Рано утром они уехали обратно в город.

Лантана, как и вчера, смотрела в окно и молчала. Дарек, как и вчера, не отвлекал её от текущих размышлений, важных и не очень, и, похоже, думал о своём.

Но теперь всё было иначе.

Лантана не смогла бы объяснить, почему. Но всё изменилось.

Ночью она видела душевника. Это была женщина средних лет в длинном свободном платье бледного жёлтого цвета. Платье было дурацкого кроя, но женщину это будто не волновало. Она улыбалась и словно была полна светом и добром.

Они даже толком не разговаривали. И ничего вроде бы не делали… странного. Просто встретились посреди коридор, посмотрели друг на друга… женщина улыбнулась. Лантане стало весело и она улыбнулась в ответ. Женщина продолжала стоять, будто никуда не спешила. Задумчиво смотрела на Лантану и словно видела что-то… возможно, она просто смотрела сквозь стену.

Наверное, это тоже магия. Какая-то совсем особенная. Лантана не чувствовала ровным счётом ничего. В голову никто не проникал, никто не копался в её внутренностях. Никто не задавал вопросов. Не пел песен, не окутывал её подозрительным дымом, в общем, никак на неё не влиял.

И всё же душевница что-то сделала.

Лантана вдруг застыла, медленно облизала губы.

— Дарек…

— Да?

— А душевники — это женщины?

— Необязательно. Ими бывают и женщины, и мужчины.

Она закрыла глаза.

Когда школа вместо людного города оказалась стоящей среди густого леса, к их забору пришли Старцы. И долго время после этого жители Питомника были уверены, что в мире полно подобных им людей. Но оказалось, это не так.

Почему-то Лантана никогда не думала… что не видела в этом мире людей, подобных Старцам. До вчерашнего дня.

Выходит, их спасли душевники. Детей. Их вырастили душевники.

Да, вот какое ощущение было у Лантаны в этом монастыре… как будто она попала домой. В безопасность. Там так тепло и уютно… и там тебя ждут и помнят. Всегда рады видеть.

Но при этом данное место словно застыло во времени… потерялось во сне. В нём нет развития. Ты как жук в янтаре, пусть даже застыл в счастливом моменте покоя. Текут секунды, часы, годы. Возможно, века. А ты всё такой же. На том же месте. Всегда.

Может, потому Лантана и не возвращалась в Питомник? Боялась? Ведь соблазн просто плыть по течению слишком велик. Что если она больше не смогла бы заставить себя переступить порог, чтобы выйти в живой, настоящий мир? Вспомнила бы всё плохое, с чем столкнулась и предпочла бы больше не рисковать? Нет уж, проще к Питомнику не приближаться.

По сути… выходит, душевники создали Питомник? Вот это новость! Интересно, что случится, пусти она в городе такой слух? Как его будут объяснять маги?

Но конечно, она не станет этого делать. Душевники не заслужили такой подлости. Они ведь и правда помогают. Как, чем?.. Возможно, однажды Лантана поймёт. А сейчас главное, что стало легче. Просто легче.

Она поймала взгляд Дарека. Тот смотрел на Лантану с улыбкой, будто всё понимал. Сейчас, когда светило утреннее солнце, в уголках его глаз были видны морщинки. И губы у него обветрились. А на подбородке стало видно еле заметную ямочку.

— Кстати! — Вдруг вспомнила Лантана. — Извини, что забыла сказать сразу. Но всё как-то навалилось…

— Ничего. Что ты хотела сказать?

— Пока ты был… в беспамятстве, появлялся твой брат. Атолий.

Улыбка не ушла с его лица, нет. Только как-то посерела, выцвела.

— Вот как.

— Он очень хотел тебя видеть. Я не смогла ему отказать. Надеюсь, ты не будешь сердиться.

— Не буду.

— Я пустила его в твою комнату. Знаешь, он почти расплакался у твоей кровати.

— Да неужели?

— Да. Похоже, он по тебе скучает.

— Учитывая, что он получил мой титул и женился на моей невесте, нельзя не отметить его смелость. Явился меня повидать, да ещё когда я истощённый. — Пробормотал Дарек себе под нос.

— Что? На твоей невесте?

— Да, да, вот такой вот неловкий момент.

Лантана пристально смотрела на Дарека, а тот пристально смотрел на неё. Глаза у него бесовски блестели. Потом она вдруг… расхохоталась.

