Глава 66

29-ое кйумху

Лайри:

Денек выдался, конечно, тот еще. Хорошо, что вечером пришел Найс, и что все его возможные обиды растворились, как я и надеялась, в первом же поцелуе. А до этого я побеседовала с Клау, потанцевала с ней танец двух кобр, как же без этого. Потом помчалась и осчастливила близняшку: завтра будем гулять на трех свадьбах вместо двух, зато нас почтит своим присутствием сама Клаусийлия.

Еще один вопрос, которым пришлось срочно заняться - это гости. Тамайрис я застала у бабули. Дамы мирно пили тайшу с заварными пирожными, и обсуждали предстоящее мероприятие. У ног каждой сидело по любимчику, и грело ушки, судя по сосредоточенным лицам парней.

Новость о том, что я тоже завтра возьму мужа, встретили сдержанным восторгом, и я из просто любимой внучки и племянницы мгновенно стала САМОЙ любимой. Дела отошли на второй план, мне вручили пирожное, усадили в кресло и на любую просьбу радостно кивали. Дуэтом.

Я хотела своих гостей, с фермы. На удивление, обе приняли эту новость благосклонно. Даже не поморщились, а наоборот, загорелись энтузиазмом. Так что Тамайрис отправилась с помощником закупать «гостевое мясо» в какое-то одной ей известное «приличное место», а я пошла звонить на хутор.

Экран загорелся почти мгновенно, словно кто-то ждал моего звонка. Хм, а может и ждал. Ждала. По ту сторону экрана обнаружилась кузина. Рой несколько растерянно моргнула, осматривая роскошную, по хуторским меркам, комнату за моей спиной, и саму меня в шелковом халате стоимостью с хороший трактор. Но быстро взяла себя в руки, поправила свое лучшее платье и радостно мне улыбнулась:

- Привет, дорогая!

Я едва не подавилась, стараясь сдержать приступ хохота. Рой так старательно скопировала интонацию Хейленийолы, что едва не сбросила меня с кресла. Где она ее слышала - в тот первый раз, когда близняшки забирали меня из дома? Ой, умо-о-ора!

Но на самом деле хорошо - мне еще учить кузину правильному поведению на людях и правильному обращению с элитным мужем. Не то, чтобы я сомневалась в ее умении управляться с парнями, но это же все равно, что отдать на птичий двор экзотического попугайчика вместо обычной кундейки. Понятно, что тоже птица, но уж больно нежная и ухода требует специфического. И хорошо, что Рой уже сейчас готова подражать «высшему свету» и смотрит при этом мне в рот, задача заметно упрощается.

Кстати, мальчишку следует проинструктировать. Напутственную «материнскую» речь сказать, или еще как… Мамаша-то его пока недоступна, хотя я со временем надеюсь и этот контакт использовать себе во благо. Устроится ее отпрыск на ферме, приживется, с Ройрой слюбится - почему-то я в этом ни капли не сомневаюсь.

Вот, а потом можно будет и мамаше его позвонить, прямо с фермы - пусть об этом тетя Дийна подумает, как и что, им тоже новые знакомства в первых домах не помешают, пора подумать о том, чтобы вывести ферму на новый уровень. Кто знает! В первые дома нам не надо, но на Венге существуют не только первые.

Рой, конечно, об этом пока даже не задумывается, и у экрана в лучшем платье вытанцовывает, потому что наверняка пронюхала о необычном подарке. Извелась от предвкушения и любопытства, по глазам заметно было, так сверкают. Ну просто извертелась у экрана, так не терпится расспросить меня о главном, но сдерживается, молодец. В общем, закончился разговор обещанием, что обо всем узнает уже завтра, и даже увидит кое-кого. Да-да, сюрприз-сюрприз.

Пришлось еще и с Джорданом созваниваться, и посылать туда аэрошку за Кейни. Думала забрать его только после экзаменов, но уж больно подходящий момент, чтобы познакомить кузину с ее будущим сокровищем.

Я уже хотела расслабиться, думала, что все дела сделаны, и тут вспомнила: Рис! Вот, Матерь! Я его завтра в мужья беру, всех предупредила, со всеми переговорила, а о главном забыла. По некотором размышлении решила слетать вечером за ним и помидоркой в театр, забрать их домой, а по дороге и осчастливить.

Клайрис:

В театре мне очень обрадовались. Как-то, с одной стороны, будто бы меня не было вечность - похлопывания по плечу, подмигивания, пожимания руки на бегу. А с другой - как будто и не уезжал.

