Глава 9 · Юлия Ефремова

— Юлька! Ты прелесть! — Олег закружил меня по комнате. — Ты не представляешь, как помогла мне, сын мой!

— Олег, ты с луны что ли свалился? Тихо! — Окоротила я нашего Аполлона.

— Юль, сын Юрка, он моя копия, даже смеётся так же, и потом Алёнка наврала, что замужем, она свободна, поругался с ней правда: почему ты не сказала, что беременна? Она: ты же не хотел детей, как я могла сказать? Вот такие вы все, Юль, девчонки!

— Не все, Олег, не все, разные и среди нас есть, одни алименты неимоверные стрясут, манипулировать детьми будут, а другие сами растят ребёнка, считают, что им никто не обязан.

— Ты себя имеешь в виду?

— И Алёнку твою тоже, хорошая девчонка, не теряй больше. — Посоветовала ему.

— Ну уж нет, Юрку не брошу, он ведь красавец у меня, ему, кстати, пять лет, на год твоей дочки моложе, они у нас модели, как, впрочем, и мы.

— Песков, Ефремова, вы что прохлаждаетесь? — Шёпотом спросила нас Наташа, тоже модель нашего агентства. — Там Мирон Петрович орёт, вас ищет, даже ногами топает, бегите скорее.

* * *

— Вот они, заявились наконец-то, князь с княгиней! Вы работать думаете⁈ Быстро мне! — Мирон наш сегодня точно не с той ноги встал. — Боря, не спи!

— Да не сплю я, так… Чуть-чуть сморило. — Пробубнил фотограф. — Я всегда готов, вы же знаете.

Ой, а это что? Мы мороженое рекламировать должны? И это Аполлон с Афродитой? Оказалось, что нет. Мороженщиц уже сняли, нас заставили сниматься для рекламы одежды, да… Ох и устали мы в разных нарядах.

— Юля, поправь бант, Олег, как ты руку держишь⁈ Как же с вами тяжело! Боря, ты что? Снова спишь? — Мирон, как обычно, строг и горласт.

Умаялись мы с Олегом, без сил на диван сели.

— Посмотрите фото, как вам? — Боря показал нам фотографии.

Это невероятно, такая красота…

— Борис, ты и правда волшебник, ну как тебе это удаётся? — Олег руками развёл. — Мирон так кричал, я думал, что мы квалификацию растеряли.

— Да прям уж. — Неожиданно громко захохотал Борис, мы не думали, что он так хохотать вообще умеет.

— Вы нас удивляете, Борис. — Я тоже не сдержалась от комплимента. — Не думала, что ты так здорово смеётесь.

— Ещё и не так могу, я ведь одно время грузчиком работал, а там… Сами понимаете, что там, а может и нет, вы-то ещё молодые.

А ты прямо старый. На сколько нас старше?

— Ну лет на десять точно, ладно, молодёжь, мне домой пора, рад, что вам понравилось.

Тут в съёмочную зашёл наш уважаемый шеф Мирон Петрович.

— Ну-ка, Боря, как там снял? Обычный вопрос, но сколько в нём всего. Посмотрел фото, развёл руками. Никаких претензий. Всё оригинально.

* * *

— Мама. — Дочка вышла навстречу ко мне с телефоном. — А я с Игорем говорила, он приедет скоро. Поняла, мам? Приедет.

— Не надо ему сюда ездить, здесь его никто не ждёт, поняла, девочка моя? Нам с тобой и двоим хорошо, и бабушка с нами.

— У-у-у, а Игорь плохой разве? Почему ты не любишь его? — Дочка посмотрела на меня грустными глазами.

— Маргарита, ну помнишь, Вика говорила, что замуж за него выходит, ты не забыла?

— А он сказал, что тебя любит и жениться хочет на тебе. Зачем ты меня обманываешь? — Хитро посмотрела на меня Маргарита. — А Вику он не любит.

— Мы не можем этого знать, дочка, разве можно человеку верить на слово?

— Игорю можно, он мой самый лучший друг из Москвы, больше же у нас там друзей нет? Нет. Правда, только Вика, но она мне не очень нравится. Почему она такая вредина?

— Маргарита! Мы говорили на эту тему, она не вредная, просто характер у неё непростой, но она не вредная. — Не знаешь, как объяснить ребёнку, дети они сразу чувствуют, хороший человек или плохой.

— Бе-е-е, вредина она и всё. — Вот и поговори с ней.

— Нельзя так себя вести. А то сама врединой станешь, смотри у меня, озорница.

— Я не озорница и не вредина, я самый послушный ребёнок и мамина дочка. — Обняла меня она.

Я её закружила по комнате, Маргаритка завизжала.