— На твоей невесте? — Повторила Лантана с таким восторгом, будто случилось какое-то невероятное чудо.

— Именно.

— Твой брат?

— Ты всё верно поняла.

— Но это же… это же… — Лантана никак не могла подобрать слово. Изумительно скандально?

— Это же шокирующе волнительно!

— И ты не переживаешь?

— О, нет! Это был договорной брак. Не со мной, как с мужчиной, а с главой клана. Как видишь, даже смена личности главы на планы девушки и её семьи не повлияла.

Лантана покачала головой.

— Ужасно. Ваш мир просто ужасен.

— В чём-то наверняка. Но и ваш тоже в чём-то плох.

Лантана вздохнула.

— Я уже плохо помню, в чём. Но здесь мне лучше. Там… у меня была опекуншей старая злая бабка. Я её не любила, а она меня и вовсе ненавидела. Не знаю, что бы из меня выросло, если бы я осталась в своём мире.

— Значит, хорошо, что ты не осталась.

— Да… Только меня не спрашивали. Перенесли и всё. — Она поморщилась. Столько лет прошло, а вспоминания о том роковой дне, когда один мир сменился другим, всё так же вызывали страх и причиняли боль.

— И я очень рад. Иначе мы бы никогда не встретились.

Он снова улыбнулся. Такой довольный, глаза прищурены, в уголках губ мягкие складки… будто волны от улыбки расходятся по всему лицу, как от брошенного в воду камешка.

Надо же… а ведь если подумать — он сумел найти в своей пропащей жизни что-то хорошее. Снова начать жить. Даже после того как всё потерял и несколько лет существовал у господина Дарека на голодном пайке. Лантана помнила, каким увидела его на арене. И теперь знала, что это было. Голод. Изматывающий и сводящий с ума магический голод. Она наверняка плохо представляет, какой. Но и того, что представляет, достаточно, чтобы хорошенько испугаться и ни за что не пожелать попасть в подобную ситуацию.

Лантана вдруг поняла, что ей хотелось бы узнать о Дареке всё возможное. Разузнать, как он жил последнее время, а особенно понять, почему хотел умереть. И почему передумал?

Но конечно, не все вопросы будут уместными.

— Твой брат сказал, что не против вернуть себе титул! — Вспомнила Лантана.

В этот раз его улыбка вышла скупой.

— Боюсь, это невозможно.

— Этого я не знаю. Он просил передать — я передала. Я обещала сообщить ему, что ты пришёл в себя.

— Я понял. Спасибо… что позволила ему меня увидеть.

— Он твой брат.

Дарек молча и серьёзно кивнул. У Лантаны было такое чудное настроение… Безумно захотелось сказать или сделать ему что-нибудь приятное. Ведь благодаря Дареку в душе царил мир и покой. Каким-то невероятным образом поездка действительно ей помогла. Лантана… наверное, смирилась. Что не всегда может управлять ситуацией. Это не значит, что она сдастся, но переживать о том, что может случится она стала гораздо меньше. Если неизбежное случится — так тому и быть.

А всё благодаря ему, его заботе.

— Дарек… Я не знаю, конечно, насчёт титула, но ты совершенно как человек. Ты разумен. И прекрасно себя контролируешь. Ты должен обладать полными правами.

— Ты так думаешь?

— Да.

Он грустно улыбнулся.

— Ты ошибаешься.

Лантана удивлённо подняла брови.

— Почему?

— Я не обычный человек, не обманывайся. Ты просто не представляешь, что иногда происходит в моей голове. Понятия не имеешь, каким чудом я удерживаю в себе зверя. И главное — если меня лишить магии, я перестану быть собой. Поверь, Лантана… я не смогу вернуть себе полноценную жизнь и титул. Никогда.

Лантана молчала. Надо же… Похоже, она неверно всё поняла. Ей казалось, Дареку ничего не стоило взять и вернуть себе самоконтроль. Ничего не стоило держать себя в руках. А он, видимо, просто не рассказывал. И действительно, с чего бы ему рассказывать? Она настолько занята собственными делами, что ничего вокруг не видит. Вернее, смотрит какую-то секунду, сразу же делает выводы о том, что видит, и снова за своё.

— Так что в одном ты была права. — Задумчиво продолжал Дарек. — Когда мне отказала. Дать мне тебе, как и любой другой женщине, в общем-то, нечего.

