Глава 2 · Игорь Антипов

— Игорь Олегович, к вам Виктория Ефремова, впустить? — сообщила секретарша.

О, явилась штучка с ручкой, что ей там от меня надо? Видеть её не очень хотелось, особенно сейчас, когда на меня волна воспоминаний нахлынула, но ладно, человек, видно, с предложением каким-то, что же, примем.

— Пусть войдёт, и чаю нам зелёного, пожалуйста. — Распорядился, когда-то Вика любила зелёный чай, но полтора года не видел её, может и вкус у человека изменился.

— Привет, Игорь… Олегович. — Запнулась на отчестве, забыла что ли? Зашла такая фифа, и не узнать, причёску сменила, стиль тоже.

— Здравствуй, Виктория Николаевна, всё цветёшь? Не скажу, что рад тебя видеть, но уж если пришла, то прошу. — Кивком указал ей на стул. — С чем пожаловала?

— Ой… Сразу с чем? Может, я просто проведать тебя зашла, всё же друзья. А ты не рад меня видеть… Обидно.

— Чай, пожалуйста. — Снежана, моя секретарша, принесла чай, печенье поставила и вышла.

— Надеюсь, вкус не изменился, или ты уже как невеста кавказца кофе предпочитаешь? — Не преминул поддеть её. — Там крепкий кофе пьют.

— Хватит ёрничать, прекрасно знаешь, что мы с ним разбежались.

— Насколько мне известно, по твоей вине, аборт не надо было делать, кавказцы любят детей, даже внебрачных.

И не увернись я в последнюю секунду, чай бы попал на меня.

— Ты что мелешь⁈ — Взгляд разгневанный, ой-ой, актриса из тебя так себе.

— Что все, то и я, так что от себя ничего не добавил, короче, зачем пришла? У меня нет времени на пустые разговоры, уж тем более с тобой.

— Это что же, а когда-то любил.

— Вот именно, когда-то, слушай, Вика, у нас не вечер воспоминаний, давно юный возраст закончился, что было, то прошло.

Вика усмехнулась снисходительно, она же всегда меня дураком считала.

— Хочу дело тебе предложить, надеюсь, согласишься…

— Очередную подлость затеяла? Только в этом я тебе не помощник, так что не по адресу обратилась. — Усмехнулся в ответ.

— Какую подлость? Ты о чём? Я на подлость не способна.

— В курсе, в курсе, а от сестры старшей избавиться сумела, неужели тебе её не жалко? Она тебе что-то плохое сделала? За что ты её так?

— Я же не одна, ты тоже к этому руку приложил, так что… Не прикидывайся святым.

— Да, я виноват и признаю это, но за что ты её так ненавидишь? Она же сестра твоя родная. А-а-а, боялась, что наследство поровну делить придётся отцовское, и ты подсуетилась, сделала так, что отец её из дома выгнал.

— Её никто не выгонял, она сама уехала и живёт, между прочим, у бабки в Питере, так что не переживай напрасно, не пропала твоя Юлечка!

— У тебя всё? Можешь быть свободна. — Кивнул на дверь.

— Нет, не всё, я к ним в гости собираюсь и прошу тебя подыграть мне, я бабушке сказала, что замуж выхожу, а женихом тебя назвала, так что прошу, поехали со мной, вот Юльку и увидишь, впрочем, я думаю, там смотреть не на что, как была зачуханка, так и осталась.

— А тебе-то зачем это надо? Семь лет прошло, или она деньги из семьи тянет? Твои.

— Уничтожить её хочу окончательно.

— А… ещё и бабкино наследство оттяпать хочешь? Понятно. Так-так… Значит, подыграть тебе? — После недолгого раздумья я согласился. — Ну хорошо, когда едем?

— Думаю, в ночь на субботу или утром рано. — По-деловому рассудила Вика, она всегда так делает, всего добивается, только Шухрата не сумела к рукам прибрать, говорят, он богат очень, и Вика ставку на него сделала, но… обломалась.

— В четыре часа утра тебя устроит? — Надо пораньше выехать, дорога всё-таки не близкая.

