Глава 29

27 кайаэба 328 года

Лайри:

Удивительно, но стоило мне увидеть, как первые болезненно-выпуклые полосы проступают на покорно вытянутом мужском теле, как сна не осталось ни в одном глазу. И даже съезжающая то и дело бретелька от того, что с большой натяжкой можно назвать ночной рубашечкой, мне не мешала. Наоборот - кроме этой шелковой тряпочки выше колена и на тоненьких лямочках, на мне ничего не было, и это только еще больше возбуждало.

Некоторое время спустя я поняла, что буквально плыву, погружаясь в это действие, как в медитацию.

Плеть была достаточно тяжелая, я вскользь удивилась тому, что Найс выбрал именно ее. В комнате для наказаний были и не такие… зверские. Учитывая, что он сам обозначил полторы сотни, какое-то у него слишком ярко выраженное раскаянье.

Но все эти мысли так и мелькали где-то там, на поверхности, как блики на морской глади, а я все глубже и глубже погружалась в манящую бездну чужой боли.

Найс терпел. Как всегда, потрясающе красиво. Каждый удар - как волна по телу, и новые, сильно вспухающие, наливающиеся болезненным багрянцем полосы.

Сначала он почти не двигался. Потом, когда на третьем десятке я обошла уже расчерченное, блестящее от пота тело и встала с другой стороны, дернулся. Когда я снова слегка захлестнула кончик плети на бедро. Да, специально.

Это очень странно, и в то же время все внутри поет и плавится оттого, что я одновременно люблю и делаю больно.

Я даже остановилась на несколько мгновений, пораженная своей мыслью. Вынырнула из завораживающего танца. Люблю?

Посмотрела на него другими глазами, впитала и рваное дыхание, и непроизвольно вздрагивающие мышцы - оттого, что он напряжен. Мое Сокровище… тебе больно? Да… очень больно. Я это сделала с тобой, и я буду делать это снова. Я тебя люблю. Странно? Ну и пусть!

Найс почувствовал паузу и поднял голову, чтобы посмотреть на меня.

Встретившись с ним глазами, я улыбнулась. Положила плеть на пол, рядом с все еще чуть подрагивающим телом Сокровища, опустилась следом. Кончиками пальцев провела по влажной спине - от мокрых завитков на шее до пунцово-горящих ягодиц. Наклонилась… почти легла вплотную к нему. Обхватив ладонями его лицо, нежно-нежно поцеловала припухшие губы - он их кусал от боли. И молча встала. Взяла плеть. Оторвалась от его ошалело-благодарного взгляда.

Найс тут же отвернулся, опустил голову и снова напрягся в ожидании удара.

А я чуть более трезво оценила его состояние. Мммда. Полторы сотни ТАКОЙ плетью - это ты погорячился, Сокровище. Это я тебя потом неделю выхаживать буду. Но и останавливаться пока рано…

Плеть снова прогудела что-то болезненно-сладкое, впиваясь в покорное тело, и вырвала едва слышный стон. И дернулся он чуть заметнее.

Следующий удар пришелся выше уже исполосованной задницы. Потом ниже, по бедрам. Потом опять выше. И снова…

А вот теперь по ягодицам, сильно, с оттяжкой. Новые полосы среди красноты и припухлости уже не проступают так ярко и заметно.

Найс даже чуть выгнулся и застонал громче. Черт, я уже не понимаю, хочу ли я продолжать порку, или просто хочу ЕГО… все вместе.

Примерно на шестидесятом ударе, когда он уже почти вскрикнул, но сдержался, я остановилась. Оценила композицию.

От колен до середины спины вспухшие багряные змеи извивались по телу, сплетаясь в плотный клубок на ягодицах. Там уже места нет живого. Тело потряхивает мелкий озноб.

- Шестьдесят. Хватит.

Найс чуть отдышался и после паузы вопросительно посмотрел на меня:

- Вы уверены? - Дыхание все равно рваное...

- Хочешь слечь на неделю? - ответила я вопросом на вопрос и многозначительно покачала плетью. - Тебе было велено не сидеть два дня, а не убиваться насмерть. Ты так… огорчен тем, что подвел меня, что принес ЭТО? Она слишком тяжелая для полутора сотен.

