Глава 13

16 кайаэба 328 года

Лайри:

Ну что сказать… это было занимательно.

Вдоволь помандражировав и послушав спокойные рассуждения Найса, я в какой-то момент приняла решение и… перестала волноваться. Совсем. С чего, собственно? Молчать, краснеть и улыбаться я уже натренировалась так, что чемпионство по галактике у меня в кармане. А там большего и не потребуется. Зато будет мнооого любопытного для открытых глазок и ушек.

Сестрички в последний день перед Советом меня едва не задушили своей заботой. Вот уж кто волновался, так волновался. Я только усмехнулась про себя, глянув в зеркало. Стараниями Рий и Хей оттуда на меня смотрел невинный ангелочек, лет… четырнадцати от силы. Еще бантик на макушку и, вообще, хоть завтра в детский лагерь.

Вместо бантика мне выдали заколочки с бабочками. Йой, с камушками! Умора! Я такие даже в своем собственном безоблачном детстве не носила, хотя тетя Ди пыталась как-то меня «расцветочить». Тогда я брыкалась, как норовистая кобылица. А сейчас лишь улыбалась и создавала ветер. Ресницами.

Блин, а ведь поднадоело слегонца… но деваться некуда. Будем послушными девочками, наденем платьице и туфельки с гольфиками из коллекции «розовые грезы».

Ошизееееть… пойду Найса обрадую, надеюсь, он на месте инфаркт не схлопочет.

Бедолага при виде меня икнул и несколько секунд молча моргал округлившимися глазами.

Потом, как подкошенный, рухнул на кровать и долго неприлично ржал, засранец. Так долго, что я и сама не выдержала, составила ему компанию – плюхнулась рядом и ухихикалась до изнеможения.

Когда отсмеялись, этот паразит законченный выдал:

- Госпожа, только умоляю... в таком образе не являйтесь ко мне за чем-то, кроме умного совета!

- Посмотрим на твое поведение, – зловредно усмехнулась я. И… показала ему язык.

Йой, эти бабочки-заколки на самом деле вампиры-мозгососы! У меня от них не только мордочка младенческой делается, у меня мозг впадает в детство! Караул!

Найс застонал и снова согнулся пополам от хохота.

- Ну хватит! – Не выдержала я, пихнула его в бок с такой силой, что он свалился с кровати на ковер. – Лопнешь! А я, маленькая и ранимая девочка, буду плакать и штопать тебя большой иголкой. Причем начиная с задницы! Пришью к ней уши по ошибке, будешь знать.

Найс простонал что-то нечленораздельное и, набрав в рот воздуха, замолчал... на минуту.

Потом не удержался и фыркнул:

- Ваше желание - закон, госпожа... Только мне придется все время с голым задом ходить, чтобы иметь возможность выслушивать приказы и пожелания от вас и ваших сестер. Вы уверены, что вам это понравится?

И он игриво дернул завязкой от штанов... потом посмотрел на меня и снова свернулся в клубок от смеха, теперь уже на полу.

- Ну все! – кровожадно заявила я, демонстративно прицеливаясь для хищного прыжка. – Сейчас я сама их с тебя сниму и проверю. Может, они у тебя уже сами в ту сторону мигрировали! А то я ему, понимаешь, про неуместность подхихикивания над такой красивой госпожой, а он мне голой попой угрожает!

Состроив испуганное выражение лица и похрюкивая от смеха, Найс на четвереньках начал отползать от кровати.

- Куда! – Возмутилась я, резво подскакивая. – Стоять! Умный совет давай, ты, чудовище! А то точно сейчас буду уши на попе разыскивать!

Чудовище село в центре комнаты, согнув ноги в коленях и запихнув пятки себе под пока еще не ушастую попу.

- И какой вам дать совет, госпожа?

- Ну а какой, по-твоему, совет нужен девочке, которая не вчера, так позавчера еще в куклы и мячик играла?

Я усмехнулась. И случайно поймала свое отражение в зеркальной дверце шкафа.

Мдя… на людях так улыбаться не надо. Вся, понимаешь, маскировка к чертям…

Найс стянул резинку с волос и начал собирать их снова в тугой хвост:

- Мячик с собой во Дворец брать не надо, а куклу можно. Одну или две. Только приоденьте их соответственно вашему образу, чтобы гармонично смотрелись.

