25

Игорь пожелал Ксении спокойной ночи, но у него здесь на самом деле день только начинался. И к сожалению, толком не было времени отлёживаться — три часа на душ-отдых-сон-еду, а потом — на переговоры. И уже после них — вновь в отель, отсыпаться.

Однако прежде чем погружаться в повседневность, нужно было сделать один звонок.

— Добрый вечер, Роман.

— Добрый вечер, Игорь Андреевич.

За что он уважал своего охранника — так это за то, что тот никогда не раздражался на звонки в формально нерабочее время. Всегда вежливый, спокойный, хладнокровный — парень явно ценил деньги, которые Игорь ему платил.

— Настя сегодня или завтра намеревалась пошопиться, к ней, скорее всего, присоединится девушка по имени Ксения. В верхнем ящике моего стола в кабинете лежит конверт, отдашь его ей. Там банковская карта. Остальное я ей сам скажу, если будет о чём-то тебя спрашивать — отвечай, что все вопросы надо задавать Игорю Андреевичу.

— Понял.

— Если кто-то будет приматываться — отсекай.

— Хорошо. До дома нужно провожать?

— Она вряд ли захочет, так что такси закажешь. Всё, Роман. Возникнут вопросы — звони.

— До свидания, Игорь Андреевич.

Положив трубку, Игорь какое-то время, хмурясь, глядел в пространство перед собой.

Будет трудно уговорить Ксению что-нибудь себе купить… Но он постарается. И Настя тоже постарается. Впрочем, его дочь не то, что постарается — она, скорее всего, даже перестарается.

Игорю ещё предстоит научить Ксению пользоваться его возможностями и не стыдиться их. И это тоже будет очень, очень интересно.

* * *

Когда утром запиликал её новый телефон, Ксюша от радости едва с кровати не свалилась. Быстро вскочила на ноги, подлетела к столу и схватила мобильник.

Но номер на экране был не знаком, и Ксюша пару секунд с недоумением на него смотрела. Однако не в её привычках было не отвечать на звонки.

— Алло.

— Пожалуйста, не бросай трубку.

Да блин…

— Ксюш, очень прошу, выслушай меня.

Она вздохнула.

— Мало того, что ты меня разбудил, так теперь ещё и выслушай. Ну, слушаю.

— Извини, что разбудил, — виноватым голосом продолжил Виталик. — И за то, что произошло в пятницу. Я погорячился.

— Угу. Я тебя прощаю. Это всё?

Какой же он всё-таки настырный. Пару раз звонил ей в эти выходные, но Ксюша сбрасывала звонки — и тут же забывала о них. Ей было совершенно не до Виталика.

— Нет. Можешь объяснить мне, почему я тебе настолько не нравлюсь? Я хочу понять, где так накосячил.

— Слушай, — Ксюша поморщилась, — мне вообще-то на работу надо. Тебе это прям жизненно важно?

— Да. Тогда встретимся вечером? В кафе сходим?

— Нет уж. Давай так… К семи подходи к моему подъезду, быстро поговорим во дворе и разойдёмся. Но за руки меня не хватать, не целовать и тому подобное. Понял?

— Ладно, — хмыкнул Виталик. — Договорились.

Скорее всего, рассчитывал, что она всё-таки растает. И зря.

А когда Ксюша положила трубку, оказалось, что Игорь Андреевич… Игорь пять минут назад отправил ей смс-сообщение.

«Моя девочка, напиши, как проснёшься. Я позвоню».

«Проснулась», — ответила Ксюша, расплываясь в улыбке. И на этот раз ей было безразлично, что нужно на работу.

Телефон зазвонил почти тут же, и Ксюша, нажав кнопку приёма вызова, села на пол, продолжая радостно улыбаться.

— Алло.

— Доброе утро, Ксения. — Голос тёплый, ласковый. — Ну-ка, что нужно сказать?

Она засмеялась.

— Доброе утро, Игорь.

— Умница. У меня к тебе просьба, девочка. Настя хотела сегодня походить по магазинам, выбрать себе платье. Составишь ей компанию? Она сама позвонить собиралась и предложить, но попозже. Ещё спит наверняка.

Ксюша слегка растерялась.

— Но… Может, ей лучше с подружкой? Я великовозрастная тётя.

— Лиза пока на море отдыхает, а ближе подруг у Насти нет. Не смущайся, Ксения. Ей одной скучно.

— Хорошо, — сдалась Ксюша. Как она могла отказать? Игорь её подарками уже завалил, а она ему скажет «нет» на просьбу провести вечером часок-другой с его дочерью? Это было бы совсем некрасиво.

— И ещё кое-что. С вами пойдёт Роман, мой охранник. Не бойся его и не смущайся, он хороший парень, не обидит. Я Настю стараюсь без сопровождения не отпускать. Придурков у нас много слишком.

