Глава 25: Интерлюдия
- Как там лея? Рассказала что-нибудь интересное? - заинтересованно уточнил у вернувшегося в кабину Этиса Нора пилот флагера Лисан.
- Многое прояснилось, и картина пребывания Грегора у пиратов стала полной, - отозвался Этис, располагаясь в кресле у панели управления.
В целом, его помощь в полете была не нужна: Лис и Витер прекрасно справлялись со своей работой без его подсказок и контроля. Бывший ниган выполнял на “Пламени” координационную и управленческую роль, а также выступал мозговым центром миссии.
Спасательная операция закончилась совершенно не так, как рассчитывали и планировали мужчины. Точнее, их миссия ко всеобщему удивлению завершилась как раз самым благоприятным образом, с учетом того, что мужчины готовились к бою и даже к гибели в попытке освободить Грегора Шора, поэтому экипаж флагера все еще пребывал в легком шоке от исхода этого непредсказуемого полета в неизвестность.
Когда Витер сообщил, что по показаниям сканеров искомый крейсер пиратов взорвался, мужчины почти поверили в то, что все было зря, а Грегор не дождался их помощи.
Они опоздали...
Других космических кораблей вблизи моргианцев не наблюдалось, а значит, причина уничтожения пиратов была внутри их крейсера, а не вне его.
Чуть позже тирианцами был обнаружен челнок, подававший "Пламени” сигнал о помощи и свои координаты. В принятом флагером сигнале был зашифрован известный только военным Тирии код, поэтому Этис сразу понял, что на обнаруженном ими маленьком космическом судне находится именно Грегор, чудом спасшийся из плена и избежавший взрыва. И убедился в этом окончательно, услышав по переговорному устройству голос живого и, судя по всему, почти невредимого объекта их миссии.
Но самой шокирующей новостью для команды флагера стало даже не чудесное спасение нигана Шора, а то, что Грегор попросил подготовить для его спутниц регенерационные капсулы, более ничего не поясняя.
“Спутниц?” - в один голос изумились слышавшие переговоры Лисан, Витер и Леви.
И только когда перенесенный на борт флагера энергетической сетью челнок открылся и явил членам команды “Пламени” своих пассажиров, тирианцы убедились, что не ослышались, и Грегор действительно не бредил - он спасся с корабля моргианцев не в одиночку. С ним были женщины. Нея и... не нея.
- Да не лезь ты к нему. Он еще под впечатлением от общения с нашей гостьей, - хохотнул навигационщик. - Не видел, что ли, какая красавица? Неужели в той галактике живут миллионы подобных женщин?
“Это она такая одна на миллион,” - подумал Этис, пугаясь собственных, несвойственных ему ранее сентиментальных размышлений.
- Но она не нея, - отозвался Лисан. - Жаль, конечно. Мы ведь первыми ее нашли, и...
Ну да, в условиях нехватки женщин, мужчины Тирии не привыкли долго выбирать. Чувствуют, что нея подходит их тиру - спешат образовать связь раньше других и сделать женщину своей, пока какой-нибудь дайнагон не сделал это первым по праву сильнейшего.
Этис поднял тяжелый взгляд на друга, и тот заткнулся на полуслове.
- Я все равно не чувствую разницы. И вам не советую эту разницу демонстрировать. Думаешь, лее Лайле приятно считать себя женщиной второго сорта? Ведь со стороны кажется именно так, а вы этого даже не замечаете!
Этис никогда ранее не смотрел с подобной точки зрения на факт наличия где-то там, в другой части их галактики, а тем более за ее пределами женщин, которые не подходят их симбиотам, даже если привлекают мужские половины тирианцев.
Для большинства мужчин Тирии других женщин, кроме ней, в принципе не существует, и они даже не знают, что такое общение с леями, женщинами, совместимыми с ними физически, но не подходящими энергетически.
Господин Нор, будучи еще ниганом, эту разницу узнал, хотя окончательно осознал только после разговора с Лайлой.
Да-да, во время того провального задания в Икелане у самого Этиса имелся определенный опыт общения с не-неями, икеланками и моргианками, с которыми мужчины их расы вполне, как оказалось, могли вступать в недолгую связь, которую их тиры, так сказать, терпели.
