Глава 21: Побег

Лайла Боянова

Одна попытка... Всего одна попытка....

Я сдула со взмокшего лба непослушную грязную прядь волос и поддела нужный проводок, гася в себе малодушное желание зажмуриться на всякий случай, если вдруг что-то пойдет не так.

Если я не замкну сейчас правильно эту штуку, то может стать еще хуже, а дуги сожмутся сильнее и закоротят так, что Грегору из них будет уже не выбраться. Я ведь не полноценный техник, ремонтник или механик. Действую исключительно грубо и по наитию, имея за плечами только опыт работы с начинкой различных устройств агрокомплекса.

— Будь готов... Начинаю... — сообщила тирианцу напряженно.

Грегор понятливо кивнул, поведя плечами. От мужчины повеяло странной, физически ощутимой волной необъяснимой силы, от соприкосновения с которой мои руки покрылись мурашками. Словно воздух вокруг его тела сконцентрировался настолько плотно, что его можно было резать ножом. Линии рисунков на голове и висках Грегора запульсировали и засияли.

Ого. Интересно, что это такое? Что за странный такой эффект?

— Три, два, один... — контроллер заискрил под моими пальцами. Я отскочила назад, получив небольшой удар тока.

Тирианец дернулся, выкорчевывая дуги из стены вместе с кусками пластика.

Энрика испуганно всхлипнула из своего угла.

Иллюминация в отсеке мигнула, но, слава высшим силам, не погасла окончательно.

О, космос, у меня вышло! Я смогла!

Грегор охнул и, покачнувшись, медленно поднялся на ноги. Его рост и стать действительно оказались впечатляющими, и это даже с учетом того, что мужчина долгое время был ослаблен, скован и отравлен препаратами, то есть значительно потерял в массе и пребывает не в лучшей своей форме. Даже сложно представить, каким он окажется, когда придет в свое обычное физическое состояние.

— Лея Лайла, целы? — прогрохотал мужчина, делая шаг по мне и протягивая свою огромную ручищу.

— В норме, — прохрипела я, а затем неуверенно улыбнулась и схватилась за его ладонь, чтобы тоже встать.

От касания кожа к коже меня буквально током от макушки до ботинок прошибло. Даже потемнело в глазах на долю секунды и повело в сторону непонятно по какой причине. Сердце заполошно забилось в груди, а в горле стало сухо. Глаза тирианца вспыхнули и тут же погасли. Он мотнул головой, посмотрел на меня как-то странно, поднял свободную руку, похлопал по своему изрисованному виску и что-то пробурчал еле слышно на своем языке.

— Спасибо, — просипела, отводя взгляд и пряча вспыхнувшие румянцем щеки, а затем осторожно высвободилась из его хватки. Спокойно, Лали, мало ли что может почудиться в таких-то условиях, пребывая в бесконечных страхах и стревогах, с отсутствием еды, питья и нормального сна.

— Нея Энрика? — развернулся мужчина к блондинке.

А она тут при чем? Сидит себе, ждет, когда за нее все решат и сделают другие.

Грегор уже вроде бы осознал, что общаться с ним Рика не хочет, хотя так не понял до конца причин подобного поведения этой женщины и не утратил к госпоже Болер интереса, истоки которого я до сих пор так и не смогла расшифровать.

Ох, как меня бесило это, вы себе даже не представляете.

Да чтоб эта “нея” исчезла отсюда куда-нибудь, честное слово, пока я самолично ее не прибила!

Но я отвлеклась...

Мы с Грегором были едины во мнении, что пойдем напролом. Точнее, он это решил, а я согласилась, так как без вопросов отдала бразды правления сильнейшему в нашей небольшой группе.

А Энрику вообще никто ни о чем не спрашивал, потому что она предпочла просто молчать, ничем нам не помогая, но, что важнее, никак не мешая.

Все равно терять нам особо нечего. Либо сгинем тут от голода и жажды, либо попытаемся выяснить, что вообще происходит сейчас на корабле наших похитителей, и поищем путь к освобождению.

Я упорно лелеяла надежду, что все моргианцы дружно сдохли от принесенной нами на пиратский крейсер лихорадки. Грегор, которому верданская зараза, похоже, была совершенно нестрашна, моих надежд не особо разделял, хотя искренне улыбнулся после того, как я на кривом икеланском поделилась с ними своими предположениями и чаяниями.

Наверное, именно тогда, впервые увидев, как уголки сурово поджатых губ тирианца приподнялись, смягчив черты его лица, а возле его выразительных ярко-голубых глаз собрались морщинки, я и ощутила, что...

Что, кажется, этот мужчина начинает по-настоящему привлекать меня в более... личном смысле, и взять под контроль эту свою спонтанно и не вовремя возникшую симпатию я не в состоянии.

Вот так бывает.

Раз, и... все...