Лантану эта фраза почему-то покоробила. Выглядело так, будто она хочет всучить ему титул, вернуть высокое положение с корыстными целями. Мол, тогда и приглядеться к нему можно будет. Но она же совсем не поэтому!

В голове была каша. Да, она успокоилась, уже не так дёргалась, вспоминая Хапрыгу, тем более у неё теперь имелся план. В общем, она была уже не так растеряна, но всё же проблемы никуда не делись. Да и в голове навести порядок за один вечер невозможно.

А Дарек… Она и сама не знала, чего от него хочет. Небольшой роман? Может быть. Только вот… одно но. Лантана допускала, что ситуация повернется таким образом, что она будет вынуждена уступить определённым требованиям Хапрыги. Лечь с ним в постель. Конечно, только в крайнем случае, но ведь это могло произойти? А такие мужчины, как Дарек ничего подобного не потерпят. Случись между ними что-то более личное, чем отношения хозяйки и раба, он будет считать себя обязанным отвечать за неё и защищать любой ценой. Именно этого она, конечно, и хотела — чтобы кто-нибудь её защищал, но не в такой ситуации. Они, Дарек и Хапрыга, сейчас не на равных. И Дарека на откуп Хапрыге она не отдаст!

Самое плохое во всём этом — Хапрыга знает, что Дарек её раб. И что он вынужден делать всё, что Лантана прикажет. А она сама делает что прикажет Хапрыга. Теперь её задача устроить всё таким образом, чтобы у Хапрыги не было возможности подобраться к Дареку и пользоваться им через неё саму.

Лантана ума не могла приложить, как это сделать. Но совершенно точно сейчас нельзя заводить никаких интрижек. Потому что этим она сделает хуже. Ему. А себе? Нет, о себе она сейчас думать не могла. Это ведь она создала эту безумную ситуацию с Хапрыгой. Влипла по собственной глупости. Вот и расхлёбывать её теперь сама!

Выехали они очень рано, поэтому вскоре у Лантаны стали закрываться глаза и оставшуюся часть дороги она дремала. Благо, экипаж был очень удобный, с мягкими подголовниками.

Домой явились к обеду. Домашние вывалили навстречу и только убедившись, что хозяйка вернулась целая и невредимая, с облегчением выдохнули и разошлись по своим делам. А Лантана поднялась к себе в комнату, чтобы принять ванну и переодеться, и пока набиралась вода, попросила принести сегодняшнюю газету. Нужно быстро просмотреть новостные заголовки и можно с чувством выполненного долга отправляться к столу.

Спустя несколько минут вода уже набралась, но Лантана продолжала сидеть с газетой в руках, с ужасом чувствуя, как на голове шевелятся волосы. Глаза будто прилипли к одному из заголовков.

“Демоны среди нас”.

В статье говорилось, что один довольно известный господин, чьё имя в целях безопасности этого самого господина обнародовать нет возможности, располагает неопровержимыми доказательствами того, что в городе, среди людей дворянского происхождения, притворяясь респектабельным членом общества, живёт как минимум один демон из Питомника. Данное существо очень опасно и в любой момент может пойти вразнос, уничтожив множество невинных душ. И что если общественность гарантирует этому господину полную безопасность и щедрое вознаграждение, он предоставит доказательства существования демона Дому магических изысканий или Императорской службе безопасности. И городские жители снова смогут спать спокойно.

Лантана дышала и слышала в тишине, как воздух проникает в лёгкие и скрипит там, как примятый снег. Она не сомневалась, что данную заметку опубликовали с лёгкой руки Хапрыги. Только он мог так вовремя напомнить о себе. Скотина!

Но своей цели достиг, чего уж там. Всё спокойствие и умиротворение, которые удалось достичь в результате поездки, стремительно таяли под накатывающими волнами страха. Если Лантана не будет полезна Хапрыге, он её может сдать даже так — просто разместить информацию в газете или передать кому следует. И наслаждаться последующими событиями, уже понятно, какими.

Потом пришлось отложить газету и принять ванну. Нарушать течение своей жизни из-за Хапрыги Лантана посчитала лишним.

Она долго думала, но всё же взяла газету с собой, когда спустилась к обеду.

Дарек уже ставшим привычным движением встал, когда она вошла. Увидел, что Лантана чем-то опечалена и нахмурился. А Лантана снова не могла оторвать от него глаз. Кажется, Улита пошла вразнос, потому что на нём был совершенно шикарный бежевый свитер мелкой вязки. И он, кажется, делал Дарека ещё больше, чем тот был.

