Глава 34

Спускаюсь на первый этаж, в большом зале мама уже суетится, накрывая на стол. Вдыхаю ароматы маминой еды. Я очень скучал по дому, родителям. В нашем доме есть правило: без отца мы за стол не садимся. Именно по этой причине близнецы Али и Мехмет все еще крутятся возле мамы, пытаясь в чем-то ей помочь, хотя, по сути, только мешают. – Доброе утро, лев мой. – Мама счастливо улыбается, ее глаза светятся счастьем. Ведь вся семья в сборе. – Доброе, мам. Раид дома? – Да, – кивает, показывая, что Раид как раз спускается со второго этажа. Он успел принять душ и переодеться. Брат не может спокойно пройти мимо близнецов, каждому отвешивает подзатыльник. Усмехаюсь, ничего не меняется в этом доме. – Папа, – выкрикивает Мехмет, уворачиваясь от еще одного подзатыльника. – Скажи Раиду. Он нарывается. – Доброе утро, семья, прошу к столу. – Папа совершенно не обращает внимания на вопли братьев. Завтрак проходит в тишине. Время от времени папа бросает строгие взгляды на близнецов. Они никак не могут успокоиться, желая отомстить Раиду за обидные подзатыльники. Мама тяжело вздыхает. Несколько раз. Все за столом переглядываются. Понимаю, что сейчас мама готовится к «важному» для нее разговору, а значит, важный он и для нас. – Свет моего дома, – с нежностью говорит папа. – Что тебя тревожит, скажи. – Тревожит муж мой, ой как тревожит, – обеспокоенно обводит взглядом всех своих сыновей. Мы с Раидом переглядываемся, понимая, дело дрянь. – Султанша моего сердца. Мы слушаем, – обращаюсь к маме. – Мы с твоим отцом переживаем, Мурад. – Я? Переживаю? – удивляется папа. Близнецы прыскают от смеха, еле сдерживая хохот. Мама строго обводит всех взглядом. – Хорошо, – бросает гневный взгляд на папу. – Я одна переживаю. – Наиля… – пытается успокоить ее отец. Но мама настроена решительно. – Увижу ли я, как мои сыновья приводят в этот дом невесток? Услышу топот маленьких ножек своих внучек, м? Раид бледнеет. Даже близнецы утихомириваются. – Наиля, сердце мое, – мягко говорит папа. – Но в нашей семье не рождаются девочки, только мальчики. – Мама так гневно смотрит на отца, что даже его заставляет притихнуть. – А я верю в то, что у меня будут внучки. Я каждый день прошу Всевышнего. Это все вы, – смотрит строго на нас с Раидом. – Доживу ли я вообще до этого дня или мне можно перестать надеяться? Сколько мне еще ждать? – Мама разошлась не на шутку. – Мурад! – с возмущением смотрит на меня, поджимаю губы, вот же. – Да, мам, – с сожалением смотрю на маму. Я не могу выполнить ее желание, не сейчас так точно. – Чем тебе Самира не угодила? Почему отказался от помолвки? – с негодованием возмущается она. – Мы столько лет дружим с их семьей. Девочка выросла, созрела. Она будет хорошей женой. Но нет. Мой сын категорически против, не хочет порадовать свою маму невесткой и внучкой, – всхлипывает мама. – Мурад, женись уже, а? – поддакивает Раид. Гаденыш. Под столом пинаю его ногой, чтобы заткнулся. – Раид, а может, мы тебя сосватаем? – с вызовом смотрю на брата. – Ты старший вообще-то. – Брат делано выпучивает глаза. О свадьбе он даже думать не хочет в ближайшие лет пять так точно. Как говорит, он птица вольного полета. Но маминому терпению, судя по всему, пришел конец, и летать вольной птицей Раиду недолго осталось. – Мама, я не готов. У меня работы много, – тараторит Раид на одном дыхании. – Работа, работа. Только о ней и думаете. Ну ничего. Тогда я подумаю о вашей семье. – Наиля, может, отложим разговор? – мягко одергивает папа. Мама словно не слышит его. – Вы посмотрите, почти у всех наших друзей есть невестки и внуки. Большой грех так мучить мать. Я прошу, нет, я требую невесток. – Мама. Дай нам время. Прошу. Будут тебе невестки, – беру ее теплую ладошку и целую, прижимая к сердцу. Это всегда работало, мама тут же успокаивалась. – Ох, сынок. Я так хочу, чтобы у каждого из