Наверное, имеет смысл взять кого-то помладше... Или вы собираетесь сыграть на контрасте? - и на меня посмотрели совершенно серьезным взглядом, как будто это не он тут только что чуть колики от смеха не получил.

Я задумалась и вдруг обнаружила, что под эти размышления машинально уже переместилась к нему на ковер. Отобрала резинку и запустила пальцы в его роскошную шевелюру, быстро превращая аккуратную прическу в воронье гнездо.

Мммм… мое любимое занятие.

Сокровище тоже млеет, но старается виду не показывать. Когда начинает потом расчесываться, бухтит. Тихонечко…

17 кайаэба 328 года

Лайри:

Ну… дворец. Он, конечно, был… Дворец. Как на иллюстрациях из книги сказок.

Какие башни, какие балконы! Крыши черепичные – прямо средневековье вживую! Лестница с резными перилами. Огромные вазы с цветами. Блеск и переливы позолоты. Ковры и гобелены…

Все так шикарно и великолепно, что у меня через пять минут дикого восторга голова пошла кругом, и наступил зрительный перегруз.

В глазах зарябило.

А тут еще люди… толпами! И все смооотрят! С перепугу мне показалось, что на меня одну. Глупости, конечно, но…

Блин! Вот ведь, на ферме мои шушеркины инстинкты меня не напрягали. А сейчас подсознательное желание законопатиться в ближайшую щель и не отсвечивать под любопытными взглядами толпы разодетых женщин злило и заставляло подобраться.

В моем случае это выражалось в «испуганном» прижимании то к одной, то к другой сестричке и восторженно-любопытным взглядам из-под их же крылышка. А что? Все остались довольны – и инстинкты, и сестренки.

Посмотреть-то было на что.

Пейзажи, интерьеры, наряды… и офигенно красивые наложники стаями. Каждая госпожа, видимо, старалась притащить сюда самое «нарядное». И платье, чтоб зашибись и от зависти умри, и мальчики – слюнки по полу у всех окружающих.

Наши, кстати, тоже были вполне себе слюнявчики.

У нас их было трое. Дийк, который в приодетом и причесанном виде неожиданно заиграл какой-то мрачноватой хищной красотой. Кукольно-прекрасный Майти, преданно пожирающий глазами Рий (она, кстати, морщилась и шпыняла несчастное создание всю дорогу). И Ройс. Я решила остановить свой выбор на нем. Кайрише очарователен, но Ройс…

Красив, паршивец, так что глаз не оторвать. Эта его русая волна, небрежность и грация, блин. И меланхолично-возвышенная рожа к месту. Ангел на поводке.

Я так поняла, что тискать чужих «слюнявчиков» тут считается хорошим тоном. На хуторе-то оно… пойди, потискай чужое - сразу в глаз получишь. Или скандал с визгами и воплями на полдеревни. Я, видать, все же больше хуторская девочка.

Не, чужое потискать, если оно привлекательное… может, я и не против. Но свое отдавать на полапать за все МОИ любимые места?

Перевоспитываюсь. Старательно. Не оторвут же, в конце концов? Сестрички спокойно реагируют на чужие клешни и щупальца по частной собственности, и я научусь.

Я себя успокаивала тем, что основное перещупывание тут после Совета начинается, а мы вроде раньше линяем. Где-то даже жаль… и вообще, надо больше по сторонам смотреть, а не Ройсовы прелести охранять. Потерпит. Я же терплю?

Вон какая-то пожилая госпожа сестричкам улыбается, а руку уже в штаны моему ангелочку… Да блин! У него там медом где-то намазано? Почему я не заметила?

Из каждых троих близняшкиных знакомых, что подходят с нами поздороваться, две обязательно моего Ройса или за задницу, или за другие какие места цапнуть стараются… тьфу. Пусть щупают. Р-р-р…

Я притиснулась вплотную к Рий, почти подлезла под ее руку, так что она обнимала теперь меня за плечи, и немножко подышала сестре куда-то в бок.

Это я так типа «застеснялась», а на самом деле тихо позлилась, спрятав зверское выражение лица в сестричкины роскошные воланы. У нее на платье этих красивостей достаточно, чтобы замаскироваться. Заодно, похоже, спровоцировала очередной приступ материнско-мимимишного инстинкта.

Оно и к лучшему.

Оторвались от компании их озабоченных подружек и пошли, наконец-то, на свое место, «а то девочка первый раз, вы же понимаете?».

