ГЛАВА 12

Кристиан аккуратно прилепил мне на лоб пластырь.

– Сотрясения нет, только небольшая ссадина и ожог вокруг.

Угу, так обычно и бывает, когда тебя бьют магией по голове. Я еще легко отделалась.

– Спасибо. – Благодарность предназначалась одновременно Кристиану, который помог мне стереть со щеки и шеи кровь и смазал пострадавшее место резко пахнущим лекарством, и Исашандре, которая мне первой дала кружку с чаем.

Луна свое дело знает: они удивительно гармонично смотрелись вместе.

Джексон заметно расслабился, так и не скажешь, что над его головой зависли большие неприятности. Развалился на диване и выжидающе поглядывал на свою пустую кружку. По дороге они с Блессом успели обсудить ирайн и некоторые другие тонкости, но большая часть истории все еще оставалась не проговорена вслух. И Блесс сидел напряженный, словно готовый к схватке хищник.

– Итак? – Он же первый и не выдержал.

– От прошлого не сбежишь, оно всегда за нами возвращается. – Бабушка Исашандра ободряюще опустила ладонь на плечо Джексона. Сразу понятно, кто тут любимый внук. – Расскажи им все.

Им?

Почему-то Джексон посмотрел прямо на меня.

– У ирайны может родиться только ирайна, независимо от того, кто отец, – издалека начал он. – Их было мало, и зарны ими не делились. Однако деду удалось как-то добыть их кровь. Кто-то из его военных проник на остров. Ее вводили женщинам, которые за деньги согласились участвовать в эксперименте, но ничего не получилось. У них правда рождались девочки, красивые, тщеславные и почти всегда беспринципные, но удачу они не приносили. Ни добровольно, ни с ножом в сердце.

– Погибшие все были?.. – догадался Блесс.

– Угу.

Одна загадка оказалась разгадана.

– Почему проект свернули?

– Реарт считал, что ирайны дают не только какую-то гипотетическую удачу, но и увеличивают магию, помогают управлять природой и все такое, – перехватила нить рассказа Исашандра, и уже ее успокаивающе коснулся Кристиан. – Той ночью все ирайны погибли вместе с зарнами. Но одна спаслась. Нежана, ты – дочь военного, которому поставили задачу добыть биоматериал для эксперимента, и ирайны. Не знаю, как это у них получилось.

Сон не был сном.

Вероятно, я знаю, как выглядели мои родители.

– Как много я пропустил, – мрачно констатировал Блесс.

– Ну, ты учился и готовился стать опорой и надеждой семьи, – немного зло бросил Джексон. – Тебя нельзя было запачкать в грязи.

– А тебя? – Блесс посмотрел на него так, словно еле сдерживался от желания разорвать коробку и вытряхнуть из нее все сюрпризы.

Мне же бросилось в глаза, что его никто не поддерживал ни прикосновением, ни даже взглядом. Нас разделяло небольшое расстояние. Я бы взяла его за руку, но... имею ли я право после того, как не рассказала о себе правду?

– Они сбежали и спрятались, но Реарт их нашел, – продолжала Исашандра. – Он сказал, что произошел несчастный случай. Твоя мать оступилась, ударилась головой и умерла. Куда девался отец, я не знаю. А тебя привезли к нам на базу. Мы тогда жили там.

История мне не нравилась и слушать ее не хотелось.

Не люблю страшные сказки.

А эта страшная. Очень.

Мы не могли обсуждать знаки, переход и все то, что происходит сейчас? Зачем копаться в прошлом?

– Я ничего этого не помню. – Мой голос звенел и сразу же крошился на осколки.

– Все длилось несколько часов, а тебе было года три, не больше. – Всегда искрящаяся жизнью Исашандра впервые выглядела на свой реальный возраст. Из нее будто все краски вытянули. – Хорошо, что у тебя не осталось воспоминаний.

Точно. Мне бы не хотелось видеть такие сны.

Похоже, я эгоистка, как все ирайны.

– В тот вечер дед вошел в мою комнату и приказал, чтобы я воткнул нож в сердце Нежаны. Как видишь, брат, у него были особые методы воспитания. – Лицо Джексона исказилось от болезненных воспоминаний. – Я не смог, и он окончательно решил, что один внук у него идеальный, а другой – никчемный. Он планировал сделать из меня твой карающий меч, но не получилось.

– Что за бред? – скривился Блесс.

– Идея была сильно так себе, – чуть ли не впервые они оказались согласны друг с другом. – Тогда я впервые сбежал. И знаешь, мне понравилось.