вас была семья. – Мама нежно улыбается, успокаиваясь. – Спросите своего отца. Он вам скажет, какое это счастье – быть женатым. – Мы все внимательно смотрим на отца. – Это правда. Нет большего счастья, чем семья. Клянусь Всевышним. – кивает Ахмат Булатович, соглашаясь с каждым словом жены. – Хорошо, – примирительно говорит мама. – Дам вам немного времени. – Мы с Раидом выдыхаем. Буря миновала. Мама с сомнением смотрит на близнецов. Те переглядываются. Кажется, и до них очередь дошла. – А если вы и дальше будете себя так вести, – набирает новые обороты мама, – то ни одна приличная семья не отдаст свою дочь в наш балаган. Братья оскорблены до глубины души. Раид посмеивается в кулак. – Подумаешь, – фыркает Али. – Тоже мне счастье, жена, – поддакивает Мехмет, – не очень-то хотелось. – Это вы сейчас так говорите, – кивает мама. – Я посмотрю, что вы скажете через десять лет. – Мама права, еще одна проделка с вашей стороны – и вы будете наказаны, – строго подмечает отец. Али и Мехмет пристыженно опускают глаза. Даже мы с Раидом так не чудили, как эти двое. – Раид, Мурад, собирайтесь. Пора ехать на фирму, нужно с делами разобраться, подписать документы. – Папа встает из-за стола. Мы поднимаемся следом. – Али и Мехмет, вы помогаете маме, в два часа я вас жду на тренировке. – Близнецы кивают. – И даже не думать подходить к скутерам. Еще старую вмятину в заборе не заделали. На десятилетие близнецов от любимого деда Булата был подарок, о котором так мечтали братья. Скутеры. Близнецы визжали и прыгали вокруг них. Родители были в ужасе. Но сделать уже ничего не могли. Братья вгрызлись в подарок и не желали с ним расставаться. Как итог уже имеется несколько вмятин в заборе. – Хорошо пап, – соглашается Али. – Обещаем, все будет хорошо, – поддакивает Мехмет, собирая посуду со стола. – Мурад, – тихо зовет мама, когда я уже собираюсь идти следом за отцом. – Задержись. Мы с мамой остаемся наедине. Вчера после моего приезда нам не удалось нормально поговорить. После моего категоричного отказа свататься мама отступила. Ей нужно было время принять мой ответ и ситуацию в целом. – Мурад, сынок. Прошу тебя, скажи причину своего отказа, – настаивает мама. – Обещаю, я не вернусь больше к этому разговору. Ну что мне ей сказать. Что я люблю другую, но она так не уверена во мне, что по этой причине нам пришлось расстаться? – Все сложно, – прикрываю глаза, врать маме мне совсем не хочется. Я знаю, она всегда поймет и поддержит меня. Она лучшая мама на свете. Такой больше ни у кого нет. Наиля Азаматовна всем сердцем радеет за свою семью, любит всех своих сыновей безусловной любовью. Она всю себя отдает семье. – Ты влюблен, – не спрашивая, кивает, глядя в мои глаза. – Но в чем сложность, сын? – усмехаюсь. Только мама может вот так читать тебя как открытую книгу. – Ей кажется, что между нами слишком много «но», – решаюсь на разговор. – Что за глупости? Если вы любите друг друга, не может быть никаких «но», – отмахивается мама. Наиля Азаматовна вышла замуж по большой любви. Они с папой любят друг друга еще со школы. И мама не станет настаивать на браке, если там нет совсем никаких чувств. Что бы она ни говорила и как бы ни кричала, что женит нас, мама не будет настаивать, если кто-то будет против этого брака. – Она довольно упряма, – тяжело вздыхаю. – Рашидовы, если любят, не отступают, сын, – искренне и очень радостно улыбается. – Ты обязательно должен поговорить с ней. – Ты не хочешь спросить меня, кто она? – прищуриваюсь. – Мой сын не мог полюбить плохую девушку, – качает головой. – Только лучшую. Мы обнимаемся. На душе как-то легче становится. От теплоты и поддержки. Мама права, нужно поговорить с Юлей. Как только я приеду, сразу к ней. А пока у нее будет время подумать, может быть, даже соскучиться. – Я так счастлива, сын. У меня есть невестка. А значит, скоро будет