Глава 20 · Имя твое — смерть твоя

Аид вдруг зашелся кашлем. Джайна бросилась к нему, а исцеляющая магия Эстер заискрила с новой силой, заглушая своими всполохами всё вокруг. Она полностью сосредоточилась на лечении Владыки ночи, а я поспешила к Латифе.

Она по-прежнему лежала на земле. Ей оказали первую помощь и аккуратно переложили на плащ, укрыв сверху ещё одним, чтобы не замёрзла.

Рядом замерли драконьи стражи. Они не могли помочь с лечением, но следили за безопасностью. Расслабляться рано. Этери ещё не побеждена и неизвестно, что она может устроить, оказавшись загнанной в угол.

— Я… в порядке, — прошептала Латифа, встретившись со мной взглядом.

Эстер успела остановить кровотечение, а после принцесса активировала амулет с исцеляющим плетением. По её коже золотыми змейками скользили заклинания Таэль. Шаманка помогала подготовить зелья и артефакты перед вылазкой.

— Мне нужна была страховка, — едва слышно произнесла она, прежде чем я успела что-то спросить.

— Это безумие…

— Знаю, — голос Латифы дрогнул. — Но я слишком слабая, чтобы помочь в бою. Поэтому и решила превратить свою уязвимость в силу.

Связь между невестой и мертвецом невероятно сильна. Она дарит личу полную власть над несчастной девушкой, но в то же время и накладывает ограничение на обоих.

Этой ночью только Варрен имел право ранить Латифу и убить её.

По этой причине его демоны и другая нечисть не нападали на принцессу, только пытались оттеснить её защитников.

Если бы кто-то из них ранил принцессу, это бы молниеносно отразилось на Мёртвом генерале. В меньшей степени, но всё же…

— Ты не могла сама найти этот аркан, — напомнила я.

Плетение очень редкое и сложное, оно позволяло усилить связь между Варреном и принцессой. Поэтому её раны ударили по нему так сильно, да и момент был выбран удачно.

Латифа не просто так вонзила кинжал себе в руку и бедро. Повреждения не смертельные, но таким образом она лишила генерала баланса. Из-за неё он едва не выронил меч и потерял равновесие.

— Я не выдам того, кто научил меня!

— Таэль, — догадалась я. — Только она могла поддержать эту безумную идею!

Взгляд Латифы стал тяжёлым и мрачным, за шаманку она готова была стоять горой.

— Я не осуждаю. И никто не посмеет, — поспешила заверить. — Бешеный риск, но хвала Богам, он оправдался. Рагнар бы не справился один. Ты спасла всех нас.

Драконид был очень сильным и опытным воином, но Варрен — чудовище, которое не смогли победить величайшие герои древности. Мы знали, что будет сложно. Латифа готовилась к тому, что Титанам придётся вступить в бой и их удары отразятся на ней.

Поэтому она взяла с собой больше десятка целительных артефактов, и рядом была Эстер. Но то, что принцесса решится на такое, стало неожиданностью для всех.

Над поляной вновь растеклась магия Аида. Я обернулась.

Владыка ночи продолжал колдовать над Варреном. Мы узнали его истинное имя, и теперь он не страшен, как прежде. Рагнар неусыпно контролировал энергетическое ядро лича, не позволяя ему окончательно умереть до того, как Аид закончит ментальное сканирование.

Нужно выяснить имя Мёртвой королевы!

Состояние некроманта ухудшалось с каждой секундой. Эстер едва справлялась, нейтрализуя яд и не позволяя ему разрушить тело дракона.

Внезапно Аид отстранился и словно в трансе произнёс…

— Ялтана. Настоящее имя Мёртвой королевы — Ялтана, — повторил он и рухнул без сил.

Джайна и Кристоф едва успели подхватить его.

— Добивайте, — прохрипел некромант, разрывая связь с личем.

Но, прежде чем Рагнар нанёс последний удар, Латифа воскликнула:

— Позвольте мне! — она с трудом поднялась на локтях.

Её состояние оставляло желать лучшего, но в глазах горела неистовая решимость.

