Глава 12

Поток теплого ветра, не помня о приличиях, задирал платье. Еще немного и оно попросту наденется мне на уши, пока мы мчим по вечернему городу, а вернее, уже за город.

Чем дальше за спиной город, тем больше я начинаю сомневаться в искренности своей улыбки. То ли ее ветром натянуло, то ли это спазм лицевых мышц. В любом случае, детский восторг постепенно сменился недетским страхом.

Я поехала с, по сути, совершенно незнакомым мне парнем, не спрашивая, куда, зачем и почему и что меня там, вообще, может ждать. Просто прыгнула на мопед, широко расставив ноги, и довольная умчала в закат. Мне кажется, я не была столь безрассудна даже моложе двадцати. Видимо, юношеский идиотизм догнал меня только сейчас. Но Макар ведь знает «одно место». Теперь я тоже знаю одно место, на которое нашла себе приключение. Будет большой удачей, если я не сломаю ноги на каблуках, пока буду бежать от него обратно в город.

Многоэтажки сменились небольшой лесополосой, среди которой обосновался довольно-таки приятный трактир. Надеюсь, мой кавалер не планирует в нем заночевать? Не хотелось бы…

Но наш мотоцикл резво проскочил двухэтажное строение и углубился в лес. Лучше бы мы переночевали в трактире, честное слово. Оказаться в лесной глуши, не зная, как из нее выбраться – не то времяпрепровождения, на которое я рассчитывала, идя на свидание.

Нужно, наверное, Лаврушке скинуть геолокацию, пока есть хоть какой-то намек на связь. Или его уже нет? И шанса на спасение тоже нет?

Неожиданно лес и бездорожье, вытряхивающее мозги и меня из сидения, закончилось. По узкой гравийной дороге мы приближались к некой акватории. Сказать, что это, было сложно. Возможно, пруд, озеро или, вообще, болото. Ладно, тут не воняло, лягушек не квакало, значит, точно не болото.

Мотоцикл заглох, а я так и осталась прилипшей к спине парня. Интересно, маньяк сможет меня убить, если я буду висеть на его спине, прицепившись как пиявка?

– Не подумай, что мне не нравится, – приятно вибрировал под моей щекой Макар. – Но ты можешь меня отпустить. Мы приехали.

– А, да?! – сделав вид, что не заметила остановки, отлипла от парня и спрыгнула с мотоцикла, сразу установив между нами дистанцию.

– Шлем снять не хочешь? – указал он кивком мне на голову.

Взглядом проследила его взгляд и скосила глаза у лба, прямо там, где был виден край защиты.

– Ой, я забыла, что он на мне есть, – притворилась дурочкой и неуклюже расстегнула фастекс под подбородком.

Можно было бы оставить шлем на голове, чтобы в случае опасности проломить своей защищенной бестолковкой путь к свободе, но, думаю, его наличие будет трудно списать на элемент флирта. Вряд ли Макар поверит, что от его обаяния у меня кружится голова настолько, что без шлема не обойтись.

– Держи, – протянула ему черный блестящий шлем и тут же, словно обжегшись, отступила на шаг, тем самым установив между нами дистанцию.

– Еще немного и я заподозрю, что ты меня боишься, – прищурился Макар, слегка наклонив голову набок.

От внимательного взгляда голубых глаз, казалось, не ускользнула ни одна деталь моего зажатого поведения.

Конечно, я боюсь! Тот факт, что я до сих пор не пытаюсь бежать или вопить как истеричка, удивляет даже меня.

Есть что-то в этом парне такое… цепляющее, что хочется изучить внимательнее.

– Я не боюсь, – попыталась оправдаться. Неловко переминаясь с ноги на ногу, старалась подобрать такие слова, которые не обидят, возможно, хорошего парня или, на крайний случай, не разбудят в нем хладнокровного убийцу. – Просто не каждый день выбираюсь загород с малознакомым парнем. Ну, ты понимаешь…

– Можешь скинуть своим друзьям геолокацию, если тебе от этого станет спокойнее, – повел он плечом, ничуть не обидевшись. – Тогда они будут знать, где находятся кусты, под которыми скрыто твое хладное тело.