М-да уж.

Я ожидала чего-то эдакого еще после того сна, а все равно услышанное укладывалось в голове с трудом. Будто мне прямо в руки дали кусочек меня, которого всю жизнь недоставало, и теперь он на месте, но... так странно.

– Оставаться с Раертом я больше не могла. То, что он творил, ни в какие рамки не лезло, – вновь вступила в повествование Исашандра. – Пока все были заняты поисками сбежавшего Джексона, я с помощью Кристиана переправила Нежану в Рейтвуд. Вроде как она тоже сбежала, пользуясь суматохой. Кто знает, на что способны эти ирайны? А потом и сама ушла.

– И муж вас отпустил? – впервые решилась что-то спросить я.

– Ну я же не с пустыми руками ушла, – ухмыльнулась бабуля. – У меня на него столько компромата, а у него столько врагов... Ему невыгодно со мной воевать.

Невыгодно настолько, что Реарт Лиддел даже мирится с наличием у жены другого мужчины. Притом, избранного самой Луной. Впрочем, такие люди всегда больше любят власть, чем жену, так что, может, для него новая жизнь Исашандры вообще не проблема.

Я не помнила, как попала в приют.

Не плакала, никуда и ни к кому не просилась.

Не болела и не доставляла хлопот.

Так странно оказалось обнаружить, что у меня есть предыстория...

– Что там с проектом, к которому почему-то вернулись сейчас? – устало спросил Блесс. – Джексон, скажи, что у меня есть хотя бы одна причина не сдать тебя Кайдену прямо сейчас!

– Я вроде как спас твою невесту, – напомнил кузен.

– Это была причина не сдать тебя три часа назад, – поморщился более ответственный из внуков Исашандры. – Заметь, в нарушение закона и здравого смысла я сижу здесь и слушаю вас всех. В то время как ты все еще подозреваешься в нескольких убийствах!

Блин.

Я обнаружила, что кружка пуста, но при этом не могла вспомнить ни как пила, ни вкус чая.

– Не один Реарт Лидел умеет добывать чужие секреты. – Джексон сполна наслаждался минутами всеобщего внимания и растягивал их, как только мог.

– Хочешь сказать, что проект и все данные у него выкрали? – приподнял брови Блесс.

Поведение кузена его бесило, но он сознательно выбрал сдерживаться. Слишком важна была информация, которую давал нам Джексон.

– Ну, не у него лично, а из архива, – уточнил наш подозреваемый и единственный свидетель. – Но да. В этот раз дед ни при чем.

Звучало это, примерно как «какая жалость».

Впрочем, за шуточками и смешками Джексон действительно рассказал много полезного. Отчасти, подтвердил то, что мы и так предполагали, но и новых сведений добавил достаточно. Элитники, которые все затеяли, сами обладали даром, то есть дополнительная магия им была не нужна. Их целью было запустить переход, чтобы магический баланс в Ньэгге постепенно начал исправляться.

Магия нужна была тем, кому с ней не повезло, и обитателям более бедных кругов. Для этого служили знаки и погибшие почти ирайны, правда, силу таким образом удавалось получать лишь в некотором количестве и пользоваться ею было возможно только через специальный накопитель.

Им и прельстился сам Джексон. Но быстро понял, что вляпался во что-то совсем уж грязное, и стал искать безопасные пути выхода. А тут Рик так удачно одурел от открывшихся ему знаний и напал на меня...

– Лично я никого не убивал, – закончил наш генератор проблем.

– Он говорит правду. – Исашандра готова была поддерживать его до последнего.

– Но пользовался магией, добытой запрещенным способом, – легко выделил главное Блесс.

Джексон скривился и на миг устало прикрыл глаза.

– Я не сразу понял, как работают эти штуки. Еще до того, как я вернулся, ко мне обратились с предложением. Дар... возможно, место в Совете Элит. Возможно, даже во главе него. И я не устоял. Но потом выбрали тебе, посыпались трупы, Нежану связала с тобой Луна, и я понял, что встрял во что-то не то.

Похоже на правду.

Даже Блесс верил, а он не из тех, кого легко обмануть.

– Почему сразу не пришел ко мне? – рявкнул самый ответственный в этой семье.

– А откуда мне было знать, что ты мне поверишь и не повесишь на меня всех собак?

Короткая стычка взглядов прошла вничью.