— Это что за визг? — Бабушка вышла из комнаты. — Ох, Юль, начальник следственного комитета звонил, приглашал завтра проконсультировать по одному вопросу, говорю нет, рассказывайте, что у вас случилось, документы мне в личку, я всё посмотрю и тогда скажу.

— Бабушка, да как же так? Дистанционно разве можно поймать преступников?

— Эх, Юлечка, да сейчас всё можно, наркоторговцев каких-то ловят, а они наркобароны знаешь какие, сами в стороне, а шестёрок своих подставляют.

— Это мне тоже известно, ладно, бабушка, работай, а мы с Маргариткой сами ужин приготовим сегодня.

— Ура! Мы с мамой сами готовить сегодня будем. — Дочка обрадовалась, потому что редко так бывает, что я ужин готовлю.

Пока мы с ней думали, что готовить, пока продукты подготавливали, время шло, ей кто-то позвонил.

— Привет, Игорь! — Снова радости полон кухню. — Мы? Мы с мамой кушать готовим, а у бабушки дела, она каких-то баронов ловит. Что? Нет, на компе ловит, сейчас так поймать можно, она сказала.

Что он уж там ей ответил, не знаю.

— Да я немного с мамой поспорила. Нет, не из-за тебя, из-за Вики, ну сказала я, что Вика вредная, ой, она не у тебя дома? Нет? Хорошо. Права? — И обратилась ко мне. — Видишь, мам, Игорь сказал, что я права.

— Маргарита, не надо поднимать эту тему, и с Игорем об этом говорить необязательно.

— Он приедет скоро, по мне соскучился, и подарок привезёт.

— У тебя нет чего-то? Я же всё тебе купила. — Ну козочка, вот зачем привязалась так к Игорю, и он к ней тоже? Всё это напрасно, никаких отношений я с ним иметь теперь не хочу, и простить сердце не поворачивается.

* * *

После ужина занялись всякими делами, стиркой, конечно, с помощью дочки, она везде, ещё и ценные советы, по её мнению, зовёт.

— Мам, а тебе снова завтра на работу?

— Да, снова, а ты чего-то хотела? — Не зря ведь дочка интересуется? Точно так.

— На роликах покататься с тобой хочу. — Ответила она.

— Хорошо, дочка, завтра мы с тобой пойдём на роликах кататься, обещаю. — Поцеловала своё дорогое чадо, сама от усталости с ног валилась. — Книжку почитаешь мне, а, дочь?

— Ладно. — Она положила телефон на стол и стала книжку мне читать, про репку.

— «Мышка за кошку, кошка за Жучку, Жучка за внучку, внучка за бабку, бабка за дедку, дедка за репку, тянут-потянут, вытянули репку!» — Старательно, где по слогам, где целыми словами читала Маргаритка, я прикрыла глаза и… задремала. — Мам, какую ещё читать? Ладно, про глупого мышонка почитаю.

Про глупого мышонка уже не слышала, проснулась от звонка будильника, дочка спала в своей кроватке, наверное, бабушка её искупала и спать положила, она, кстати, была на кухне и пила кофе.

— Доброе утро, бабушка, ты уже на ногах? — Поцеловала мою спасительницу и просто хорошего человека.

— Доброе, Юль, кофе и яичница готовы, наводи моцион и садись завтракать.

— Я мигом, баб.

* * *

Мы пили кофе, бабушка была задумчива.

— Что-то случилось? Ты почему такая грустная? — Забеспокоилась я.

— Да так, прошлые дела. Юль, ты можешь пораньше сегодня прийти? Мне нужно в прокуратуру, видишь ли, там дело такое запутанное, а я как опытный следователь попробую распутать клубок.

Всё понятно, значит, баронов невозможно поймать на компе.

— Хорошо, бабушка, я постараюсь, сегодня вообще не знаю, будем ли мы сниматься, Мирон с кем-то договор заключать уедет, а это почти на весь день. Спасибо за кофе и яичницу, мне пора.

— Пока, Юль, счастливо тебе.

— Спасибо ещё раз. Пока. — Быстро переоделась и на работу, отпроситься надо у Мирона, пока он не уехал по делам.

* * *

— Куда тебе, Юля, так срочно надо? Что мне с вами делать? А? Никто здесь, кроме меня, работать не хочет, один вечно спит, у другого проблемы с девушкой, вот и тебе срочно надо куда-то.

— Да я бы не отпрашивалась, но бабушка в прокуратуру сегодня должна поехать, её пригласили проконсультировать по одному вопросу, вы же знаете, где она служила.

— О-о-о, ну если так… Да я шучу, Юль, конечно, иди, сегодня пару снимков с тобой на фоне пляжа, там всё сделают, в купальничке снимет Боря, и можешь быть свободна, но завтра… — Он пригрозил пальцем. — Завтра весь день занят будет. Поняла?

