5. Дэмин

Великого лекаря поселили в покои, которые он любил: на среднем этаже главной башни, с видом на бескрайние поля, напоминавшие ему о просторах Пурпурных земель. Саму спальню он еще в первый свой приезд обставил по своему вкусу: закрыл каменную кладку стен легким светлым шелком, заменил тяжелые светильники на затянутые тонкой бумагой узорные сферы, устелил холодный пол шерстяными коврами, закрыл мрачный камин полупрозрачной бумажной ширмой. Узкие овальные окна теперь были задернуты белой вуалью. Вместо тяжелой, занимавшей большую часть комнаты кровати с балдахином Дэмин попросил — и Ив, конечно же, удовлетворил эту просьбу, — широкий жесткий топчан с резным бортиком и плоскими подушками. Стараясь угодить гостю, слуги принесли и поставили рядом с дверью большие кадки с живыми растениями, в холодное время года обычно содержавшимися на теплой кухне. Это были кустарники, которые не должны были цвести осенью, но Дэмин привычно вдохнул в них жизнь: пожелтевшие от отсутствия солнечного света листья налились сочной влагой и зазеленели, и на ветвях вздулись и взорвались желтыми лепестками бутоны. Воздух теперь полнился тонким ароматом, а не запахом пыли и угля.

Ив с супругой жили в этой же башне, на самом верху, а дочку Теренера поселили, насколько Дэмину донесли слуги, на нижнем этаже.

Дэмин ждал, что Тан начнет биться в его дверь утром, когда горе-жених, изнасиловавший невесту, протрезвеет и поймет, что причинил ей серьезный вред. Учитывая кровь девушки, вряд ли она не стала бы сопротивляться, а принимая во внимание силищу маркиза и некрупное телосложение дочки Теренера, вряд ли обошлось бы без травм при сопротивлении, так что замять это дело, не обращаясь к лекарю, скорее всего, не вышло бы. Именно тогда, излечивая раны, Дэмин собирался предложить девушке побег — и она не могла не согласиться.

До этого момента можно было поспать: в замке Ива Стелера лекарю ничто не угрожало.

Поэтому Дэмин отослал симпатичную девушку-безымянную, которую Ив как всегда прислал согреть постель и помочь раздеться, запечатал заалевшую дверь, распустил волосы, облачился в спальный халат и уже ложился в постель, когда кто-то заколотил в его дверь — быстро и очень громко.

— Пожалуйста, пожалуйста, откройте! — раздался женский, а не мужской голос. — Пожалуйста! Мне очень нужна ваша помощь!

И какое-то шебуршание, будто она обращалась еще к кому-то.

Неужели Тан уже успел не только завершить свое дело, но и бросил девчонку искать помощи самостоятельно? Или она бежала?

Не одеваясь, но и не торопясь, Дэмин снял с двери заговор и распахнул ее настежь.

— Давай его сюда, — шептала девушка. — Нас никто не видел, надеюсь... Проклятие, какой же он тяжелый!

Они внесли похожего на белого медведя мужчину вдвоем. Воин, охранявший Кьяру, держал громадную фигуру Тана Стелера под мышки, а девушка, одетая по-мужски, зажала в охапку его ноги. Тан не шевелился и еле дышал: торс его был прорезан почти насквозь, и сделали это не металлом. За ним тянулся плотный кровавый след, а сквозь разрез можно было видеть массу всего, что только чудом держалось внутри. Дэмин не стал мешать им — Тана сгрузили на кровать, после чего девушка с усилием распрямилась. Она задыхалась.

— Сможете его вылечить? — напрямую, не утруждаясь вежливостью, спросила Кьяра. — Пожалуйста. Он при смерти.

Дэмин, прислонившийся к дверному косяку, усмехнулся. Ситуация становилась куда любопытнее, чем он предполагал.

— Смогу.

