Глава 27. Рождение жизни

Тихий шёпот в затылок. Снова лёгкое, нежное прикосновение губ. Стыдно признаться, но я всё это время стеснялась продемонстрировать ведуну свою полную силу. Я же слабая женщина, правда? И не должна позволять себе быть другой, настоящей. Мей словно почувствовал мои сомнения и осторожно погладил по спине раскрытой ладонью. Волна жара тут же плеснула в лицо, и я отпустила себя. С ним рядом мне неизменно хотелось забыть обо всём. Показать ему, наконец, своё истинное лицо, окончательно и откровенно открыться. Мне было чем удивить даже видавшего виды, матёрого колдуна, каким он несомненно являлся. Магия земли. Инертная, неподатливая, безучастная, холодная. Все дарники нашего факультета отличались высоким ростом и массивным телосложением. Мей на их фоне смотрелся бы просто подростком. Мой дар совершенно не похож на его лёгкое, тёплое, животворящее волшебство. Сила земли не ласкает горячим порывом бодрящего ветра, не бурлит говорливым потоком воды и не вспыхивает ярким снопом огненных искр. Опустошая уходящие вниз, словно бы в саму преисподнюю, бездонные шахты, моя древняя сила поднимается из бесконечных подземных глубин. Чудовищная в своей разрушительной мощи, в руках мастера-созидателя она становилась словно влажная глина послушной и мягкой. В моих пальцах рождались переливающиеся драгоценные кристаллы, их грани искрились тусклым светом подземного царства. Самородные нити металлов, мерцающие таинственными оттенками, скользили из бездонной подземной пропасти прямо в мои раскрытые ладони. Прохладные и тяжёлые, они словно несли в себе мощь земных недр, обещая раскрыть древние тайны, скрытые в бесконечных и непостижимых глубинах этого мира. Опираясь на локти, я сжала в руках плошку с семечком и призвала свою силу. В полную мощь, не скрываясь и ничего не боясь. И она отозвалась. Дом вздрогнул, магическое освещение погасло. Полутьму мастерской разрезали лишь отблески зеленоватого пламени. Пол под нашими ногами покрылся широкими, выпуклыми кругами, словно от брошенного в воду камня, и эти круги медленно расходились, напоминая рябь на зеркальной поверхности озера. Трава полегла. Мей рвано вздохнул мне в затылок, но не отступил. Сила текла, заполняя меня, подчиняя. Медленно, неторопливо, словно каменная река или густой поток вязкого, расплавленного металла. Неприятный момент. Будь я мужчиной, призыв полной силы не проходил бы настолько болезненно. Я вся словно окаменела, став чем-то похожей на холодную, мраморную статую. Волосы посветлели и отсвечивали матовым блеском. На безупречно отполированной белой коже, словно на драгоценном фарфоре, тускло мерцали зеленоватые блики огня.Простенькая керамическая плошка на наших глазах менялась. Она вся прорастала прожилками драгоценного перламутра и золотыми витками орнаментов. – Моя каменная королева… Сухие ладони легли мне на плечи и тут же согрели. Моя магия к ним потянулась, на ходу словно бы оживая и отпуская меня, позволяя вздохнуть полной грудью. Поцелуй в основание шеи, и руки мужчины меня подхватили под локти. Спустились чуть ниже, накрывая ладонями мои пальцы. Мей положил подбородок на обнажённое плечо и осторожно потёрся шершавой щекой о холодную кожу шеи, ставшую вдруг невероятно чувствительной. – Твоя очередь… – я прошептала ему, с невероятным трудом разжав губы. – Нет… – снова мягкий поцелуй за ухом, и пламя дыхание согревает меня. – Мы с тобой это сделаем вместе… С этими словами Мей неожиданно-сильным движением толкнул меня, окончательно заставляя прогнуться в пояснице, и коленом раздвинул мои ноги. Прикосновение раскалённого паха к ягодицам ошеломило настолько, что я громко вскрикнула. Мужское вторжение, уверенное, неоспоримое, оглушило и ослепило меня. – Нет! Его горячая и живительная магия расколола холодную твёрдость моей земной силы на тысячи мелких и острых осколков. Словно стену из вечного льда, нерушимую и холодную, она расколола на части, и пару мгновений эта стена ещё простояла, величественно