Глава 46

Проснувшись от ночного кошмара, тяжело дыша, вытираю пот со лба. Поворачиваюсь, глядя на спящего Мурада. Вот ты-то мне и нужен. Сейчас мы с тобой разберемся. – Мурад, – толкаю спящего мужа, – Мурад, проснись. – Он издевается или реально не слышит? Со всей силы шлепаю его по заднице. Тут же подрывается, ошалело смотрит по сторонам. – Что такое? Рожаем? – взволнованно смотрит на мой уже приличный живот. – Нет, конечно, еще очень рано, – с любовью поглаживаю своих пузожителей. – Тогда чего ты меня разбудила? Юля, я после суток, дай поспать, – поворачивается к стенке. – Мурад, ответь. Ты хочешь быть многоженцем? – прикусываю губу. Мне важно знать сейчас. Я только что проснулась в холодном поту от жуткого кошмара, где была на свадьбе Мурада и Самиры. Правда, потом кинулась сражаться со своей соперницей. Я была так зла, мне хотелось их прибить. – Нет. – Почему? – Я не отстану, этот короткий ответ меня не устроит, мне нужно пояснение. – Потому что я бы сошел с ума, если бы у меня было две таких жены, – устало бубнит. – А ты не думал, сколько плюсов? Две красивые женщины в твоем доме, любят тебя, султана Мурада, – расписываю в красках, сама же холодею от этих мыслей. – Да ни за что, голова у меня одна. Я жить хочу. – Мурад, – толкаю его в бок. – Вот представляешь, вас бы было двое? Одна пришла, ты спишь. Вторая пришла… Нет. – И только? – прищуриваюсь. – Иди сюда, – притягивает к себе, поглаживая мой животик. – Зачем мне тысячи, когда я люблю тебя одну? – Ну, может, втайне ты мечтаешь? Или хотя бы думал? – шепчу ему на ухо. – Нет. Теперь мы можем поспать? – улыбается, целуя в лоб. – Теперь да. Можешь спать, – величественно даю добро. – Спасибо. – Встаю с дивана, намереваясь достать из своих закромов плитку шоколада. Перенервничала, теперь нужно заесть это чем-то сладеньким. – А ты куда собралась, родная? – привстает с кровати муж. – Водички попить, – невозмутимо вру. – Можешь не идти, я нашел твой сладкий тайник, его там больше нет. Так что ложись спать, – усмехается. Я в шоке открываю и закрываю рот. Как же он его нашел? Я так надежно спрятала. – Дай конфету, – притопнула ногой. – Одну. – Нет. Тебе нельзя много сладкого. Тебе врач что сказал? Ты за этот месяц слишком много набрала, – качает головой. – У нас двойня Мурад, двойня, – шиплю на него. – Конечно, я набрала больше, дай конфету, и мы ляжем спать без скандала, – уперев руки в бока, угрожаю невозмутимому мужу. – Нет, – не сдается. Ну погоди, я тебе отомщу. – И не сверкай так глазами, меня не разжалобишь, ложись. – Сопя и злясь на мужа, признаю поражение. – Спокойной ночи, – говорю обиженно. – Люблю тебя, хаяти, – целует в макушку, поглаживая животик. – Нам нужно поспать, у нас самолет в десять утра. – Киваю. Рожать мы решили у Мурада на родине. И уже сегодня я одна полечу к родителям мужа. Наиля Азаматовна предложила помощь, и отказываться от нее я точно не буду. С двойняшками мне одной будет трудно. Сейчас мы еще живем в служебной однокомнатной квартире, и сюда приглашать Наилю Азаматовну такое себе. В подаренной огромной квартире еще идет ремонт. Мурад, к сожалению, поехать со мной не может, но обещал прилететь ближе к родам. Сегодня в доме очень шумно, Али и Мехмет никак не могут решить, кто сегодня будет сопровождать меня в женскую консультацию. Я разлеглась на диване, слушая интересную аудиокнигу о мире нагов. Честно сказать, сама от себя в шоке, даже не думала, что смогу влюбиться в фэнтези. Раид сидит в кресле недалеко от меня, просматривает суперважные документы, периодически кому-то названивает и ругается. Братья не унимаются, еще немного – и будет драка. И дураку понятно, что никто из них не бьется в счастье, сидя в коридоре, глядя на беременяшек. Я много раз говорила, что в состоянии справиться со всем сама и в моральной поддержке