И плевать на языковой барьер, на его внешность и раны, расу и то, что мы по-прежнему остаемся незнакомцами родом из разных галактик, в экстремальных условиях оказавшимися рядом и мало что знающими друг о друге.

Плевать на то, что в текущей ситуации подобным мыслям вообще не должно быть место, а сам Грегор, кажется, совершенно равнодушен к моей персоне.

Начхать даже на то, что я, по его словам, в отличие от Энрики не “женщина Тирии”, что бы это, бездна его задери, не значило.

Просто...

Но это в любом случае только моя проблема, на которой сейчас не стоит заострять внимание.

Да и вообще, может, это у меня от стресса что-то где-то помутилось, поэтому и лезут в голову всякие глупости.

Грегор двинулся к двери, примеряясь к тому, как будет ее ломать, потому что панель управления, которую тоже теоретически можно бы было замкнуть, оказалась расположена с той стороны отсека.

Не добраться.

Придется уповать исключительно на грубую мужскую силу.

— Поднимайся! — скомандовала я госпоже Болер. — Или хочешь остаться здесь?

Я старалась говорить с Энрикой мягко, как могла ввиду резко возникшего к ней неприятия. Грегор спросил меня до этого, почему я так грубо и резко обращаюсь с “неей”, чем вызвал очередную порцию плохо скрываемого раздражения.

Я не стала ничего ему объяснить, потому что пока не видела в этом особого смысла.

Во-первых, история нашего взаимодействия с блондинкой слишком давняя и сложная, к тому же очень личная. А во-вторых, почему я вообще должна за что-то перед ним оправдываться?

Он что, сам не замечает, что Рика из себя представляет? Или то, что она смазливая и какая-то там особенная по тирианским меркам, сразу сводит на "нет" все прочие огрехи ее поведения?

Да разуй глаза, наконец!

Ох, как я зла...

Энрика затравленно зыркнула на меня, перевела взгляд на широкую спину тирианца, а затем наконец-то неуверенно встала и сделала несколько шагов в мою сторону.

— Слушаемся его, — кивнула я на мужчину. — Будем пробираться с боем. Главное для нас — попасть в транспортный шлюз судна и найти там сначала шаттл тирианца, а потом челнок, который пираты стыковали к нашему фрегату. Думаю, Грегор быстро кого-нибудь вырубит и достанет оружие. Но он пообещал, что отбиваться или стрелять нам не придется, он все сделает сам.

— Ты ему веришь? — прошипела Рика.

— Верю, — уверенно произнесла я.

Собственно, а что в текущей ситуации еще оставалось делать?

Только вверить свои жизни в руки того, кто объективно опытнее в таких вещах.

***

Если бы я не увидела все воочию, никогда бы не поверила, что такое вообще физически возможно. Грегор на наших глазах просто уперся руками в створки, поднажал и раскрыл их в разные стороны, приложив такую силу, на которую любой представитель нашей галактики в принципе неспособен даже близко.

Мы с Рикой натурально раскрыли рты, наблюдая, как двери тюремного отсека искрят и скрипят под ладонями тирианца. Проем становился все больше и больше, открывая нашим взорам часть полутемного коридора, знаменующий начало пути к вожделенной свободе из заточения.

— Вперед, — прогудел мужчина, придерживая створки так, чтобы мы легко могли прошмыгнуть в открывшуюся щель.

Я схватила Энрику и протолкнула вперед, а затем вылезла сама, оборачиваясь и видя, как тирианец с трудом протиснулся следом за нами. Двери тут же с шумом начали закрываться, то есть Грегор даже умудрился не до конца повредить их механизм.

Мы выдвинулись туда, где иллюминация горела более ярко.

Нам навстречу никто не бежал, и ни один пират не пытался как-либо нам помешать, хотя их системы безопасности должны были давно сообщить моргианцам, что кто-то сначала замкнул сковывающие Грегора дуги, а затем вскрыл входное устройство нашего отсека.

Окружающее нас пространство казалось тихим и пустым, а тишина вокруг стояла такая неестественная, что становилось откровенно не по себе.

Это еще больше убедило меня в том, что экипажу крейсера в данный момент точно не до сбежавших пленников. У них, похоже, возникли какие-то куда более серьёзные проблемы.

Грегор неожиданно остановился, замер и снова приложил руку к своему виску, словно прислушиваясь к чему-то внутри себя.

— Туда, — сообщил он мне через плечо и свернул в правый боковой коридор.

Затем прошел еще пару шагов, снова остановился и наклонился к чему-то, лежащему на полу.

Я зашла сбоку от мужчины, опустила взгляд и отпрянула, увидев высокую черную фигуру, верхняя часть которой находилась в коридоре, а нижняя - в одном из открытых отсеков, зажатая дверями.

Грегор стянул с моргианца капюшон, обнажая некрасивое лицо с синюшной кожей, загнутым носом-клювом и непропорционально огромным ртом с подтеками крови вокруг него, а затем развернулся в мою сторону.