Второй раз за вечер линзы чуть не выпали из глаз.

Макар сохранял серьёзность, но мальчишеская улыбка, заигравшая на губах уже через несколько секунд, испортила ему всю игру.

– Да шучу я, – парень выставил подножку мотоцикла и опер его на одну сторону. Стянул с плеч кожаную куртку и накинул на меня, укутав не только в своё тепло, но и в приятный фруктовый аромат. Что-то напоминающее ананас и яблоко.

Вкусно и совсем не по девчачьи. Еще десять баллов, парниша.

– Никаких хладных тел, – произнес он спокойно, глядя мне прямо в глаза. – Я согрею, если ты попросишь.

«Согрею, если ты попросишь» – пронеслось эхом в голове.

Вот так, одной фразой Макарик лишил себя половины заработанных баллов.

Во-первых, что за Морозко? Неужели по человеку не видно, когда он замёрз? Видишь, что баба синеет, – значит, пора её чем-то согреть. Курткой, вином, трением… Повторить трижды. Перевернуть и еще раз повторить.

Во-вторых, серьёзно?! «Если ты попросишь»?! Не хватает только добавить – «детка» и пафосно запустить пятерню в волосы, как в рекламе шампуня.

Возможно, эта фраза коленно-дрожательно действует на двадцатилеток и тех, кто помоложе, но на меня, девушку, которой уже двадцать семь с хвостиком, тянущимся к тридцатилетию и климаксу, этим уже не пронять. Здесь нужно брать и делать, потому что если я до своего возраста не нашла достойного согревателя, который бы меня сгреб в охапку и заставил бы вспотеть, то просто разговорами со мной уже не прокатит. Тут нужно брать и делать.

Брать, Макар!

Но… это всего лишь мысли, которые высказать вслух не представляется возможным, если я, конечно, не хочу прослыть неудовлетворенной истеричкой.

Интересно, а Вселенная слышит мои запросы? «Брать, Макар!» – ею было услышано?

Судя по тому, что он всё еще стоит и молча пускают сексуальные флюиды, можно понять, что Вселенная повернулась ко мне задом и активно занялась выполнением хотелок Лаврова. Должно быть, он её любимчик, если ему покоряются даже… кобылы.

С одной стороны, матушку Вселенную можно понять – мне хрен угодишь, а вот Лавров в этом плане особо не притязателен, но, блин, Вселенная, ау! Дай бабе счастье хоть на один короткий вечер.

– Пройдём? – подал мне руку парень.

– Куда? – неловко вложила пальцы в его ладонь и слегка сжала, аккуратно ступая по неровной почве в туфлях.

– Сейчас увидишь, – ответил Макар таинственно, увлекая меня за собой всё ближе к акватории.

Пройдя парочку кустов, где я едва не получила ветками по лицу, мы, наконец, вышли к месту, с которого озерце казалось небольшой лужицей. У самых ног находилось, что-то смутно напоминающее деревянную горку, с которых мы с сестрой катались в детстве на куске картонки или линолеума.

– Зимой здесь не так красиво, как сейчас, – стал объяснять Макар. – Но зато зимой озеро замерзает, а горку заливают водой и можно с этой точки, на которой мы стоим, уехать на своей пятой точке до противоположного берега.

Ты же ж мой малыш! На горочке любит кататься… Забавно даже.

– А сейчас мы что тут будем делать? – повела бровью. – Занозы собирать?

– Почему же? – усмехнулся парень. – Для лета здесь есть своё развлечение. Пойдём.

Он снова потянул меня за руку. Периодически поглядывал мне под ноги, чтобы я не наступила туда, где мои ноги и останутся в вывернутом состоянии.