Она, продолжая пялиться, молча протянула ему газету. Заголовок был достаточно большим и сразу бросался в глаза, так что Дарек без слов понял, в чём причина уныния. Развернул газету и пробежался по тексту. Задумчиво отложил листок в сторону.

Лантана тем временем села на своё место и уставилась в тарелку с супом. Овощи и мелкая местная крупа, похожая на пшено, но упругая, как резина. Название какое-то заковыристое, красивое, похожее на французское. Дежас, что ли… В общим, суп один из её любимых. Но Лантана не могла заставить себя взяться за ложку.

Дарек жестом попросил служанку оставить их одних. Потом сказал:

— Это Хапрыга.

Лантана кивнула.

— Его методы. — Дарек откинулся на спинку и задумчиво постучал пальцами по столу. — Его подлые мелкие пакости.

— Вы знакомы? — Сквозь туман спросила Лантана. В голове нарастал противный гул — предшественник головной боли.

— Да, пришлось пару раз столкнуться.

— Как именно?

— Позже расскажу. Сейчас мне нужно уйти.

Дарек вскочил со стула, Лантана поморщилась, от слишком резкого движения глаза заболели.

Он подошёл к ней и положил руку ей на плечо. Как будто имел полное право её трогать.

— Отдохни. Просто ни думай ни о чём, слышишь?

— Проблемы сами собой не рассасываются. — Попыталась пошутить Лантана. Вышло жалко.

— Я найду выход. Главное, помни, что ты и твои родные не имеете к настоящим демонам никакого отношения. Я не знаю, почему вас с ними путают. Может, это выгодно высшим магам… А может, дело в названии дома — Питомник. Может, это просто глупое совпадение. Иногда случаются такие нелепые… ситуации, которые ломают твою жизнь. Но именно эту ошибку можно исправить. Я разберусь.

— Ты думаешь… — Лантану бросило в дрожь. — Думаешь… это может быть просто глупое совпадение? Просто из-за названия?!

— Да. Это первое, что приходит в голову. Ну, если отбросить самый вероятный вариант.

— Какой?

— Что ты умело скрываешь свою демоническую природу.

— А ты его отбросил?

— Да.

— То есть эта вся травля… из-за какой-то ерунды? Вроде названия?

Лантана взглянула на него снизу-вверх так строго, будто это Дарек виноват во всех бедах. Неужели Вику убили только потому что их перепутали с настоящими демонами? Это же какой-то дикий бред!

Но такое могло произойти. Могло… она понимала, что ещё и не то случается в жизни. Дарек правильно сказал насчёт мелочей, которые самым нелепым образом способны разрушить жизнь, сломать судьбу, сделать изгоями. Но Боги, как же это глупо!

— Лантана.

— Да? — Она очнулась и увидела, что Дарек очень серьёзно на неё смотрит. — Что?

— Пообещай мне кое-что.

— Что?

— Ты не выйдешь из дому до моего возвращения.

— Что? — Лантана удивилась. Причём тут это?

— Я должен кое-что выяснить. Потом мы вместе решим, что делать с Хапрыгой. Как тебя обезопасить. Он ведь угрожает открыть правду, особенно если пострадает, верно? Это его крючок?

— Да, это. И он сказал, если пострадает, неважно отчего, отвечать всё равно мне.

— Конечно, он так сказал. — Дарек кивнул. — И самое паршивое — так и сделает. Но ты ведь и сама понимаешь? Вижу, понимаешь. Что ты собиралась с этим делать?

— Ничего. Я ничего не могла придумать, просто терпела. Только недавно появилась зацепка… но она слишком ненадёжная.

— Значит, мы придумает, что делать вместе. Мы найдём решение, составим план. Но пока я не вернусь, оставайся в доме. Не верь его запискам, угрозам и требованиям. Не попадись ему в руки. Пока ты слишком ценная добыча, чтобы тебя выдавать.

И что изменится потом, когда ты вернёшься? Вопрос вертелся на языке, но Лантана его так и не озвучила. Неужели он сам не понимает, что Хапрыга может заставить Лантану руководить Дареком, как куклой? Или слишком хорошо о ней думает? Думает, она нипочём не станет этого делать? Что она слишком порядочная? Лантана заставила себя сказать:

— Ты же помнишь, что было? Хапрыга приказал и… и я…

— Я помню. — Он невольно поморщился и Лантана опустила глаза. Ей было от самой себя гадко. — Но ты ведь остановилась.