- Да. Я очень... очень огорчен... - Найс вздохнул и отвел взгляд, потом хитро так улыбнулся своими прокушенными губами. Вновь посмотрел на меня, - Ну и рассчитывал, что на сто пятьдесят вас не хватит.

- Ты хитрая морда, ты это знаешь? - засмеялась я, роняя плеть под ноги. - Мне ведь понравилось. Я… - сказать ему? Или не надо? Не знаю…

Села рядышком с ним, прямо на ковер. Погладила.

- Ты сейчас такой красивый… - очень тихо, почти неслышно. - Я так… сильно…

- Я вас тоже... - улыбнулся Найс и потерся щекой о мою руку.

Найс:

Ептить, хожу по дому целый день и улыбаюсь как дурак! Всему улыбаюсь... И это при том, что тело болит так, как будто по мне прогулялся слоногемот.

А еще со сном этим что-то непонятное... Только кошмаров мне не хватало! Но все меркло... по сравнению с тем, что случилось этой ночью. Внутри пронеслась сладкая волна тепла... Мелкая... Моя маленькая.

Это была потрясающая ночь! Я уже не раз доставлял своей маленькой госпоже удовольствие, но этой ночью все было иначе, по-другому... И я очень рассчитывал, что подобное повторится еще не раз.

Во мне проснулся какой-то странный инстинкт. Я и раньше был готов оберегать мелочь от всех неприятностей, но сейчас... Сейчас я увидел ее с другой стороны. Беззащитной и податливой. По сравнению с обычным энергичным чертенком, к которому я уже привык, это был такой контраст... Но она не играла. Внутри нее была и такая вот... девчушка... послушная и готовая отдаваться... ептить! Отдаваться мужчине!

Женщины! Сколько лет живу на свете, но так и не понял, что происходит в их головах. Они опасны и непредсказуемы, потому что логика их действий абсолютно непонятна. И каждая из их масок для них естественна. И стоит только расслабиться, как тебя будет поджидать неожиданный сюрприз... Хорошо, если повезет, и этот сюрприз будет приятен не только женщине, но и тебе.

Почти сразу, выйдя от Лайри, я столкнулся с госпожой Рийнийолой. Она удовлетворенно хмыкнула, оценивая мою осторожную походку, приказала снять рубашку и повернуться к ней спиной. Я с удовольствием предъявил ей доказательства, что меня не только балуют.

- Отличная работа, - заметила она, стянув с меня штаны и изучая следы наших утренних развлечений.

В коридоре, между женской и мужской половиной, народ шнырял туда и сюда постоянно... А тут я, у стены, с голой поротой задницей.

- Оставить бы тебя тут постоять часика три-четыре в таком виде, - насмешливо заметила госпожа, уловив очередную любопытную девчонку из мелких, что притормозила бег и исподтишка любопытствовала. - Ну да ладно. Делом лучше займись. У моего нового зверька до сих пор тряпки с чужого плеча, позаботься. А я пока навещу сестренку… - и Рийниола удалилась, светясь довольной улыбкой.

Лайри:

Блин, ну опять кто-то в дверь ломится! Достали… я только собралась воспользоваться преимуществами аристократического происхождения… и банально выспаться, забив на все.

Ну да, это здесь можно себе позволить валяться в кровати хоть до обеда. На ферме все вставали рано…

Ага, если дадут! Только расслабишься, уже принесло кого-то! Вчера от бабки малек примчался в самый неподходящий момент, сегодня еще кто-то тарабанит. Не дай бог опять госпожа Зойя воспылала желанием повоспитывать «внученьку», она же мне последние мозги вынесет! Которые вчера не выковырнула ложкой.

Ну что за жизнь… нет, я все понимаю, и вчерашняя лекция о внутренней политике Дома вкупе с несколькими советами, больше смахивающими на руководящие указания… короче, полезно это. Только достали все!

- Войдите! - крикнула, а сама одеяло на голову натянула. Хоть провалитесь все, не встану!

Дверь легонько скрипнула, а через пару секунд кто-то нахально плюхнулся прямо ко мне на кровать и потянул одеяло на себя! Ну ни фига!

Я уже собиралась выпрыгнуть и убить всех, до кого достану, и тут услышала:

- Сразу видно, родная кровь! Это Хей у нас жаворонок, а нормальные Лайвджойи любят поспать! - Рий засмеялась. - Вылезай, уже даже я встала!