Да-да. Я прелестная малышка. Очень похожа на сестричек в детстве… Хи-хи, каким интересно местом? Прямо третья близняшка! Две блондинки зеленоглазые. Светлокожие и высокие. И я, от горшка два прыжка, черноволосая кареглазая малявка. Похожа-а-а…

Ничего, зато с моей «похожести» как-то у них разговор быстро на всякие вкусные сплетни перешел.

Вот тут я окончательно притихла и включила локаторы на полную мощность.

Слушала, конечно, с интересом, сопоставляя про себя сведения, полученные от бабки, и собственные впечатления.

Но в какой-то момент я вдруг поняла, что смотрю, просто не отрывая взгляда, на мелькающую вдалеке потрясающе красивую блондинку. Тут же всплыло бабкино «досье».

Госпожа Альцейкан.

Еще рассматривая ее фотографию на экране, я поймала себя на мысли, что эта женщина мне… Нет, нравится – неправильное слово. Она меня притягивает. Как огонь.

У нее даже на снимке была заметна эта аура ленивого зверя, запах опасности и интриг. А уж вживую… праотцы, а я тут девочку-ромашку изображаю… как некстати.

Впрочем, мое от меня не уйдет. А пока я понаблюдаю и послушаю… сплетни, они тоже хороши.

И как раз нужные сплетни принесла очередная матрона, любезно вспорхнувшая в нашу компанию.

Госпожа Клаусилийя берет мужа из дома Вайнгойртов! Ах-ах… А вы слышали… да-да, там такая история интересная…

Краем уха продолжая отслеживать течение сплетен и стараясь делать это незаметно, я нашла в зале и тех самых Вайнгойртов.

Хммм… Умеет там Старшая госпожа выбирать себе мальчиков. Как на подбор, один интереснее другого. И сама красивая, уверенная в себе… стервочка. Пожалуй, она мне несколько даже симпатична, учитывая ее историю. Есть общее, так сказать. Но выводы делать рано.

А кудрявый котеночек рядом с госпожой Альцейкан и есть ее будущий муж? Ну, тут на вкус и цвет, как говорится. Я бы такого не взяла. Так меня ж и не спрашивают.

А Клаусилийя своим котенышем явно довольна. Гладит вон, никого к нему не подпускает! Будем знать, будем знать… Как жаль, что при сестричках нельзя слишком явно демонстрировать свой интерес, тем более к таким персонажам.

Вообще, сплетен и новостей было много. Сразу понять и проанализировать все было невозможно, оставалось только слушать и запоминать. И периодически мило краснеть, скромно улыбаться и блеять тихим голосочком.

Тьфу, вот с какого перепугу это вдруг стало так трудно? Всю жизнь ведь так прожила! А сейчас чего неймется? Это я, типа, выросла? Ну-ну… сиди, детка, и не чирикай. Тебе еще до таких высот как водолазу до снежной вершины!

Я уж и не чаяла, что этот гребаный Совет когда-нибудь начнется. Информации было слишком много, мозг начал вскипать. Я даже на Ройса перестала обращать внимание. Щупают, и Матерь с ним.

Дома разберусь, от кого он краснел, а от кого вздрагивал.

Рий:

Все идет просто отлично. Куколка прилежно хлопает ресничками и отчаянно льнет то ко мне, то к Хей.

Ну, понятно, после ее хутора во Дворце слишком людно и слишком шикарно. Ведет себя правильно, вежливо, и дурочкой не смотрится, просто малышкой. Без спросу в разговоры не лезет, глупых вопросов не задает. Не ребенок, а сказка!

Даже подозрительно… впрочем, как там Змей высказался? Умная девочка? Дааа…

Все, кому надо, ее заметили. Теперь пойдут разговоры, пересуды. Наверняка, Первая уже в курсе того, что появилась новая претендентка на дом Лайвджойев. Одного взгляда ее приближенной драконши Альцейкан достаточно, чтобы понять – девочку заметили.

Заметили, но особенной заинтересованности не выказали – ура заколкам и гольфикам! Правильно мы с сестричкой придумали.

Совет начался, как всегда, с мелких дрязг.

Я любила этот момент – прямо учебник по женским конфликтам. Помню, мама первый раз взяла нас с Хей сюда… и бабка Зойя, которая нас сопровождала, нащипала мне здоровенный синяк на мягком месте, чтобы я не таращилась на скандальных теток, открыв рот.