– Он пришел ко мне. – Блессу достался еще один требовательный взгляд, на сей раз от бабушки. – Пойми, мы не могли прийти к тебе без козырей. Пришлось еще раз шантажировать Реарта.

Блесс едва ли не до хруста сжал зубы, но промолчал.

А вот мне было что сказать:

– Подозреваю, книга в библиотеке появилась не просто так... И додумался посмотреть в мои документы Рик не самостоятельно.

О пристальном внимании ко мне Лиддела-старшего предпочла не вспоминать.

Жутковато.

Особенно теперь, когда мне более-менее понятен его смысл.

– Не знаю, как он все устроил, но он точно приложил руку, – кивнула Исашандра.

– Мне нужно имя того, кто стоит за запрещенными исследованиями и нижним переходом, – подвел черту под долгим разговором Блесс.

Без напряженной паузы обошлось.

Все слишком устали.

– Имена, ты хочешь сказать? – ухмыльнулся его бедовый кузен. – Не смотри так. Ну да, их целый список.

Исашандра принесла бумагу, и он начал писать. Луна, да там не один десяток! Поначалу я подглядывала, но быстро поняла, что для меня это просто имена. Многие из них регулярно звучали в новостях и мелькали в пресс-планшете, но лично для меня они ничего не значили. Зато с Блесса слетело все идеальное воспитание и он совершенно по-мальчишески округлил глаза. Видимо, список правда вышел впечатляющий.

– Амариус Дорсон боролся со мной за лидерство, но слился один из первых, – пояснил для меня Блесс. – Он и его команда всегда выступали за более жесткие методы.

Он со мной разговаривает.

Сердце щекотно подпрыгнуло.

– И штук пять совершенно неожиданных имен, – уже больше себе пробормотал Блесс.

Отца Аниши там не было.

Вообще никого действительно близкого к нам.

С остальным можно справиться.

– Подождите... – Пока список пополнялся и разрастался, мне в голову пришла одна мысль. – Если переход не работает, где все это время был Джексон? Я ведь правильно услышала, что он не так давно вернулся? Откуда?

С разгадкой очередной тайны в этот раз не сложилось.

От меня не укрылось, как все присутствующие подавили снисходительные улыбки.

– Когда переход еще работал, мои родители успели переехать в Эстергард, – пояснил Джексон.

– Но... как ты вернулся? – Мне все еще оставалось непонятно.

Оторвавшись от своей писанины, Джексон пожал плечами.

– Там все более развито. В том числе и преступность. – В этом месте Блесс раздраженно дернул уголком рта. Мол, вот чего нам еще не хватало! – Есть типы, которые за деньги могут устроить неприятное и болезненное перемещение в точку, куда переход не открыт. Но у нас это работало только в одну сторону. Отсюда из-за нарушений магии вырваться так не получится. Да и нужных умельцев под рукой нет.

То есть получилось так: Джексон получил соблазнительное предложение и рванул в Ньэгг что-то кому-то доказывать. Ну и себе заодно. Его родители, скорее всего, даже не в курсе. Предложение оказалось совсем не таким выгодным и Джексон, похоже, застрял здесь с нами.

Вопрос «Стоило ли оно того?» проглотила.

Изменить все равно уже ничего нельзя.

Законченный список перекочевал в руки Блесса. Он быстро пробежал глазами текст, загадочно хмыкнул, кончики его пальцев вспыхнули искрами – и листы пеплом осыпались на стол.

– Эй! – возмутился проблемный кузен.

– У меня есть план, – сообщил Блесс. – Но для его осуществления все не должно выглядеть так, будто я тебя отмазываю. Завтра ты сам придешь к Кайдену. И не забудь притвориться, что мы все еще еле терпим друг друга.

– Притворяться мне не придется! – буркнул Джексон.

– Вот и отлично, – одобрил Блесс. – Из тебя все равно никакой актер.

Мы с Исашандрой в едином порыве закатили глаза.

Они неисправимы!

И невыносимы.

Нескольких минут не хватало до полуночи, когда мы с Блессом садились в слоттерс. Он выглядел как тот, у кого есть план, и это внушало некоторый оптимизм. История со знаками близилась к развязке. И как бы Блесс не относился к кузену, из неприятностей он его точно вытащит. В этом сомневаться не приходилось. Равно как и в том, что это отношение на самом деле куда лучше, чем они оба готовы показать.

– Как себя чувствуешь? – спросил... надеюсь, все еще мой жених, мимолетно коснувшись пальцами моей щеки. – Есть силы побывать еще в парочке мест?

– Думаю, да.