— Умоляю! Я должна…

Повисла тишина. Варрен уже не опасен, он не сможет навредить принцессе, и всё же, я засомневалась.

— Я подстрахую, — поддержал принцессу Рагнар. — Это её право.

Набросив на лича стабилизирующее плетение, он подошёл к Латифе и подхватил её на руки. А я взяла тот самый кинжал, которым она нанесла себе раны, и полетела за ними.

— Я сама, — прошептала Латифа.

Рагнар отпустил её, но продолжил легонько придерживать за талию, помогая опуститься рядом с Варреном. Я подала принцессе оружие.

Она молча посмотрела в пустые глазницы твари, а затем закричала и с размаху всадила клинок в его грудь.

По её бледным щекам покатились слёзы. Не жалости, а застарелой боли. Страх, столько лет разъедавший её душу и тело, наконец выплеснулся наружу.

Латифа попыталась прокрутить кинжал, увеличивая рану, но её руки дрожали от слабости. Громадная ладонь Рагнара легла на рукоять, помогая принцессе вскрыть грудь чудовища.

— Я, Латифа Ингаско, проклинаю тебя Варгай! Лишаю права на возрождение и перерождение. Пусть смерть не позволит тебе обрести покой, и твоя душа никогда не получит право на прощение. Пусть муки твои будут вечными, как само время, а боль в тысячу раз сильнее той, что пережили твои жертвы, — произнеся это на одном дыхании, она вырвала из груди лича мёртвое сердце.

Чёрное и гнилое, как душа.

Его охватило серое пламя и вскоре тварь рассыпалась пеплом, умирая не в первый раз, но сейчас уже окончательно!

Наступила тишина, и только ледяной ветер подхватил прах, оставшийся от лича, и разметал его по поляне. С небес повалил густой снег. Скоро он скроет следы крови и чудовищного боя, но мёртвые деревья и выжженная земля будут помнить об этом сражении…

— Гард, вы закончили прочёсывать территорию? — уточнила.

— Да. Всё чисто, нечисти поблизости нет.

— Возвращайтесь в замок, — приказал Кристоф, — а я задержусь. Хочу снять слепки с плетения Варрена на случай, если Этери попытается использовать похожий аркан.

— Второй раз оно не сработает, — устало отозвался Аид. — Не переживай, я уже всё выяснил.

— Когда успел⁈ — опешила Джайна.

Она была рядом с владыкой и поддерживала, чтобы тот не рухнул от усталости. Но судя по безмятежно-счастливому выражению лица дракона и тому, как уверенно он обнимал свою леди за талию, его состояние было вполне стабильным.

— Пока вы добивали генерала, — признался Титан, — мне стало интересно, как лич умудрился телепортировать воду из Полуночницы? Я выяснил, что это подделка. Плетение просто копирует мёртвый фон реки. На самом деле нас окатили не водой, а концентрированной вампирской маной.

Услышав это опешила, но осмотревшись, заметила главную нестыковку. Земля была сухой! Значит Аид прав, нечисть сумела имитировать магию Мёртвой реки!

— Никогда прежде я не сталкивался с подобными арканами, — продолжил Аид, — расчёт был на то, чтобы выпить жизненную силу драконов, а затем поглотить магию Хольды и Латифы, когда они попытаются прийти на помощь. К счастью, заклинание активируется в два этапа и, прежде чем вытянуть магию и жизненную Силу из жертв, оно высасывает ману из почвы и воздуха. А одна из способностей моего Титана — магия мёртвой земли, поэтому я сразу почуял неладное.

Точно! Я совсем забыла, что Аида называли вулканическим Титаном. Он мог управлять земной породой, а также подземными источниками магии. В его силах было призвать или остановить землетрясение, спровоцировать извержение вулкана или устроить взрыв силовых линий земли.

Он уже использовал эту магию восемнадцать лет назад, когда мы сражались с Ингаско. Теперь же его способности спасли нас вновь…

— Активировать такое плетение можно при условии, если земля вокруг пропитается вампирской маной, — пояснил Аид, — поэтому в Проклятом лесу его можно применять в любое время без предварительной подготовки. Я уже предупредил Дамиана, чтобы был осторожен. К тому же, у него есть копия защитного заклинания, которое я использовал, чтобы уберечь вас от магии Полуночницы. Его некроманты смогут активировать аркан.