Правда, потом она нашла более действенный способ научить нас с Хей правильному поведению – стала комментировать происходящее. Это, я вам скажу, было нечто… Ядовитое существо бабка Зойя. Зато научила видеть за всеми этими дрязгами самую суть.

Хей сидит гордая и внимательно отслеживает реакцию публики на нашу куколку. Пока, судя по всему, довольна. Ну, тут мы с ней солидарны… Интересно, что сегодня на Совете решать будут такого важного? Ведь невооруженным глазом видно, как оживились некоторые весьма осведомленные личности!

И наложники из некоторых известных домов так и мельтешат на заднем плане…

Знаю я этот зоопарк. Те еще скорпиончики. Любят играть в политику не меньше, чем некоторые госпожи! С драной задницей и анфаллосом в ней, а туда же, умудряются.

Мамуля своих в это «общество» никогда не пускала. Говорила, что испортятся. Я по инерции с ней соглашалась, а теперь задумалась.

Хотя, о чем я? Вот только эту марионетку разряженную – Майти - и в политику! Да кундейкам насмех! У него мозгов хватает только на обожающие взгляды и невнятное блеянье.

Тьфу! Пришлось брать с собой, потому что на морду ничего достойнее не нашлось. Ну, зато и отдать поиграть не жалко будет.

Ах, воот оно что!!!

Я от волнения едва усидела на месте.

Драконша Альцейкан подняла вопрос о смене форм отчетности. И у нашей Южной корпорации тоже! Матерь Всего Сущего! Это же… я нетерпеливо ткнула в бок Хей и замерла. Это же будет золотое дно!

Да, у нас там всего четыре процента, но если примут эти «маааленькие» поправки, мне не только на десяток инопланетных «солнышек» хватит, мне… нам…

Пока шло голосование, я сидела не дыша. Голос у нас один, и понимаем мы с сестрой друг друга без слов. Да тут даже Майти бы понял, к кому надо примкнуть.

Да! Есть! Мы бооогаты! Эх! Это надо будет отпраздновать… позже.

Так, а чего хочет эта инопланетная выскочка Вайнгройт? Она меня раздражает. Нет, конфликтов у нас с ней не было и не будет, наверное. Я не такая дура, чтобы связываться с любимицей Первой.

Эх, если бы… Хотя, если бы не мятеж, у нас не было бы шансов завладеть домом, пусть и из-за ширмы-Лайри.

Все, что ни делается…

А эта Вайнгойрт все носится со своими зверьками, дурочка. Теперь придумала какой-то новый закон, чтобы вывозить зверье с Венги. Зачем, спрашивается? Глупости.

Хотя, ладно, мне от этого ни жарко, ни холодно. Мужьями обзаводиться в ближайшее время я не обираюсь.

Сразу вспоминаются эти ее трепыхания с наложниками-перестарками. Вообще, комедия!

Кому надо, тот их и так не усыпляет, того же Змея нашего возьми. Полезного зверя умная госпожа всегда прибережет, а бесполезного-то зачем оставлять??? Переучивать?

Чушь какая.

Больше ничего интересного не случилось. До нашего отъезда во всяком случае. Так-то наверняка потом будет много занимательного, во время традиционной вечеринки с рабами.

Жаль, но мы решили пока не светить сестричку в такой совсем уж неофициальной обстановке. Показали всем – и достаточно.

И так она успела наслушаться про этот дурацкий театр. После этого замахала на нас с сестричкой ресницами, да так жалобно, что пришлось пообещать ей и театр и вообще все, что захочет.

В конце концов, она не просила ничего из ряда вон выходящего, так почему и не поощрить примерного ребенка?

Пока пробирались к выходу, меня прямо-таки досада взяла – уходим же с самого веселья!

И тут на меня снизошло озарение! А собственно! Зачем нам всем-то уходить?

Я остановилась прямо на шикарной центральной лестнице и оценивающе смерила взглядом наш маленький зверинец.

- Хей, дорогая, отвезешь малышку домой? Я забыла кое-что обсудить с одной своей подругой…

- Да отвезу, отвезу, – с понимающей улыбкой кивнула близняшка. – Только зверушку свою тоже заберу. А то ты сейчас увлечешься… деловыми переговорами, и у меня под шумок заиграют питомца.

- Да забирай! – Отмахнулась я.

Наткнулась на панические взгляды двоих оставшихся зверьков и радостно засмеялась:

- Лайри, детка, а своего мальчика не оставишь поразвлечься?