— Мне пришлось тебя… вырубить, лишить сознания. Ты же помнишь, что хотел Хапрыга?

— Это из тех вещей, который трудно забыть.

— Ты шутишь, но я вижу, как ты смотришь. — Лантана почти шептала. И не могла отвести взгляда от его лица, на котором застыла скорбная улыбка.

— Я ни в чём тебя не виню. Ты ведь не заставляла меня ничего делать. И надеюсь, ничего не сделала сама.

Он вдруг нервно сглотнул и посмотрел на Лантану почти просительно.

Выходит,… выходит он допускает.

— Думаешь, в ту ночь я кого-то убила? — Еле слышно спросила она.

Дарек помолчал. Взгляда не отвёл, наоборот, подался ближе. Будто хотел показать, что ему всё равно. Что для него это неважно.

Лантана покачала головой.

— Ничего не было. Ты потерял сознание, а я сказала, что тебя нужно срочно везти домой, потому что ошейник… случилась непредвиденная ситуация и, если долго тянуть, возможно, придётся вызвать для её разрешения господина Анисенко. Или даже он сам появится проверить, в чём дело. А Хапрыга, кажется, побаивается господина Анисенко.

— Вот как. — Дарек улыбнулся уже иначе. — А ты молодец.

Простая на первый взгляд похвала заставила Лантану покраснеть.

— Хапрыга знает, что у меня есть предел. Что я никогда не убью человека. Но почему-то он думает, что я могу убить кого-то чужими руками. Например, заставить тебя… А я не смогу. — Призналась Лантана. — Это всё равно что убить самой.

— Поэтому ты и не демон. Кто угодно, но не демон.

Дарек вдруг нащупал её руку, поднёс к лицу и поцеловал.

— Спасибо, что ты такая чудесная.

Лантана покраснела, кажется, вторым слоем. Хотя ей доводилось слышать гораздо более жаркие комплименты. Но этот был простым… и очень искренним.

— Поэтому и прошу. — Говорил Дарек, не отпуская её руки. Для верности накрыл её своей второй ладонью. — Не поддавайся на провокации, не выходи из дома. Даже если скажут, что у них все твои домашние в плену и вот-вот умрут, не верь. Пока он не станет тобой рисковать. А мне нужна информация. И когда я вернусь, мы придумаем, что делать. Вместе.

— Мне очень хочется согласиться. — Горько сказала Лантана. А что она не верит в положительный исход этого плана, не сказала, но это и без того было ясно.

— Хочется — соглашайся.

Почему-то прозвучало почти резко и как-то двусмысленно. Хотя, может, Лантане показалось. Но она почувствовала, что думает не о том и быстро сказала.

— Обещаю. Пока ты не вернёшься, никуда не выйду. А когда ты вернёшься?

— Мне понадобится всего несколько часов. До полуночи должен успеть. Крайний срок — до рассвета.

— До рассвета ничего глупого делать не буду. Обещаю.

— Хорошо. Я буду спешить.

Он вдруг наклонился и поцеловал Лантану. Легко и быстро… но опять так, будто имел на это полное право. Губы будто огнём обожгло… слишком неуловимым. Сразу же захотелось, чтобы он поцеловал её снова… и снова… Лантана опешила.

— Что ты делаешь?

— На случай, если не вернусь.

На его лице вдруг проступило такое отчаянное выражение, что Лантана невольно схватила его за руку. И вовремя, Дарек хотел уже отстраниться, но не успел.

— Что значит, не вернёшься? — С нарастающей паникой спросила Лантана. — Что это значит? Как это не вернёшься?

— Всё будет хорошо.

— Нет. Не уходи. Тебе нельзя уходить!

Но тут Дарек вырвался и отступил, а Лантана вспомнила, кто она такая. Дворянка. Белая кость. Голубая кровь. Ей нельзя вести себя так даже если она умирает от ужаса. Поэтому она не стала вскакивать и цепляться за него, словно утопающая, а заставила себя остаться на месте.

— Жди. И помни, что обещала.

Дарек пятился всё дальше и, наконец, развернулся и пошёл к двери.

— Подожди! А как же разрешение? Я же не написала тебе разрешение!

— Воспользуюсь старым. — От двери сказал Дарек.

— Подожди! А деньги? Тебе разве не нужны деньги?

— Спасибо, нет. Мне вернули давний долг.

— Подожди!..

