Глава 19

И снова наш путь к номеру был усеян поцелуями и тисканиями в темных углах. Повсюду, как назло, сновали люди, и я не мог как следует прикоснуться к Бэмби. А мне хотелось касаться в тех местах, которые я уже видел и пробовал, но которые сейчас были скрыты слоями одежды.

В номере царила прохлада и темнота. Я быстро прошел к окну и распахнул шторы. Включил бы свет, но лучше лунного ничто не могло осветить роскошное тело Зои. Вернулся к ней. Не помня, куда отложил книгу, которую забрал из ее рук, подхватил Зои под попку и заставил обнять себя ногами.

Наши поцелуи возобновились, но стали куда более жадными и горячими. Я так отчаянно хотел внутрь нее, что член ломило от этого желания. Горячая девочка, просто кипяток. Зои зарывалась пальцами в мои волосы, тянула за них, царапала короткими ногтями кожу головы и негромко стонала от удовольствия.

Поставив ее на пол возле кровати, я быстро избавлял ее от одежды, как и она – меня. Мы торопились поскорее вкусить друг друга, будто нам отведено на ласки слишком короткое время и, как только оно закончится, мы будем должны отпустить друг друга. Я понимал, что это не так. Что не выпущу ее из постели до утра, но все равно спешил поскорее оголить шелковистую кожу.

Как только на ней не оказалось ни клочка одежды, мои жадные поцелуи спустились по шее в яремную впадину, потом в ложбинку между грудей, которые я ладонями свел вместе. Упругие, сладкие полушария так идеально ложились в мои руки, словно были созданы для них. Когда мои зубы сомкнулись на твердой горошине соска, Зои слегка выгнула спину и застонала громче. Я увлеченно ласкал ее грудь, переключаясь с одной на другую, не в силах остановиться.

Такой девушки, как Бэмби, у меня еще не было. Обычно я выбирал больше похожих на Джилл – стройных и изящных. С идеально ровной спиной и царственной походкой. Но ни в одной из них не было столько страсти и огня, сколько их было в Зои. Она не просто участвовала в процессе, она ни секунды не стояла просто так. Ее руки блуждали от моей головы к плечам и предплечьям. Она царапала, гладила и ласкала, заставляя мурашки перебегать из одной части тела – в другую.

Я резко поднялся и бросил Зои на кровать под ее негромкий вскрик и последовавший за ним смех.

– Сладкая, – произнес я, облизывая ее живот. – Сладкая девочка.

– Ох! – выдохнула она, когда мой язык нырнул между влажных складочек.

На вкус Зои была, словно мед. Я помнил этот вкус, помнил терпкий запах ее возбуждения. Мне все сильнее хотелось почувствовать, какой она будет, когда я войду в нее. Услышать звуки, которые она издает во время секса. Хотелось всего, что Бэмби могла бы отдать мне, получая удовольствие.

Наигравшись с ней, я утер подбородок и проложил языком влажную дорожку от лобка до самой скулы. Прикусил ее и тут же зацеловал место укуса. Передвинулся на губы Зои, давая ей попробовать ее собственный вкус, пока она практически полностью не слизала его с моего языка.

– Презерватив, – хриплым шепотом напомнила она.

– Да, – ответил я и, не отрываясь от ее губ, потянулся к прикроватной тумбочке.

Чтобы натянуть резинку, мне пришлось сесть на колени между приветственно раздвинутых ног Бэмби. У меня тряслись руки. Клянусь, со мной такого не происходило уже много лет, чтобы меня так трясло перед сексом. Но мое тело вибрировало от предвкушения, а желание полностью заполонило все мысли, вытеснив их из моей головы.

Когда я наконец лег сверху и пристроился у ее входа, мне пришлось сделать пару глубоких вдохов, чтобы не сойти с ума только лишь от предвкушения. А потом я начал медленно погружаться. Сантиметр за сантиметром тонул в тугой горячей плоти, заставляя сердце колотиться все быстрее. Я опирался на руки, но и они начали дрожать. Мы оба вспотели, наши тела медленно скользили друг по другу, руки Зои блуждали по моему торсу. Это было ни с чем несравнимое ощущение полного единения. Как будто мой ключ подходил к ее замку просто идеально.

Погрузившись до упора, я прикоснулся своим лбом к ее и прикрыл глаза.

– Ты как? – спросил тихо, не в силах даже контролировать голос.