Мне правда было лучше, только ожог немного покалывало. Надеюсь, он не останется у меня на лице навсегда?

– Отлично. – Блесс уже вбивал в систему координаты. – Не знаю, видел ли кто-то еще ту книгу, но лучше нам изъять ее из библиотеки.

– И мои документы из приюта, – добавила я. – Рик сказал, что по ним меня вычислил.

Слоттерс взмыл в воздух.

Блесс кивнул и как-то странно сверкнул на меня глазами.

– Умница. – Нет, мы точно все еще вместе. Как я понимаю. – Их тоже заберем.

– Но сейчас ночь и...

– Для меня в Ньэгге не существует закрытых дверей и нерешаемых проблем, – напомнил маг. – Пока, во всяком случае.

Ладно, он прав.

Пора прекращать дергаться по каждой мелочи.

Перелет почти весь проспала. Блесс сокращал расстояние магически, но еще успевал связываться с Джексоном и другими людьми и отдавать распоряжения. Похоже, он в любой ситуации знает, что делать. Это грело душу, успокаивало и убаюкивало.

– Идем. – Прилетели. – Ты помнишь, где была эта книга?

– Угу.

Он воспользовался универсальным пластиковым ключом, с которым с кодом доступа можно было открыть двери любых официальных зданий Ньэгга. Библиотека как раз входила в их число.

Зейн сегодня не засиделся допоздна. Повезло.

Я быстренько пробежала к дальним стеллажам и...

– Ее здесь нет.

– Ты уверена?

Несколько минут заняло осмотреть все полки, но это было действие ради действия. Нужную книгу я бы узнала сразу. Ее невозможно не заметить, уж слишком она выделялась на фоне других бумажных обитательниц Библиотеки Круга Рейтвуд.

– Полагаю, книга была вообще не библиотечная, – сдался Блесс. А я кстати вспомнила, что из этой истории заметно торчат уши Реарта Лиддела. – Есть идеи, куда этот урод мог ее задевать?

Грубое слово в адрес Рика меня неприятно царапнуло, но... пора смириться.

– Можно посмотреть дома у Рика, – предложила, чувствуя странное возбуждение.

– Но есть проблема: они снимают квартиру вместе с Терренсом.

– Что ж, заодно узнаем, друг ли тебе этот Терренс, – жестко бросил Блесс, но через секунду опомнился: – Неж, прости.

Я пожала плечами. Он прав, все изменилось, хватит это отрицать. Иногда лучше резко и больно.

Держась за руки, мы вышли из библиотеки.

Внутри меня бежала по жилам щекотная магия. Впервые я не думала о том, чтобы соответствовать Блессу, подходить ему, вписаться в его мир. Я чувствовала себя равной. Настоящей частью того, что происходило сейчас с нами обоими. Может, и со всем Ньэггом.

До дома, в котором обитали парни, добрались пешком минут за пять. На самом деле это было социальное жилье. Ни консьержа, ни света в подъезде. Когда-то я мечтала хотя бы о таком.

Ладно, все эти мысли – всего лишь попытка не думать о том, на чьей стороне Терренс.

Какова вероятность, что Рик не втянул в свои дела и его?

Желудок неприятно скрутило от нервов.

– Неж?

– Я в порядке.

Высвободила руку из его хватки и с силой вдавила звонок.

С четвертого раза в дверях возник заспанный Терренс.

– Нежка? И... э-э... – Он так и не определился, как обращаться к Блессу, ограничился мутным взглядом. – Что случилось?

– Нам нужно кое-что, что, возможно, есть у Рика?

Терренс отодвинулся в сторону, пропуская нас.

– У него вроде ночное дежурство в библиотеке, – пробормотал неуверенно.

– Ночное дежурство в библиотеке? – хмыкнул Блесс. – Вранья тупее он не придумал?

Щекотные искорки осыпали меня дождем изнутри. Кажется, они светились на коже, потому что оба мужских взгляда были прикованы ко мне. А меня вела магия. Через небольшое и не слишком чистое пространство, к заправленной кровати... Не знаю, как объяснить то, что заставило меня сунуть руку под матрас.

– Нашла!

Та самая книга.

Говорила же, ее я узнаю из сотен.

Она мой мир перевернула.

– Что вообще происходит? – забеспокоился Терренс. – Где Рик? Он что, украл библиотечную книгу? Вот дурак!

Друг детства больше выглядел сонным и недовольным, чем по-настоящему обеспокоенным или испуганным.