Конечно, главная роль в пьесе в этот раз мне не светила, с таким длительным отсутствием, но одной из второстепенных быстро озадачили - паренек, которого планировали на эту роль, не справлялся. И я даже посочувствовал ему: еще два таких провала, и Рэйни выпрет его из театра и даже совесть мучить не будет. Наверное, кроме таланта надо обладать еще чем-то, внутренней верой в себя, например. Не знаю… А еще железной нервной системой, чтобы выжить рядом с Рэйнийляшем.

Короче, с утра я бегал в качестве мальчика-подавальщика, Вил и Рэйни называли таких «юные падаваны» и при этом веселились над чем-то своим, только им понятным. А днем уже сидел и учил роль, вернее сразу две - жар-птицы и юного принца. Хорошо хоть, не конька-горбунка. На главные роли: двух старших сестер-гвардеек и младшей, со странным именем Ийвануйшка, почему-то упорно прикидывающейся дурочкой, а потом оказавшейся вполне себе умницей и красавицей, были приглашены женщины.

А старую капризную царицу играл один из новеньких, мужик почти под сорок. Сначала я удивился - как он умудрился дожить в гареме до такого возраста, не будучи ничьим мужем (конечно, всю его биографию мне на ухо сообщили по секрету сразу человек пять по очереди - еще бы: такая диковинка в театре!). Но посмотрев, как он играет… Какое вживание в роль! Какая мимика, интонации! Я просто застыл от восторга и тут же получил пинок под зад, для ускорения, потому что в тот момент еще был «юным падаваном».

Ближе к вечеру я уже декламировал на сцене: «Но взгляни, твой волос сед, мне ж пятнадцать только лет: как же можно нам венчаться? Все вокруг начнут смеяться».

Этот момент мне был не очень понятен. Поведение принца было очень странным: вместо того, чтобы гордиться, что его выбрали в мужья, он мало того, что выделывается, расхваливая себя, так еще и оскорбляет выбравшую его женщину.

"Пусть не станут и смеяться, все ж не можно нам венчаться, - не растут зимой цветы: я красавец, ну а ты? Чем ты можешь похвалиться?"

Кажется, я начинал понимать, почему у предыдущего принца эта роль не получалась. Для этого надо было самому хоть раз оказаться перед проблемой выбора, а таких случаев у мужчин бывает очень мало. Это я мог выбирать между госпожой Лайри и остальными, возможно, очень уважаемыми женщинами. Вот и принц выбрал Ийвануйшку, хотя она была всего лишь девицей с хутора. Как и моя госпожа, кстати. Так что в роль я вжился довольно быстро, только наглость и грубость героя мне очень не нравились: "А такая в том нужда, что не выйду никогда за дурную, за седую, за беззубую такую!"

Вот странно, что принца после таких слов не выпороли. Хотя царица по сюжету и была очень сильно… не хорошо так про женщину даже думать, но вот с придурью она там была по сюжету. И баловала своего принца нещадно. Но в конце справедливость восстанавливается, потому что Ийвануйшка, сразу как только взяла принца в мужья, первым делом его высекла плеткой за все те грубости, что он говорил царице. И правильно!

Репетиция затянулась, я и не заметил, как наступил вечер. Чейри уже какое-то время сигнализировал мне из зала, показывая, что пора закругляться. Хорошо, что мы пока еще репетируем без грима, переодеваться не нужно.

Наконец Вилайди одобрил последнюю сцену, встав с первого ряда и махнув рукой: «Отлично вышло, молодцы!». Я спрыгнул вниз, в темноту зала и тут же увидел госпожу Лайри, сидящую рядом с Чейри. Она улыбнулась мне, и на душе сразу стало тепло-тепло. Быстро подбежав, я начал опускаться перед ней на колени.

- Ты молодец, змеенок! - госпожа поправила подол темно-алого шелкового платья, в разрезе мелькнула стройная ножка в туфельке на шпильке. - А принца твоего правильно выпороли, какой наглец!

- Да, госпожа, - согласно кивнул я, смотря на нее снизу вверх.

- А у меня для тебя сюрприз, - госпожа разглядывала меня с каким-то загадочно-довольным выражением лица. - Завтра у нас с тобой большое событие. О-очень большое.

Я замер, а в голове разными цветами, разного размера буквами замелькало слово: «Свадьба». Завтра. Уже завтра?! Может, не она? Я с надеждой взглянул на госпожу, ожидая продолжения.

