12. Кьяра

Когда красивая, как настоящая королева, и печальная, как носящая траур вдова, наложница ушла, Кьяра грустно опустилась обратно на скамейку. Она не понимала, чем обидела новую знакомую.

Гэрэла всегда говорила, что у ее подопечной слишком длинный и острый язык. Но разве сейчас Кьяра острила? Она не пыталась задеть женщину. Вообще-то Лиамея сильно отличалась от других наложниц, она выглядела очень одиноко и вызывала совершенно другое желание: защитить, поддержать. Усталые зеленые глаза, словно видевшие массу горя, смотрели так обреченно! Кьяре только сейчас пришло в голову, что бессмысленная судьба наложниц старика не только смешна, но и невероятно трагична.

Кьяра вертела в руках нож, которым пользовалась вместо ножниц. Какое-то смутное неудовольствие произошедшим угнетало ее, словно недоразумение повисло между ней и Лиамеей.

Скрипнули петли двери, зашуршал гравий. Шаг был тяжелым, куда увереннее невесомой поступи Лиамеи. Кьяра тут же юркнула за один из обвитых лианами стволов и спешно начала распутывать хитрую конструкцию, закрепленную на поясе. Рукава никак не поддавались, и когда она, справившись, с силой натянула их прямо поверх влажной от пота и пара кожи, противно осаднили плечи.

— Кьяра Теренер, — позвал ее низкий мужской голос. Похоже, его обладатель остановился как раз у скамейки. — Прятаться глупо.

— Да я не прячусь, — уязвленно заявила Кьяра, выступая вперед. Платье не было зашнуровано сзади, так что спереди висело пузырем, но девушка гордо подняла голову и посмотрела прямо в глаза незнакомцу. — Вы, должно быть, всеведущий Олтар?

Мужчина, сейчас изучавший ее нож, неторопливо, словно все время мира принадлежало ему одному, отвлекся от резной змеи на рукоятке и посмотрел на Кьяру. Ей не понравился тяжелый, пронизывающий взгляд черных глаз, и как его тонкие губы искривились в едва заметной кривой ухмылке. Ему на вид было столько же, сколько Лиамее, а может, и больше, но если Кьяра что-то понимала в том, как выглядят шепчущие, перед ней стоял именно маг.

Мужчина был достаточно высок, плащ с массивными металлическими накладками делал еще более широкими и так немаленькие плечи, неброская коричневая одежда выглядела удобной и казалась принадлежащей не утонченному вельможе, а опытному следопыту. Простой кожаный ремень с бронзовой пряжкой, почему-то приковывающей к себе взгляд, перехватывал свободную рубашку и держал перевязь скрытого под тканью меча, который Кьяра и не заметила бы под плащом, если бы по настоянию Арвана не была внимательна к подобным мелочам. В отличие от Дэмина, темные волосы незнакомец не собирал, они свободно обрамляли его безразличное лицо.

Он не понравился ей до чрезвычайности.

Кьяра видела таких людей. У отца был целый отряд наемников, глядящих вот так спокойно — и готовых по приказу раздавить лошадью хоть собаку, хоть маленького ребенка.

Мужчина снова усмехнулся, взвешивая на руке ее любимый нож, и положил его на сидение скамейки. Затем кинул Кьяре в руки что-то серое. Она инстинктивно поймала мягкий предмет, оказавшийся ватным валиком.

— Вы думаете, я его при вас сейчас надену? — осведомилась Кьяра, как ни в чем не бывало бросая его поверх ножа. Унизительный элемент гардероба прошуршал по дереву скамейки и упал за ее спинкой.

Мужчина не ответил, только красноречиво посмотрел на юбку Кьяры. Вслед за его взглядом и она опустила глаза: подол все еще как-то держался подвязанным на поясе. Наверно, голые лодыжки, выглядывающие из получившихся широких штанин, считались дворцовыми верхом неприличия, но Кьяра только пожала плечами и распустила узел, и юбка тут же упала, вмиг собирая под собой жар.

