Глава 22

Хантер

Я закрываю дверь и прохожу в комнату, где на диване вальяжно расселся папашка. Я знаю, что будет дальше, но не собираюсь поддаваться ему.

– Какого хрена ты приперся? – спрашиваю я, садясь напротив него в кресло.

Отец с усмешкой смотрит на меня, сверля своим взглядом.

– Да вот, дошли до меня кое-какие слухи, – будничным тоном говорит он. – Видео одно недавно интересное посмотрел. Там ты в главной роли, со всей дури пиздил сынка Нестерова.

– Припоминаю, – фыркаю в ответ я, едва сдерживая довольную улыбку.

– Чего ты веселишься? – наклоняется вперед отец, опершись локтями на свои колени. – Если бы не я, ты бы уже гнил в каком-нибудь обезьяннике или чего хуже. Вот вроде бы умный мальчик, а мозги включать так и не научился.

– Не думаю, что к тому что эта ситуация замялась ты как-то причастен, – уверенно отвечаю я. – Если это очередная попытка надавить на меня чувством благодарности и затащить в хренову бизнес школу, то ответ мой ты знаешь. Это пустой разговор.

– Смотрю ты обжился, – отец переводит тему и изображает интерес, рассматривая комнату. – Я рад. Еще бы шлюх не водил… Пусть даже таких миловидных.

– Анита не шлюха, – сквозь зубы рычу я. – Еще раз назовешь ее так и я за себя не ручаюсь!

Вместо ответа папашка надрывно смеется и откидывается на спинку кресла, а мне еще больше хочется подойти и дать ему по морде. За оскорбление Ани, за угрозы в адрес сестры, да вообще, за все то дерьмо что он сотворил в нашей жизни.

Он из тех людей, которые привыкли брать то, что им нужно любой ценой. Лишь мне каким-то чудом до сих пор удается ему сопротивляться. Без малого два года он активно старается перекрыть мне кислород и не дать заниматься тем, чем мне хочется.

Сначала он хотел отправить меня с сестрой учиться в Германию, где на тот момент начинал развивать свой бизнес. Но потом плюнул на нас и, схватив мать в охапку, свалил туда почти на полгода. Родственников у нас не было, поэтому папочка на пике заботы приставил к нам с Ингой ебанутую на всю голову молоденькую гувернантку, пользы от которой был разве что вечерний отсос, не более.

Мы закончили школу и поступили кто куда хотел: я – на физический факультет, Инга – в училище культуры на класс скрипки. Мы привыкли, что друг у друга есть только мы и никто другой нам не помощник. Мы выживали в этом мире как могли, стараясь не афишировать богатеньких родителей и слишком явно не шиковать – таких не любят.

После нашего поступления в вузы отец приехал и начал капать мне на мозги бизнес школой, тем, что я наследник и он не хочет оставлять у руля своей компании какого-то левого засранца.

Я отказался.

Тогда мы все знатно поругались и он снова свалил, залепив сопротивляющейся отъезду матери по лицу, за что после сам схлопотал от меня ответочку.

Когда сестру чуть ли не до смерти избили отморозки, вновь неожиданно прилетели злющие предки. Почему злющие? Потому что как бросить детишек одних на произвол судьбы – это за радость, а как с ними что-то случается мы ищем крайнего.

В тот раз крайним оказался я, был обвинен во всех грехах – классика.

Тогда папашка снова заладил свою шарманку и даже сумел через связи перевести меня с физфака в какую-то экономическую хрень. Я, конечно же, послал его в долгое пешее путешествие и сбежал. В армию. Во-первых, мне не нужны его бабки и наигранная забота, а во-вторых, мои увлечения никак не вписываются в рамки строгого костюма и занудных бумажек.

Отец снова перепсиховал и свалил. Мать его боялась, по-настоящему боялась и слушала каждое его слово, четко выполняя как приказ. Но однажды, пока я был в армии, у нее появился любовник, после встречи с которым она принудительно развелась с папочкой и сбежала с мужиком куда-то в Канаду. Бросила Ингу на произвол судьбы, одну, с поехавшей крышей и страхами! Я всегда знал, что мы с ней нежеланные детишки в этой семейке, но чтоб настолько… Спасибо моим друзьям, что не оставили сестру, я им по гроб жизни за это обязан.