- Ну и что, - обиженно буркнула я из своего убежища. - Ты от Хей заразилась! А я спать хочу.

Рий засмеялась и… стукнула меня подушкой! По голове!

Точнее, по тому месту, где моя голова пряталась под одеялом, но это ничего не меняет. Битве быть!

Кай:

Еж твою, если бы энергия могла убивать, трепло это сдохло бы в страшных муках, ожило и снова сдохло! Меня всю ночь крутило по кровати от сладких эротических фантазий о том, как я убиваю эту тварь.

Вот не знал за собой страсти к изощренным пыткам, еж! Дийка всегда считал психом. А тут самого просто выгибало от экстаза, как представлю... Ну, в основном все мои пытки заканчивались тем, что я срывался и принимался его бить… ногами, кулаками, палками… Подушке за ночь перепало по полной, тля!

Ну, зато хоть о Ройсе почти не думал, отвлекался на более приземленное. Тля, ненавижу, тварь!

С утра я был на взводе, попадись мне сейчас Бэйладэ - убил бы… Но попался Найс.

- Ептить! Ты что делаешь, дебил?! - злобно прорычал он, схватив меня за рубашку.

- По коридору гуляю, а что? - я попытался расцепить его руки, но тут или драться надо было, или смириться. Сильный, ссука!

- Ко мне, живо! - и толкнул спиной вперед, я так и влетел в центр его комнаты. - Тебя вчера за что драли, недоумок?!

Найс:

- Тебя вчера за что драли, недоумок?! - Ептить! Надо было больше выписать, чтобы сесть не мог. Пожалел…

- За то, что мы Бэйладэ избили! - гордо оттарабанил Кай. - Так я же его…

- За то, что мы его неаккуратно избили и госпожу подставили, дебил! И сейчас ты кругами вокруг его комнаты крутил зачем?

- Да… еж… - Кай поник и махнул рукой.

- Вот тебе и «еж»… О Ройсе подумай… - у меня тоже запал закончился.

Оставив Кайя у себя, я вышел обратно в зал и поймал Дийка:

- Слышь, тут такое дело, ты же на завод с госпожой Хей часто ездишь?

- Да, - коротко согласился Дийк. Ну, он вообще не из болтливых.

- Рассказать, что там да как, сможешь?

- Без проблем, - кивнул он.

Так вот и хотелось взять его за грудки и тряхнуть как следует с вопросом: «Какого ж тогда ты выделывался и молчал два часа, пока мелкая в воздух идеи одна круче другой кидала?» Все же его госпожу из задницы вытаскивать собираемся.

- Не сверли. Я не могу думать в шуме, - правильно поняв мой красноречивый взгляд, сообщил Дийк.

Ну конечно, ептить, мелкая там кипучую деятельность по генерации идей развила, а он «в шуме думать не смог». Зануда, тля!

- Я сам тебя вчера искал, - продолжил Дийк. - Тебя не было.

Точно, я у мелочи уже был. Ну ладно, хорошо, что в итоге мы встретились.

- Пошли у меня посекретничаем. Кай там для красоты сидит - наплюй, он свой.

- Как скажешь, - хмыкнув, Дийк первым завалил в мою комнату и оттуда донесся радостный вопль Кайришэ:

- Еж! Так мы все-таки будем пытать Бэйладэ?!

Кай:

Дийк зачем-то начал Найсу рассказывать про то, как на заводах работают спецы. Причем подробно, будто Старший решил переквалифицироваться. Нет, сейчас все шумят про то, что наложников после тридцати будут сдавать в приюты - переучиваться на спецов. Но Найса-то никто сдавать не собирается. А он с таким лицом слушает, как будто и правда решил, что сошлют… За такой пустяк, как избиение Бэйладэ? Вряд ли…

Только как Ройса в бордель - чтобы припугнуть. Так чего Найса пугать? Нет, не понимаю ничего.

- Парни, еж твою, вы чего, а?

Ну понятно, Дийк посмотрел - как венгалларом одарил, вернее, намекнул, что я ему сотки две должен. Найс тоже рыкнул, типа сиди и молчи в тряпку.