- Завтра я возьму тебя в мужья, - подтвердила она. - У нас в доме будет тройная свадьба, скромная и семейная, потому что я не люблю шумных праздников, но твоя и моя семья приедут в гости, и ты официально станешь моим.

- Тройная? - кашлянув несколько раз, как будто у него неожиданно запершило в горле, уточнил Чейри.

А я начал судорожно вспоминать все содержимое своего шкафа. Там не было ничего подходящего для завтрашней церемонии. Совершенно ничего! Я же приехал с небольшой сумкой и мать прислала мне потом всего семь костюмов, одному уже было вообще полгода, другие немного поновее. Пару любимых туфель. Несколько совсем простых штанов и рубашек, пару футболок и все! ВСЕ!

- Хейлениола берет первого и второго мужа, - ответила госпожа на вопрос Чейри, потом посмотрела на меня и засмеялась: - Змеенок, успокойся, твоя мама уже переслала мне каталоги. Выберешь все, что захочется, и завтра рано утром все будет доставлено.

А мерить… А если мне не подойдет… А прическа… А…

- А можно мне будет перед свадьбой слетать в театр, к брату?

Чейри, очевидно удовлетворенный услышанным, спокойно продолжал стоять рядом с госпожой. Странный он, все таки. Можно подумать тут места мало, чтобы на колени опустится!

- Куда слетать? - не поняла госпожа. - Зачем?

Но тут она понимающе улыбнулась - ее взгляд упал на так и не ушедшего из зала Вилайди, старательно делавшего вид, что он просто присматривает за убирающимися на сцене, но при этом иногда поглядывающего в нашу сторону.

- Тогда тебе придется очень рано встать, чтобы не вышло никаких задержек, Церемония назначена на три часа после полудня.

Я благодарно кивнул:

- Спасибо, госпожа! Конечно я встану очень рано.

«Если вообще смогу сегодня заснуть», - закончил я про себя, мысленно.

30-ое кйумху

Хей:

Проснулась я сегодня счастливая, переполненная жаждой деятельности. Энергия во мне так и бурлила, требуя развить бешеную деятельность с утра пораньше.

Сначала я привела в порядок себя, любимую, убедилась, что неотразима. Потом полюбовалась на напряженно-неестественного Ийвейса, с сумасшедше-блестящими глазами, то начинающего без умолку что-то щебетать, то замолкающего на полуслове, опасливо поглядывающего на меня, и опять, и снова. Пришлось строго гаркнуть, чтобы успокоился и выдохнул.

Я пригласила на сегодняшнюю церемонию его мать и трех сестер и очень надеялась, что они будут более вменяемыми, чем мой будущий первый муж и отец моей первой дочери.

Дийк, само собой, был спокоен и сосредоточен. Черные брюки свободного покроя и бежевая рубашка гармонировали со строгим выражением его лица. Я даже сделала ему комплимент, третий или четвертый за все то время, что он крутится возле меня. Судя по легкой улыбке, промелькнувшей на его лице, состояние моей тени тоже было не совсем нормальным.

Оставив мальчиков наслаждаться обществом друг друга, я посетила мужскую половину, убедилась что «мясо для развлечений» закуплено и выглядит вполне презентабельным, посмотрела на уже слегка подуставшего с утра Найса и даже пожалела его, бедного. У всех праздник, а он тут новеньких дрессирует.

- Как Клайрис? - поинтересовалась я, вспомнив, что сегодня не только у меня свадьба, но и у сестренки.

- С утра уехал в театр, наводить марафет, как я понял, госпожа Хей, - уточнил Найс.

Надо же, какая выдержка: ни один мускул на лице не дрогнул. Неужели совсем не переживает, что у его ненаглядной госпожи теперь на первом месте будет не он, а какой-то чужой мальчишка? Хотя, Дийк, вроде, упоминал, что Найс взял Клайриса своим нижним. Что ж, тогда все понятно - они с Лайри на пару имеют маленького Альцейкана. Я хихикнула, потом представила Клайриса в театральном гриме, мне стало еще веселее. И, радостно напевая про себя праздничную лагерную песенку, я направилась будить Рий.