Сбежав служить я поступил ничем не лучше своей матери – я тоже бросил Ингу. Но тогда я не имел выбора, не привык наступать себе и своим желаниям на горло. Эгоистично, да, я об этом сожалею.

Теперь он как-то пронюхал, что я дембельнулся и даже дал денег на квартиру. Выделенного бабла хватило даже на две, в которых мы сейчас с сестрой и живем. Я уже было подумал, что вопрос замяли, но нет, это было затишье перед очередной бурей.

– Володя, ты знаешь почему я здесь, – вдоволь нахохотавшись, серьезнеет отец.

Конечно знаю! Новости читаю, между прочим. Вчера наш многоуважаемый Огнев Петр Эдуардович обскакал на выборах Нестерова и готовится занять свое тепленькое депутатское местечко. А из этого следует, что ему нужен я, чтобы перевести на меня бизнес через свои леваки.

– Понятия не имею на кой ты снова решил перебаламутить мою жизнь, – презрительно фыркаю я.

– Ну все, мне надоело быть хорошим папочкой…

Вот тут уже не смог сдержать нервного смеха я. Серьезно?! Он сейчас это серьезно?!

– Хороший папочка? Твоя дочь живет в квартире напротив, а ты как вор пробираешься в мою квартиру, лишь бы не сталкиваться с ней! – вскакиваю на ноги и нависаю над отцом, даже не пытаясь охладить свой пыл. Меня выворачивает от омерзения к нему и прожигает неистовой яростью. – Все еще считаешь себя хорошим папочкой?! А может быть еще и мужем себя ахуенным считаешь?! Открою секрет, муж ты тоже дерьмовый, раз от тебя в страхе мать сбежала на другой конец света!

Я не успеваю вовремя среагировать, когда отец, резко поднимаясь на ноги, отвешивает мне по лицу. Не сдерживая силы, чтобы показать свое превосходство, все как он любит.

– Сядь и заткнись! – рычит он, перехватив меня другой рукой за горло и толкая в кресло. – Ты сам провоцируешь меня делать тебе больно.

– Ты можешь хоть до смерти меня избить и искалечить, – пытаюсь вырваться я, но хватка папашки просто железная. – Я не буду подписывать ни единой сраной бумажки!

– Тебя никто не спрашивает, щенок! – он отпускает мое горло и уверенным шагом идет в комнату, нагло достает из ящика все мои документы. – Я всю жизнь угробил на то, чтобы вы ни в чем не нуждались, чтобы были при бабле и ваше слово имело вес. А вы… все неблагодарные твари, – презрительно фыркает отец, возвращаясь ко мне. – Все это я забираю для дальнейшего оформления компании, – трясет перед моим носом папкой с документами отец. – Встретимся через неделю, будешь подписывать контракт. Только попробуй проебаться и я отправлю Ингу в дурку. Я слов на ветер не бросаю.

– Я никуда не поеду, – в груди все холодеет от внезапного страха от осознания ситуации. – До какой же степени ты омерзителен, раз угрожаешь собственным детям.

Это финиш. Он уже не просит. Не требует. Он просто берет и делает так как ему лучше. Я не намерен сдаваться, я найду выход из этой ситуации и теперь побег – не выход.

Если я не приеду через хренову неделю в офис – сестру его "ребятки" вытащат из квартиры и запрут в психушке. Им это не составит труда… Черт! Я сегодня же позвоню тому оперативнику Роману, заплачу любые деньги, лишь бы он присмотрел за сестрой.

– Я стараюсь для вашего же благополучия, – отвечает папаша и идет к выходу. – Твоей сестре нужно особое лечение. Хороший психиатр и особые условия. Она не в состоянии даже заниматься музыкой, тем, чем она так любила заниматься.

– Ей не нужен психиатр и тем более твое вмешательство, – сдерживая гнев рычу я, глядя на то, как он одевает свой дорогущий пиджак и туфли.

– Надеюсь, ты меня услышал. Я позвоню, – бросив на меня недовольный взгляд, отец выходит на лестничную площадку и неторопливо спускается по лестнице. – Я тебя предупредил! – бросает он перед тем, как выйти на улицу.