не нуждаюсь, но с мамой Наилей спорить не берется никто. Если она сказала, что в женской консультации кому-то из братьев нужно быть рядом со мной, значит, нужно быть. – Прекратили балаган. – Из кухни слышен строгий голос мамы, близнецы тут же затихают. – В чем дело? Что за шум? – Ни в чем, – пожимают плечами парни. – Мы решали, кто поедет с Юлей. – Решали, – кивает, недовольно осматривая близнецов. – И, судя по всему, не решили. Значит, так, – упирает руки в бока, – сегодня поедете оба. Ясно? – Ясно, – хором отвечают они под смех Раида. – А Раид вас отвезет. – Теперь ржут близнецы. – А может, я одна? – с надеждой смотрю на маму Наилю. – Мне только кровь сдать и на КТГ. Делов на час. Кажется, с этой надеждой на маму посмотрели все, включая Раида. – Нет. Срок уже большой, я волнуюсь. Мне спокойней, если кто-то будет рядом. – Тогда поехали, – смотрю на всех Рашидовых. Ну извините, я пыталась. – Я только переоденусь. Мы сидим возле процедурного кабинета, Раид остался ждать нас в машине, ссылаясь на суперважный разговор по телефону. – По-моему, как-то жарко, нет? – тихо шепчу Али. С меня реально семь потов уже сошло. Понять не могу почему. Вроде оделась в легкое платье. – Шутишь? Я замерз уже, хотел тебе сказать, чтобы ты кардиган надела, мы же под кондиционером сидим, – с недоумением возражает Али. А я вытираю мокрый лоб ладонью. Странно. – Рашидова, проходите. – Потихонечку встаю и, как хорошая пингвиниха, топаю в шикарное кресло. Вот это сервис. – На что кровь сдаем? Давайте ваши направления, – просит медсестра. – Ну, судя по бланкам, на все, – отшучиваюсь. Медсестра с прекрасным именем Хадижа очень ловко и быстро находит вену. Я даже не чувствую боли, про себя отмечаю, что у нее очень легкая рука. – Юля, – слышу сквозь звон в ушах. – С вами все хорошо? Вы побледнели. – Мне жарко очень, и я плохо вас слышу, – пытаюсь проморгаться. Хадижа быстро вытаскивает иглу из вены, зажимая руку. – Посидите минуточку, я за акушеркой сбегаю. – Киваю ей, хотя, если честно, мало что поняла из ее слов. В глазах плывет, дикая слабость какая-то во всем теле. В кабинет залетают обеспокоенные братья. Я вижу, как меняются их лица, Мехмет бледнеет, стоит, губами шевелит. Я прослеживаю его взгляд, и мне становится плохо. Мое кремовое платье сейчас красное между ног. Это что такое… не было же ничего пару минут назад. Слышу удар, вскидываю голову, на полу лежит Али, кажется, он потерял сознание. – Мехмет. Помоги Али. – Ноль эмоций, кажется, он меня не слышит. – Мехмет, – рявкаю я.– Подними брата. Ай-ай-ай, как больно. – На меня лавиной обрушивается волнообразная тянущая боль. – Что здесь? – В кабинет залетает моя акушерка Роксана Мухамедовна. – Хадижа, меряй ей давление, и скорую сюда, быстрее. В кабинет приходят еще доктора, кто-то выводит Мехмета и помогает вынести Али. Как только всех лишних убирают из кабинета, меня тут же берутся осматривать на кресле. – Полное раскрытие, воды не отошли, – быстро кому-то говорит моя акушерка. Я же считаю лампочки на потолке и молюсь, чтобы с моими мальчиками все было хорошо. – Пробка отошла. Что ты говоришь? У нее роды стремительные, так, тащи сюда кардиотокограф. Юля, ты как? – Я нормально. – Боли тянущие, они прямо нарастают, часто и тяжело дышу. Из глаз градом капают слезы. До крови кусаю губы, я очень, очень стараюсь не кричать, знаю за дверью взволнованные мальчишки, не хочется пугать их еще больше. – Но мне рано рожать. Еще три недели. – Ничего не рано. У тебя двойня. Все в срок, дыши глубже. – Приподнимаю голову и встречаюсь с ней взглядом. – Роксана Мухамедовна, с моими мальчиками все будет хорошо? – обеспокоенно всхлипываю. – Конечно, все будет просто отлично. По-другому и быть не может. Только позитивный настрой должен быть. Ты у нас мамочка здоровая, крепкая. Родим, не