Глава 2

Первое, что слышу после пробуждения — дождь барабанит по крыше и подоконнику. Я вчера сомневалась, стоит ли сегодня выходить из дома, ведь дракон совершенно точно будет меня искать, поскольку я разбудила в нем охотничий азарт. Не остынет ли он, если сегодня меня не обнаружит? Или его интерес разгорится еще сильнее?

Вселенная, похоже, решила дать мне, глупой ведьме, подсказку. Значит, остаюсь дома.

Посетив ванную комнату, набираю телефонный номер кафе дядюшки Вашира и заказываю себе завтрак, обед и ужин, чтобы не остаться голодной, а уже после этого настраиваюсь на гадание и бросаю камни.

Первым выпадает огненный опал, а за ним светло-голубой лазурит — похоже, сегодня мне стоит ждать в гости друга. И этим другом будет Кантор, поскольку именно он у меня ассоциируется с этим цветом. Следующими выпадают алмаз и циркон желтого цвета, подтверждая, что решение сидеть сегодня дома — верное. Последним вытягиваю зеленый изумруд, символизирующий мудрость и надежду. Все очень предсказуемо.

Наношу легкий макияж, состоящий из румян и туши, и выбираю скромное черное платье. Как только доплетаю косу, раздается робкий звонок в дверь. В дверь, которая ведет в жилую часть дома, а не в приемную.

Курьером, который привозит мне завтрак, оказывается старший сын дядюшки Вашира Петерсон — парень на две головы выше меня и раза в три шире.

— Привет, — дарю ему свою самую лучезарную улыбку.

— Привет, — смущенно произносит он в ответ, передает пакет и спешно уходит.

Знаю, что Петерсон в меня немного влюблен. Ему кажется, что очень, но на самом деле, только потому, что из всех, кого он знает, я лучше всего для этого подхожу. Признаться Петерсон никогда не осмелится, и это меня полностью устраивает. Он очень хороший парень — честный, работящий, очень красивый с его ярко-голубыми фамильными глазами и черными кудрями, но мы совершенно не подходим друг другу. В качестве короткой интрижки Петерсон подошел бы идеально, но он так не умеет. В отличие от дракона, Петерсон хочет, чтобы отношения были сразу на всю жизнь.

Отогнав непрошеные мысли, перекладываю на красивую тарелку завтрак, состоящий из двух булочек с клубничной начинкой, и переливаю кофе из термоса в чашку. Уже даже успеваю поднести булочку ко рту, когда тишину дома нарушает телефонный звонок.

Со вздохом возвращаю булочку на тарелку и иду в кабинет, чтобы поднять трубку и услышать жизнерадостный голос Кантора:

— Доброго утречка! Я же тебя не разбудил?

— Нет, — ворчу я. — Отвлек от завтрака, так что все равно не вовремя.

— Что мне принести тебе в качестве извинения?

— Клубнику. Много клубники!

— Придется зайти на рынок, но ладно. Чего не сделаешь ради подруги?

— Я так понимаю, тебе нужна моя помощь?

— Да. Это не срочно, но если у тебя есть сегодня время…

— Ладно. Приезжай. Я сегодня весь день дома. Заодно и пользу мне принесешь. В виде клубники.

— Договорились! Тогда через два часа буду.

— Клубнику не забудь.

— Хорошо. До встречи!

— До встречи.

Возвращаюсь к завтраку и перебираю причины, по которым я могла ему так внезапно понадобиться. Голос довольный, значит, с женой не поссорился. Если бы было новое дело, он бы вызвал меня в Бюро Расследований. Значит, что-то другое. Любопытно.

До прихода друга навожу идеальный порядок на кухне. Неизвестно, когда в следующий раз появится на это время. Жизнь приучила меня ничего не откладывать на потом.

Кантор, как всегда, сияет оптимистичной улыбкой и, как всегда, притворно удивляется:

— Опять в черном? Что же ты вечно такая мрачная?

— Да, я опять в черном. Клубнику давай! И пойдем на кухню. Кофе принес?

— А как же! И клубнику, и кофе, и к кофе.

Мы жили с ним в соседних квартирах. Дружили с самого детства и много времени проводили вдвоем. Наши родители часто ходили друг к другу в гости. Знаю, что они втайне надеялись нас поженить, но из их затеи ничего не вышло: я для Кантора слишком серьезная и осторожная, он для меня слишком легкомысленный и рисковый. Но даже если бы не это, мы элементарно не сходимся во вкусах: я с детства предпочитаю черное и бордовое в повседневной одежде или алое — в праздничной; тогда как он любит все светлое и цветное. И ладно бы наши вкусы распространялись только на одежду — обстановка моего дома бело-черно-серая с небольшими вкраплениями бордового в виде подушек на диване, цветов, штор и ковров. А вот в его доме так много ярких красок, что мне в этом окружении максимально неуютно. Я бы сошла с ума, пробудь там дольше нескольких часов. Думала, с появлением в его жизни жены это безобразие изменится, но она оказалась такой же странной кому подобное по вкусу.

Но даже все вышеперечисленное еще ладно бы, но у нас отличается подход и к другим, важным вещам. Например, Кантор всегда хотел большую семью, тогда как я считаю, что одного ребенка достаточно. Он предпочитает тратить, не задумываясь о завтрашнем дне, я же всегда отношу часть денег с каждого заказа в банк. Помимо этого, занимаюсь инвестициями в недвижимость и бизнесы, которые мне рекомендует мой финансовый консультант.