— Игорь Андреевич!.. То есть… Игорь, вы стратег. Если бы вы начали с Романа, я бы не согласилась.

— Я знаю, — он засмеялся. — Поэтому я им закончил. Ничего страшного, милая, поверь, Роман не будет вам мешать. Насте с ним скучновато, потому что он неразговорчивый, но это единственный его недостаток.

— Ладно, — вздохнула Ксюша. — Не могу я вам отказать…

— Это замечательно, потому что есть ещё одна вещь. — Голос мужчины изменился, став менее игривым, чем раньше. — Роман передаст тебе конверт. В нём — банковская карта на моё имя. Если ты захочешь купить себе что-либо, что угодно, можешь расплачиваться ей.

Ксюша задохнулась от возмущения.

— Игорь Андреевич!.. Чёрт. Игорь! Не нужно мне никаких карточек!

— Послушай меня, девочка. Не горячись. Я не заставляю тебя ничего покупать, если ты не хочешь, я просто даю тебе эту карточку и говорю — если тебе что-нибудь приглянется, можешь купить.

— Игорь…

— Я не закончил. — Его голос на секунду зазвенел сталью, но сразу смягчился. — Ксения, ты же у меня взрослая девочка, ты прекрасно понимаешь: равноправие — это всегда утопия. Так уж получилось, что у меня намного больше денег. Я знаю, что тебя этот момент не очень волнует. Я даю тебе карточку для другого. Вполне возможно, однажды ты захочешь меня порадовать, но у тебя не будет возможности сделать это из-за стеснённости в средствах. Я даю тебе такую возможность. Ты понимаешь меня, Ксения?

— Понимаю, — она вздохнула. — То есть, вы эту карточку как бы не мне, а себе подарили. Чтобы я вас радовала.

— Если тебе захочется.

— Я всё равно злюсь на вас.

— Я обязательно попрошу у тебя прощения, — а теперь голос Игоря был низким и чувственным. — Когда вернусь. Скучаешь по мне, девочка?

— Скучаю, — призналась Ксюша честно. — Но всё равно пока злюсь. Вы так… ловко всё заворачиваете. Сходи с Настей, но там будет Роман. Вот тебе карточка, покупай что хочешь, но не для себя, а для меня. У меня слов нет!

— Прости уж, будь великодушна, — засмеялся Игорь. — Ты всё равно насквозь меня видишь.

— Я? Разве?

— Конечно. Любая моя уловка не проходит незамеченной, Ксения. И мне это нравится. И тебе, кстати, тоже, — добавил он лукаво, и Ксюша не удержалась от смешка.

— Ну вы всегда знаете, что сказать.

— Опыт, девочка. Опыт.

* * *

Уже в метро Ксюша вспомнила, что обещала Виталику «откровенный разговор». Она сразу набрала ему смс-сообщение с кратким «Извини, сегодня не могу. Давай завтра?» и, получив в ответ «Хорошо», забыла про этого парня, как про страшный сон.

А спустя два часа после начала рабочего дня Ксюше действительно позвонила Настя Венчур.

— Привет! — радостно прокричала она в трубку, и Ксюша поморщилась: в ухе зазвенело. — А я знаю, что папа тебя уже предупредил, но всё равно спрошу: пойдёшь со мной шопиться?

— Пойду, — ответила Ксюша, выходя из редакции. Встала в коридоре возле стеночки и продолжила: — Десять минут седьмого в холле, да?

— Ага!

— А что тебе купить-то надо?

— Ну… я же на танцы хожу. Вот у нас там торжественный вечер. Я не выступаю, правда, я там как зритель буду. Хочу себе платье красивое! Папа сказал — можно.

Ещё бы он сказал что-то другое.

— Понятно. Ладно, помогу тебе выбрать. До встречи, Настя.

— Пока, Ксюш! — попрощался ребёнок и положил трубку.

И всё-таки Игорь — змей-искуситель. Будет невыносимо сложно удержаться от покупок, имея рядом ещё одного искусителя — Настю.

Но Ксюша очень хотела удержаться… Чтобы не перестать уважать себя.

* * *

Понедельник промелькнул, как не было его. Виктор вёл себя нормально, только перед Ксюшиным уходом поинтересовался, точно ли она решила насчёт корпоратива в следующую пятницу.

— Да точно, точно, — вздохнула девушка, хватая сумку. Попрощалась с коллегами и выбежала из редакции. Спустилась на лифте в холл первого этажа и сразу заметила Настю. Она стояла неподалеку от турникетов — белые шорты, розовая футболка с зелёным принтом — какая-то черепушка с костями — и кислотно-жёлтая сумочка. Прикид «вырви глаз».