— Вполне. Как раз часам к трём дня подъедем, там переночуем, а в воскресенье домой. — Рассчитала Вика. — Ох как я хочу посмотреть на Юльку, она, наверное, совсем там опустилась.

— Ты что, за эти годы не видела её ни разу? — Удивился я.

— Отец запретил нам общаться и с бабкой, и с Юлькой, он считает, что она нас опозорила, и не знает, что я к ним собираюсь, между прочим, отдых отложила на неделю, мы с мамой далеко на отдых отправимся…

— К папуасам? Ну это хорошо, какого-нибудь Юмбу-Мумбу себе отхватишь, африканского миллардера, — засмеялся я, и снова ощутил на себе разгневанный взгляд. — Ну хорошо, созвонимся, а сейчас иди, у меня работы много.

— Можем встретимся вечером? Погуляем? — Предложила она, думает, что я ей запасной вариант.

— Не могу, девушку свою в ресторан пригласил, так что… Соврал, конечно, нет у меня никакой девушки, но и с этой Викой гулять не хочу, так опротивела.

— Ну что же, тогда пока. — Вика пошла к двери, задрав нос, ой и чего ты стоишь в этой жизни? Плевка не стоишь, вместе с папочкиными деньгами.

* * *

Значит, в Питер, вот где Юлька, а я даже не знал, тварь ты, Игорь, ты такая тварь, что слов нет рассказать, зачем тогда у Вики на поводу пошёл, зачем согласился опозорить Юльку, да я знал, что ей нравлюсь, но она мне не по душе была, а вот Вика… Ох, эта Вика, она не только меня с ума сводила, а многих, четырнадцатый год ей шёл, а тогда уже такая стерва была, это я только после понял… Девка уже вполне сформирована, грудь как у взрослой, одевала её Лидия Андреевна как картинку, да в такие вещи, которым по карману только богатым, зато старшую сестру Юльку в той семье не замечали, почему? Потом мне объяснили, что Юлька — дочь Ефремова от первого брака, мать её умерла, поэтому никому она не нужна, одежду ей покупали простую, косметикой не пользовалась вообще, знакомые семьи Ефремовых говорили, что Юлька у них вместо домработницы.

Да, тогда Вика сбила меня с толку, вползла как змея в душу, отравила ядом, думал, что нравлюсь ей, ошибся.

С Юлькой как-то всё быстро получилось, девчонка, которую никто никогда не любил, доверилась мне, а я… Я обманул и предал её. Я у неё первый был, она у меня… Тоже. Да, мы с ней… Вступили с ней в интимную связь, хотя заказ был только на фотки голенькие, не сдержался… А потом предал её, слил фотки Вике, она показала отцу, и тот отрёкся от Юли и выгнал её из дома.

— Ты что наделала⁈ — Прижал я Вику.

— А что я наделала? Папе фотки показала, да ладно, не парься, там тебя не видно, ноги только твои, а Юлечка во всей красе, да я не говорила ему, что это ты с ней в паре. Ха-ха-ха, — Засмеялась стерва. — Кстати, папа сказал: узнаю, кто это сделал, уничтожу!

После этого я возненавидел её, испугался сильно, сам пацан, почти восемнадцать было, а ума не было. Но Юля уехала куда-то, я не знал, Вика не сказала, хотя знала, выходит. Значит, она снова хочет унизить Юлю, уничтожить, но я не позволю ей этого сделать, поэтому еду в Питер с ней, в самый пикантный момент рот Вике заткну, она его не откроет больше, пока там будем. Интересно, чем занимается Юля, сейчас вспоминаю, умная девчонка была, ой, почему была, она и есть. Может, замужем уже? Да нет, Вика сказала бы.

Звонит кто-то… Это кто там? О, отец.

— Игорь, зайди ко мне. — Коротко приказал он.

— Снежанна, я к Олегу Александровичу, кто на приём придёт, скажи, что я скоро буду. — Пошёл к отцу, что там у него? Зашёл в кабинет. — Отец, что у тебя?