Но есть и еще кое-что — меня раздражает любой беспорядок, а вот для друга это нормальное состояние окружающей обстановки. Он согласился прибираться к моему приходу в Бюро Расследований только после угрозы, что я перестану помогать, если он еще раз притащит меня в этот свинарник. Пришлось выслушать его стенания по поводу моей жестокости. И еще этот гад порадовался, что моя помощь требуется ему не так уж часто.

Но даже и в этом мы могли бы найти компромисс, если бы любили друг друга и хотели быть вместе. Но проблема в том, что любви между нами так и не появилось. Дружеская привязанность, уважение — да, а любовь и страсть — нет.

Прячу клубнику в холодильник и разливаю кофе по чашкам, а Кантор в это время раскладывает на тарелке пирожные.

— Ты спешишь? — на всякий случай уточняю я.

— Нет. У меня сегодня выходной — только закрыл серьезное дело о краже. Помнишь, то, по которому в прошлый раз обращался?

— Помню. И кто оказался преступником?

Выбираю пирожное с шоколадным кремом и откусываю кусочек. Нежная текстура крема, кислинка от джема и песочное рассыпчатое тесто — друг хорошо успел изучить мои вкусы.

— Новоиспеченная молодая жена одного из престарелых баронов. Благодаря тебе мы узнали следующее место преступления и поймали ее с поличным.

— Ты сегодня тоже по делу?

— Да. Наш Ираидий на пенсию уходит и ему на замену присылают кого-то столичного. Хочу узнать, к чему готовиться и какую лучше выбрать линию поведения.

— Ладно, раскину камни, — великодушно киваю я и выбираю пирожное с карамелизированными кусочками груши. — А как вообще у тебя дела?

— Да все так же. У младшей наконец-то вылезли первые четыре зуба, так что планируем отоспаться. А старшенький подружился с соседским ребенком, и теперь они проводят много времени вместе. Эрика говорит, что нужно будет завтра съездить за новой одеждой — Рой с другом и по деревьям лазят, и по лужам скачут, и по улице носятся — уже двое штанов изорвал.

— Ладно, я допила кофе. Пойдем.

Забираю камни и, миновав длинный коридор, открываю дверь в приемную — с клиентами я всегда общаюсь именно в ней, чтобы не исказить энергетику жилой части дома. Включаю торшеры, которые разгоняют сумрак в помещении, свет сюда едва проникает сквозь густые заросли зеленой изгороди и слои тюля. Мне нравятся хорошо освещенные помещения, и даже на мой вкус здесь перебор с мрачностью, но профессия обязывает — недостаточно иметь необычного цвета волосы и черные глаза, а также называться ведьмой, чтобы люди тебе верили. К сожалению, им очень важна обстановка и общее впечатление. Именно для создания нужного впечатления на стеллажах у меня расставлены черепа животных, флаконы с «зельями», друзы камней и книги в мрачных переплетах, а не потому, что я действительно всем этим пользуюсь.

Прошу друга сложить ладони лодочкой, опускаю в них мешочек с камнями и произношу:

— Сосредоточься на своем вопросе. Попробуй его почувствовать… Готово?

— Да.

Перемешиваю камни. Первыми на бархат скатерти ложатся черный оникс, золотисто-зеленый хризолит и изумруд.

— Похоже, он очень сильный лидер. Строгий, но не самодур. К лести относится неодобрительно — судит по делам, а не по словам.

Далее достаю из мешочка жемчуг и александрит. Улыбаюсь:

— Ждут тебя, мой друг, перемены. Если будешь усердно трудиться, то очень хорошие: повышение в должности и более высокая зарплата. А вот если не сумеешь себя проявить, может дойти до увольнения. Так что если начальник прикажет трудиться без обеда и выходных — придется слушаться.

— То, что он не самодур, уже хорошо. А то сама помнишь позапрошлого начальника — бесполезный белоручка, который даже не был со спецификой знаком. Ни организовать толком, ни дела распределить, ни график составить…

— Я помню. Еще вопросы есть?

— А ты можешь посмотреть, стоит ли мне вызываться на новое дело? Оно, с одной стороны, обещает быть громким — все-таки серийные убийства. А с другой — если не раскрою, все шишки на меня посыпятся.

— Это нужно элективную* астрологию подключать и смотреть, что там у тебя с планетами будет.

— Сделаешь?

— Ладно. Но ты мне обновишь защиту на доме.

Кантор прикрывает глаза, какое-то время всматривается в невидимые для меня магические потоки и, наконец, кивает:

— Да, заклинание уже почти истощилось. Но пару недель в запасе еще есть. Давай позже? Обещал Эрике, что я ненадолго.

— Ладно. Тогда напомню позже. Беги уже, раз обещал.

Пока возвращаю камни на место и убираю следы недавнего кофепития, Петерсон приносит мне обед. К счастью, он в термопосуде, так что вполне может подождать, пока проснется мой аппетит, задобренный пирожными.

Вытираю везде пыль, мою полы, обедаю, стираю накопившееся грязное белье, а уже после этого сажусь за элективную карту для Кантора. Отыскиваю в папке его натальную и принимаюсь за анализ. В целом следующий месяц довольно благоприятен для начинаний и больших потрясений не сулит.

Вечером, расслабляясь в теплой воде с ароматными маслами и наслаждаясь клубникой в шоколаде, думаю о том, что завтрашний день обещает быть интересным. Дракон — по натуре охотник, но и слишком сильно испытывать его терпение не стоит. Если позовет завтра на свидание — обязательно соглашусь. Хотя в его представлении это скорее не свидание, а знакомство перед чем-то погорячее. Тут уж отказываться никак нельзя, чтобы он не потерял охотничий азарт.

* * *

* Элективная астрология используется для выбора наиболее подходящего времени начала чего-либо. Целью является достижение успешного результата, и практические правила особым образом направлены именно на это.