- Ну-у-у… - Ох ты моя радость, а губки-то мы как умеем обиженно надувать! – Мне нельзя, а ему можно? Не-е-ет, пусть со мной едет!

Да уж. А он-то как обрадовался, едва в ее подол не вцепился. Только бы не забыла тут случайно.

- Ну что, прелесть моя? – хищно улыбнулась я, разглядывая оставшегося в одиночестве зверька. Еще недавно – моего любимого, вкусного, интересного… а теперь наскучившего.

Он вздрогнул и обреченно рухнул на колени, прямо на лестнице:

- Госпожа…

- И что же мне с тобой делать… - Я задумчиво пнула его носком туфельки в бедро.

Опять вздрогнул, опять этот телячий взгляд… р-р-р-р!

- Придумала! Я тебя обменяю на какую-нибудь новую игрушку! – внимательно слежу за его лицом… ОГО!!! А вот этот его страх мне незнаком! Он новый!

Мальчишку затрясло, в глазах паника.

- Или просто отдать тебя подружкам поиграть немного? – Хммм, странно, паника осталась, а ужас чуть притух. Почему?

- Правда, вряд ли я потом заберу тебя обратно… - осторожно проверяю его реакцию, говорю медленно и наслаждаюсь переливами эмоций.

- Постарайся кому-то понравиться, а то ведь вернемся домой и накажу…

Ну что такое? Как только начинаю угрожать, просто играми или наказанием, то просто боится, но… если намекаю, что отдам другой, тут панический шквал накрывает с головой, я прямо кожей это в нем чувствую! Неужели эта кукла способна настолько в меня влюбиться?

Или что?

Так или иначе, мне понравилось его пугать этим новым незнакомым мне страхом. Я даже снова слегка заинтересовалась уже отброшенной игрушкой. Пожалуй… поиграю еще капельку.

Сегодня я буду швырять тебя, прелесть моя, от страха к надежде так, что ты даже о боли забудешь!

- Может, как раз подберем тебе влиятельную добрую госпожу из хорошего дома? Из моих рук такие воспитанные мальчики расходятся в самые лучшие гаремы! Хочешь?

Я направилась по лестнице обратно во дворец. Спиной чувствуя новую волну ужаса и чуть слышный обреченный стон.

- Или тебя, неблагодарный щенок, придется отвезти домой и пороть день и ночь, в промежутках отдавая парням из гарема, чтобы как следует отымели?

Вот блин, а заспешил-то как следом за мной! Что, «пороть и трахать» нравится больше, чем «другая госпожа»? Кто бы мог подууумать…

- Кому это ты такие радости обещаешь?

Я обернулась. Вслед за нами по лестнице поднималась одна из моих самых любимых подруг – Нийкейя Бэйсейлард, племянница Старшей двадцать четвертого дома.

- Да неужели! – Я ужасно обрадовалась.

Нийк – совершенно безбашенная и потрясающе веселая девчонка. Ух, как мы зажигали в свое время втроем…

- Когда ты вернулась, бродяга? Хей тебя задушит от счастья! Хотя… не успеет! – я сама бросилась обниматься. – Поганка, даже не писала, не то чтобы позвонить! Полтора года, Нийк, зараза ты бессовестная!

- Но-но, без членовредительства! – Засмеялась Нийкейя, ловко отступая к широким перилам. Правильно, а то устроили бы сейчас акробатический этюд «каблуки и лестница». - Через всю галактику звонить дорого, – заявила она, нисколько не смущаясь. – К тому же, что за банальщина – слать подружкам отчеты о путешествиях? «Ах, здесь чудный отель и отвратительная выпивка… а там отвратительная выпивка и чудный отель!», - передразнила она кого-то, смешно наморщив нос. – Я сама приехала, и этого должно быть достаточно благодарному человечеству!

- Ну ты и зараза, Нийк! Ничуть не изменилась.

Я пошла с ней рядом, вообще забыв о каком-то там зверьке.

- Это твое? – Напомнила она мне о забытом имуществе.

О, какой он у меня несчастненький, потерянный… обнять и… выпороть!

- Хочешь, будет твое? – спросила из чистого любопытства.

Нийк у нас интересуется только мальками, и Майти для нее стар, но он-то этого не знает! Какой чудесный вечер – любимая подруга, которую сто лет не видела, и перепуганный влюбленный зверек! Даже его мордашка, которая в последнее время казалась мне слишком сладкой и до банальности смазливой, с этим налетом страдальческой паники смотрелась… мммм…

Пожалуй, оставлю себе еще на время. Пока «зеленое солнышко» не привезут!