внучка. – Я теряю дар речи. Чего? Какая внучка? Не думаю, что Юля готова к таким поворотам судьбы. С ней бы помириться для начала. – Мама, ты торопишь события, – укоризненно смотрю на нее. – Ничего подобного, – не соглашается. – Мурад, прекращай обниматься. Мы одного тебя ждем, – из коридора зовет отец. – Иди-иди, сынок. А мне пока подумать нужно, все распланировать. Вот же. Теперь этот бульдозер под названием «Женю сына и чем быстрее, тем лучше» не остановишь. Она такая счастливая, словно мы с Юлей уже принесли ей в люльке долгожданную внучку. – Мам, и уладь вопрос с родителями Самиры. – Не хватало еще, чтобы у них была надежда на свадьбу. – Хорошо, сын. Не волнуйся, – пританцовывает мама, направляясь в зал, убирать со стола. Кажется, ее настроение на высоте. Ну что ж, Юля. Готовься, нам теперь нужно не только помириться, но и подумать о долгожданной внучке. Эти мысли вызывают улыбку на лице. За последние несколько дней я впервые улыбаюсь. Сегодня Ахмат Булатович у руля, Раид рядом с ним на переднем сидении, я же усаживаюсь назад. – Раид, – привлекает его внимание отец. – Мама права, пора подумать о семье. Я все понимаю, но сколько это будет продолжаться? Ты зачем девушке мозги делаешь? Речь идет о Виктории. Раид с ней уже пару лет «встречается», но предложения не делает, да и, насколько мне известно, верность ей не хранит. У них, судя по всему, свободные отношения, о которых знает только папа, боюсь даже подумать, чтобы случилось, если бы о Вике узнала мама. Раида бы она скрутила в бараний рог, но не позволила быть в таких отношениях. Папа узнал совершенно случайно, не вовремя решил приехать к Раиду на квартиру. – Пап, поверь мне, я честен с Викой. И жениться на ней в мои планы не входит. И она это знает, – обрубает Раид, не желая развивать тему его женитьбы на Вике. – Тогда заканчивай эти отношения и позволь маме найти тебе невесту, – не отступает отец. – Дай мне год, – с надеждой смотрит на отца Раид. – Хорошо. Но через год мы вернемся к нашему разговору. – Спасибо. – Ну а тебе, Мурад, есть что сказать? – смотрит через зеркало на мена насмешливым взглядом. – Пока нет. Все сложно. – Ну это лучше, чем ничего. – Улыбаюсь, тоже верно. Отец паркуется возле нового здания. Сюда наша фирма переехала пару месяцев назад по решению Раида. Именно он был инициатором переезда. Очень скоро ему придется возглавить фирму, дед Азамат давно отошел от дел, а так как мама, его единственная дочь, была не готова управлять такой махиной, пришлось отцу все взять в свои руки. Чему он был не очень рад, ведь папа живет спортом, на нем несколько спортшкол, и сидеть в душном кабинете и вникать во все у него не было никакого желания. Дед Азамат в свое время разделил доли между всеми четырьмя внуками. Каждый из нас получает процент от прибыли. Я бы не смог позволить себе крутую машину и отдых на зарплату опера. Раид не раз предлагал мне возглавить семейный бизнес, но я, прекрасно понимая, что это не мое, с большой радостью отдал бразды правления Раиду. Время от времени мне приходится посещать совет директоров и подписывать документы. Я понимаю Раида, ему сейчас совсем не просто. Он возложил на свои плечи слишком много. Ему трудно контролировать все. Больше года назад он решил попробовать себя в ресторанном бизнесе. Все, кто слышал о его желании, крутили у виска. Отговаривали, ведь ресторанов в нашем городе слишком много. И многие работают, скорее, в убыток, чем получают хоть какую-то прибыть. Но брат не был бы Рашидовым, если бы так просто отказался от своей идеи. Не прошло и нескольких месяцев, как в нашем районе открылся первый многонациональный ресторан. Такого точно еще не было. Можно попробовать кухню нескольких стран мира. Ресторан стал пользоваться огромным спросом. Теперь, чтобы посетить его, нужно бронировать столик за месяц вперед. Я очень горд за Раида.