волнуйся. Я рядом, – похлопывает меня по ноге. – Хорошо, дай бог. – Выгибаюсь от жуткой боли, в глазах искрит. В кабинете опять суета, Роксана Мухамедовна переодевается в голубое одеяние. – Сейчас будем тужиться. Ты делай все, как я говорю, хорошо? – спокойно и уверенно просит акушерка. Единственное, что могу, – молча кивнуть. Стремительные роды я не забуду никогда. Казалось, эти «быстрые» часы боли не закончатся. Под мой крик и ругань Раида за дверью родился мой сыночек. – Дай ей его поцеловать, – командует акушерка своей помощнице, трудно разобрать, кто есть кто, они все в масках. Мне подносят к губам мой любимый пищащий комочек, утыкаюсь в его щечку, вдыхая блаженный аромат. Часто-часто целую его. – Родим второго, и намилуешься, – подшучивает акушерка. – Да что там за дверью? Угомоните родственников. И скорую пропустите. Хадижа аккуратно открывает дверь и, пропустив врачей, уходит на разговор с Раидом. Я слышу, как он громко спорит и возмущается. Но, видимо, настаивать на чем-то не решается. Додумать я уже не в силах, так как меня накрывает повторная волна схваток, и если в начале у меня была надежда на то, что со вторым может быть легче, я жестоко ошиблась. Ничуть. Больно, очень-очень больно. – Смотри кто. – Акушерка поднимает ребенка над моими глазами. – Девочка, – открыв рот, смотрю на акушерку. – У меня девочка. – Я взрываюсь, просто невозможно остановить мой смех и слезы радости. – Наша скромница никак не хотела на УЗИ показываться, – посмеивается акушерка. Дочка родилась такой маленькой, нежной. Мой сладкий ароматный персик. В кабинет завозят каталку, врачи помогают забраться на нее. Как же хорошо. Мне казалось, это никогда не закончится. В какой-то момент я думала, что просто не переживу эти роды. – А где мои дети? – спрашиваю у Хадижи. – В соседнем кабинете. Там приехали все Рашидовы, хотят тебя увидеть прежде, чем вас в роддом отвезут, – киваю ей. – Тогда поехали. В кабинете все. Ахмат Булатович стоит у окна и что-то шепчет внуку на ушко. Раид стоит рядом, внимательно наблюдая за отцом. Бедный, потрепанный Али растирает лицо ладонями, счастливо переглядывается со взволнованным Мехметом. Недалеко от мужа с внучкой на руках стоит заплаканная мама Наиля. Она что-то шепчет ей, целуя ее в лобик. – Сестра, – вздрагиваю, Раид впервые так ко мне обратился. Он подходит и обнимает меня за плечи, целуя в макушку. – Ты молодец. Спасибо за племянника и племянницу. Они фантастические. – Да, дочка, спасибо, – со слезами на глазах сдавленно говорит Ахмат Булатович. – Спасибо Всевышнему, – киваю. – Мы с Мурадом решили, что вы дадите им имена. Мама Наиля и папа Ахмат переглядываются. – Амир, пусть мой внук будет великим. – Алия, – с улыбкой говорит мама Наиля. – Наша долгожданная девочка. Ну, что я говорила? – усмехнувшись, обводит взглядом победительницы всех Рашидовых. – Если Наиля сказала, что будет девочка в нашем доме, значит, будет. – Мы знаем, Наиля Азаматовна слов на ветер не бросает, – поддерживает маму Раид. – Верно подметил, сын. – Лучезарно улыбнувшись, она добавляет: – И невесту мы тебе уже присмотрели. – Раид перестает улыбаться, тут же быстро и срочно ретируется под громкий смех Рашидовых. – Нужно Мураду позвонить, – вспоминаю о муже. – Позвонила, не волнуйся. Ближайшим рейсом он вылетит сюда. – Подходит и отдает мне доченьку, мой сладкий сахарок. Только со мной такое могло произойти. Мурад договорился с лучшими врачами, оплатил мне роды и ВИП-палату, но Юля умудрилась родить в процедурном кабинете женской консультации. Стоит ли вообще удивляться? Нас с малышами по скорой доставили в роддом. Правда, были мы там недолго, на следующий день нас выписали. Роды прошли хорошо, и с крошками, слава Всевышнему, тоже все отлично. Выписка была шумной. Столько поздравлений и внимания. Мурад светился от