Рядом с Настей топтался парень лет двадцати пяти-тридцати, и Ксюша поняла — это и есть охранник. Мрачного вида, с коротким ёжиком волос, мощными плечами и торсом, одетый в камуфляжные штаны с кучей карманов и футболку цвета хаки, он представлял собой полную противоположность радостно-гламурной Насте.

— Привет, — сказала Ксюша, подходя к этой парочке. Охранник поднял глаза, оказавшиеся пронзительно-синими, с длинными пушистыми ресницами — даже смешно для такого брутала — и кивнул, смерив девушку с ног для головы быстрым взглядом.

— Привет! — улыбнулась Настя. — Вот, Ксюш, это Роман. Роман, это Ксюша. Она… м-м-м…

Да уж. «М-м-м» — хорошее определение её статуса в жизни Насти и Игоря Андреевича.

Игоря.

— Я понял, — сказал охранник каким-то трубным, очень низким голосом. — Ксения, у меня есть для вас кое-что. Думаю, вы в курсе. — И протянул ей белый конверт.

— В курсе, — кивнула Ксюша, принимая его и засовывая в сумку под любопытным взглядом Насти. — Спасибо. Ну, Настюш, куда пойдём для начала?

— А в соседний торговый центр! Там на втором этаже классный магазин есть. Скидки сейчас!

— Хорошо. Пошли туда, — ответила Ксюша, и Настя, схватив девушку за руку, буквально потащила её по направлению к торговому центру. Роман шёл чуть позади, и Ксюша невольно ему посочувствовала.

Таскаться по магазинам с двумя девицами — та ещё работка… Не позавидуешь.

* * *

Скидки в магазине были, и приличные, аж целых пятьдесят процентов. Но Ксюшу это, конечно, не спасало. И она деликатно отклоняла предложения Насти примерить то одно, то другое, напоминая девочке, что они пришли выбирать платье ей, а не Ксюше.

— А ты ничего не хочешь купить, что ли?! — в конце концов буквально завопила Настя, поставив руки в боки.

— Не хочу, — ответила Ксюша и невольно покосилась на невозмутимого Романа, замершего у стеночки. Наткнулась на его заинтересованный взгляд и сразу же отвернулась. Что бы ни говорил Игорь — неприятно. — У меня всё есть.

— Да ладно, — фыркнула Настя. — Ты ходишь в джинсах и в футболках всегда, ни разу на тебе даже юбки не видела. Смотри, какая красивая!

Юбка и правда была замечательная. Зелёная, с бахромой, какими-то заплатками — цыганская, в общем. Ксюше всегда шли цыганские наряды и украшения. Наверное, из-за того, что её «родной» папа — не тот, которого она любила больше жизни, а тот, который бросил её маму, — был цыганом. Мама даже иногда называла Ксюшу цыганочкой.

— Красивая. Но мне она не нужна.

Настя надулась и, демонстративно сверкнув глазами и вскинув голову, схватила первое попавшееся платье, а потом умчалась в примерочную. Но по пути несколько раз останавливалась и более вдумчиво выбирала одежду, поэтому Ксюша решила, что подойдёт к ней чуть попозже, когда она уже примерит парочку платьев и слегка остынет.

— Зря вы так, — вдруг сказал Роман. Ксюша от неожиданности вздрогнула, поворачиваясь к нему.

— Что?

— Я говорю — зря вы так, — продолжил охранник. — Это не моё дело, конечно. Но я вижу, что вы не хотите пользоваться карточкой.

— Не хочу, — подтвердила она. — И вы правы — это не ваше дело.

— Само собой, — хмыкнул парень. — Но вы подумайте ещё. Вы же понимаете, что должны соответствовать обществу, в котором находитесь. А если вы не соответствуете, то вы не должны там находиться.

— Спасибо. Я учту, — огрызнулась Ксюша, отворачиваясь. Нет уж, лучше быть с Настей, чем с этим… охранником со склонностью к психотерапии.

Не могла она ничего купить на деньги Игоря, потому что не имела на них никакого права. Общество… Не будет она находиться ни в чьём обществе, кроме общества Насти и её папы. А потом она ему надоест — и всё вернётся на круги своя.

Она всё равно упадёт, как ни крути. Но падать можно по-разному. Можно упасть так, что никогда не поднимешься. А можно так, как всегда падала Ксюша — больно, невыносимо, почти смертельно. И всё же ты встаёшь и идёшь дальше, потому что есть то, чего у тебя пока никто не отнял.

Самоуважение. Вы, сильные мира сего, разбрасываясь карточками и деньгами, не представляете, насколько это важно. Ни за какие деньги это не купить.

Поэтому — нет. Никогда!