– Тебе запрещено покидать квартиру до утра и пользоваться любыми средствами связи. К слову, она это время будет глушиться, – бросил ему Блесс, направляя меня к выходу. – Утром здесь все осмотрят, потом отвезут тебя на допрос.

– Если ты не имеешь отношения к тому, во что влез Рик, тебе не о чем волноваться, – попыталась успокоить друга я, но Блесс настойчиво вытолкал меня из квартиры.

– Нежана, не сейчас.

Оглянувшись, успела увидеть, что Терренс с вытянутым лицом стоит в дверях и смотрит нам вслед.

Стало горько.

Еще же не доказано, что и он тоже...

Но и Блесс прав. Надо дать всему проясниться.

Дорвавшись до книги, я не рискнула больше оставить ее даже в слоттерсе, так и потащила с собой в приют. Разве что Блессу на минуту передала. Крайне неохотно. Впрочем, его больше интересовала задняя сторона обложки, чем содержание.

– Так и есть, экземпляр из библиотеки на военной базе. Которой, как ты понимаешь, заведует мой дед. – Книга ко мне вернулась. – Твоего друга умело спровоцировали, чтобы раскрутить весь этот клубок.

Выходит, Реарт Лиддел знает, что я – ирайна?

И его устраивает, что я рядом с его внуком?

Устраивает на данный момент, что совершенно не значит, что так и останется.

Ненавижу интриги.

Здание, в котором я выросла, было погружено в темноту, лишь окно воспитательской слабо светилось. Скорее всего, Игль при свете лампы читала журнал. Понятия не имею, где она их добывала, но журналы появлялись и исчезали... и я только сейчас сообразила, что у самой Игль потом иногда чуть менялась прическа или она перешивала свои платья. Так и происходит взросление: обостряется наблюдательность и на многие вещи позади смотришь иначе. Другие воспитательницы обычно спали так крепко, что не добудиться, так что это точно Игль.

Почему-то вспомнилось, как ее ждал Никсен, а потом они ушли вместе, и на звонок я давила с улыбкой. Его специально подвели таким образом, чтобы ночью звук поступал прямо в воспитательскую, не тревожа детей. Днем никому не придет в голову звонить, ведь дверь открыта. Странно, но я до сих пор воспринимала это место почти домом.

Игль показалась через несколько минут.

Изумленно распахнула глаза, увидев нас.

– Нежана? – Мне она была даже рада, а вот Блесс напугал ее настолько, что она с трудом смогла вытолкнуть из себя его имя: – Маг Нэшуорт? Что-то произошло?

– Доброй ночь, мисс Игль, – ровно произнес Блесс, будто не замечая, какое впечатление произвел на бедную женщину. – Нам нужны некоторые документы из кабинета директора. Позволите?

Как будто бы она могла отказать.

Игль смиренно отступила, пропуская нас.

Но ее ответ меня впечатлил:

– Он на месте. Думаю, сам вам все выдаст. Идемте, я провожу.

– Директор Гриффит? – переспросила я, с трудом веря ушам. – В такое время?!

Он и днем-то рабочее место визитами не баловал. А тут второй час ночи... Может, я чего-то не знаю о его графике?

– Знаешь же, какое у него чутье, – понизила голос Игль и улыбнулась краешками губ. – На неприятности и на выгоду. Он уже дня два почти не уходит с работы, будто ждет чего. Я уж думала, очередная внеплановая проверка.

И тут же резко задрала голову и рявкнула в сторону лестницы:

– Амирель, Дарси, Шая, живо брысь по кроватям! Утром подойдете ко мне за наказанием.

Видеть я никого не видела, но расслышала шаги.

И шепот:

– Говорю вам, это они! Нежана и самый главный маг. Такие красивые!

– Надеюсь, вы их не бьете? – не смог не испортить момент этот самый главный маг.

И немного покраснел, когда я фыркнула.

– Мистер Нэшуорт, это непродуктивно, – с усмешкой сообщила Игль, даже не думая оправдываться. – Неделя каких-нибудь обязанностей отбивает желание безобразничать и лишнюю активность куда лучше. Да, Нежана?

– Угу.

До сих пор забыть не могу, как с еще четырьмя девчонками пришлось перебирать старую картошку в погребе. Бе. Мне потом месяц казалось, что я ею пахну. А Рик и Терренс таскали нам еду с кухни. Вообще-то, только мне, но я делилась.

Воспоминание кипятком разлилось в груди.

Блин.

Пожалуй, я еще не готова.