Вчера госпожа про то, что Дом вот-вот в тартарары, шумела, эти сегодня про завод обсуждают… Еж твою, что-то моя поротая задница чует приключения.

И еще я заметил, что не только моей заднице досталось. Пока Найс по комнате бегал, это не так в глаза бросалось. А как попытался сесть и охнул… Тут-то я и понял, что его вчера госпожа Лайриэйль собственноручно расписала. Еж твою… Ненавижу Бэйладэ!

Лайри:

Кто бы мог подумать… нет, ну честно - кто бы мог подумать! Что драка подушками на моей кровати (а я-то считала близняшек взрослыми дамами, ха!) перерастет в совместный завтрак, во время которого мы на пару попугали мальков. Было очень весело! Тем более что прислуживали сегодня не совсем мелкие мальки, а такие… постарше. Уже, наверное, и не мальки, но мне такие все равно не интересны.

Тот самый ангелочек, что в первый день хлопал на меня ресничками, встретив у аэрошки, и его ровесник с чуть более темными кудрями. Тоже хорошенький, как картинка. И оба просто фонтанировали смущением вперемешку со страхом, когда Рий принималась за свои шуточки. Ой, я понятия не имела, что мальчики умеют краснеть до такого состояния, - а она всего-то заставила обоих раздеться ниже пояса. И так прислуживать за столом.

При том, что рубашки она им оставила, смотрелось… пикантно. И забавно. И… и мне тоже было интересно, насколько хватит у мальчишек умения себя контролировать.

Но я хотя бы не хулиганила и не издевалась, как Рий, которая при строгом запрете возбуждаться то и дело словно невзначай лапала мальчишек самым провокационным образом.

Но и против я ничего не имела, будем честными. Мне было смешно и весело, и… интересно с сестричкой. Рий вообще достаточно… ммм… в общем, если она в настроении, с ней здорово.

Мальчишки в результате все же проиграли и получили каждый по тридцать, что ли, ударов… в смысле, были отправлены из комнаты с указанием пойти и получить. Потом предъявить результат.

А мы пошли на озеро.

И прекрасно провели там время, пока снова не проголодались. И не потребовали принести нам туда обед. И…

За Чейем я полетела одна, без Найса, потому что едва не опоздала.

Дорогой размышляла, как сестричка умудряется быть одновременно такой классной и такой стервой. Высокое искусство!

В театре все было как всегда, в том числе и мой бег галопом по коридорам. Но вот у той лесенки, где на меня уже падали, я машинально притормозила. И не напрасно!

- А сегодня ты чего без оперения? - Я с интересом разглядывала синеглазого мальчишку, похожего на Клау, как отражение в зеркале, только вариант мужской.

- Бе-е-ез какого, госпожа? - проблеял он испуганно, на глазах линяя от смуглого к серо-белому и пытаясь смотреть в пол, хотя взгляд упорно тянулся к моему лицу.

Хорошенький. На удивление, потому что обычно такие мальчики-зайчики мне не нравятся, но этот был какой-то особенный. Может, из-за своих синющих глаз, так похожих на глаза Старшей Госпожи Дома Альцейкан, но при этом не надменно-насмешливых, а перепуганных, и… ха, мальчик смущается. Какая прелесть…

- А у тебя оно разное? - я не смогла удержаться от соблазна немножко подразнить это очаровательное чудо. - На каждый день недели свое? В прошлый раз были симпатичные такие перышки… золотистые вроде.

- Простите, госпожа... - мальчишка окончательно смутился, раскраснелся, принялся кусать губки и поглядывать на меня своими глазищами.

Я не смогла удержаться. Наверное, заразилась от Рий, такие хулиганские выходки мне не свойственны, тем более с чужими мальчишками и на чужой территории, но… слишком привлекательно он выглядел и слишком соблазнительно трепыхался.

Я неожиданно для парня шагнула вплотную, легонько толкнула к стене, так, чтобы ему некуда было отступать. Ха, он действительно совсем молоденький, но с моим ростом мне все равно надо на цыпочки вставать, чтобы… взять и чуть-чуть куснуть его за пухлую нижнюю губку.

Куснула, потом так же быстро, словно утешая, провела по месту укуса языком. И одновременно руками по его груди, от плеч к поясу, ниже…

Оттолкнулась от него, засмеялась и отступила.