Но его уже и след простыл. Некоторое время Лантана боролась с желанием вскочить и броситься за ним следом, но всё же смогла это недостойное желание побороть. Не хватало ещё бегать по своему дому за мужчиной, который уходит. Пусть и не от неё, а на время… но всё же.

Лантану испугало, насколько сильно она хотела его догнать. И то, что она хотела умолять его остаться. Вот прям на самом деле — упасть в ноги и умолять. Что это с ней такое? Почему она так безумно, безрассудно верит ему? В него? Она ведь почти ничего о нём не знает. Только знает, что так же целиком и полностью в него верил господин Браббер. Неужели этого достаточно, чтобы тоже верить? Но она и господина Браббера почти не знает. Только со слов Розалин. И ещё та короткая встреча на арене… когда он практически умолял бездушных аристократов спасти Дарека. Когда просил за него… И после, когда рассказывал Лантане особенности управления контролирующим ошейником. Ошейник… слово-то какое мерзкое! Одно дело, когда речь идёт о собаке, но о человеке… Это ужасно!

Так, о чём она? Что происходит? Лантана сглотнула. Она что, влюбилась в Дарека? Но когда? Зачем? Почему?

Разве может быть такой вопрос — почему? Разве эта самая любовь не приходит, когда ей вздумается и разрешения не спрашивает?

Нет, такого не может быть. По правде, Лантана всегда смотрела на местных жителей немного свысока. Ей казалось, так как она пришла из цивилизованного мира, ушедшего в развитии на пару столетий вперёд, то она, скорее, наблюдатель и исследователь в мире дикарей. Ну а мужчины дикарей бывают, конечно, весьма занятны, но не больше. Оба её предыдущих романа произошли скорее от любопытства и поиска чего-то неуловимого, чем по любви.

Дарек вроде начал знакомство с уровня того же дикаря… но почему-то мгновенно поднялся с ней на одну линию. А потом даже ушёл выше. Лантана не воспринимала его больше как местного дикаря, определённо нет. Человек, который через столькое прошёл, почти сдался, но сумел найти в себе силы, чтобы вернуться к обычной жизни? Как он может быть дикарём? Этого нельзя не оценить. Она видела его лицо, когда поняла, что Дарек ищет смерти. Это была не шутка, не притворство, не показательное выступление. Он жаждал смерти, стремился к ней.

А теперь… Он сумел пойти дальше. И он не считает Лантану демоном.

Неудивительно, что она влюбилась в него по уши.

Лантана закрыла лицо руками.

Надо ему сказать… или нет?

Она скажет. А чего терять? Если с Хапрыгой ничего не выйдет, её будущее выглядит зыбким и печальным. И если она скажет… ну, хуже не будет.

И ещё — Дарек тот человек, которому она, не задумываясь, доверила бы своих людей и своё состояние. Да, он вёл себя высокомерно, как и любой другой аристократ. Ни секунды не сомневался в своём превосходстве над всеми окружающими. Но при этом он нёс за доверенных ему людей полную ответственность. Это было видно не только по его поведению в отношении Лантаны, она всё же его хозяйка. Но то, как он разговаривал с Улитой и Дудкой, как мягко управлял ими и ни разу не намекнул, что они зря едят свой хлеб. А ведь ставших нерасторопными слуг в этом мире обычно просто выставляли прочь из дома, не заботясь, как они будут доживать свою старость.

— Госпожа, вы будете обедать?

Лантана очнулась и уставилась на служанку, которая подошла к столу. Потом перевела взгляд на стол.

Она не притронулась к еде. Только сидит тут и думает обо всём подряд, пока еда стынет. То есть, судя по застывшему жиру, уже остыла.

— Нет, я не голодна. — Лантана вскочила и ушла в гостиную. В голове кипели разные мысли. Из дома выходить нельзя. Но вот свой дом следовало обезопасить. Проверить, все ли артефакты исправны и на местах.

Мой дом — моя крепость.

Пока Лантана бегала и проверяла артефакты, а заодно прикидывала, какие бы добавить ещё, явился посыльный.

Лантана услышала его появление, когда была на чердаке, через чердачные окна которого вполне можно было забраться в дом.

А Хапрыга быстро реагирует, ничего не скажешь. Интересно, что он написал? Как намеревается выманить Лантану из дома? Простым приказом — жду тебя там-то во столько-то? Или сразу чем-то станет шантажировать?