Блесс мог бы продолжить занудствовать, но мы как раз уткнулись в нужную дверь. Игль постучала и, получив в ответ короткое «да», толкнула ее. Сама поспешила отойти в сторону, пропуская нас. А потом вообще остаться снаружи.

– Директор Гриффит? – по привычке пролепетала я.

– Доброй ночи, – повторил свое приветствие Блесс. – Нам срочно понадобились кое-какие документы.

– Луна, что с вами обоими произошло?! – охнул господин директор.

О чем это он?

Блесс уже успел что-то ответить, пока до меня дошло, что выглядим мы, мягко говоря, не очень. Если маг просто помят и немного напряжен, то я кутаюсь в драную и уже не белую рубашку, сверкаю ожогом на пол лица и хромаю из-за разбитой коленки. И это только то, о чем я знаю. Зеркала под рукой в последние часы как-то не было.

Гриффит предложил мне заглянуть в медпункт.

Блесс вежливо, но непреклонно отказался.

От чая и печенья отказался тоже.

Я же, взглянув на себя как бы со стороны, точно так же посмотрела и на директора приюта. И оказалась настолько пришиблена открывшейся картиной, что несколько минут простояла, не в силах пошевелиться и не слыша ничего, кроме звона в ушах.

Военная выправка. Он скрывал ее, плюс сюда же наложился возраст, но... как я раньше не замечала?! И внешность. Да, он не ухаживал за собой, что идеально соответствовало Рейтвуду, носил одежду, которая не сидела, был привычным и репутацию имел так себе. Наверное, поэтому я сразу и не поняла, что Берт Гриффит и есть мужчина из сна.

Мой отец.

Ощущение, будто мне еще раз прилетело по голове.

Пока я впечатлялась, а потом приходила в себя, Блесс успел не только получить документы, но и бегло просмотреть их. И теперь переводил взгляд с меня на директора, не зная, что сказать.

Что вообще говорят в таких ситуациях?

Вот и я не знала.

– Нежана... – Нежданно обретенный родитель тоже не знал.

Инстинктивно я отступила за Блесса. Хотелось спрятаться, вообще не быть здесь.

Поняла, что выглядит это глупо и по-детски.

Вернулась на прежнее место.

– Вы знали?! – Дыхание вдруг стало нестерпимо горячим, я им захлебнулась.

– Разумеется, знал, – кивнул мой... отец. – Специально устроился в приют, чтобы быть рядом и присматривать за тобой.

С его стороны все выглядело немного иначе, но я была слишком зла, чтобы принимать чужую сторону.

– Вы бросили меня!

– Я все время был рядом. Следил, чтобы с тобой хорошо обращались и чтобы ты сама научилась защищаться. Выживать в этом мире. Должен заметить, у тебя это получилось. Не знаю, имею ли я на это право, но... я горжусь тобой. – Либо он опять говорил нужные слова, либо имел в виду мое противостояние Кришеру. Молчать, глупое сердце! Не сметь оттаивать! – Пойми, в приюте ты была в безопасности и под присмотром. И я тоже был. Понятия не имею, где бы еще мы могли скрыться.

Реарт Лиддел нас все равно нашел.

Но это уже совсем другая история.

– Нельзя было мне сказать? – Уже не ярость, болезненный всхлип. – Чтобы я не считала себя сиротой?

– Ради твоей же безопасности, я не мог, – с сожалением поджал губы Гриффит.

Блесс зорко следил за нашим разговором, но не вмешивался, позволял мне разобраться с этим самой. Решать самой.

Нежана Рейтвуд.

Нежана Гриффит.

Нежана Нэшуорт. Возможно, в будущем.

Меня внезапно стало так много... просто голова кругом.

– Можно... тебя обнять? – Гриффит сделал шаг ко мне, но заметил, что я еле поборола порыв опять спрятаться за женихом, и остановился.

– Не сейчас. Не думаю, что я готова.

– Вам будет лучше увидеться через несколько дней и нормально все обсудить, – осторожно вмешался Блесс.

Гриффит кивнул.

Я потихоньку выдохнула, испытывая облегчение от того, что прямо сейчас от меня ничего не ждут.

– Дед знает о Нежане. Возможно, и о вас тоже, – предупредил Блесс. Взял потрепанную папку с моим делом и направился к выходу. – Но не думаю, что от него стоит ждать неприятностей. Ручаюсь, это в прошлом.

Директор просто кивнул.

– Хорошо.

Проводил нас взглядом.