Рий:

Настроение с утра было странное. Вроде бы проснулась вполне себе приятно, в очередной раз обнаружив, что в качестве грелки и подушечки для сна мой зеленый зверек так же хорош, как в сексе. Но, чтобы не разбаловался, звонко шлепнула пару раз по шелковистой и упругой попе, сгоняя с кровати на коврик. Вот и сидит теперь там, сверкает глазками и дуется. А я получаю искреннее удовольствие, перечисляя способы борьбы с надутостью в венговском стиле. Пытаясь определить, что ему больше не нравится, по тому, как он то надувает, то закусывает пухлые губки.

Майти молча шустрил на заднем плане, организовывая мне завтрак, раскладывая шелковое платье на сегодня, подбирая к нему туфельки. Вот кто и не думает вредничать, хотя это ему только что свалилось костлявое-зеленое почти на голову. Потому что Майти, как образцовый наложник, всю ночь сопел на коврике у кровати, а я на него с утра Ши стряхнула.

Мои размышления на тему венговского и невенговского воспитания вообще, и пользе разнообразия в частности, прервала Хей. Вот уж кто сияет и переливается, как будто ей бриллиант подарили, а не две обузы на шею.

- Утро! Смотрю ты уже проснулась и даже одежду выбрала? - сострила она, кивнув на Майти у шкафа.

- А что делать, если родная близняшка сошла с ума, да еще и решила отпраздновать это событие? - в тон отозвалась я, критически оценивая два выложенных на кресле платья. Майти никогда не осмеливается что-то решать за госпожу, и, стараясь угадать мое настроение и желание, всегда готовит минимум два варианта. Сегодня легкий муаровый шелк бирюзового цвета соседствовал с тяжелыми складками темно-зеленого бархатного платья в пол. Пожалуй - второе. И черные туфельки на шпильке.

- Всем нам когда-нибудь придется через это пройти, - хмыкнула Хей и тут же стала серьезной: - Я тетушку Лайсию на свадьбу пригласила. Надеюсь, ты понимаешь на что я намекаю?

- Придется за ней приглядывать, - я презрительно поморщилась: - Ох уж мне эти провинциальные родственницы с их пещерными представлениями о развлечениях! Напиться до невменяемости и покалечить все, до чего дотянется!

- Я еще пригласила мать и сестер Ийвейса, а сестренка - тетушек с хутора. Надеюсь с ними проблем не будет, если сильно не напьются. А вот тетушка Лайси… - Хей тяжело вздохнула, очевидно вспомнив последнюю вечеринку, на которой присутствовала наша милая родственница. Нам тогда удалось продать обратно в бордель меньше половины закупленных там же зверьков. Развлеклась тетушка на полную, никакой экономии.

В конце концов, это пустое расточительство, пускать деньги на ветер. Даже купленное "мясо" становится собственностью Дома и чего-то стоит. После вечеринки его следует осмотреть, рассортировать, продать или подарить, но использовать на благо дома. А не прикопать под кустом остатки того, что еще вчера стоило - ну да, небольших, но - денег! А венголарик сотню бережет.

Права была бабка, когда гоняла нас с сестрой за халатное отношение к имуществу. Одно дело, развлекаться в борделе, а другое - портить вещи, принадлежащие семье и дому. И вообще, это плебейство, заигрывать все без разбора. Оно допустимо в ранней юности, когда девчонки с гормонами вместо мозга просто ничего не умеют. А настоящая госпожа сломает любого раба и получит столько боли и страха, сколько ей надо, не калеча игрушку.

Лайри:

Сумасшедший дом начался даже не с утра, а еще с вечера. Когда я загнала будущего мужа спать. Он, бедный, просто разрывался между желанием упасть и выспаться, сесть и поволноваться всласть и провести ночь не в своей, а в моей постели. По поводу последнего мы даже немножко подулись, за что получили ладонью по заднице и устроились в кровати в обнимку с подаренным мишкой.

И уснул, чучело, почти сразу. Какая там ему ночная страсть, натанцевался за день, переволновался вечером и завтра вставать рано.

Я посидела рядышком с ним на краю кровати, поглаживая и его, и мишку по одинаково шелковистым лохмам, пока Рис не засопел. Почему-то это синеглазое хвостатое змейство будило во мне, помимо женских, еще и какие-то материнские инстинкты. Почти как хорошенький новорожденный щенок или котенок. Такой же непосредственно-мимимишный, но с зубками. Усмехаясь про себя этой мысли, я ушла от Риса, только когда он крепко уснул. И ночь перед свадьбой опять провела наедине с сокровищем.