Еще несколько кустов позади, и мы оказались лицом к лицу перед медведями. Вырезанными из дерева медведями, которые были значительно выше меня и держали на своих плечах толстенное бревно. А на бревне том висели качели. Вернее, не совсем качели, а резная скамейка с высокой спинкой тонкой ручной работы. Даже страшно представить, сколько часов и дней было потрачено на то, чтобы выполнить каждый завиток.

– Присядем? – указал Макар жестом на мирно покачивающиеся качели. – Обещаю, занозок не будет.

– Ну, раз ты обещаешь, – заправила прядь волос за ухо почти женственно шлепнулась на деревянную скамью. – Вау!

С такого ракурса вид на озеро под звездным небом был невероятным. Водная гладь казалась темным зеркалом, в котором отражались звезды и серп луны. Даже легкий ветерок, пускающий рябь, не портил картины. Наоборот, Ван Гог мог писать свою «Звездную ночь» именно с этого места.

– Очень красиво! – выдохнула изумленно.

Знала бы, что окажусь в столь живописном месте, – надела бы очки. В линзах ощущения не те.

– Я знал, что ты оценишь, – чуть смущенно произнес Макар и откинулся спиной на спинку скамейки-качели.

– И давно ты знаешь это место?

– Нет, в общем-то, – повел он плечом. – Около двух лет. С парнями сюда случайно попали и, как-то, запомнилось.

– Еще бы! Такое место не забудешь.

– Ну, да, – медленно кивнул, повернул голову и заглянул мне в глаза. – Тебя тоже не забудешь. Особенно после знакомства в клубе, когда ты мне чуть не наваляла.

– Это произошло сразу после того, когда ты мне чуть хребет не сломал во время танцев.

– Это я еще смягчил удар, – улыбнулся он уголком губ. – Так бы и себе что-нибудь сломал.

– Драка в танце? Не думала, что попаду в такой молодежный замес.

– Так говоришь, будто ты уже в почтенном возрасте, – произнес парень и изучающе посмотрел мне в лицо. Скользнул взглядом по губам и остановился на глазах.

– Мне двадцать семь, – сказала, глядя ему прямо в глаза, чтобы поймать реакцию.

– Мне двадцать два, – произнес он просто и ничего не изменилось в его привлекательном лице.

Малыш совсем. В студенты мне годится. То-то подбородок гладкий.

– Я смотрю, ты немного разочарована, – сощурил Макар глаза и слегка подался ко мне. Не хватало только лампы, которой можно было слепить меня, вымогая информацию.

– Нет. Просто немного удивлена. Я думала, тебе хотя бы двадцать пять.

– Это проблема? – повел он бровью так, что мне захотелось, чтобы он её опустил и снова повторил это действие. Черт! Как же сексуально он это сделал!

– Для меня – нет, – качнула головой. – А для тебя?

– Для меня – тем более, – произнёс он уверенно.

Повисло неловкое молчание, во время которого мы оба повернулись, чтобы взглянуть на водную гладь.

Существует молчание, в котором комфортно пребывать обоим. Так происходит у нас с Лавровым. В основном, я бываю даже рада, что он, наконец, заглох. Но бывает молчание, в котором неловко. Так происходило сейчас со мной и Макаром. Видимо, поэтому я не люблю новые знакомства, когда не знаешь, что бы такое сказать, чтобы не показаться идиоткой и не отпугнуть нового собеседника.

Неожиданно моего колена коснулось колено Макара. Вроде бы случайно, но что-то мне подсказывало, что нет. Парень аккуратно искал пути физического контакта, пока духовный у нас немного застопорился.

Сделав вид, что плотнее укутываюсь в его куртка, слегка отодвинула колени в сторону. Не сильно, но достаточно для того, чтобы понять, что он поторопился.

Рано, парень.

