пары не было. Я не возражала. Сардиса Линкурий мне понравилась. И ее имя Сардиса — сердолик так называют в Библии. А Линкурий это вид халцедона. Он бывает желтый и оранжевый. Но здесь только одна разновидность — ярко-оранжевая.
И сама она была редкой для дракона полноты и при этом постоянно улыбалась, демонстрируя ямочки на щечках, то и дело поправляя длинные рыжие кудри.
Илектр Линкурий не походил на свою жену. Это был эдакий скорее суровый скандинавский рыжий викинг. Красивый, как и все драконы, но в то же время производящий устрашающий вид. Ему бы драккар и топор и вперед на Валгаллу. У такого на пути лучше не вставать. Но я ведь и не собиралась.
А еще мне вдруг вспомнился старый мультфильм. Там злой ярко-рыжий бог Перкунас метнул молнию и убил прекрасную Юрате, которая спасала простого рыбака. А потом разрушил и весь янтарный замок. Бог был рыжий и злой. Но вот ни хозяин, ни хозяйка на них, хвала вселенной, похожи не были. Но вот там тоже был рыжий бог солнца. Меня ожидает Колос Родосский?
И потом сидя там, в камине, я его хоть и не разглядела, но вот опасения на свой счет услышала точно. И представив на минутку, как этот большой викинг побаивается маленькую меня — фыркнула. К счастью рядом крутилась панда Алиса, и все приняли мое фырканье за умиление забавным зверьком.
Нет, прав Золтон. Вот не мое это деловые переговоры. Того и гляди рассмеюсь в самый неподходящий момент.
Мы условились, что пойдем в Кузню завтра. Даже и не заметили, что сильно заболтались. Да еще я разглядывала особняк. В общем, время плавно двигалось к обеду, а Золтон почему-то хотел сделать это утром. Почему? А мне туманно ответили про свет. Свет? Какой свет? Он должен падать? А куда?
Золтон сделал большие глаза и предложил увидеть завтра все самой. Вот так всегда. Наведут туману, а ты всю ночь не спи и фантазируй. Но с другой стороны это же Янтарный Дом. А янтарь лучше всего виден именно на солнце или хорошем освещении. Все его скрытые глубины обнажаются. Так что свет, наверное, и в самом деле важен.
Мы вышли из особняка вместе. И я сразу почувствовала неловкость. Вот там, в присутствии Главы и его жены, я болтала и была весьма непринужденна. А что мне сказать ему наедине?
Но он и сам понял, что я или не готова, или… Вот не знаю я что или. Потому что он быстро попрощался и ушел через арку портала.
Меня окружала охрана, а я думала, что так мы можем долго ходить вокруг да около. И мне бы уже пора определиться, а не сидеть на сене как та собака Лопе де Веги.