А прямо с рассвета началась кутерьма и беготня. Перепуганный встрепанный Рис умчался в театр наводить красоту, и я отправила с ним Чейри - во-первых, чтобы занять его делом и убрать из эпицентра суеты, а во-вторых, чтобы змеенок в нервах долетел куда надо и, главное, вернулся вовремя. А то он, как проснулся и вспомнил о свадьбе, показался мне вообще невменяемым от волнения.

Потом пришлось метаться между прибывающими родственниками и парикмахершей-визажисткой-портнихой, которых пригласила бабуля. А параллельно отслеживать и делать еще сто разных дел, прилетевшего из Джордана Кейни в том числе.

Платье у меня было, конечно, волшебное. Оказывается, бабушка Зойя решила сделать мне роскошный подарок к свадьбе и давно отправила заказ самой дорогой портнихе Венгсити. Сегодня утром платье прибыло в сопровождении авторши, и меня битых два часа вертели, как манекен, подгоняя каждую складочку и устраняя невидимые огрехи. А потом причесывали и делали макияж.

Платье было такое - точнее, я в нем была ТАКАЯ, что даже эти два часа пролетели, как одно мгновение. Как мне, оказывается, идет белое с золотом! Совсем простой силуэт, чуть приталенный, из потрясающе мягкого и приятного на ощупь шелкового стрейча. Но не в обтяжку, а, на первый взгляд, даже чересчур свободный, при малейшем движении оживал. Любуясь на себя в зеркало, дефилируя по комнате, поворачиваясь то одним боком, то другим, я чувствовала, что вот в эту богиню и сама бы влюбилась без памяти.

Вернувшийся Клайрис застыл в дверях, впервые, наверное, забыв опуститься на колени. Чейри пришлось даже его слегка отодвинуть, чтобы пройти в комнату и, подмигнув мне, поднять вверх большой палец и выдохнуть что-то типа "Во!". Потом он жарко покраснел, увидев очумелые глаза модистки и просипел: "Вы прекрасны, госпожа!".

В это время отмер мой будущий супруг, как раз для того, чтобы радостно объявить: "Да! Ой! Вы прекрасны, госпожа!". - и плюхнуться все же на колени.

Я засмеялась, глядя на меня, засмеялись и портниха с визажисткой.

Аэрошка с Кейни прилетела, когда я уже была одета и накрашена. Придерживая пальчиками струящийся подол, я еще раз оценила свое отражение в зеркале, после чего выставила всех из комнаты и с царственным видом устроилась в кресле. Так, надо решить, с кем поговорю вначале: с Рой, или с ее будущим мужем. Решила начать с мальчишки, потому что его после разговора можно отправить в гарем, чтобы не путался под ногами, а от родственниц после начала общения так просто не отделаешься.

Мальчишка плюхнулся на колени еще у двери и только потом осторожно поднял глаза. Открыл рот и застыл. Эй, чего-то я переборщила с красотой, сейчас впечатлится по самые уши и на Рой уже не станет смотреть этим взглядом оглушенного теленка.

Вот, Матерь, надо отправить к кузине визажистку и парикмахершу и вообще… Ладно.

Я откинулась в кресле и задумалась. Кейни мне не мешал, изображал дисциплинированную статую там же, у двери. Матерь, сразу не заметила, но какой-то шов в этом платье сделан криво или неправильно, и теперь он раздражающе колет меня в бок. А главное, почесаться никакой возможности, я же божество, а богини совершенно точно не страдают чесоткой.

Ладно, будем искать положительные стороны в хреновых обстоятельствах. Сейчас прочту напутственную лекцию и позову портниху, пусть исправляет! Хорошо, что заранее, а то стояла бы на церемонии, не как невеста-само-совершенство, а как блохастая собачонка с нервным тиком.

Напутственная лекция в результате сократилась до трех предложений, уж очень противно кололся шов, причем с каждой секундой, кажется, все сильнее. Я галопом промчалась мимо своих глубокомысленных наставлений о том, что ферма это ферма, а не гарем, и… Вот только зря обдумывала и даже шепотом репетировала речь!

Ничего толком не объясняющая фраза о том, что на мальчишку возлагается какая-то особенная ответственность, и он должен быть кузине не просто хорошим мужем, но и помощником, по-моему, только еще больше напугала парня, он заметно сбледнул. Ну и праотцы с ним, потом разберемся, сил нет уже! Булавку она, что ли, забыла у меня в боку?!