— Меня зовут Олтар, я отвечаю за безопасность императора и тех, кто имеет право находиться во дворце, — проговорил мужчина, и в его словах Кьяре послышался намек. — Можешь обращаться ко мне мастер Олтар.

— Да, я догадалась, кто вы, — скрывая неприязнь, улыбнулась девушка. — Вы будете меня допрашивать?

Мужчина покачал головой:

— Побеседуем.

— Беседы — это замечательно, — продолжила улыбаться Кьяра. Не поворачиваясь к Олтару голой, прикрытой лишь мокрой от пота рубашкой спиной, она проскользнула между своим собеседником и скамейкой и села. — Я вас слушаю и готова говорить, мастер Олтар.

Теперь мужчина возвышался над ней, но так все равно было лучше: спинка удерживала расходящиеся детали платья.

— Ты приехала с Дэмином Лоани.

— Да.

— Зачем?

— Чтобы стать здоровой.

— Причина не только эта? Ты была рада оказаться здесь. Вдали от своего жениха и жизни, которая тебе уготована.

Вот теперь Кьяра напряглась. Откуда он знал?

— С чего вы взяли? — невинно уточнила она. — Если бы не мое больное сердце, я бы уже стала леди Стелер.

— Я поговорил с воинами Тана Стелера и связался с самим Таном.

Так просто!

— Ну… — Кьяра вздохнула. С каждой минутой ей становилось все больше не по себе, а ведь он задал всего один вопрос! Понятно теперь, о чем говорила Двинка. По лбу тек пот. Кьяра машинально вытерла его рукавом и посмотрела вверх: несмотря на зимнюю одежду, Олтару, похоже, жарко не было. — Ладно. Вы правы, я очень рада оказаться здесь. Могу я быть с вами откровенна?

— А ты будешь? — ухмыльнулся мужчина, не сводя с ее красного от жары лица глаз.

— Ну, не совсем, конечно, — развела руками Кьяра. — Мне дали конкретные указания: никому во дворце не доверять, иначе меня съедят живьем. Думаю, вы понимаете. Так что делайте поправку на это, вы же наверняка видели и не такое.

— Тот, кто дал тебе этот совет, сам не достоин доверия и может проглотить кого угодно.

— Даже вас, мастер Олтар? — не удержалась Кьяра. Мужчина не ответил, но сузил глаза, и Кьяре отчего-то совсем расхотелось шутить. — В общем, мой жених здорово меня пугает. Меньше, чем вы сейчас, но довольно сильно. Так что когда я поняла, что больна, это и правда меня обрадовало.

— Лжешь, — бросил ей Олтар, неожиданно садясь рядом. Кьяра хотела было отодвинуться, но скамейка была небольшой, а она и так сидела у самого каркаса. Теперь ее юбка касалась его сапог.

— В чем? — уточнила она.

— Не представляю, — будничным тоном ответил мужчина. — Попробуй рассказать мне эту историю еще раз.

— Ладно, — протянула Кьяра, злясь на себя за искру страха. — Вы чуете ложь? Жуть какая… — пробормотала она себе под нос, соображая. Людей с талантом залезать в голову, как говорил отец, на континенте не осталось, а сам он во дворце бывал и такого, как Олтар, точно запомнил бы. Значит, это мог быть только амулет или какой-нибудь хитрый заговор, если мужчина и правда шепчущий. — Ладно, — повторила она. — Болезнь меня не радует. Жутко знать, что зависишь от кого-то, как я от великого лекаря. Если он не будет лечить меня каждый день, если я не буду пить его снадобья, то умру. Мало кого это повеселит. Правда?

Мужчина не ответил, продолжая в упор смотреть на Кьяру.

— Но я искала способ убедить моего жениха и отца передумать насчет свадьбы и, конечно же, выбраться из Стратацита, пока они не поняли, что всю эту затею стоит обдумать очень хорошо и, может быть, пересмотреть, — мешала она ложь с правдой. — Поэтому когда причина уехать нашлась, я ухватилась за нее.

— Твои личные симпатии меня не волнуют. Чего ты ищешь здесь?

