Глава 49

Вечером мы с Рональдом вышли подышать свежим воздухом на задний двор. Там росли несколько плодовых деревьев. Садом назвать это скопление язык не поворачивался, как и рощей. Просто несколько деревьев, высаженных в беспорядке. И пара лавочек под кронами. Вдруг хозяевам захочется насытить легкие кислородом перед сном.

Мы и насыщали: сидели на одной из лавочек, молчали, размышляли, каждый о своем.

– Рональд, – задумчиво позвала я, – у вас, в этом мире, фейри есть?

– Кто? – не понял муж.

– Маленькие создания с крылышками.

В ответ – недоуменный взгляд.

– Значит, нет, – сделала я правильный вывод. – Что ж… Теперь будут…

– Мари, – нахмурился Рональд, – что ты опять наколдовала?!

Я даже не обиделась на него за тон. Ведь и правда наколдовала. Сама виновата.

Я повела рукой, мысленно желая, чтобы то, что видела только я, теперь смогли увидеть и все остальные. Практически сразу же в воздухе появились и активно заработали крылышками десятки маленьких существ, похожих на фарфоровые статуэтки в миниатюре.

– Это кто? – поинтересовался Рональд. Голос его был далек от приветливого.

– Фейри, – объяснила я. – Маленький народец, живущий среди деревьев и цветов.

– Зачем они нужны? Какая у них функция?

Э… В смысле функция?

– А какая функция у гномов, эльфов, оборотней? – прищурилась я. – Раса это. Всего лишь. Новая раса.

– Магическая.

– Да. И что?

Рональд хотел было спросить что-то еще, но посмотрел на меня, на фейри, снова на меня и вынес вердикт:

– Ты точно беременна.

У меня появилось дикое желание придушить этого умника. Я ему показала новую расу, а он все свел к игре гормонов!

– В следующий раз создам стадо единорогов, – угрюмо пообещала я.

– А это кто?

– Лошади. С рогом во лбу.

Взгляд Рональда был красноречивее его слов. Похоже, меня уже записали в группу особо буйных психов.

– Мари, этому миру не нужны новые существа. Он отлично обходится старыми. Здесь все находится в равновесии. Не следует нарушать его, – терпеливо, как с душевнобольной, произнес Рональд, косясь при этом на весело порхавших фейри.

– Ты скучный, – на этот раз я все же обиделась. – Живешь по строго установленным правилам, не желаешь принимать ничего нового. Порядок! Везде и во всем должен быть порядок. Как тебе самому не тоскливо так жить!

– Матушка обрадуется внукам, – задумчиво проговорил Рональд. Он как будто не слышал ни одного произнесенного мной слова.

– Каким внукам?! Мне всего лишь скучно! – не выдержала я. – Очень тяжело жить так, как живешь ты! Я развлечений хочу!

– Можем снова сходить к морю, – предложил этот… супруг!

– Зараза, – сообщила я. – И даже не думай о том, чтобы меня поцеловать!

– Какие поцелуи? – изумился Рональд. – Перед этим, гм, народцем?

Прибью. Вот вернемся домой, и точно прибью!

Впрочем, дома у меня нашлись другие заботы.

Нахальные и дерзкие фейри так и стремились попасть в помещение. Не знаю, зачем им, детям природы, было необходимо залететь в дом, но избавляться от них пришлось, как от комаров: сетками и закрытыми окнами.

– Отличное приобретение для многих жителей данного мира, – ворчливо заметил Рональд, когда мы остались наедине в спальне, за зашторенными стеклами.

– Единороги, – напомнила я. – А будешь продолжать ворчать, еще и русалок создам.

– А это что за гадость?

– Наполовину женщины, наполовину рыбы. Живут в водоемах, завлекают под воду излишне доверчивых мужчин.

Рональд внимательным взглядом впился в мой живот:

– Двойня, не меньше.

От подушки, брошенной раздраженной мной, он увернулся и только нахально ухмыльнулся.

Следующие двое суток прошли весело, во всех смыслах этого слова. Мы все гонялись за фейри, по вечерам вдвоем с Рональдом развлекались за закрытыми дверями. Изредка я высовывала нос за дверь – подышать свежим воздухом. Но к морю больше не ходила.

Домой мы вернулись уставшие, но довольные. Рональд перенес меня порталом, сообщил, что у него накопилась куча дел, и сбежал на работу. А меня посетил домашний врач. Несколько минут осмотра, и четкий вердикт: беременна. Рональд не ошибся в своих предположениях. Только количество детей неправильно указал. Пока что во мне сидел только один ребенок.

Закончив осмотр, врач ушел, а я занялась повседневными делами. Первым делом навестила слуг, услышала от них, что в хозяйстве все в порядке, увидела объевшуюся живность.

Пушок не особо и скучал по своей загулявшей хозяйке. Он лежал на подоконнике кверху пузом, довольно урчал и всем видом показывал, что ему мое присутствие не особо и нужно.

– Обормот, – сообщила я ему, погладив по натянутому как барабан животу.

В ответ – только усилившееся урчание. Кошак, что с него взять.

Ближе к вечеру появились ведьмы. Выслушав мой рассказ о происшествии на море, Оранья сообщила:

– Это было приветствие. Вода признала в тебе солнечную ведьму.

– А что случится в следующий раз? – уточнила я. – Меня попытается сжечь огонь? Или закопать – земля.

– Ты слишком пессимистично настроена. Не стоило убегать с морского побережья. Ты – ведьма, наполненная силой солнца. Ничего страшного с тобой не случится.

Угу, я почти поверила. Впрочем, спорить смысла не было.

А вечером меня «обрадовал» новостями Рональд.

– Пять разводов и десять браков. Все – мезальянсы, – мрачно сообщил он. – И это буквально за несколько дней.

– И что? – не поняла я. – Ты так смотришь, как будто я во всем виновата.

– «…вам всем желаю самого крепкого семейного счастья, с теми, кого вы по-настоящему любите. Зачем терять время, живя с нелюбимыми?», – процитировал Рональд.

Мне понадобилось несколько секунд, чтобы вспомнить, откуда эти слова. Я сама произносила их на церемонии бракосочетания, стоя у алтаря.

– Подожди… Ты хочешь сказать, что это я их всех так…

– А больше некому. Именно слова солнечной ведьмы имеют подобный вес, – просветил меня Рональд.

Упс. Большой и жирный упс.