С Ройрой удалось поговорить только перед самой церемонией. Кузину просто подбрасывало от нетерпения и переполнявших ее эмоций, накрашенная, причесанная, срочно переодетая в одно из моих платьев Рой выглядела великолепно, но в кресле сидеть спокойно не могла. Крутилась, вертелась и то краснела, то бледнела, как малек на первых смотринах.

Тетя Ди все время одергивала племянницу и собственную сестру, мать Ройры. В конце концов они все же успокоились и взяли себя в руки после отчаянного шипения Ди на тему плебейства и аристократии. Я где-то понимала родственниц, сама на их месте побывала, когда попала сюда впервые. Но мне вовсе не улыбалось выставить их провинциальными дурочками, так что к шипению Диийны я добавила свое порыкивание.

Рой получила целый чемодан… учебников. Я радостно сплавила кузине все свои пособия по подготовке к экзамену. И объявила, что у нее время как раз до первоснейжена. Кейни

сдаст экзамен в Джордане, а Ройра - лично мне.

Да, вот такая я важная, но элитный муж - это вам не просто так, это как новый комбайн с компьютерным управлением, им надо уметь пользоваться, чтобы не загубить тонкую технику.

В основном же напутствия сводились к тому, что мальчика надо любить, но нельзя баловать. И вот как это правильно делать, Рой должна вычитать в умных книжках, а тетушки ей в этом помогут.

В общем, озадачила всех.

Вейс:

Я с ума сойду, бли-и-ин, с этим весельем, тля! Это же не вечеринка, где мне просто надо стоять за госпожой и не отсвечивать, а по ее приказу бухаться на колени и делать то, что она пожелает. Нет, бли-и-ин, это празднование, где я должен быть, тля, красавчик на высшем уровне. Где все на меня будут пялиться, оценивающе так, где мне надо будет говорить что-то. Да я сдохну раньше, чем все это начнется!

Я, блин, вообще не понимаю, почему Дийк такой спокойный. Хотя он привык, он же часто госпоже в ее играх помогает, так что для него это просто такая игра, после которой он даже фамилию не сменит. Это я тут по комнате бегаю, туда-сюда, как нервный.

- Не мельтеши. В глазах рябит, - выдал Дийк убойно длинную речь. Я плюхнулся в кресло рядом с ним и замер. На целую минуту.

- А куда госпожа пошла?!

- Не знаю.

- А когда она придет?

- Не знаю.

- А может, мы выйдем отсюда и пойдем у себя подождем, а?

- Нет.

Ну бли-и-ин же, я не могу спокойно сидеть, у меня сейчас судороги случатся! Нервная истерика! Меня сегодня возьмут в мужья. Меня. В мужья. Меня…

Тут в комнату вошла госпожа и мы с Дийком одновременно стекли с кресел на пол. Надеюсь она ничего не заметила… Хотя, судя по ее ухмылке - заметила.

- Ийвейс, там твоя мать и сестры прилетели, можешь пойти с ними пообщаться.

- Спасибо, госпожа! - я вылетел из комнаты и побежал по коридору, потом по лестнице, перепрыгивая через ступеньки, потом… - Ма-ама-а-а! Я стану мужем, прикинь!!!

Хей:

Девочки и родственницы потихоньку подъезжали и рассредоточивались по большому гостевому залу, где еще с полудня все было готово и стояло несколько отдельных столов, сервированных чисто под фуршет для гостей, ожидающих начало праздника.

Там же мельтешили мальчики, обученные красиво ухаживать за госпожами и аккуратно уклоняться от ухаживаний госпожей. Родня, живущая при доме, тоже постепенно перемещалась в зал.

Айникэйсянов я планировала посадить рядом с нашими хуторскими тетушками, которые пока зачем-то заседали в комнатах у Лайри. Соскучились, наверное. Так что я не мешала Ийвейсу веселить свою маму и сестер. Все Айникэйсяны были очень похожими, как сканы с лица матери, только мой будущий муж выглядел более ухоженным, как и положено наложнику из гарема. Ну и одежда у женщин была хоть и довольно новая, но из позапрошлогодней коллекции.

Наши понаехавшие родственницы поглядывали на родню моего будущего мужа с плохо скрываемым презрением. Да, только ради того, чтобы увидеть эти скривленные морды, стоило пригласить мать Ийвейса, но я еще видела: мальчику возле семьи стало значительно спокойнее. А то трясся и зубами чечетку отстукивал.

Дийка я тоже отпустила развлекать мать и прилетевшую по такому случаю из Университета сестру – естественно, с мужем. М-да, пора уже остепеняться нашему поколению, если более младшее принялось мужей выбирать.