— Отлично! — просияла девушка, и ее желтые глаза благодарно заблестели. Она откинула назад растрепанные красные косы и обратилась уже к своему слуге: — Арван, пожалуйста, сейчас же иди и убери кровь, — распорядилась она. — Если понадобится, заговорами, придумай причину, лишь бы ничего не осталось. Потом встань у комнаты, будто меня охраняешь. А я пока поговорю с великим лекарем.

Арван блеснул глазами в сторону Дэмина, будто почуяв опасность. Лекаря рассмешила его беспомощная проницательность. Он кивнул на дверь, и Арван, не кланяясь, растворился в темноте коридора. Кьяра тут же захлопнула за ним дверь — дверь своей ловушки — и оперлась на нее спиной, все еще переводя дыхание.

Дэмин улыбнулся себе под нос и собрал волосы, приступая к лечению. Целиком исцелять Тана было незачем, и Дэмин лишь запечатал сосуды, а затем восполнил запас крови — бледные щеки маркиза чуть потеплели, но в себя он не пришел.

Лекарь сел рядом с раненым Таном и воззрился на озиравшуюся с открытым ртом Кьяру. На белой шее краснел след от пальцев, губа девушки опухла, хоть и не казалась рассечена, а брюки были продраны в районе икры — и под ними виднелись свежие царапины. Неожиданная для него самого жалость шевельнулась в его душе, но он остановил ее, напомнив себе, кто перед ним.

— Объясняй, — потребовал Дэмин.

— Да, — выдохнула девушка, потирая шею. — Ничего себе, мы как будто не в Стратаците... А откуда тут живые растения?

— Кьяра Теренер, — привел ее в чувство Дэмин. — Я жду.

— Гхм, — прочистила горло девушка. В свете единственного бумажного фонаря она выглядела совсем юной, и лекарь зажег еще три. — Я его невеста. Вроде как. Он был пьян и попытался меня изнасиловать. И я... не рассчитала силы.

Да, зря Дэмин рассчитывал, что чувствительная и избалованная девушка испугается. «Изнасиловать». Никаких вежливых эвфемизмов стеснительных леди.

— Ты. Не твой охранник?

— Нет, — покачала она своей растрепанной головой, а потом, будто прочитав мысли лекаря, попыталась собрать мешающиеся волосы и запихнуть их за ворот. — Я вытащила из воздуха лезвие.

— Покажи, — скорее, чтобы оценить силовой потенциал девушки, потребовал Дэмин.

— Шааис, — шепнула она смущенно, загораясь красным светом. — У него была цепь, я решила его немного напугать. Но он меня схватил, а лезвие появилось в моей руке...

— Аси Сиааша, — шепнул Дэмин, наблюдая, как возмущенно расширяются ее глаза.

Девушка повертела пустой рукой.

— Вы так можете?

— Много кто так может.

— Там, откуда я, никто так не делал. Ну, наверно, лучше узнать об этом раньше, чем позже, — проговорила она себе под нос. — В общем, я не специально.

— Допустим, я верю.

— Я благодарна судьбе, что вы оказались сейчас здесь. Такая удача!

— Ты расскажешь о произошедшем Иву Стелеру или я? — осведомился Дэмин, внимательно наблюдая за ее виновато-отчаянным выражением лица. Но вот она посерьезнела и взглянула ему прямо в глаза:

— Не рассказывайте, пожалуйста.

— Как же ты собираешься такое скрыть?

— Если вы сможете вылечить его полностью, то он проснется и подумает, что перебрал, — ответила девушка. — А он и правда перебрал, уверяю вас. Тан вышиб мне дверь, сковал Арвана и... Он мог бы меня и убить.

— Это ты и скажешь Иву.

— А Ив скажет моему отцу, — отозвалась девушка.

— Любой отец придет в ярость от такого, — притворно сочувственно покачал головой Дэмин, понимая, что режет по живому. — Он потребует, чтобы Тан Стелер относился к тебе лучше или и вовсе разорвет помолвку.

— Любой, но не мой, — вопреки тяжелым словам, голос девушки почти не дрогнул. — Мой разозлится, что я не ублажила Тана Стелера до полного удовлетворения, и будет требовать, чтобы я извинилась и исправила свою оплошность.