– Да пошел ты!

Кричу я вслед, но ему меня уже не слышно. Уже собираюсь закрыть дверь, как из квартиры напротив выходит сестра.

– Кто приходил? – сложив руки на груди и кутаясь в спортивную ветровку, спрашивает она.

– Никто, – стараюсь успокоиться я. – Просто никто…

– Не держи меня за дуру, братик, – ехидно щурится Инга. – Я только что видела отца в окно.

– Ну а за хреном ты тогда спрашиваешь кто приходил?!

– Не ори на меня, – злобно шипит сестра. – Где Аня?

– Уехала домой… Потому что он приперся…

Кстати об Ане… Нужно ей позвонить и спросить как она добралась и попытаться объяснить ситуацию. Наверняка в ее глазах я упал ниже плинтуса, спасибо папашке.

– Кстати, – как бы невзначай говорит сестра, – завтра меня дома не будет… Не ссы, я по делам, одна нога тут, другая там.

– Куда?

– В театр… Там искали актеров второго плана, а у меня как бы опыт есть, – Инга нервно потирает руки и смотрит мне прямо в глаза. Не врет. – Нужно попытаться хотя бы где-то найти себя и поработать, раз со скрипкой пока нелады.

Пока… Она все еще верит…

– Держи меня в курсе, пожалуйста, – киваю я сестре и та, недовольно фыркнув, возвращается в квартиру.

Кто бы сомневался. Но теперь, если ее возьмут в театр – мне всерьез нужно озаботиться безопасностью. Отчасти из-за того, что у нее бывают неконтролируемые приступы паники, но в основном из-за предчувствия, что та слежка, о которой Инга говорит, на самом деле есть.

Набираю номер Аниты и достаточно долго жду ответа. Слишком долго. В тот момент, когда я уже придумал себе кучу вариантов развития событий, начиная с автомобильной аварии и заканчивая другим мужиком, девушка отвечает на мой звонок.

– Привет. Все хорошо? – щебечет она в трубке, а я прислоняюсь затылком к входной двери и облегченно выдыхаю. – Я понимаю, что возможно еще не имею права требовать ответов на такие вопросы, но какого черта, Хантер?!

Она продолжает что-то говорить, но я даже не вслушиваюсь в смысл, мне просто нравится ее голос. Он успокаивает, черт побери! Даже вот такой, со взволнованными нотками и с надрывом. Как жаль что отец спутал все карты и Ане пришлось уехать, а могла бы быть такая ночь, м-м-м… У меня было столько планов, столько надежд и все пошло под откос.

Спустя несколько минут моего молчания, наконец, беру себя в руки и рассказываю девушке в общих чертах весь тот пиздец в своей жизни про батю тирана, умалчивая лишь тот факт, что мой папочка охренеть как богат и, ну, депутат считай как бы. Не хочу, чтобы она относилась ко мне как к мажору, к папенькиному сынку, который сорит баблишком направо и налево. Я столько лет создавал иллюзию обычного парня и не хочу это терять.

Я не видел Аниного лица, пока она слушала мой рассказ, и это хреново, но я прямо чувствовал ту поддержку и то сострадание, что она не в силах была сдержать.

– За тобой завтра заехать, мой пеший друг? – сонным голосом спрашивает она. Моя девочка, как бы я хотел сейчас обнять тебя и быть рядом.

– Друг? – смеюсь я. – Ну попробуй, заезжай. А потом я тебе продемонстрирую, как нужно выходить из френдзоны!

– А мне кажется в этом случае слово друг было не обидным. Ты же знаешь, что ты нравишься мне любым, – хихикает Аня, а я стою и улыбаюсь как придурок.

Пожелав девушке спокойной ночи, я не смог дождаться утра и решил все же набрать номер Романа. Я хочу попытаться уладить хотя бы одну проблему уже сегодня.

Как не странно, парень ответил. На фоне играет какая-то музыка, словно он в ночном клубе, но голос его четкий и трезвый. На мое счастье, оперативник согласился подъехать в течение часа.