Я поулыбалась одной группе гостей, посмеялась в компании другой, приняла поздравления от третьей, сочувствующе-высокомерный взгляд и пожелания семейного благополучия от родственницы из сто восемьдесят третьего Дома. И ненавязчиво оказалась рядом с тетушкой Лайси, уже зажавшей в уголочке слабо попискивающего мальчишку.

- Тетушка, предназначение этого мальчика разносить напитки и закуски, но если ты желаешь развлечься уже сейчас - я прикажу Найсу выпустить несколько парней «для угощения».

На самом деле и среди напиткоразносящих я уже насчитала штук семь новеньких, бордельных, из тех кто не совсем еще свейдженился. Мы специально закупаем партию более-менее хорошо сохранившихся, для начала веселья, и партию совсем «мяса», для окончания. Это вынужденная подстраховка, когда в гости приезжает столько родственниц, совершенно не умеющих вести себя прилично и не портить игрушки.

- Мне не нужны бордельные шлюхи, я хочу поиграть в нормального наложника, - тетушка зыркнула на меня обиженно-возмущенным взглядом.

Один из «новеньких» тут же оказался рядом и вопросительно уставился на меня. Я огляделась и наткнулась на одну из распорядительниц вечеринки, очевидно, направившую паренька сюда.

- Тогда развлекайся вот с этим, он постарше, - и я ловко выдернула одного мальчика из угла, подпихнув в руки тетушки второго. - Сгинь, - хлопнула я первого по заднице, придавая ему ускорения.

Распорядительница, с виноватым лицом, как раз собирала вокруг себя всех мальчишек, чтобы проинструктировать насчет правильного поведения с пристающими женщинами. «Домашние» - уворачиваются, «бордельные» - подставляются. У них есть стимул: те, кто сумеет обратить на себя внимание или Найса, или распорядительниц, или кого-то из женщин - того оставят в доме. Очень хороший стимул, я считаю.

Клайрис:

Свадьба, и правда, оказалась очень тихой, семейной, гостей было очень мало. Больше всего меня удивили хуторянки, сидевшие отдельно ото всех. Я бы и так их вычислил, по не очень уверенному поведению, немного растерянным лицам, отсутствию привычки ходить на каблуках. Но за их столиком сидел Кейни рядом с довольно яркой блондинкой, с чуть грубоватыми чертами лица, но при этом все равно очень красивой. По-своему, по-деревенски. Кейни посматривал на нее настороженно, но зато она смотрела на него с плохо скрываемым восторгом в глазах.

Как-то одна из наших наставниц зачитывала нам старинные пословицы и поговорки. Сразу вспомнилась парочка: «стерпится-слюбится» и «с милой рай в шалаше». Вот насчет шалаша Кейни было очень жаль, но, если госпожа будет мне иногда давать карманные деньги, постараюсь не все тратить на себя, а на часть закупать что-то для друга, косметику, например. Крема ему там очень понадобятся. И для рук, и для ног. Интересно, а пороть там его чем будут? Почему-то в голове сразу закрутились картинки из далекого детства, как мама обучала меня ездить верхом на лошади. Вряд ли у них там есть нормальный флоггер, значит...

У меня даже спина заныла, только я представил, как этой специальной тростью для лошадей хлещут Кейни. Поэтому я отвлекся от грустных мыслей, поднял взгляд на госпожу Лайри, улыбнулся ей и потерся щекой об ее колено. Мы сидели за небольшим отдельным столиком: моя, уже официальная, жена и госпожи Хейлэйниола и Рийнийола со своими мужчинами. Я был сегодня единственный у ног госпожи Лайри, и меня это очень радовало.

К столику постоянно подходили гости, поздравляли госпожу Лайри и с тем, что она официально приняла титул Старшей, и с тем, что взяла меня первым мужем. Госпожу Хей тоже поздравляли, только как-то не всегда радостно. Мезальянс был, безусловно, сильный. Конечно, Вейс смешной парень, искренний, но он же с хутора! Это ж… Хотя, мой лучший друг, наоборот, после Джордана поедет на этот же хутор. Или на соседний. Я не очень разобрался.