Мальчик замер, глаза широко распахнул, губка задрожала... он ее даже облизнуть боялся - так вот стоял и смотрел на меня, как зачарованный.

Потом вдруг всхлипнул как-то... странно... вроде возбужденно и при этом жалобно. Наконец вспомнил, что надо дышать, и выдохнул... медленно... тихо... боясь издать лишний звук. И все это не отрывая взгляда от моего лица. А во взгляде этом… мама дорогая! Испуг, восторг, изумление, страх и еще куча всяких чувств и эмоций...

Я стояла и наслаждалась почти полминуты. А потом… вспомнила, где мы. Кто мы, и зачем я сюда приехала. И, если нас застанут, мне-то ничего, а мальчишку вполне могут… От этой мысль почему-то внутри все замерло и облизнулось.

Но совесть у меня есть. Да. И даже больше, чем пол-ложечки!

- Ото-мри. - Я щелкнула синеглазика по носу, улыбнулась и пошла своей дорогой. За Чейем.

У самого поворота к гримерным все же обернулась и встретилась глазами с синими, все еще широко распахнутыми. Он так и смотрел мне вслед, как заколдованный. Вот… чудо!

Найс:

Я вытряс из Дийка все подробности, сел и принялся переваривать. Понял, что мелкую туда точно не пущу, сам тоже не попрусь, и Дийка, главное, туда пускать нельзя - его там не раз с госпожой Хей видели. Надо кого-то, кого никто не знает и от кого гаремом за милю не пахнет. Вейса нельзя - его в любой момент могут затребовать для успокаивания нервной системы. Значит, остается только Чейри. Тем более мелочь сказала, что он в технике разбирается. Хоть поймем, чего нам там прислали. Только надо будет опять Гейна теребить. Лучше всего купить пару гибких эндоскопов, чтобы на проводе в ящик запихал, заснял, что там и как, и нам на планшет выслал.

То есть у парня задача - проникнуть поближе к ящикам, закинуть в них следящее устройство, запихать эндоскоп и запечатлеть содержимое, по возможности во всех позах. И потом эндоскоп вытащить. И все это тихо, незаметно, не привлекая внимания. Ептить!

Лайри:

Дома я сразу отпустила Чейри в душ и поесть, потому что в театре его сегодня загоняли. Выполз мне навстречу чуть живой и с глазами в кучку. В аэрошке засыпал на лету и все равно умудрялся вздыхать горестно, пристраивая пострадавший филей на сиденье.

Мне, если честно, было не до его переживаний, хотя вчера я прекрасно поняла, насколько ему… не столько больно ему Найс всыпал, сколько унизительно. Да еще и поза…

На ферме наказывали иначе, а я никогда не стремилась в «зрительный зал». Особенно с ним. Раздеваться при мне, становиться в коленно-локтевую так, чтобы поротая задница была мне как можно лучше видна… ему оч-чень не понравилось. Но вчера я сей факт проигнорировала - не до него было.

Ну а сейчас кундюйшонка стало жалко. Трудно ему привыкать, я понимаю. И хотя мне как раз понравилось, как он вчера выглядел во время порки, его смущение и эту вот зажатость теперь я просто так оставлять не хочу.

А потому заставила сползти с сиденья на пол, к своим ногам, и положить голову себе на колени. Запустила пальцы в отросшую гривку.

Он сначала был немного напряжен, но потом обнял меня за ноги, уткнулся лицом в колени и явно разомлел.

- Устал? - Я ласково перебирала светлые прядки у него на висках, потом заправила их за уши. И почесала там, как кота.

- Угу... - тихо буркнули мне в колени. - Не выспался совсем. - Несмотря на недовольный тон, обняли меня за ноги еще крепче.

- Я тоже… - Вздохнула. - Потерпи, мой хороший, сейчас сложное время. И мне нужна твоя помощь.

- Я уже раз вам помог, а меня за это выпороли, - обиженно пробубнил Чейри, при этом так грустно вздохнув, что злиться на него было совершенно невозможно.

Я несильно подергала этого бухтелку за волосы, просто чтобы он вслед за моими руками помотал головой из стороны в сторону.