- Нет, оставь себе! – вполне предсказуемо отмахнулась Нийк, – Пошли, развлечемся, как в старые добрые времена! Где твоя половинка?

Мы шли и болтали, а я все косила взглядом на плетущегося следом мальчишку.

Блин… если я сейчас начну отрываться в компании Нийк, то это будет весело и долго. На пару дней точно. И если вспомнить былое… как бы не потерять зверушку в процессе.

А то бывали прецеденты в молодости. Не со мной и не с Хей, но с девчонками из нашей компании. Проснешься вот так одним прекрасным утром, а имущество тю-тю… и хорошо, если просто где-то забыто.

А то ведь и продано может быть. И проиграно, и подарено… и заиграно насмерть.

Ну, такие ужасы щенку не грозят, конечно, а вот потерять-подарить в запале могу… вроде уже и не хочется…

А, ладно!

Потеряется, так потеряется, значит, судьба!

Возникла у меня одна забавная мыслишка, проверить, как кукленыш будут реагировать, если я его действительно в чужие руки отдам. Ну чтобы не скучать, пока жду Хей.

Елийстрию я сегодня на Совете видела, и наверняка она останется на развлекательную программу. Я ж тогда звереныша у нее из-под носа увела, так что сейчас она наверняка не откажется поиграть в него! А я… это будет интерееесно!

Нийк помчалась здороваться со всеми подружками, предварительно стребовав с меня обещание: никуда не уезжать без нее и Хей не отпускать.

А я, бесцеремонно сцапав мальчишку за мягкий пушистый загривок и с силой запрокинув его голову, заглянула в испуганные глазки. И потащила за собой.

- Пожалуй, все же отдам тебя, ты скучный, – поведала ему и толкнула вперед, под ноги удивленной Ейлии. – Дорогая, хочешь вкусного? – улыбнулась, подмигнула и поманила девчонку к себе.

Она моложе нас с сестричкой на пять лет, почти ровесница Лайри, и прямо из кожи вон старается выпрыгнуть, чтобы пробиться в нашу компанию. И тогда, с Майти - уступила его мне практически добровольно, хотя облизывалась на мальчишку как на праздничный торт.

Я снизошла до малявки и пригласила ее на пару вечеринок, так она едва из трусиков не выпрыгивала от восторга. Весьма милое угощеньице привозила, кстати… и продолжала капать слюной на кукленыша.

Быстро отведя девчонку в сторону, я объяснила, в какую игру хочу поиграть. Сразу же пообещала, что если у нее выйдет… то, так и быть, продам зверенка. Если нет – ну, поищем ей что-то более интересное. И я даже помогу найти, а потом подрессировать.

Ейлия считает меня в этом деле непревзойденным мастером и всегда напрашивалась на пару уроков…

- Забирай, дорогая! – елейным тоном заявила я во всеуслышание, любуясь, как стремительно бледнеет мальчишка. Развернулась и пошла… за драпировку. То есть дурачок-то мой этого не видел. Для него я ушла совсем.

Ка-а-а-ак он смотрел вслед!

Матерь, у меня… У МЕНЯ мурашки по спине табуном проскакали! Это чего это я? Жалко стало, что ли?

Ну, вообще-то, я ж никуда не ушла… Я только проверю кое-что… Потерпит. Потерпит же? Что-то я уже не так уверена…

У! Видимо, на Ейлию он как-то не так глянул, если она с ходу ему пощечину залепила. Или сказал что-то не то, мне отсюда не слышно. Черт!

Раздевается он беспрекословно, но… как-то механически. Точно, как кукла. Неживой.

Елийстрия даже скривилась, и я ее где-то понимаю.

Красивое тело, стройное, не перекачанное. Гладкая кожа, очень белая, я его все молочной пеночкой дразнила в те минуты, когда была настроена понежничать. И все это великолепие – от округлой, аккуратной попки до длиннющих ресниц – вообще, никакое сейчас! Словно в нем лампочку выключили.

Блин. Даже слащавости его не осталось!

На стандартный приказ «возбудись» ответил пустым взглядом. Но нет, чего-то он там старается… только без толку. Губу закусил, на белых щеках вдруг румянец пятнами и… никак!

Ну, это он зря! Я так навскидку даже придумать не могу большего оскорбления для госпожи, чем вот эта демонстрация.