— Ты в проекты по строительству детских площадок заглядывал? Как тебе? — Поинтересовался он, видно, а я не слышу, занят своими мыслями. — Игорь! Ты слышишь меня? Проекты готовы?

— А? Да, проекты готовы, там немного доработать надо. — Вздохнул в ответ.

— У тебя неприятности? Что такой рассеянный, мать звонила, сказала, гости вечером будут, Ефремов с семьёй, так что не опаздывай.

— А я не хочу их видеть, ни Ефремова, ни Лиду его, ни дочку их, так что извини, отец, я не приеду, в своей квартире ночую. — Пошли они к чёрту, из-за такой ерунды Юльку из дома выгнал этот Ефремов, видеть его не могу.

— Да? А мне всегда казалось, что ты к Вике неравнодушен, мы уж с матерью к свадьбе готовились, а тут вы общаться перестали.

И тут я выдал перл, сам от себя не ожидая.

— На Юле женился бы, а Вика? Нисколько не интересует. Я пойду.

— Подожди… На Юле? Но… Её же на тех фото… Ты что, после такого позора на ней женился бы? Кто-то с ней…

— Это я с ней. — Глядя в глаза отцу ответил. — Те фото сделал я.

— Что⁈ Ты меня шокировать собрался, что ли? — Отец сел в кресло.

— Я правду тебе сказал, то, что случилось в семье Ефремовых семь лет назад, на моей совести, на моей и… Викиной, ей надо было опорочить сестру в глазах отца, и я помог, потому что мне казалось, что любил Вику, но, как время показало, ошибся. — Отец молча, во все глаза смотрел на меня. — Думаю, Лидия Филипповна тоже в деле, она Юлю никогда не любила.

— Игорь… Ты убил меня сейчас. — Отец сник.

— Я сам себя убил давно. Кстати, можешь Николаю Ивановичу всё рассказать, он обещал уничтожить того человека, который его дочь опозорил, пусть прибьёт меня.

— Как ты мог, Игорь, девочку, которая и так хорошего ничего не видела в своей семье, и ты так… Что двигало тобой? Счастья не будет тебе в жизни, ни тебе, ни Вике.

— Сам знаю. Но что сделано, то сделано. — Я специально сказал это отцу не потому, чтобы он расстроился, а сам себя этим бичую, может, на душе легче станет, но легче не становилось.

Отец с минуту сидел молча, поверить не мог, наверное, что его сын такая сволочь, а я и есть сволочь.

— Интересно, где она сейчас, Юля Ефремова, о ней никто и никогда из их семьи и не вспоминает. — Задумчиво сказал он.

— В Питере у бабки живёт, у матери Николая Ивановича. — Ответил ему.

— В Питере? А тебе кто сказал? — Отец поднял голову и удивлённо посмотрел на меня и нервно сглотнул слюну.

— Кто? Вика приезжала сегодня ко мне, приглашала к ним в гости, видишь ли, она добить Юлю хочет, уничтожить, так сказать. — Усмехнулся в ответ.

— И ты поедешь? — Насмешливо спросил отец. — После того, что сотворил?

— Поеду и не дам Вике сделать этого, только для этого поеду, в самый пикантный момент заткну Вике рот.

— Сколько лет-то с того дня прошло? Пять-шесть?

— Семь. — Да, отец, семь лет прошло, а я ни разу не увидел Юльку и не знаю, какая она и чем занимается.

— Семь лет срок не маленький, думаю, что девчонка повзрослела, там бабка-то, говорят, следователем работала по особо важным делам, значит, старушка знает себе цену, возможно, и внучку научила этому. Вот зачем ты мне всё рассказал? Как я на этих Ефремовых смотреть сегодня буду? С одной стороны, они так по-свински поступили, с другой ты… подло опозорил их дочь, Игорь, Игорь…

— Как всегда смотрел, так и смотри, ладно, пойду работать.

Возле кабинета Василий Павлович, главный мой проектировщик, я пригласил его в кабинет, и мы занялись делами.