Потом решился и еще добавил:

– Нежана, я буду ждать. Поверь, мне есть что тебе рассказать.

Он хочет сказать, мой мир может перевернуться еще сильнее?

В слоттерсе первым делом отобрала у Блесса папку.

Хм.

Хм-м.

Маму звали Делианна. Она значилась погибшей в результате несчастного случая. И своего отцовства Гриффит не скрывал. Не уверена, что кто-то другой копался в этих документах, но... Рик был прав, узнать правду не так и трудно.

Теперь и я знаю.

Предстоит решить, как к этому относиться.

В остальном же там были анализы, необычный состав крови и ни на что не похожий магический фон при полном отсутствии магии. Без книги или нужных знаний никто бы не понял, что я – ирайна.

Единственная сохранившаяся ирайна в Ньэгге.

– Не уверен, что вправе давать советы, но не лучше ли оставить прошлое в прошлом? – Минут через двадцать нарушил молчание Блесс.

Я кивнула и вымученно улыбнулась.

Отложила папку.

– Хороший совет.

Время к трем часам ночи, а сна ни в одном глазу.

Мне бы откинуться на мягкую спинку и расслабиться, но расслабляться было рано.

– Блесс...

– Да?

– Кажется, я потеряла нашего пса. – И когда он посмотрел на меня, виновато затараторила: – Мы гуляли, а потом на меня напал Рик. Джир его укусил... луна, я надеюсь, этот мерзавец его не ударил в ответ! Но он остался там, один, далеко от дома, и... Конечно, кто-то мог найти его и по адресу на медальоне вернуть. Но я все равно чувствую себя худшим человеком на свете!

Я бы еще много чего сказала, но воздух закончился.

Пришлось взять паузу, чтобы отдышаться.

Блесс как раз успел кому-то позвонить.

– Джир в порядке. Его нашли и привели домой, – сообщил маг, снова повернувшись ко мне. А потом опустил ладонь на коленку, подался ближе и доверительно прошептал: – Нежана, ты не худший в мире человек. Даже не в первой десятке. Не стоит об этом переживать.

Меня немного прорвало.

С губ сорвался истерический смешок, а по щеке побежала слеза.

Одна-единственная.

– Умеешь успокоить как никто другой, – фыркнула я.

Слоттерс тряхнуло, когда мы влетали в дождь.

Не знаю, кто кого поцеловал первый, но следующие несколько минут мне точно было не до переживаний.

Четыре часа.

Усталость все еще не свалила меня с ног.

Я смотрела на часы, как если бы они отсчитывали время до чего-то важного.

Оказавшись дома, первым делом затискала вымытого Наттой Джира, угостила его собачьим печеньем и не уклонялась, когда он принялся лизаться, а потом носиться вокруг меня. Мне это нужно было больше, чем ему. Меня даже отпустило немного.

Невидимая пружина внутри почти лопнула...

Пока я принимала душ, с Блессом опять связывался Джексон. Что-то они там обсуждали и, кажется, остались одинаково довольны. Блесс так точно. Он выглядел как человек, у которого все под контролем. Но он всегда так выглядел. Его хорошее настроение никуда не делось, даже когда ему доложили, что слоттерс, из которого мы с Риком исчезли, врезался в дом и взорвался. Там обошлось без пострадавших, так что причин для переживаний правда не было. Я же, стоя под тугими теплыми струями и прислушиваясь к происходящему в комнате, смывала с себя грязь и тревоги прошедшего вечера и заодно обнаруживала новые повреждения.

Большую ссадину на ключице.

Синяк на спине.

Припухшую губу, которую я, похоже, прикусила, когда падала.

Та еще красотка.

Зато так я меньше всего похожа на ирайну.

Закутавшись в халат и обернув волосы полотенцем, проскользнула в гардеробную. И только когда услышала, что Блесс занял мое место в душе и там полилась вода, отпустила эмоции. Сползла на пол среди вешалок с платьями и залилась слезами.

Я даже не знала, из-за чего именно плачу.

Просто горячий ком внутри требовал выхода, и лучше всего это получалось через рыдания.

По щекам скользили соленые ручейки. На шею – и терялись где-то в недрах махрового халата...

Я захлебывалась рыданиями.

Эмоциями.

Не знаю, сколько времени прошло.

Тьма поглощала с головой. Заволакивала сознание. Топила в безысходности.

Пожалуй, единственным четким ощущением все это время оставался холодный пол, на котором я сидела. Оно держало разум в реальности, не позволяло ему полностью окунуться в болезненную дымку.