Когда Лантана спустилась в холл первого этажа, посыльный уже ушёл. Письмо ей передала Улита. Плотное, в магическом конверте, который может вскрыть лишь адресат-маг.

Хм. Кажется, оно не от Хапрыги.

Лантана вскрыла письмо и достала из конверта две плотно исписанных листа. Посмотрела на второй. Оно было подписано именем журналистки, у которой Лантана просила узнать о Дареке Савойском.

Значит, это ответ.

Лантана поднялась в библиотеку, села за стол и стала читать.

“Дорогая госпожа Гавриленко!

Спешу выполнить вашу просьбу и предоставить всю самую важную информацию о предыдущем виконте Савойском. Не думаю, что вас интересуют подробности его детства и юности, тем более что ничего необычного об этом времени сказать нельзя. Уточню лишь, что оба брата Савойских воспитывались как любые другие потомки аристократических семей. Лучшие школы, личные учителя, престижные высшие учреждения. Содержание, которому можно лишь позавидовать. По окончанию академии Дарек Савойский поступил в армию. Последние тридцать лет армия Ардиты является больше номинальной структурой, чем боевой. Как вы, должно быть знаете, воевать давно не с кем. Благодаря этому военное звание стало чем-то вроде красивой медали, повода для очередной высокородной гордости. Виконт Савойский, как и многие представители аристократии, получил высокий военный чин и право носить парадную военную форму, чем и пользовался к собственному удовольствию. Как и любой другой мужчина, обладающий приятной наружностью и немалым состоянием, он был окружён постоянным вниманием дам. Тратил деньги, участвовал в военных шествиях и маршах, в общем, из остальной массы высокопородных титулованных особ ничем особенным не отличался. Ну разве что высоким ростом и мощным телосложением. Дружил с господином Браббером, они жили по соседству. Это важное уточнение, объясню почему. Когда несколько лет назад случился большой прорыв агрессивных нечеловеческих сущностей, неподалёку как раз проводил учения полк Севера, возглавляемый виконтом Дареком Савойским. И его бросили в бой, потому что не было времени ждать прибытия подготовленной команды. Военные не были готовы к подобному врагу, ведь полк по большей части состоял из обычных солдат. Закончилось всё очень печально. Много жертв… катастрофически много. До сих пор ходят споры, можно ли было избежать этой трагедии. Фактически уничтожение целого полка в мирное время… Это было большое горе для всех. И всё же они задержали враждебных сущностей до прибытия специальной команды магов. Поэтому можно сколько угодно спорить, но спор будет лишь о количестве жертв. Погибли молодые сильные мужчины. Но если бы не они, погибло бы куда больше простых людей — женщин, детей и стариков, потому что прорыв произошёл в плотнонаселённой части страны.

Все сходятся во мнении, что близкое расположение полка Севера к месту прорыва было всеобщей удачей. Вроде бы они проводили в той местности учения. Говорили, что учения виконт Савойский специально организовал неподалёку от своего поместья, в котором гостила некая его знакомая… временная. И конечно, он не рассчитывал, что всё так печально закончится. Но по-большей части это не имеет особого значения.

Итак, огромными усилиями прорыв был закрыт. Стали подсчитывать жертвы. Тогда-то и выяснилось, что виконт Савойский пропал. Его тело найдено не было, однако из-за локальных пожаров, в которых сильно пострадали тела убитых, виконта могли просто не опознать.

Его посмертно признали героем и вывесили его портрет на Золотую стену в Императорском парке. Проводили с почестями.

А потом пошли слухи, что он жив. Что бравый виконт стал истощённым и сидит в подвале у своего друга господина Браббера. Потом произошла какая-то дикая история с самим господином Браббером и оба пропали из виду общественности на долгие годы.

Последнюю информацию о виконте вы, должно быть, и сами прекрасно знаете. Он появился в качестве испытуемого в Доме магических изысканий. Конечно, это существо уже потеряло имя и титул, и его статус не определён законодательством. Когда стало известно, что бывший виконт попал в рабство к некоей даме, знаменитому артефактору, интерес публики к этой персоне значительно всколыхнулся. Мы даже хотели брать у вас интервью. Читатели весьма любят подобные истории, когда кто-то богатый и счастливый становится бедным и несчастным. В данном случае высота падения, сами понимаете, просто невероятна.

Однако мы вынуждены были отказаться от этой идеи. Скажу по огромному секрету и лишь потому, что после прочтения письмо сгорит. Запрет наложил сам Император. По его велению никто не смеет упоминать прежнего виконта Савойского, ни в прессе, ни в распускании сплетен.