Просто вот будь Вейс просто любимым наложником, все было понятно. А зачем его было в мужья брать? Вот Дийк - по тому сразу породу видно, хотя у него мать вроде как спец на кухне, но значит, от отца порода передалась. Таких лиц у спецов не бывает. Утонченные черты, совершенная симметрия, идеальная форма бровей, длинные пальцы. Да даже форма ногтей! Нет, Дийк - породистый, а Вейс…

Я встретился с излучающими неприкрытое счастье карими глазами, вспомнил откровенное восхищение в глазах будущей жены моего друга. Очень хотелось презрительно фыркнуть - эти деревенские совершенно не умеют контролировать свои эмоции на людях! Но вместо этого я улыбнулся, и даже слегка завидно стало. Надо же, светится как солнышко и не скрывает этого. Может моей госпоже тоже так нравится? Она ведь тоже на хуторе выросла?

Рий:

Конечно, даже речи не шло о том, чтобы выпустить моего зелененького ко всем этим диким мегерам. Терпеть не могу жадную свору бедных родственниц, у них в глазах так и мелькают ценники на все, что на эти глаза попадется. Конечно, ни одна не посмеет прикоснуться к чьему-то персональному зверьку, но сегодня они меня особенно сильно раздражают, уже нацелились перепортить половину закупленного товара! Праотцы, это свадьба сестры, а я должна, как коршун, в оба глаза смотреть за теткой Лейси, потому что в прошлый раз она едва не покалечила сына нашей лучшей садовницы! Конечно, мальчишка сам виноват, что не увернулся, но его матери от этого не легче, да и нам пришлось вызывать к нему медика из больницы и оплачивать лечение.

Матерь, у меня даже аппетит пропал и нет ни малейшего настроения веселиться. Хорошо, что у моих ног сидит Майти, и, словно чувствуя, когда я готова сорваться и выплеснуть на всех этих гостий яд, едва заметно касается то лодыжки, то коленки. Без разрешения! За что тут же получает подзатыльник, или я запускаю в шелковистую копну пальцы и больно дергаю, так, что у него запрокидывается голова. Смотрю в эти, праотцы их возьми, понимающие глазищи, злюсь, и... Успокаиваюсь. До следующей вспышки раздражения.

Если отвлечься от всего остального, особенно от многозначительных взглядов и намеков на то, что я отстала от сестер в деле приобретения ярма на шею, свадьба прошла по-семейному мило и душевно.

Кстати, наша новая фермерская родня, хотя и чувствовала себя слегка скованно, но в грязь лицом не ударила. Особенно мне понравилась кузина малышки, довольно симпатичная блондинка, что называется, кровь с молоком. Уже к середине праздника она перестала зажиматься и весьма мило щебетала о чем-то с нашими девчонками. А красивый мальчик у ее ног только подчеркивал новый статус: уже не просто деревенская дурочка, а девушка с определенным положением и перспективами. Усмехнувшись, я покосилась на нашу сегодняшнюю невесту. Само совершенство. У меня такое чувство, словно не сестренке мужа берем, а... Ну нет, я еще слишком молода, чтобы иметь дочь!

Клайрис:

Мама еще в середине празднования подходила поздравить нас и вручить госпоже Лайри подарок. Небольшого размера упаковка, явно что-то дорогое, из семейных запасов. Меня сразу начало скручивать от любопытства, но я старался себя сдерживать и потихоньку успокоился. Вечером все посмотрю. Госпожа же не прогонит меня, когда будет распаковывать подарки? Конечно, не прогонит!

Я потерся щекой об ее колено, и оглядел зал. Многие женщины уже были откровенно пьяны. Среди мальчиков, обслуживающих столы, уже почти все лица были незнакомыми.

- Хочешь еще сока? - госпожа протянула мне стакан, но я отрицательно помотал головой.

- Спасибо, я хочу… наоборот. Вы позволите мне отойти? Я аккуратно!

Госпожа кивнула, и я тихо-тихо, вдоль стеночки, стараясь не привлекать к себе внимания, выскочил в коридор.

Общий туалет был ближе всего, это я еще в свой первый выход «припудрить носик» выяснил. И находился недалеко от выхода на улицу, можно было потом немного постоять, подышать свежим воздухом, успокоиться.

Но вот как раз последнее у меня не получилось.

- Клайрис! Я так и подумала, что найду тебя здесь, - мать прижала меня к стене, за плечи и пристально уставилась, прожигая меня взглядом. - Поздравляю со сменой Дома, сынок! Счастливой семейной жизни.

- Спасибо, госпожа, - прошептал я, ощущая как под воротник рубашки проскальзывает маленькая бумажка. Матерь Всего Сущего, помоги мне! Что же на этот раз от меня хочет моя мать?!