К моменту, когда Блесс осторожно шагнул в гардеробную, мне уже стало чуть полегче, хотя в мыслях по-прежнему царила гулкая пустота.

– Неж? – позвал меня с нотками беспокойства в голосе.

Я торопливо утерла ладонями щеки и совершенно неуместно улыбнулась. Босиком и тоже в халате – он выглядел таким домашним и... моим, что что-то нежное щемило внутри.

– Прости, – пробормотала, поднимая на него затуманенный слезами взгляд, и вновь утерла лицо, которое успело опять стать мокрым. – Я просто...

– Не можешь оставаться со мной? – Он устроился на полу напротив меня и пытливо заглянул в заплаканное лицо.

Что?..

Я энергично помотала головой.

– Надо было тебе сказать, что подозреваю в себе ирайну, но... я испугалась. – Облизала сухие губы и глухо всхлипнула. – Прости.

– То есть, ты меня не ненавидишь за то, что мой дед убил твою мать? Даже если правда произошел несчастный случай, это все равно его вина. – Блесс наклонился вперед, уперся руками по обе стороны от меня. – И...

Я потрясла головой, повторяя свое недавнее движение.

– И ты опять пытаешься взять всю ответственность на себя, – остановила его. – Это нечестно. Ты даже не знал ничего.

– А ты – лучшая девушка во всех измерениях, – тихо-тихо выдохнул он, и его дыхание осело на моей коже.

Слезы высохли.

– Если только, для тебя, – прошептала смущенно.

– Для меня, – подтвердил жених... и его глаза потемнели от надвигающегося шторма. – Я люблю тебя, Нежана.

– И я тебя.

Без луны и магии.

Несмотря на то, что ирайны обычно не способны любить кого-то, кроме себя.

Так сильно, что задыхаюсь от этих эмоций, а у сердца вырастают крошечные воздушные крылышки.

И я понятия не имею, как выразить все это словами...

Но время слов ушло. Блесс нашел способ закончить этот разговор и без них.

Резкий рывок – и даже того небольшого расстояния между нами уже нет. Мгновение. Удар сердца. Недоверчиво распахнутые глаза. И его губы сминают мои, воруют дыхание, уговаривают довериться и обещают, что все будет хорошо.

Обязательно.

Сейчас.

В безотчетной ласке мои руки скользят по его плечам, путаются в халате... добираются до кожи. Полумрак гардеробной вспыхивает золотыми искрами. Смех и судорожный всхлип. Дыхание срывается. И мой халат тоже летит на пол.

Еще немного совершенно безумных поцелуев.

И снова рывок – Блесс подхватывает меня на руки и несет к кровати. Опускает на прохладные простыни и тут же нависает сверху. Глаза в глаза. Дыхание разбегается по разгоряченной коже мурашками, делая ее невероятно чувствительной. В мозгу бьется одна паническая мысль и, в конце концов, прорывается:

– Если ты сейчас остановишься, я тебя прикончу!

Смутиться бы, но, кажется, я уже не способна на это.

– Знаешь, – шепчет Блесс, и в его взгляде разгорается шторм. Ледяной шторм, в котором я горю, – я устал играть по правилам. С правилами покончено.

Луна, это происходит на самом деле или я все-таки провалилась в мир иллюзий, прячась от боли?

Но Блесс снова целует, и сомнения тают. Вслед за его прикосновениями по телу растекается желание, еще не совсем привычное, но безумно правильное. Трение губ рядом с ранкой на ключице оглушает нежностью. Теперь искры вспыхивают в голове, сжигая последние барьеры. Я охотнее подставляюсь ласкам, ласкаю в ответ, дурею от наших звуков, тону в совершенно шальных глазах и позволяю этому шторму захватить меня.

Разрушить.

И создать вновь, но уже немного другую.

Смесь дикого восторга и легкого страха пьянит. Немного боли – такой слабой, что она не способна испортить этот сладкий коктейль. Мои ногти впиваются в сильные плечи – ну вот, я тоже сделала ему больно. И в ответ получила крышесносный поцелуй и движения, поначалу бережные, потом все более напористые.

В какой-то момент я решилась на ответные движения, шалея от собственной смелости и наслаждаясь каждой секундой происходящего. Напором любимого мужчины и тем, что он, наконец, утратил контроль. Нашей страстью. Безумной вспышкой, оставившей совершенно счастливыми и обессиленными обоих.

И розоватым рассветом за окном, пришедшим на смену грозовым тучам.