— Он...мертв? — уточнила я глухо на икеланском.

Грегор кивнул, забирая у пирата прикрепленную к поясу лучевую пушку, которую назвал словом "мазер".

— То есть это все же может быть лихорадка, — произнесла я на общем, чтобы Рика точно меня услышала.

— Лихорадка? — переспросила блондинка. — Хочешь сказать, что... это я ее сюда занесла?

— Не исключено, — согласилась я.

— Я его...убила... — прошептала блондинка потрясенно.

— Его убило то, что пираты похитил нас с “Невуса” в то время как на нем бушевала зараза, которая, похоже, действует на моргианцев не так, как на разумных нашей галактики, — пожала я плечами. — Осмотришь его, чтобы быть уверенными в том, что наши предположения верны?

Энрика, что удивительно, решительно шагнула вперед, нагнулась, подняла моргианцу веки, осмотрела рот и что-то там еще пощупала, действуя при этом вполне профессионально.

Неужели наконец-то окончательно взяла себя в руки и собрала мозги в кучу?

— Остыл, но не окоченел, — констатировала она дрожащим голосом. — То есть умер совсем недавно. По визуальным признакам это действительно может быть лихорадка, так как он точно кашлял кровью. Похоже, новый штамм для их расы действительно опаснее, чем для нас.

Я, как могла, перевела сказанное госпожой Болер Грегору.

Тот покивал, снял с пирата коммуникатор и махнул рукой, предлагая нам следовать дальше.

Мы переступили через распростертое в коридоре тело и продолжили свой путь.

Вскоре история повторилась, только жертв предполагаемой лихорадки на нашем пути встретилось сразу три.

Плен явно как-то повлиял на мою психику, включая некий защищающий ее механизм. Потому что даже ужасающее зрелище бездыханных моргианцев не вызвало практически никаких эмоций, кроме желания поскорее улететь отсюда как можно дальше. Словно все вокруг воспринималось настолько нереальным, что не было смысла реагировать на увиденное чересчур эмоционально и бурно.

Грегор залез в коммуникаторы моргианцев. Поморщился. Выругался. Что-то там поискал. Послушал шипящий искусственный голос и покачал головой.

— Нет живые, — констатировал он.

— То есть мы сейчас на крейсере, полном мертвецов, — сделала вывод я, поражаясь тому факту, что последствия заражения “нашей” лихорадкой стали для пиратов настолько фатальными. — Их всех вот так одномоментно скосило? Как? Почему?

Последние три вопроса я попыталась задать на икеланском Грегору.

— Моргиана... один вода... пить... с капитан. Уважение... показать... — пояснил мужчина задумчиво.

Впоследствии мы узнали, что, вероятнее всего, пиратов погубили... традиции системы Моргиан. Экипаж физически не мог так быстро заразиться верданской лихорадкой воздушно-капельным путем при близком контакте друг с другом, но этого и не потребовалось, так как у данной расы были приняты некие ритуалы разделения одного напитка на всех, когда питьевой контейнер кочует из рук в руки от капитана ко всем остальным, игнорируя всяческие санитарные нормы. Что-то вроде церемонии по выстраиванию определенной иерархии в команде, представляете?

— Что дальше? — спросила я мужчину.

— Искать выход, — отозвался он и снова углубился в изучение моргианского коммуникатора. — В шлюз. Быстро! — резко добавил, рванув вперед.

Мы побежали следом. Энрика в какой-то момент споткнулась и отстала. Я нехотя вернулась, схватила ее за руку и потянула за собой.

Грегор притормозил, развернулся, осматривая нас с Рикой и принимая какое-то решение, схватил пискнувшую от неожиданности блондинку на руки и снова ринулся вглубь крейсера.

Стало... тоскливо и обидно. Будто меня... ну, не то чтобы предали, просто ранили таким выбором до глубины души. Гад! Вот же гад какой, а?

Да, из нас двоих Рика явно более слабое и откровенно тормозящее нас звено, но все же...

— Грегор? — крикнула я мужчине, не понимая, что такого он там увидел, что решил так стремительно куда-то бежать, хватая, видимо, наиболее ценный из нас двоих груз.

— Интеллект... план... уничтожение... — пояснил тирианец, не сбавляя темпа.

Суть сказанного я уловила и... пришла в ужас от возникших перспектив.

Наверное, центральный искусственный интеллект корабля, зафиксировав по показателям коммуникаторов членов команды, что никто из них не подает признаков жизни ввиду резкой вспышки неизвестной смертельной болезни, запустил одну из стандартных программ, направленных на самоуничтожение источника заразы. Да, в корабельных ИИ аппаратов Содружества тоже имелись схожие установки.

А это значит...

Если мы не уберемся отсюда в ближайшее время, то... будем взорваны вместе с пиратским кораблем моргианцев.

О, твою же космическую заразу!