счастья, улыбка не сходила с его лица, он как безумный повторял слова любви. С Викой мы все это время разговаривали по видеосвязи, она постоянно просила прислать фото детей, обещала приехать, как только сдаст последний экзамен. Родители поздравили сухо. Мама узнала, как прошли роды, и пожелала не беременеть в ближайшие лет пять. И на том спасибо. – Юля, пойдем. Я только покормила и уложила дочку, собиралась вздремнуть. Но, видимо, у мужа другие планы. – Что? Куда? – Там подарки родители приготовили, – тянет меня за руку муж. – Мурад, какие подарки, мне и так надарили столько всего, – искренне негодую, мне уже неудобно. – Тебя поздравляли с тем, что ты стала мамой. Это большое событие в жизни каждой женщины, теперь будут подарки за рождение детей. Идем, – настаивает муж. Внизу нас уже ждут родители. Меня крепко обнимают, поздравляя. Папа Ахмат и мама Наиля подарили очень дорогой гарнитур, даже подумать страшно, сколько стоит такая красота. – Спасибо, он великолепен. – Это не все, – качает головой мама Наиля. – Ты подарила нам долгожданную внучку, носи этот браслет в знак моей благодарности. – Мама Наиля сама надевает мне браслет на правую руку. Стильный, современный, из белого золота, с гравировкой. У мамы Наили изумительный вкус. – У нас тоже есть подарки. – В гостиную заходит Раид, протягивая красивую бархатную коробку. – Сам выбирал, надеюсь, понравится. – Спасибо, Раид. – Столько внимания, непривычно. За ним следом идут довольные близнецы. – Это от нас с Мехметом. – Али вручает мне самый удивительный подарок. – Собака! – восклицаю я, глядя на милого щенка. – Да, мы с Али решили подарить самый лучший подарок, – соглашается Мехмет. – Сами выбирали, – кивает Али, протягивая милого щенка. Стоило только взять эту золотистую милаху в руки, он тут же стал вылизывать мне руки и все до чего мог добраться. – Что это за порода? – спрашивает мама Наиля. – Золотистый ретривер. Самая добродушная собака, – со знанием дела тараторит Мехмет. – Я надеюсь, вы ее не стащили? – хмуря брови, с сомнением уточняет папа Ахмат. – Да как ты мог подумать про нас такое? – возмущается Али. Мехмет, поддерживая брата, кивает, братья оскорблены до глубины души. – Мы купили его папа, Раид подтвердит. Это наш подарок, – поднимает подбородок Мехмет. – Тогда ладно, – сдается папа Ахмат. – Нужно дать ему имя. – улыбаясь говорит Мурад. – Есть идеи? – Я вижу, как горят глаза Али и Мехмета. Их так и распирает что-то сказать, но они мужественно сдерживаются. – Да, есть одна идея. Но не факт, что тебе понравится, – с сомнением говорит Мехмет. – Слушаю. – Горох, – посмеиваясь, говорит Али. Раид страдальчески стонет и закатывает глаза. – Почему Горох? – с недоумением смотрю на братьев, они же переводят хитрющий взгляд на Раида. Та-ак… – Он, у Раида в машине сожрал весть горох и обосрал салон, – смеется Али. – Да, теперь опять придется ехать на склад за горохом и чистить салон в машине, – жалуется Раид под громкий смех домочадцев. – Я же сказал вам, идиотам, не спускать глаз с собаки. А вы что сделали? – Что? Откуда мне было знать, что он от гороха обосрется и загадит весь салон? – негодует Али. – Да и ел он его с аппетитом, – поддерживает брата Мехмет. – Значит, будет нашим Горошком. Спасибо вам, – улыбаюсь братьям. Горох заполнил дом весельем. Он постоянно чудил. И выводил Раида, иногда казалось, что его терпению придет конец и Гороха мы больше не увидим. Но каким-то чудом этот щенок в Раиде признал свою любовь и поклонение. Он как хвост повсюду таскался за ним и жалобно скулил, прося ласки и еды. Раид хоть и бубнил о бестолковом животном, однако больше всех проводил с ним время. Даже играл в мяч. Собаку решили оставить Раиду. Все же мы решили, что в душную Москву не будем брать свободолюбивого Гороха, к тому же он так привязался к Раиду.