— Как не понять, конечно, поняла. Мирон Петрович, вы само очарование, я всегда знала, что вы только строите из себя грозного, на самом деле сердце у вас мягкое.

— Ох, Ефремова, ну глядя на тебя невозможно быть грозным, ты сама милота, и для тебя все двери открыты, даже двери сердца, и не только у меня.

— Ну вы меня захвалили, у меня от смущения щёки загорелись.

— Это не похвала, это правда. Иди, работай.

Я пошла в съёмочную, где же мой Аполлон-то? Наверное, поклонники не пускают внутрь, автографы требуют, после того эфира просто с ног свалили и меня, и его, как будто мы звёзды какие, я уж с чёрного входа стала проникать сюда.

* * *

В общем, Олег опоздал немного, я его понимаю, он шёпотом сообщил, что привёз своих, поздравила, порадовалась за него. Снимки мы сделали, я иногда удивляюсь, глядя на свои фото, ну неужели я такая правда? Посмотрю в зеркало, да и правда похожа, неужели человек с годами так меняется? Может, не все? Но я точно изменилась.

* * *

После обеда бабушка уехала по делам, а мы с Маргариткой на роликах гонять вышли.

— Класс, мам! Видишь, как клёво!!! Как круто!!! А Вовка с третьего подъезда не умеет на роликах кататься!

— Наверное, Вова, а не Вовка, а во-вторых, он же моложе тебя, ему только четыре года, научится ещё.

— Четыре? — задумалась Маргаритка. — А мне шесть, мам, а когда мне было четыре года, я тоже не умела на роликах?

— Конечно нет. Ты тогда, как Вова, только на самокате гоняла.

В общем, накатались мы с ней вдоволь.

Вика и Лидия Филипповна.

— Наконец-то я дома, привет, мамочка! — Вика обняла мать. — А я вам подарки привезла, и тебе, и папе.

— Здравствуй, умница моя, ну как отдохнула? Что повидала? Расскажешь?

— Обязательно, только помоюсь с дороги, а папа где?

— На работе, конечно, ой, что здесь было, Юльку по телевизору показывали, а отец увидел. — Сообщила Лидия дочери.

— И что? Он узнал её? — Вика и про душ забыла. — Ничего себе!

— Нет, конечно, он удивился, когда увидел, говорит: «Как эта Афродита на мою первую жену похожа». Ума не хватило сообразить, что это его Юлька.

— Ну мам, ты сама-то узнала бы? Нет. Если бы я не рассказала, и ты посмотрела бы, и не подумала даже, что это Юлька.

— Наверное, ты права, там должны были их фамилии назвать, но я успела канал переключить, и отец не услышал.

— Слава богу! А что Игорь? Не знаешь, к Юльке не ездит?

— Да зачем он к ней? Нужна-то она ему с ребёнком, ты хоть знаешь, с кем она тогда? Так ведь ты мне и не сказала.

— Да ладно тебе, я же сколько раз говорила, не делай вид, что не помнишь. С Игорем тогда, и Маргарита на него похожа.

Мать, конечно, слышала от Вики, что это Игорь с Юлей, но не придавала особого значения, думала, что дочь шутит, ну не стала бы она к парню своему подкладывать Юльку в постель, а сейчас понять не могла, зачем она так поступила, ведь Игорь любил Вику, тогда, когда ей всего-то лет четырнадцать было, а ему восемнадцать… А теперь что? Разве он Афродиту променяет на Вику, да к тому же там ребёнок. Его ребёнок.

— А как же теперь? Он ведь не женится на тебе, дочь, ну и натворила ты дел, другого парня найти нельзя было?

— Ты думаешь, желающих вагон целый был? Ты вспомни её, смотреть не на что, это сейчас она красавица, а тогда только влюблённый в меня Игорь согласился.

— О, дочка приехала! Ну, здравствуй. Отец обнял Вику. А я не пойму, что это все сегодня шушукаются за моей спиной: «Ефремова, Ефремова». Неужели ты у меня такая известная, что аж вся Москва знает, что ты домой с отдыха прилетела? — Засмеялся отец.

— Привет, папочка, а как же? Так и должно быть. — Вика тоже засмеялась, она догадалась сразу, о чём речь, о какой Ефремовой говорили, о Юльке, программу-то, наверное, многие видели, в глаза отцу, конечно, не скажут, шушукаются за спиной.

— Ну? Обедать будем? Я специально домой в обед приехал, тебя увидеть, красавица, как загорела…

* * *

После того как Вика приняла душ, семья в полном составе уселась за стол.