- Эй, ты чего завелся? - попытался успокоить командира “Пламени” пилот.
- Для тира Этиса нет энергической разницы нея или нет. Забыл? - подал голос Витер, делая “страшные” глаза.
Товарищи старались не затрагивать болезненную для Этиса Нора тему. После той мутной истории, когда бывшего нигана обвинили в непростительной ошибке и в причастности к провалу миссии в Икелане, лишили звания и статуса, принудительно заблокировали часть силы тира и сослали на исследовательскую станцию, Этис больше не мог ни чувствовать в женщине нея, ни строить энергетические связи, ни полноценно взаимодействовать со своей внутренней сущностью и распоряжаться своей силой.
В той заварушке в Икелане пострадал дайнагон, чьи отцы мстили за сына и выбрали жертвой самого молодого и перспективного члена той провальной операции. Именно поэтому господина Нора наказали настолько строго и демонстративно, приговорив не только к позору и изгнанию, но и к вечному одиночеству.
- Я... Прости, друг. Я...
- Все в прошлом, - Этис отмахнулся от Лисана и вернулся к воспоминаниям о разговоре с синеглазой женщиной из другой галактики, занимавшей сейчас все его мысли.
Размышления и впечатления от встречи с леей Лайлой стали для него глотком свежего воздуха в тот сложный момент, когда он был готов просто закончить свое бесполезное существование и уйти за грань достойно и с честью, в славном бою за свободу сына своего бывшего командира. Они заполнили пустоту в сердце, к которой он уже вроде бы даже привык, смирившись с неизбежным.
Как только Этис увидел удивительную черноволосую незнакомку, лежащую без чувств внутри челнока, в груди мужчины словно что-то взорвалось и разлетелось на мелкие кусочки. Это была не сила и не реакция тира, которую после блокировки он в себе почти не ощущал, а что-то иное, принадлежащее только ему самому, без примеси эмоций и ощущений его хранящей тоскливое молчание энергетической половины.
Этис хорошо помнил, как в каком-то необъяснимом порыве, опережая своих товарищей и вызвав у них своими действиями удивление и ступор, рванул к челноку и осторожно вынул хрупкое и маленькое женское тело из нутра судна, а потом аккуратно отодвинул спутанные черные волосы с бледного худого лица, любуясь его необычными, несвойственными тирианкам чертами. Прижал женщину к себе и повелительным, но тихим голосом, чтобы не потревожить покой незнакомки, потребовал у медика проверить состояние спутницы Грегора немедленно и убедиться, что с ней все в порядке.
И только потом господин Нор обратил внимание на вторую женщину со светлыми волосами, на которую команда флагера смотрела с нескрываемым восхищением, распознав в ней нею, и на Грегора Шора, который устало откинулся на сиденье и с трудом шевелил губами, прошептав Лисану буквально пару слов до того, как окончательно отключиться. Видимо, побег с крейсера пиратов исчерпал последние силы нигана Шора, и никто сейчас не смел осудить его за слабость.
- Лея Лайла и нея Энрика. Они из Содружества. Тоже были в плену у пиратов, - пояснил Этису пилот “Пламени”, осторожно беря на руки вторую женщину, миловидную блондинку, не вызвавшую у Этиса никакой особенной реакции.
Господин Нор сразу понял, кто из спутниц Грегора лея, а кто - нея. Хотя энергетически разницу между женщинами совершенно не чувствовал. И в этот миг отчего-то чуть ли не впервые за время блокировки сил ощутил облегчение оттого, что его тиру на наличие в женщине источника совершенно наплевать.
Лея Лайла...
Тирианец точно уловил, что красавица в его руках расслабилась, вздохнула и доверчиво прильнула к его груди. Мужчина бережно сохранил это воспоминание, а потом снова и снова проигрывал его в своей памяти, с нетерпением ожидая момента, когда лея очнется и дежуря у ее регенера до тех пор, пока док не выгнал его из отсека, приспособленного под медицинские нужды.
Лея Лайла с первого взгляда показалась ему сном, прекрасным видением, миражом, мечтой.
Вся такая... иная, непохожая ни на одну встреченную им до этого женщину.
И их последующий разговор укрепил это первое впечатление и усилил реакции Этиса на неожиданную гостью их флагера.