– Кхм, – прочистил он горло и вполоборота повернулся ко мне. – Расскажи мне что-нибудь о себе.

– Что именно? – слегка нахмурилась.

– Всё, что посчитаешь нужным, – пожал он плечами. – Хоть гороскоп на сегодня. Должен же я хоть что-то узнать о тебе, прежде чем, ты полезешь ко мне в трусы.

Мои глаза округлились.

Эй, так нечестно! Нельзя поворачивать своё же оружие против себя!

Но что-то в этом есть…

Верну-ка ему пару десятков баллов.

– Ну, если только ради этого, – протянула я игриво и получила в ответ мальчишескую улыбку, от которой не смогла сдержать собственной. – Наглец.

– Хитрец.

– Молодец.

– Тунец, – произнёс Макар и рассмеялся. – Я больше не знаю слов, заканчивающихся на «ец».

– Ты бы мне и в города проиграл, – ответила самоуверенно.

– Не сомневаюсь.

После того, как контакт был налажен и мы проболтали у озеро около полутора часов, я попросила Макара вернуть меня в город. Потому что взрослой тёте нужно подниматься завтра на работу и постараться не выглядеть мумией в глазах студентов и завлаборатории.

Макар оказался вполне приятным парнем, особенно в те моменты, когда не строил из себя альфача. Все эти приемы я повидала еще у Лаврова, поэтому видеть их в исполнении молодого Казановы было разочаровательно.

Мотоцикл затормозил напротив двери моего подъезда. Перекинула ногу через стального коня и встала на асфальт, ощущая дрожь коленей после всплеска адреналина.

– Держи, – протянула ему шлем и поправила волосы, словно прилипшие к голове. – Спасибо за вечер. Было… хорошо.

– Я немного напрягся во время паузы, – улыбнулся он застенчиво.

– Я так и хотела, – рассмеялась и отступила на шаг, когда он выпрямился рядом со мной, оставив мотоцикл на подножке. – Тебя проводить до двери квартиры?

– Нет, Макар, – покачала головой и стянула со своих плеч его куртку, которой эгоистично грелась весь вечер – Уже поздно и мне пора. Тебе, думаю, тоже.

– В выходные встретимся? – спросил он и накинул куртку на одно свое плечо.

– Если ты знаешь еще одно такое же живописное место, то я только «за».

– В таком случае, мы будем видеться часто.

– Даже так? – вскинула я брови, смущаясь и немного боясь того, как его взгляд то и дело падал на мои губы.

– Даже так, – повторил он эхом, и я поняла, что расстояние между нашими лицами медленно, но сокращалось.

Сейчас он пройдет девяносто процентов своего предпоцелуйного пути, а потом мне нужно будет добить оставшиеся десять?

А надо ли? Хочу ли?

А почему бы и нет…

Привстала на цыпочках и мягко коснулась его губ своими. И сразу отпрянула, почуяв, что он был готов вложить мне в рот язык.

Нет, парень. Не так быстро.

– До выходных, – ступая спиной к двери подъезда, махнула ему рукой и, получив в ответ немного укоризненную улыбку, развернулась на пятках и скрылась в подъезде.

Улыбаясь своей непревзойдённой женской хитрости, тихо открыла дверь своей квартиры. Не включая свет, скинула с ног туфли и прошла в гостиную, где чуть не закричала, увидев светящийся в темноте телефон.

– Придурок! – зашипела и ударила Лаврова диванной подушкой по наглой морде. – Зачем так делать?!

– Да! – делано возмутился он и включил фонарик на телефоне. – Зачем так делать? У нас вечер ужастиков, а рядом никто не боится больше, чем я.

– А что твоя рыжая кобыла? – выгнула я брови.

– А что твой прыщавый скотоложец? – парировал Лавров.

– Ах, ты! – начала сыпать хаотичные удары подушкой, но в ответ получала лишь приглушенный смех откровенного веселья.