– Нормально, – ответила она, легонько целуя меня.

Еще раз вздохнув и медленно выдохнув, я начал двигаться. Сначала медленно, наращивая темп, но не слишком быстро, потому что боялся, что, как только внутренние стеночки Зои чуть-чуть сильнее сдавят мой член, все закончится. В ней и так было слишком тесно.

Я наращивал темп, прислушиваясь к своим ощущениям и ее участившемуся дыханию. Чувствовал, как внутри у нее все припухло, как изредка пульсируют ее мышцы. Она все сильнее сдавливала меня ногами и все глубже впивалась ногтями в ягодицы, подталкивая двигаться быстрее. Я выполнял ее молчаливую просьбу, пока ритм толчков не стал жестким и сильным. Зои стонала подо мной и извивалась. Выгибала спину, а я любовался на то, как тряслась ее грудь от каждого движения.

А потом она сделала то, чего никто никогда не делал при мне по собственной воле. Зои опустила между нами руку и начала ласкать себя. Тут я не выдержал и включил прикроватную лампу, чтобы видеть все, чтобы не упустить ни единого ее движения. Она даже не отреагировала на свет, продолжила кружить пальцами в том же ритме, но впилась в мое лицо пьяным взглядом.

Я не знал, куда мне больше хочется смотреть: на место соприкосновения наших тел или в ее подернутые похотью глаза. Я попеременно ласкал взглядом каждую из этих частей, задерживаясь иногда на влажных полных губах, которые были призывно приоткрыты. Я целовал их, кусал, пока двигался немного медленнее, давая Зои прийти к пику быстрее меня.

В один из моментов, когда наши языки были сплетены в поцелуе, она застонала громче. Тогда я резко сел на пятки, развел ее ноги так широко, насколько она позволила, и продолжил медленно, но резкими толчками трахать ее, глядя на то, как ее пальцы останавливаются. Она прижала их к разгоряченной влаге, сама замерла и выгнула спину, а потом ее начало трясти. Ее рот был открыт, губы пересохли, но пальцы, которыми она себя ласкала, были чертовски влажными.

У меня по позвоночнику поднимался жар, ударял в голову и спускался ниже туда, где в презервативе начинал пульсировать член. Я схватил Зои за бедра и начал вколачиваться в нее с такой силой, словно пытался выбить из нее дух. Теперь ее стоны и шепот были негромкими, хриплыми. Как будто у нее не осталось сил даже просто принимать мой член.

Я, как завороженный, смотрел на ее грудь, а потом, сделав еще пару толчков, выдернул из Зои член, стянул презерватив и подался немного вперед. Я хотел покрыть эту шикарную грудь спермой. Нет, я практически нуждался в этом. У меня было ощущение, что, если я не сделаю этого, то оргазм будет неполноценный.

Кулак быстро скользил по каменному члену, а Зои завороженно следила за моими движениями. Догадавшись, что я хочу сделать, она приподняла грудь и свела полушария вместе. Это стало последней каплей, породившей первую из моего члена. Я кончал так бурно, что меня трясло, а в глазах темнело.

Когда я упал на кровать рядом с Зои, я едва ли мог не то, что говорить, но даже дышать.

Мы приходили в себя долго. Соприкасались только мизинцами, не в силах пошевелиться для того, чтобы обняться или поцеловаться.

– Зря ты открыл шторы, – наконец произнесла Зои, повернувшись набок. Я, как завороженный, следил за тем, как капли спермы медленно стекали с левой груди на правую. Красиво.

– Почему?

– Нас могли увидеть.

– Мы на пятом этаже.

– Кто захочет…

– Кто захочет, увидит и с закрытыми шторами, – ответил я. – Я голод…

Специально прервался на полуслове, потому что хотел увидеть ее улыбку.

– Ты голод? – ее брови подскочили вверх, и Зои засмеялась. – И что это должно значить? – Я показал на свой рот, потер между собой средний и большой пальцы и легонько развел руки в стороны, пожав плечами. – А, у тебя закончился сегодняшний словарный запас? – со смехом догадалась она, и я кивнул.

Зои завалилась на спину и начала хохотать, приложив руку к животу. А я следил за ней, как завороженный. Ей шел смех. Ей шло все, что делало ее жизнь приятнее. Я бы хотел сделать ее такой для Бэмби, чтобы каждый день видеть очаровательную улыбку на ее красивом лице.