Нарвался мальчик…

Ейлия отсутствием воображения не страдает и излишним гуманизмом тоже. Минута, и она уже растянула моего… моего? Вот же зараза… растянула мальчишку прямо на столе, грубо и жестко заломив ему руки за спину.

Это что такое? Нет, я возмущена! Что за писк?! Что за стоны!? Что за СЛЕЗЫ???

Он когда разучился себя вести с госпожой? Я на что полгода убила, спрашивается??? Да после меня зверьки идеальными выходят к новым хозяйкам, девчонки очередного моего подарка ждут, как не всякого Джордановского выпускника! А это ЧТО???

Подумаешь, анфаллос и смазка с эффектом перца. Что он, дома таких не получал?

Я кипела от возмущения, и тут он случайно повернул голову в сторону драпировки, за которой я пряталась.

И время замерло… Таких глаз я еще ни у одного своего зверька не видела. Ему оттуда душу вынули, если сделать допущение о том, что у зверька она вообще была.

Матерь, даже меня пробрало. Захотелось сию секунду отобрать мальчишку и… что?

Утешить? Пожалеть?

Ошизеть…

Елийстрия тем временем, похоже, обозлилась всерьез. И схватилась за другой анфаллос, вдвое, кажется, больше. С вибратором.

Эй, так она мне порвет мальчишку нахрен!

Пока я обходила дебильную драпировку, слишком рьяная девчонка успела перевернуть парня на спину и почти до крови расцарапать ему грудь вокруг сосков. Но добилась только того, что зверек стал извиваться, стараясь… вырваться?

Он окончательно рехнулся??? И даже не сдерживается, рыдает в голос…

Ейлия увидела мое возвращение первой, с досадой оттолкнула свою жертву и обиженно насупилась.

- Рий, да он бракованный какой-то! Что ты с ним сделала? Я всего лишь хотела поиграть, ничего смертельного, я бы с ним ласково… А этот… этот… - у нее обиженно задрожала нижняя губа. – Посмел заявить, что ему все равно! Что лучше пусть я его сразу убью! Рий!

- Успокойся, дорогуша, – да я сама в шоке! Такого точно не ожидала. Но лицо терять нельзя! – Я всего лишь хотела продемонстрировать тебе, что значит научить зверька преданности одной госпоже. Помнишь, когда мы его выкупали, он и тебе глазки строил? И еще парочке госпожей? Я на нем новую методику испробовала – предан только мне!

Матерь! Ну и чушь я несу… Но несу с уверенным видом, это главное. Ейлия уже внимает с благоговением, и другие случайные зрительницы заинтересовались… Вот же, чуть было репутацию сама себе не подпортила.

Кто ж знал, что с этой полоумной зверюшкой так выйдет!

Лежит на столе, где девчонка его бросила. Голый, зареванный.

И взглядом меня ест, а в глазах… столько всего, что я даже разбираться не хочу.

Надежда. Мольба, боль… ужас отступающий.

Лежит и слезами давится - при мне рыдать не смеет. Уфф. А то я уж испугалась было, что ему совсем крышу сорвало.

Подошла вплотную, склонилась над ним, запустила пальцы в волосы. Погладила ласково, пропустила локоны между пальцев и сжала горсть волос в кулаке, дернула, вывернула ему голову под неудобным углом.

Ну, звереныш, вспомним, чему я тебя учила?

- Тебя кто, паршивца, учил госпожам грубить? – почти ласково прошептала ему в лицо. – Кто тебе позволил меня позорить, маленький засранец?

Ну вот, что такого хорошего я ему сказала?

Почему он вместе с ужасом поливает меня совершенно ненормальным восторгом из всех щелей??? Тянется за моей рукой, выгибается, словно я его не за волосы деру, а фантастически ласкаю.

Пальцы помимо воли разжимаются, вместо рывков снова перебирают светлые прядки. Немного влажные, шелковистые…

И приказывать ему возбудиться уже не надо. Скорее драть паразита за то, что сделал это без разрешения.

- Плохой мальчик, – это я мурлычу уже почти помимо собственной воли.

Матерь, он даже в самом начале так меня не заводил, как сейчас!

- Плохих мальчиков что?

- Надо наказывать, госпожа… - стонет он и непроизвольно облизывает пересохшие губы. Пухлые, розовые, если провести по ним пальчиком – нежные-нежные.

Боится? Наслаждается? И… А это еще что за выражение у нас на мордашке проявилось?