- Чучело. Ты не мне помог, а Кайю с его идеей о мести. Понимаешь? Ты действительно почти не виноват, потому что не можешь знать всех тонкостей. Но ваша помощь вышла мне боком. Теперь придется делать кое-что из того, что мне не хочется. - Я мысленно скривилась, представляя, как «налаживаю дружеские отношения» со змеючкой. А ведь и правда придется…

Чейри потерся щекой о мою ногу.

- Понимаю. Но я и словами понимаю. А вы меня взяли и выпороли, как... как... - тут мальчишка сник и снова уткнулся в мои ноги. - Обидно, - уточнил он, как будто это было и так непонятно.

Вот это уже вопрос серьезный. Надо объяснять.

- То есть надо было выпороть только Кайя и Найса, которому, кстати, досталось раз в десять сильнее, чем вам обоим, вместе взятым, а тебе объяснить словами? Это справедливо было бы?- Я пристально вгляделась в его глаза, которые не позволяла спрятать, оттянув за волосы так, чтобы смотрел на меня, а не в мои коленки. - Чей, это не ферма. Здесь наказывают или так… или еще хуже. Стыднее, унизительнее… больнее. Понимаешь? Дай мне возможность уберечь тебя от этих… радостей, не лезь никуда, если я тебя сама не попросила.

- Хорошо. - Чейри сглотнул, прямо глядя мне в глаза. - Я не хотел вас расстраивать. Но такого, как Бэйладэ, мы бы и на ферме... проучили.

- Я знаю, котенок, знаю. - Очень редко я его так называла. В первый раз давным-давно, на озере, когда я застряла ногой в старых мостках, проломившихся даже под моим цыплячьим весом, а Чей выковыривал меня оттуда, рыча и шипя, точно как обозленный котище.

А я, чтобы не реветь от боли, хихикала и дразнила его «котенком, у которого шушерку отобрали». А потом как-то сложилось, что изредка позволяла себе эту наполовину нежность, наполовину дразнилку, когда хотела успокоить его недовольное гудение по поводу очередной «небезопасной» выходки.

- Сейчас просто не время. И здесь, к сожалению, все иначе, чем на ферме. Но я обязательно попрошу тебя мне помочь, когда будет нужно. А сам - не надо.

Чейри едва заметно улыбнулся на «котенка», больше глазами, чем губами.

- Здесь все иначе, да. Но на ферме без вас тоже все иначе. Там... пусто. - Наконец-то во взгляде мелькнуло что-то, похожее на вину. - Я сюда летел, чтобы быть с вами. Быть нужным. А пока я только мешаю постоянно.

- Не мешаешь. - Я отрицательно покачала головой. - Ты мне нужен, Чей, ты мой. Мне спокойнее, когда ты рядом. И возможность помогать у тебя будет, только не торопись.

Аэрошка пошла на снижение, а я наклонилась и прошептала в мгновенно заалевшее ухо:

- И еще… мне ужасно понравилось… как ты выглядел без одежды и в той позе.

Спровадила отчаянно пламенеющего и прячущего глаза кундюйшонка в его комнату и усмехнулась. Вот теперь ему точно не до обид и бухтелок про «я вам только мешаю».

Так что я прямиком отправилась к Найсу. С утра не видела, можно сказать, соскучилась… Да, собственно, так и есть. Соскучилась. И поговорить надо. Завтра прибывает груз, а мы пока так и не решили, что делать.

В комнате Найса, куда я, как обычно, вошла без стука, обнаружился еще и Кактус.

Сидят и в шахматы играют как ни в чем не бывало!

При виде меня оба сползли с кровати и опустились на колени. Такие послушные, прямо тошнит.

- Чего еще натворили? - Я устроилась на том месте, с которого они только что сползли, и теперь разглядывала обоих сверху вниз.

- У меня там шах... - не отрывая глаз от пола, уточнил Найс, - Фигурки не попутайте, госпожа.

- Вот из вредности перепутаю. - Я осторожно сдвинула доску подальше от себя. - Ну, все, заканчивай представление. Кактус, брысь.

- Кай тут у меня под арестом, госпожа, - Найс поднял голову и посмотрел на меня: - У него зуд в руках сильный, через задницу не излечился. Ему бы дело какое... чтобы отвлекся.