Смотрите, Игорь Олегович, вот так солнечный свет падать будет, вот сюда качели, а вот здесь грибок с песочком. Объяснял он мне, а я сейчас вообще мало что соображал, и что со мной случилось? Совсем раскис ты, Игорь, нет, надо Герке позвонить, да и в ночной клуб наведаться, девчата наши, наверное, заскучали.

* * *

— Алло? Привет, Герка! Как ты сам? Позвонил другу, однокласснику, сыну банкира Арсеньева.

— Как сала килограмм! — Заржал Герка в трубку. — Привет, Игорь, рад тебя слышать!

Килограмм, да в тебе сала-то там килограммов девяносто.

— Я тоже, в клуб сегодня завалим? Что-то я заскучал, тоска напала, рванём по девочкам?— Предложил ему ночную программу, а что нам, молодым да красивым парням?

— Всегда пожалуйста, тем более Лера интересовалась тобой. — Осторожно намекнул он, а я задумался, что это там за Лера такая?

— Напомни, что она из себя представляет? Честно, не помню даже. Кто это Лера? Никак на память не приходит.

Герка снова заржал, как подорванный.

— Ну… Такая рыжая здоровая, помнишь, недели две назад ты с ней зажигал в вип кабинке? Забыл что ли?

— А-а-а, её Лера что ли зовут? Я думал Лена, ох и бабы эти, в голове все перемешались, ну да ладно, разберёмся вечером, кто есть кто.

— Ну ещё бы! Давай, жду возле клуба, сам знаешь, где всегда зависаем, а сейчас извини, старик, у меня работа. Герка выпал из обзора, а я тоже решил немного поработать, а то захандрил что-то.

* * *

— О, привет, я вип кабину снял, сейчас наши красотки готовые к «обороне и труду» заявятся. А пока давай по маленькой, для душевного равновесия, для энергии, а? Герка балагурит, а я невесел. Что творится с тобой, не пойму?

— Ничего, всё нормально, Гер, о, а вот и красавицы наши, привет, привет. Девчата пришли, да почти голые, ох и красотки.

— Привет, Игорь.— Обняла меня рыжая, о, это наверное Лера.

— Привет, Лера, как жизнь? Ладно, ладно, вижу, что хорошо, рад, рад.— Обнял её в ответ.

Она прижалась ко мне, поцеловать что ли хотела? Да кто с такими целуется? А-а-а, нет, на ушко зашептала мне, что она хочет со мной наедине побыть, и пригласила к себе. Нонсенс! Обычно нас к себе не приглашают такие «девочки».

О, а у неё здесь классно, об этом я и сказал.

— А что ты хочешь, я же самая востребованная. Как ты предпочитаешь, со светом или без и…

— Никак сегодня, я заплачу тебе за все сегодняшние «радости», как положено, от тебя требуется выслушать меня и ответить на несколько вопросов. Согласна.

Неожиданно как-то. Обычно нас за людей не считают, ну что же, я готова выслушать и помочь чем смогу, хотя с разговорами обычно к психологам ходят. — Ответила Лера, и я понял: не такая уж она и дура.

— Ну тогда первый вопрос сразу скажи: если парень по отношению к девушке совершил подлость, она сможет его простить?— Я даже замер ожидая ответа этой здоровой рыжей Леры.

Она внимательно посмотрела на меня, как-то изучающе, давай, отвечай, ты баба прожжённая, всё должна знать.

— Ого! Не знаю, думаю, если любит она того парня, то простит, не сразу, конечно. — Задумчиво ответила она. — И опять же смотря какую подлость.

Да подлость-то я совершил серьёзную, даже сомневаясь, есть ли за это прощение.

— Ну… если он сделал фото во время интимной связи, а эти фото увидел её отец и выгнал девчонку из дома.

Лера молча смотрела на меня минуты две, прямо в глаза.

— Надеюсь, ты не о себе сейчас?

— Неважно. — Уклонился я от ответа.

— Смотря сколько девочке лет, это во-первых, и смотря какая девочка, если такая, как я, то ей плевать и на фото, и на отца.

— Нет. Девочка домашняя и очень скромная. — Возразил ей.