и угрожающе, прежде чем с оглушительным грохотом рухнуть, под собой погребая меня. Мир померк, и я погрузилась в темноту, пронизанную вспышками боли и внезапного возбуждения. Меня выгнуло дугой, и я закричала, отчаянно пытаясь к нему обернуться. Но мужчина мне не позволил. Его крепкие руки удерживали меня, словно прочные якоря в бушующем море. – Да, Шарли, да! – крепко прижав меня грудью к столу, ведун снова прижался щекой, страстно и громко нашёптывая на ухо. Его руки накрыли мои, не позволяя выпустить из ладоней злосчастную плошку. Наши пальцы переплелись. – Да, моя королева. Разреши себе быть собой. Тяжело дыша, я замерла, пытаясь понять и почувствовать, что случилось. Мысли путались. Все чувства немыслимо обострились. Моя сила осталась, но уже изменилась и продолжала стремительно трансформироваться. Как будто река, меняющая своё русло в весеннее половодье. Теперь я ощущала себя совершенно иначе: как будто во мне разгорался огонь, согревающий и дарующий новую жизнь. Каждая клеточка тела теперь оживала, наполняясь энергией света. Я физически чувствовала, как эта новая сила струится по моим венам. Она словно бы заново пробудилась, стремительно наполняясь живительной мощью и… радостью? – Да… Мой голос звучал приглушённо и хрипло. Мей во мне снова двинулся – плавно, тягуче, щемяще, словно течение тёплой и полноводной реки, ласкающей на своем пути каждый изгиб, каждый остров. Он покидал меня, и чувство звенящего опустошения ранило. Я не хочу оставаться одна. Не хочу возвращаться в холодное время, где каждый миг пронизан ледяным ветром и одиночеством, где воспоминания о тепле и близости исчезают, оставляя лишь пустоту. – Нет!– пронзительно застонав, потянулась за ним, опираясь о стол животом. Ведун снова сжал мои руки, прочно придавливая собой, не на секунду не отпуская. Неожиданно семечко в плошке ожило. Крохотный светлый росток разломил свои чёрные створки и явил миру чудо. Крепкий, уверенный, светло-зелёный и… золотой. Вопреки всем законам привычной нам магии он родился из мёртвого сразу живым. Я замерла на мгновение, заворожённо наблюдая за золотым сиянием стремительно разворачивающегося крошечного листка, под нашими взглядами набиравшего силу. От осознания невозможности происходящего моё сердце забилось быстрее. Слёзы радости застилали глаза. Неужели у нас получилось? Я попыталась обернуться назад и сказать, но… Кажется, Мею не было дела до этого. Слегка прикусив меня за плечо, он опять не позволил мне развернуться, сжал крепче в объятиях и снова вошёл. Сильно, дерзко и резко, как никогда прежде, без толики обычной для него нежности, без привычной мне чувственной ласки. Ведун двигался резкими, размашистыми толчками, заставляя меня прижиматься к столу всё теснее. Его мощное тело, горячее, гладкое, всё словно отлитое из самородного золота, с каждым мощным движением все плотнее впечатывало меня в твёрдую поверхность, лишая возможности ускользнуть. Мужчина, вошедший в мой дом, жёстко брал меня, не давая мне даже вздохнуть, ежесекундно напоминая о собственном праве на это. Неоспоримая сила и твёрдая решимость в каждом жесте. Обнимая меня, плотно окутывая, накрывая собой, он словно бы утверждал свою власть, не допуская никаких сомнений или возражений. Я оказалась в плену. И не стремилась на волю. Мои влажные волосы высохли, мягкими длинными прядями рассы́пались по плечам, по столу, переплетались с его тёмной гривой. Грудь прижалась к гладкой поверхности холодной столешницы. Раскалённое тело мужчины сковало железными кандалами, оковами. Ошеломительный, фантастический контраст кружил голову, оставшиеся крупицы сознания стремительно ускользали. Я словно вливалась в бурлящий поток ураганного шквала, сама становилась частицей великой стихии, волной, подхваченной мощным течением. Между нами не было места для размышлений или сопротивления – только всепоглощающая стихия. Страсть. Желание. А золотой побег в наших руках рос с каждым мгновением всё быстрее и выше.