- Не лечится, говоришь… - Я прикусила губу, очень пристально вглядываясь в мгновенно заерзавшего Кактуса. - Через его задницу не лечится… ну, через чью точно поможет, я знаю. И он знает, да, Кайрише? Но все время забывает, к сожалению… бедный Ройс. Не повезло ему с этим склеротиком. Разве ему можно доверить хоть что-то серьезное, Найс?

Найс задумчиво посмотрел на Кайя, потом снова на меня:

- Да вроде никогда дураком не был, просто на него находит порой. То вот Ройс находил, теперь Бэйладэ. Так что тут ничего не поделаешь - пока не убьет или не трахнет, не успокоится, госпожа. Проще отвлечь, да так, чтобы и голова, и руки, и ноги желательно были заняты.

При намеке на то, что Бэйладэ можно трахнуть, Кай тихо изобразил рвотные позывы, думая, что я не увижу. Но вообще весь его вид выражал раскаянье. Искреннее такое, а при звуках любимого имени еще и испуганное. Кактус, что с него взять… кроме колючек. Ну ладно.

- Ты узнал что-то о заводе? - Все же полдня прошло, сомневаюсь, что Сокровище только в шахматы играл. С утра собирался с Дийком побеседовать. Обсуждали мы с ним планы, пока я его иши обмазывала. Кстати!

- Так, сначала раздевайся и ложись. - Я похлопала по кровати рядом с собой. - Кай, забери доску. Я буду тебя лечить, а ты как раз поделишься информацией. И будем думать.

Ши:

Боги, ну в чем я провинился? За что? Ну за что?!

Я открыл кран, а сам ткнулся лбом в зеркало и замер. И глаза закрыл, только бы не видеть свою чертову смазливую рожу, из-за которой все это со мной происходит. Да еще и патлы эти зеленые. Ммать! Ненавижу! Гадину эту, с ее самоуверенной улыбочкой, ее белобрысого урода, от которого даже в туалете покоя нет, планету эту гребаную, с ее блядскими порядками… а больше всего - самого себя. За ту идиотскую хохму с перекрашиванием для клуба - меня уже просветили, чем именно я привлек к себе внимание «госпожи». За то, что ни черта, я, оказывается, не умею себя контролировать и раз за разом поддаюсь на все те гадостные уловки, что белобрысая стерва придумывает будто играючи.

Она играет! А я умираю от стыда, а главное, от страха. Да! Ммать!

Боюсь я. До ужаса, до спазмов в животе боюсь всех этих ее игрушек и приспособлений. Одна «табуреточка» чего стоит - до сих пор в дрожь кидает. Это надо же было да такого додуматься!

Стоит теперь в ее комнате на видном месте. Все время. И я каждый раз содрогаюсь, просто натыкаясь на нее взглядом. Понимаю - рано или поздно, но она меня… на ЭТО… как бы я ни унижался, чтобы избежать такой участи. А я унижаюсь и буду унижаться. И изображать «послушного мальчика» буду. Потому что страшно.

Но хуже всего другое. Хуже всего то, что она меня пугает до обморока почти, потом ремнем этим чертовым… унизительно и БОЛЬНО! А боли я тоже боюсь. А потом… потом заставляет мое тело предавать меня. Творит со мной такое, что я наизнанку выворачиваюсь от страха и унижения, но при этом испытываю какое-то нездоровое возбуждение.

Такое острое и яркое, как никогда раньше.

И ведь она нарочно доводит меня до кульминации каждый раз, заставляя корчиться от почти невыносимого удовольствия. Извращенного, стыдного, насильственного и болезненно сладкого.

Сейчас уже почти вечер, и скоро она опять позовет нас к себе. Меня и… гниду эту смазливую. Вот кому все ее извращения откровенно в кайф! Псих. Ненавижу…

В дверь заколотили так, что она едва не слетела с петель. Боги, не-е-ет… ну хоть чуть-чуть еще времени, капельку! Пусть вечер еще не наступил, пожалуйста!

Холодная вода из крана била в раковину с таким напором, что забрызгала зеркало. Так. Все. Все будет хорошо, я отсюда выберусь. Выберусь…

- Да не долби ты! Поссать спокойно уже нельзя! - Рявкнул я в голос. И стал умываться. Холодная вода помогает. Но руки все равно трясутся, а в животе кисель. Противно так бултыхается, тошнотворно. Понимает: надежды тщетны, уже вечер…