— Тогда всё очень плохо, если девчонка не сломалась, не спилась, не пропала, то… Возможно, простит… когда-нибудь, при условии, если любит парня, а если сломалась… то где-нибудь в ночлежке от алкоголя загнётся, и смерть её на совести того парня будет.

Я замолчал, мне совсем нехорошо сделалось, а вдруг меня Вика обманула, и Юля вовсе не у бабки, а где-нибудь… Действительно в ночлежке.

— Ну спасибо тебе за честный ответ, ты прямо как психолог. Усмехнулся я.

— Я учусь на психолога, второй год, так что обращайся. Да, неприятна история, у меня даже настроение испортилось, скажи, а у этой девочки родители есть? А, да извини, ты же сказал, что отец её из дома выгнал… Нехороший отец, другие за своих детей глотки порвут, а этот…

— Ладно, вот это тебе, — десять пятитысячных отсчитал, — тут тебе помощь, учёбу оплатишь, наверняка платно учишься.

— Платно, куда деваться? Три раза в неделю здесь работаю, а так на рынке торгую, я же заочно учусь.

— Ну пока, а то и так долго мы с тобой беседовали, да мы сидели долго.

— Пока. Желаю, чтобы девчонка та простила тебя. Всё поняла психологиня.

Ужин в доме Антиповых.

— А где Игорь? Вы разве не пригласили его? — Лидия Филипповна решила узнать, где же будущий зять, она не теряла надежды породниться с Антиповыми.

— Игорь? Он сказал, что занят сегодня. — Ответил Олег Александрович. — Просил извиниться.

— Вот как, ну у молодёжи и свои дела быть могут, с этим спорить не надо. — Николай Иванович кивнул головой. — И всё же хорошо было бы нам с вами породниться, поженить наших детей.

— Папа! Ты что такое говоришь? Может, Игорь против. — Вика посмотрела на отца, и от Олега Александровича не укрылось, что всё это наигранно.

— А может, ты, девочка, не хочешь? Ну, тогда что же? У вас ещё одна дочь есть, только не видно её давно, всё хотел спросить да забывал, где… — Он сделал вид, что забыл, как зовут старшую дочь Ефремовых.

— Юля. — Подсказала Лидия.

— Да, простите, спасибо, что напомнили, так вот, Юлия, может, она согласится стать женой Игоря? Мы не против.

Жена Олега Александровича, Дарья Сергеевна, с любопытством посмотрела на мужа.

— Вряд ли, если вы узнаете то, что она сделала, то…

— Лида! — Строго посмотрел на жену Николай.

— Всё, Коля, молчу. — Лидия пила кофе. — Спасибо за ужин, всё было очень вкусно, и кофе у вас отличный.

* * *

Проводив гостей, Дарья Сергеевна с укором посмотрела на мужа.

— Олег, ты что нёс за столом?

— Так надо, Даша, пока я тебе объяснять ничего не буду, может, позже, а сегодня у меня и так трудный день был.

— Тебе такую невестку в дом нужно, которую кто-то опозорил на всю Москву, и ты сыну такой судьбы жела…

— Замолчи! — Прикрикнул на неё муж, Дарья попятилась, Олег за столько лет семейной жизни впервые поднял на неё голос. — Замолчи! И не смей говорить при мне то, о чём понятия не имеешь!

Ефремовы.

— Коля, я не поняла, а что это было у Антиповых? К чему такой странный разговор Олег завёл? При чём здесь твоя старшая дочь? Мне очень не понравился его тон. — Лидия Филипповна явно расстроена.

— Мне тоже, и подозреваю какой-то подвох, Вика, видно, не нравится ему, но Юлька? Он что, унизить нас хотел? Так у него это получилось, и сынок не явился на ужин. Я понял, они не очень рады были. Ну что же, на них свет клином не сошёлся. — Махнул Николай Иванович рукой. В доме имя старшей дочери давно не упоминалось, и сейчас из его уст прозвучало как-то неестественно.

— Вика любит Игоря, она сама мне сказала, да и он, я помню, неравнодушен к ней был, что же случилось?

— Давай спать, время уже много. Любит она. Он видно её не любит, любил бы на ужин явился.