Накатил кофейку, чтобы окончательно не расплющило, пока дожидаюсь оперативника. Со слов Стаса – этого парня зовут Роман и, после шумного дела с наркотой и клубом в прошлом году, он уже не работает в полиции, а является участником какой-то частной организации. Организация предоставляет безопасность особым лицам, ведет сыскную деятельность, слежки и проверки подозреваемых в частном порядке.

Но самое важное, что именно этот парень нашел Ингу, когда ту жестоко избили какие-то отморозки и накачали ее таблетками. Я, можно сказать, обязан жизнью сестры этому чуваку. Как сказали врачи – минута промедления могла обернуться комой или вообще летальным исходом.

Когда я уже начинаю клевать носом, сидя в кресле, на всю квартиру раздается громкий звонок домофона.

– Привет, – здоровается заходящий высокий парень. – Я так понял, что это ты у Авдеева про меня спрашивал?

Сразу к делу и без фамильярностей, такой подход к работе мне по душе.

– Все верно, – киваю я, пожимая протянутую для приветствия руку. – Хантер.

– Рома. Ну, так что ты хотел?

Приглашаю оперативника на кухню, поскольку чтобы все объяснить нужно как минимум полчаса. Пока я рассказываю Роману свою задумку, тот совершенно не проявляет никаких эмоций, порой мне даже кажется что он, скотина, меня даже не слушает!

Конечно да, додуматься и поговорить о важных делах в три часа ночи мог только я, но дело-то срочное!

– Ты хочешь, чтобы я проследил за ней или… я не уловил суть, извини, – качает головой Роман и непонимающе хмурится.

– Я хочу, чтобы ты потаскался за моей сестрой, желательно незаметно, и проследил нет ли за ней какой-то слежки или попыток покушения. Это первое, – вздыхаю я. – Второе: ввиду того, что у моей сестрицы бывают нервные припадки, один сволочной родственничек хочет сдать ее в психушку. Тут просьба будет такова, что ты не просто следишь, но и, если вдруг на Ингу набросятся какие-то амбалы и будут пытаться посадить в тачку, отбиваешь ее у этих уродов.

– Ты в курсе, что это стоит дохрена бабла? – ехидно хмыкает Роман, сверкая голубыми глазами. – Даже если я буду работать с тобой напрямую, а не через кантору – все равно влетит тебе в копеечку. Я не работаю бесплатно даже для знакомых, прости, ценю свое время и здоровье.

– Я продам машину, заложу хату, если понадобится, главное, чтобы Инга была в безопасности. Я не всегда могу быть рядом. Тем более она собралась устраиваться на работу.

Я настроен серьезно. Даже серьезнее некуда. Готов на самом деле продать машину, квартиру и все барахло, лишь бы во всем разобраться и быть уверенным в безопасности сестры. Папашка способен на все, поскольку у него деньги и связи.

– Подожди, – парень хмурится снова. Серьезный он, даже очень, то что нужно. – Как ты сказал сестру зовут?

– Инга.

Наблюдаю, как на лице оперативника появляется легкое удивление, но он моментально прячет его под маской безразличия.

– Кажется я понял, почему ты решил обратиться именно ко мне, – усмехается он, откидываясь на спинку стула. – Ты хочешь ткнуть меня носом в то, что я якобы не закрыл то дело с наркотой? Не получится, мы всех поймали, благодаря той девчонке… кажется, Яновицкой.

– Нет, просто мне больше не к кому было обратиться, – честно отвечаю я.

– Ладно, неделю я присмотрюсь, – кивает Роман. – Давай телефон, адрес…

– Квартира напротив, номер пришлю в сообщении, – с облегчением говорю я.

Твою мать, алилуйя! Своеобразный кадр этот Роман, но Стас хорошо отзывался о нем, как о профессионале своего дела. Весомых поводов не доверять Авдееву у меня нет. Ну, за исключением их с Анитой странных переглядок.

Блять, вот на кой вспомнил?! Теперь снова хочу узнать, что же их связывает!

– Завтра начну работать, аванс десять тысяч, – непринужденно говорит парень, – остальное по ходу дела.

Отдаю Роману бабки, после чего он уходит. Плетусь в спальню и буквально падаю на кровать мордой в подушку. Как же я умудохался… А завтра еще на работу. Радует только то, что я увижу Аню. Так и засыпаю, с идиотской улыбкой на губах.