— Понятия не имею, — вполне честно выдохнула Кьяра. — Остаться в живых было бы неплохо. Вы думаете, я несу в себе какую-то опасность?

— Ты будешь выполнять приказы Дэмина Лоани?

— Разумеется. А кто бы не стал на моем месте?

— Он доверяет тебе?

— Да он и за человека меня не очень-то считает, по-моему. Сплавил меня сюда, чтобы я не мешалась под ногами. А когда мы ехали, угрозами заставил меня молчать всю дорогу.

— Жаль, — хмыкнул Олтар.

— Почему? — не поняла Кьяра.

— Этот разговор мог бы быть куда интереснее.

— Простите, что разочаровала, мастер Олтар, — саркастически протянула Кьяра. — Могу я перестать называть вас мастером? Я все-таки не служанка и принадлежу к знатному дому.

«А вы нет», — повисло в воздухе.

— Ты — помощник лекаря и по иерархии ниже меня, — отрезал Олтар, вставая. Он сделал несколько шагов к выходу и вдруг обернулся, словно припомнив что-то важное: — Эта наложница, с которой ты разговаривала. Лиамея. О чем вы беседовали?

— О женских мелочах, — махнула рукой Кьяра.

— Лиамея сама искала твоего общества?

Кьяра кивнула:

— Она показалась мне очень одинокой.

— Не сближайся с ней.

— Почему?

— Потому что в противном случае я буду очень недоволен, а меня злить не стоит.

А вот это уже интересно! Неужели он был в нее влюблен? Вроде, и не похоже… Олтар говорил о Лиамее почти брезгливо. Тогда что за запреты?

— Вы ее от меня охраняете? — уточнила Кьяра, уже понимая, что не послушается этой обернутой приказом угрозы. — Считаете, я ей наврежу?

— Я охраняю императора, — ответил Олтар. — Он подвержен влиянию Лиамеи, потому что привязан к ней. Ее одиночество — залог чистоты его мыслей.

— Я постараюсь не загрязнять мысли Лиамеи.

— Когда она обратится к тебе, не продолжай разговор.

— Знаете, — все-таки не удержалась Кьяра. — Прямо сейчас вы очень подозрительны. Ваш собственный амулет — или что там у вас для допросов — не нагревается?

Она почти представила себе, как широкая ладонь опускается ей на горло, но вместо этого Олтар коротко бросил:

— Спроси у своего господина, стоит ли перечить мне в том, что касается безопасности императора, и стоит ли быть со мной невежливой, Кьяра.

— Договорились, — выпалила Кьяра и тут же спохватилась: — Хотя он мне не господин.

Вдруг лицо Олтара словно чуть оттаяло. Он усмехнулся:

— Тебе стоило держаться совершенно иначе. Он прав, это место тебя сожрет.

И в этих словах не было ни нажима, ни угрозы. Кьяре даже показалось, что Олтар говорил почти небезразлично. Интересно, такие вот перепады от холода к теплу работали на других?

— Знаете, — заговорщицки понизила она голос, подыгрывая. — У нас на гербе красная змея. Вы их когда-нибудь видели? Они мелкие, как червяки-переростки. Им бы всех бояться, но нет.

— И что же? — иронично продолжил мужчина. В голосе его слышался смех. — Скажешь, что дело в их яде, который так смертоносен, что это остальным нужно их опасаться? Сравнишь себя с ними?

— Ну, клыков я точно пока не отрастила, — признала Кьяра с сожалением. — Да и у песчанок зубы маленькие, и не так уж легко они кусаются. Зато если такую змею поймать, ни за что не удержишь, вывернется из любого хвата, из любого мешка и уползет прямо в землю. Так вот, они вкусные, а кто-то еще и верит, что они дают особую мужскую силу. Неважно. В общем, их не так просто съесть. И да, вы правы, я сравниваю их с собой, — закончила она.

— Ну что ж, — неожиданно положил ей на плечо тяжелую руку мужчина. — Попробуй уползти, змейка. И никого не кусай по пути.