Надеюсь, я вам помогла”.

Письмо заканчивалось витиеватой подписью. Когда Лантана опустила на неё глаза, листочки вспыхнули. Она быстро отбросила их в сторону. Это что-то новенькое… она не слышала пока о самоуничтожающихся письмах. Чья-то разработка? Или давно известный, но малоиспользуемый из-за дороговизны способ? Она не знала даже этого!

Ну что же… содержимое письма Лантана запомнила. Ничего принципиально нового в нём не было. Она и без этого знала, что виконт был богат и любим женщинами, а потом каким-то образом стал истощённым. Так что свет на причину истощения из письма не пролился.

Ладно. Пусть.

Тут Лантана вспомнила ещё об одном деле и написала короткую записку действующему виконту Савойскому. Сообщила, что Дарек очнулся, находится в полном порядке и посетит брата, когда сочтёт нужным, потому что имеет разрешение на свободный выход из дома и перемещение по городу.

Тем самым Лантана намекнула, что Атолию придётся самому разбираться с Дареком, и пусть к ней он больше с этим вопросом не обращается. Вообще она против Атолия ничего не имела, да только лишнее лицо, когда вокруг мельтешит Хапрыга — нет, этого ей не нужно.

Ну что же, следовало вздохнуть с облегчением, потому что письмо оказалось не от Хапрыги.

Чтобы дальнейшее ожидание не превратилось в пытку, Лантана отправилась работать. Что-то в последние дни она совсем забросила свои дела! А ей как раз пришло три новых заказа. Два простых, один довольно крупный, но и ждать заказчик был готов довольно долго. Обычно заказчики, наоборот, требовали артефакт немедленно. Вот прямо вынь да полож, да чтобы отличного качества и ни у кого не было подобного! Адекватных людей было немного, причём, как ни странно, в большинстве своём адекватными были мужчины. А женщины чуть что — сразу начинали скандалить, угрожать и требовать. Губки надувать в крайнем случае. Лантану это немало поражало. Она ведь была уверена, что адекватность не зависит от пола, а лишь от самого человека. Но то, с чем она сталкивалась по работе, свидетельствовало о противоположном. Хидэ ещё смеялась. Просто местные женщины привыкли использовать эти методы, говорила Хидэ. Вот и к тебе по привычке используют.

Хидэ… Как она там? А её дочка? Лантана ни разу не видела её дочь. Только сейчас поняла… Почему? Надо было съездить. Надо было ездить в Питомник часто. Там ведь её настоящая родина. А страхи… уехала из Монастыря и из Питомника уедет. Ведь тут её дом, её подопечные и Дарек.

Всё, решено. Сейчас немного разберётся с Хапрыгой… мастерскую Марселю организует — и сразу в Питомник. И Дарека с собой возьмёт. Пусть посмотрит и убедиться, что не ошибся. Пусть увидит, что прав и они вовсе не демоны.

Неужели и правда вся неразбериха из-за названия? Как глупо и страшно…

Лантана сделала два артефакта из заказа, и в процессе использовала новые заготовки из драгоценных камней. Вышло прям на загляденье. У этого ювелира она сделала заказ в первый раз, так что не знала, насколько тот хорош. Оказалось, очень даже. Небольшие впадины позади заготовок, которые предназначались для удержания накопителя и ломались чаще всего, тут были прикреплены очень аккуратно. Если она продолжит свою деятельность, то обязательно будет заказывать ювелирку именно у этого мастера.

Если…

Ну а если нет, она посоветует его Марселю.

К ужину новостей от Дарека не было.

Есть тоже не хотелось, но в животе бурчало и ревело, так что Лантана всё же отправилась в столовую. По дороге встретила Улиту. Та, видимо, ждала у двери, потому что выступила в коридор совсем незаметно.

— Госпожа!

— Да, Улита.

— Приходил посыльный… вы велели сразу докладывать.

— Посыльный? Что он принёс?

— Вот, госпожа…

Улита не протянула поднос, нет. Она протянула руку. На сморщенной дрожащей ладони лежало что-то небольшое, видно было плохо. Лантана распахнула дверь в столовую, чтобы впустить свет.

Улита держала на ладони головку какой-то серенькой птички с тёмным треугольным клювом. Её открутили от тела и просто вырвали из тельца, из головки торчал огрызок крошечной кости.