- Но вы же меня отдали… я теперь не ваш… - ах ты, хитрый засранец!

- Ты думаешь, это помешает мне забрать тебя и всыпать так, чтобы неделю не сиделось? – вот чего я улыбаюсь? Ему улыбаюсь!

- Нет, госпожа… - хммм, взгляды у него как-то так незаметно перестали быть телячьими. Полыхают, как бы ни обжечься! Это – мой кукленок? Не верю… надо разобраться! – Вы можете делать со мной все, что вам угодно… всегда, - и глазки прикрыл ресничками.

А меня словно черти вилами в бок пихают, не удержалась:

- И подарить, кому захочу?

Ресницы мокрым частоколом мне навстречу, и тусклое гаснущее пламя из-под них.

- Да, госпожа… если захотите убить, – я с радостью… только прикажите…

- Я сказала подарить, а не убить, – я уже почти лежу на нем, опираясь локтями на расцарапанную в кровь грудь, а он даже не вздрагивает.

- Это все равно, – ну, прямо хоть стену строй из этих камней, что в голосочке откуда-то прорезались… оборонительную! - Я не смогу без вас жить, госпожа…

- Ну хватит, – решила я завязывать с трагедией, – Прикажу, значит сделаешь. А пока…

Я выпрямилась, обеими руками проведя вдоль его тела, от плеч к бедрам. Ласково, нежно, наслаждаясь его податливостью.

И тут же резко шлепнула по внутренней стороне бедра.

Он понял без слов. Все же не зря я полгода его дрессировала. Согнул ноги в коленях и развел в стороны. Ейлия из него анфаллос так и не вынула, ручка так и торчит между гладких ягодичек.

Я отступила на шаг и полюбовалась.

А потом так же молча подала ему знак перевернуться на живот. И снова несколько мгновений наслаждалась видом.

Как он так умудрился? Я же это тело наизусть выучила, до последней складочки! Где больнее всего. Где приятнее. Как его поставить, чтобы мне больше понравилось.

А сейчас это, вообще, неизвестно что и сбоку бантик! Словно другой зверек!

Когда он научился так соблазнительно выгибаться и смотреть при этом из-под руки, украдкой, но так, что я прекрасно вижу, и глазищи при этом… самые что ни на есть паразитские глазищи! Да за один только взгляд этот драть его по соблазнительной заднице без перерывов на обед и ужин!

Где все это было раньше и откуда взялось сейчас??? У него от стресса какие-то детальки в мозгу перегорели, и их заменили на другие, из новой партии?

Руки сами тянутся погладить все еще мелко подрагивающие полушария. Ой, так у него вибрация в анфаллосе так и включена! Ни фига ж себе… кукленочек мой, ну ты и… терпению я тебя точно научила!

Молочно-белая кожа под пальцами плавится от удовольствия, даже когда я перестаю гладить и с размаху впечатываю ладонь то в одну ягодицу, то во вторую. А потом ногтями по розовому отпечатку, по контуру. С силой, до царапин.

И стоны, потому что молчать я не приказывала.

Впитываю всю картинку, пью ее как воду в летний день, всю – от подрагивающего анфаллоса между ягодиц, до побелевших от напряжения пальцев, вцепившихся в край стола.

Правильно, малыш, лежи и терпи, пока я так хочу. Наслаждайся… моим вниманием, оно стоит любой боли. И раз ты это понял…

Качнуть анфаллос вверх-вниз за торчащую ручку, еще раз… не вынимая…

И смотреть, слушать, чувствовать, как ты дошел до самого края… до самого… повис над пропастью и из последних сил держишься… еще мгновение… и сорвался. Вниз, в омут такого оргазма, что его даже я ощутила почти физически!

Пока он расслабленно пытался отдышаться на столе, я тоже приходила в себя. Вот это я сильна… и аплодисменты от зрителей мною вполне заслужены!

О! Вон и Хей как раз вернулась. И зверьков с собой притащила…

- Встань, – и Майти медленно начинает собирать в кучку расползающиеся конечности. Собрал. Вытянулся передо мной и светит шалыми фонариками из-под ресниц. Кажется, окончательно перестал понимать, на каком он свете. - Ты кончил без разрешения, дома будешь строго наказан.

Улыбаюсь ему так, словно экскурсию на конфетную фабрику обещаю. И он мне в ответ таким счастливым голосом:

- Да, госпожа, я заслужил, накажите меня!