— Какой же отец поступает так? — не удержался Дэмин.

Щеки девушки чуть покраснели.

— Мой, — лаконично ответила она. — Прекратите издеваться. Я бы хотела сохранить это происшествие в тайне, иначе близкий мне человек может пострадать.

Вот так просто, не задумываясь, выложила все карты на стол. Девчонка точно росла вдали от политики: никто не может сохранить в сердце столько наивности, соприкасаясь с ней каждый день. Настроение было прекрасным: все становилось проще и проще. Кьяра Теренер уже была у него в кармане.

— Ты предлагаешь мне сохранить это без сомнения важное происшествие в тайне, — усмехнулся лекарь, вставая и надевая верхнюю накидку.

Девушка вдруг смешно смутилась и отвела глаза.

— Да, извините, — сказала она громко. — Дело было неотложным.

— Тебя абсолютно не смущает, что ты ворвалась ко мне в спальню посреди ночи.

— Смущает! — скорее возмущенно, чем виновато ответила Кьяра. — Но я же извинилась!

— Твои манеры ужасны, — покачал головой лекарь. Отчего-то впервые за долгие годы ему было легко на душе. — И если кто-то застанет тебя здесь, твоя свадьба точно будет сорвана.

— И хорошо бы, — неожиданно улыбнулась девушка. — Если бы все было так просто. Но если я поведу себя недостойно, отец накажет мою наставницу. Так что для того, чтобы избежать брака, мне нужен более серьезный повод.

— Ты вообще думаешь, что мне говоришь? — не выдержав, рассмеялся Дэмин.

— А что растягивать полоза... — Кьяра потрогала цветущий куст и поднесла пальцы к носу. — Об этом я все равно хотела с вами поговорить. Я даже играла болезнь сердца.

— Знаю. Когда герцог сказал мне об этом, я решил, что у тебя истерия.

— Эм... Нет, надеюсь, — улыбнулась Кьяра, снова растирая шею, и Дэмин поймал себя на том, что любуется ее светлым живым лицом. Удивительно, она совсем не ощущала опасности. — Я знаю, что о таком нельзя болтать направо и налево. Но я собиралась попросить вас мне помочь. Риск того стоит, — уверенно кивнула она.

— И как же ты надеялась меня убедить, позволь поинтересоваться?

— Ну, я хотела разыграть из себя убитую горем юную деву в беде, — призналась девушка немного смущенно, но взгляд ее все так же искрился. — Я еще тогда думала, что вы старец какой-нибудь, и что я буду плакать и рассказывать о своей тяжелой жизни и ужасной судьбе, а вы меня пожалеете и согласитесь помочь.

— И что же пошло не так? — усмехнулся Дэмин. Происходящее нравилось ему все больше. Девчонка была по-своему очаровательной в своей прямоте и бесстрашии, и если бы не ее семья, он уже рассматривал бы возможность заключить с Кьярой сделку. Но образ ее отца возник в мыслях, и Дэмин ощутил знакомый укол ненависти.

Этот странно приятный разговор нужно было заканчивать.

— Я вас увидела и поняла, что это не сработает, — пожала Кьяра плечами. — Ведь не получилось бы, да?

— Безусловно, — подтвердил Дэмин. — Кроме того, когда просят что-то настолько серьезное, должны предлагать и адекватную цену.

— Какую? Чего вы хотите?

— А чего конкретно хочешь ты? — ушел от ответа Дэмин. Девушку стоило немного поварить в переживаниях, не оглашая стоимости и не соглашаясь, чтобы она потеряла часть своей уверенности, а значит, стала податливее. Лекарю почти не хотелось поступать так с ней.

— Чтобы вы сказали всем, что у меня ужасная болезнь, которая не совместима ни с деторождением, ни с... кхм... исполнением супружеского долга. Что я абсолютно, абсолютно не пригодна для замужества, и что даже вы не можете меня вылечить. Вам все точно поверят, — выпалила Кьяра на одном дыхании.