Ему нравилось в Лайле все: и красота, и мелодичный голос, и прямой серьёзный взгляд, и та стойкость и честность, которую она показала в общении с ним, и мягкая сила, идущая от нее и почти физически осязаемая.
Понимание того, как сильно женщина из другой галактики его зацепила, накрыли господина Нора настолько резко и беспощадно, что все прочие обстоятельства словно потеряли всякое значение.
Этис уже давно казался самому себе мертвым и зачерствевшим, неспособным полноценно испытывать хоть что-то яркое и настоящее. Но лея Лайла будто выдернула его из забвения и включила в нем что-то такое, что позволило почувствовать себя... удивительно живым.
Но как такое возможно? Она ведь даже не подходит мужчинам Тирии из-за отсутствия в ней источника, на который может отозваться сила тирианцев? Или дело просто в реакциях самого Этиса, на которые его тир сейчас повлиять просто неспособен?
- Что с ней будет в Тирии? - вырвал его из сладких грез голос Витера.
- Думаю, ей предоставят убежище. С женщиной, даже леей, наши власти не поступят по-другому, - произнес Этис. - Ниган Шор-старший обязательно поможет спасительнице своего сына.
- То есть вытаскивала из-под влияния моргианского дурмана Грегора все же лея, а не нея? - пытливо уточнил Лисан. - Нея Энрика же вроде бы медик, как Леви. Логичнее, если Шора латала именно нея, разве нет?
Этис подозревал, что белокурая нея понравилась его товарищу, хотя тир Лиса вроде бы не почувствовал пока Энрику энергетически подходящей парой. Раз так, значит, друг будет защищать эту женщину, как бы она себя ни вела и что бы ни говорила. Что же. Его дело.
- Думаю, лея не лжет. Я не склонен доверять нее Энрике, даже учитывая то, кем она для нашей расы является. Ситуация Грегора, да и Вита (супруга навиганционщика совсем недавно разорвала с ним связь) ярко демонстрирует, что наличие “нея” не делает женщину автоматически идеальной и совершенной, несклонной ко лжи, притворству и предательству. Нея Энрика о многом поначалу умолчала, а затем готова была легко предать родную галактику просто потому, что мы объяснили ей ее ценность для нашей расы.
“И о своих заслугах поведала только тогда, когда ей объяснили весь расклад и убедили в том, что Тирия примет ее с распростертыми объятьями,” - подумал вдогонку Этис.
Отсутствие энергетической реакции на нею позволяло бывшему нигану взглянуть на ситуацию трезво. Он не благоговел перед Энрикой, для него она и лея Лайла ничем не отличались друг от друга как женщины. Это позволяло сделать собственные, незамутненные силой тира выводы.
- А лея ничего такого не рассказала о своей галактике или цели полета в Икелан их корабля? - прищурился пилот флагера.
- Ничего, - покачал головой Этис. - Для нее верность родному дому не пустой звук. Даже если Содружество фактически подарило ее пиратам. Нам с вами тоже есть что предъявить Тирии, но разве мы готовы предать нашу систему при первой возможности, выболтав наши секреты первому встречному, если он пообещает нам какие-то блага и убедит в нашей полезности и исключительности?
- Мы воины Тирии, Этис. Это другое. Мы давали клятву. Мы связаны с Тиросом энергией наших тиров. Навечно. А женщинам... неям... им многое можно простить. Даже небольшую ложь и приукрашивание действительности.
“Самое большое заблуждение мужчин нашей расы,” - грустно подумал Этис.
- Для меня нет разницы, нея или нет, - пожал плечами бывший ниган. - Я сужу по тому, что вижу и слышу.
- Но раз лея так тебе глянулась, предложи ей свою защиту. Да, связи с твоим тиром не будет, но ведь тебе...
- Спасибо за совет, Лисан, - хмыкнул Этис и уткнулся в панель управления.
“Именно это я и планирую сделать,” - решил мужчина. - “Только бы понять, что ее связывает с ниганом Шором-младшим. Судя по реакции женщины на упоминание Грегора, там не все так просто и очевидно. Хотя... Лайла - лея, и любой мужчина Тирии для нее по умолчанию не подходит. Любой... кроме того, для кого энергетическая связь не так важна, как желания самого мужчины.”