Глава 45

Ева заварила чай, и мы втроем переместились в кухню. Нам нужно было обсудить сразу несколько вопросов.

Первый и самый важный касался лавки и этого дома. Как я поняла из разговоров с Рональдом, дом был переписан на имя Мари Орской, а значит, являлся моей собственностью. На вопрос, кем именно переписан, Рональд посоветовал не влезать в прошлое Мари и жить сегодняшним днем. Так что, подозреваю, и здесь отметились контрабандисты.

В любой случае, мне нужно было позаботиться о собственности. Сдавать дом кому-нибудь чужому мне не хотелось.

– Жить здесь? – переспросила Ева, когда я озвучила свое предложение.

– Да, вместе с Барсиком, как семья.

Ева задумалась, Барсик ухмыльнулся.

– Тогда надо и отношения оформлять официально, – пробормотала Ева.

– Так кто мешает? – мурлыкнул этот нахальный кошак. – Я тебя давно замуж зову.

Обсуждение плавно скатилось к свадебному торжеству, и я про себя незаметно выдохнула. Дом и кот пристроены. Осталось разобраться с лавкой.

Впрочем, и здесь мне повезло. Ева согласилась стать управляющей и даже сообщила, что знает, кого нанять поварами-кондитерами.

– Есть у меня на примете две оборотницы. Хозяйственные женщины, любят и умеют готовить, особенно удаются им сладости, – проговорила она, мешая ложечкой чай в фарфоровой чашке. – Сегодня же с ними переговорю.

Сандра осталась жить в доме на правах помощницы Евы, что для меня было только кстати. Я уже привыкла и к ней самой, и к ее настойкам и расставаться с ней не желала.

Рональд привык выполнять обещания, А потому ровно в обед мы с ним порталом вернулись в загородный дом.

– Разобралась с лавкой? – спросил Рональд, обнимая меня и привлекая к себе.

– Да. Я…

Вопрос, похоже, был риторическим. Ответ Рональда прямо сейчас не интересовал. Его губы привычно накрыли мои, и я потеряла голову, наслаждаясь поцелуем. Закончилось дело в кровати. До театра у нас было предостаточно времени, а потому Рональд не спешил, доставляя удовольствие нам обоим.

Что еще нужно неопытной в отношениях девушке? Правильно, немного заботы, чуть-чуть ласки, капельку внимания. И все, жертву можно брать тепленькой. Я ощущала, что все сильнее начинаю влюбляться в собственного мужа. Оставалось надеяться, что эти чувства станут взаимными.

– Послезавтра мы вернемся в столицу, и у тебя начнутся занятия с ведьмами, – сообщил мне Рональд, когда мы оба стояли под душем.

Я только вздохнула.

– Мари, это не казнь.

– Знаю. Но в моем бывшем мире я ничем не отличалась от миллионов обычных людей. Да и здесь, поначалу, тоже. Сложно поверить, что я – особенная.

И все же силой необходимой было научиться управлять, раз уж я дала обещание использовать ее во благо местным жителям. А потому уроки нужно рассматривать как необходимое зло.

С этими мыслями я вышла из душа и принялась собираться в театр.

Длинное, в пол, платье вишневого цвета, закрытое, с полным отсутствием выреза, мне напомнило одеяние монашки. Только клобука на голове не хватало. Туфли черного цвета, лаковые, на невысоком каблуке, сели по ноге идеально. Одна из служанок умело наложила макияж, сделал прическу – завила волосы и собрала их в «сноп»/, оставив только две прядки свисать возле ушей. Скоро на меня с той стороны зеркала смотрела молодая ведьма. Солнечная, но ведьма. Эта ведьминская сила, как мне казалось, прямо плескалась в моих глазах.

Костюм Рональда разнообразием не отличался: камзол темно-синего цвета, под ним – белоснежная рубашка с позолоченными запонками, на ногах – черные штаны и такого же цвета туфли. Консервативный мужчина, что уж сказать.

Внимательно осмотрев меня с ног до головы, Рональд удовлетворенно кивнул, открыл портал, и мы вышли на главной площади столицы.

Театр, большое двухэтажное здание с мраморными ступенями и колоннами, встретил нас ярким светом и громкими голосами.

По хорошо освещенному тротуару сновали лакеи, кучера пытались поставить кареты как можно ближе ко входу, сотрудники правопорядка, одетые в зеленые мундиры, следили за соблюдением того самого порядка. В общем, все были при деле.

Внутри, в холле театра, было так же светло, как и снаружи. Магические шары под потолком давали достаточно света, и я могла рассмотреть все в деталях, включая мелкий бисер на платьях прогуливавшихся по холлу аристократок.

Я не считала себя завзятым театралом, на Земле была в театре лишь пару-тройку раз, с одноклассниками и школьной учительницей, и потому не могла сравнить театральные интерьеры в обоих мирах.

Мы без проблем добрались до ложи, закрепленной за Рональдом. Небольшая, но на первый взгляд уютная, она располагалась так, что из нее можно было наблюдать практически за любым действием, происходившим на сцене.

А еще, благодаря своему местоположению, ложа позволяла всем заинтересованным лицам без стеснения рассматривать нас с Рональдом. Чем они, эти лица, и занялись. И правда, зачем постановка, если тут, в ложе, сидит владелица лавки, так удачно вышедшая замуж за императорского родственника…

– Они тебя не съедят, – чуть иронично произнес Рональд, заметив, как я напряглась под любопытными и бесцеремонными взглядами.

– Понос нашлю, – мрачно пригрозила я. – на всех умников.

– Милая… Солнечные ведьмы подобным не занимаются.

– Значит, я стану первой.

Мы могли бы и дальше пикироваться, но в это время погас свет, тяжелые шторы разъехались в стороны, и на сцене появились артисты. Начался первый акт.

Пьеса мне не понравилась: сюжет шаблонный, игра слабая, герои недостоверные. А ведьма – злая. Я действительно злилась. Зрители не столько следили за ходом действия, сколько пытались свернуть себе шеи, чтобы постараться в темноте рассмотреть нас с Рональдом. В такой обстановке наслаждаться пьесой было невозможно. И в антракте я прибегла к шантажу:

– Или мы сейчас же возвращаемся домой, или зрители оккупируют туалеты уже через минуту.

Сомневаюсь, что у меня хватило бы сил и умения исполнить угрозу. Но Рональд проверять мои способности не стал и открыл портал.