— В прошлый раз ты сам едва удержал это плетение, — нахмурился Кристоф. — С чего ты взял, что другие смогут…

— Мне пришлось удерживать плетение длительное время, и заклинание нечисти всё же слабее реки Мёртвых, — перебил его Аид. — Расстояние тоже влияет на силу аркана. Использовать это заклинание могут только высшие вроде Варрена и Этери, но если Мёртвая королева ударит издалека, плетение потеряет большую часть силы. Дамиан сумеет отбиться, но мне придётся участвовать в вылазке…

— С ума сошёл⁈ — возмутилась Джайна.

— Чтобы использовать Силу имени, нужно коснуться немёртвого, — напомнил Аид. — А если Этери будет без остановки бить вампирскими арканами в центре Проклятого леса, мы положим половину армии, прежде чем пробьемся к ней.

— Но ты ранен! И если применишь аркан…

— Дамиан и остальные придут в чащу к рассвету, и это при лучшем раскладе, — перебил её Кристоф, — за это время Эстер успеет вывести яд из тела Аида. И тогда он сможет колдовать, но в боях участвовать не будет, только страховать нас.

— Эх, вы… Лишили меня самого интересного, — Аид осёкся, услышав разъяренное шипение Джайны. — Ну, а если серьёзно, пока я и вправду не в том состоянии, чтобы сражаться на передовой.

— Джайна, забирай его срочно! — мысленно связалась с подругой. — Он же настоящее сокровище!

— Сумасшедшее и абсолютно неуправляемое сокровище! — зарычали в ответ, и сильнее стиснули Аида в объятиях. К счастью, он и не возражал.

Улыбкой дракона можно было осветить несколько улиц. Судя по хитрому выражению лица, он стоял перед сложным выбором. Рухнуть после телепортации в обморок, утянув за собой в лазарет Джайну, в надежде уложить её рядышком. Или не рисковать?

Ведь за такие выходки от нашей строгой Смертушки можно и по шее схлопотать.

— Драгоценная моя, нутром чую, что ты готова прикопать меня быстрее Мёртвой вьюги, но любовь некроманта — страшная штука. Даже смерть не разлучит нас, я всё равно воскресну, — ласково произнёс Аид, крепче обнимая любимую, но договорить не успел.

Джайна посмотрела ТАК, что владыка мгновенно притих и поперхнулся новой шуткой.

— Я лишь о том, что умирать не планирую. Особенно теперь, когда мечта так близко, — поспешил заверить Аид. — Но активировать защитный купол в центре Проклятого леса смогу только я. Поэтому предлагаю вернуться в замок, подлечиться и ждать, пока Дамиан подаст сигнал.

— Согласен, — к нам подошёл Тиль, до этого он разведывал обстановку вместе с Гардом и остальными. — Солдаты объединённой армии драконов сейчас зачищают лес и уничтожают нечисть. Большую часть которой истребит сама Этери, пытаясь вытянуть Силу и забаррикадироваться в чаще.

— Думаю, она не решится призвать Дикую охоту. Скорее, будет готовиться к длительной осаде, — поддержал его Аид. — И начнёт бить плетениями с большим радиусом поражения по всем, кто попытается прорваться к ней.

— Учитывая, что этот аркан позволяет вытягивать Силу не только из живых целей, но и поглощать чужие ударные плетения, без тебя нам не пробиться сквозь её купол, — добавил Тиль.

— Верно, — вздохнула я. — Аркан Варрена выпил мою атаку. — Если бы Джайна не развеяла его…

— Я помогу и в бою с Этери! — с готовностью воскликнула подруга.

— Это можно обсудить в замке, — предложил Рагнар.

Драконид держал на руках укутанную в плащ Латифу. После смерти Варрена её запал резко угас, она не принимала участия в споре и сейчас спрятала лицо под меховым капюшоном. От неё фонило болью и опустошением.

Мне было знакомо это чувство. Я испытывала похожее, когда мы убили Ингаско.

Латифа свершила месть, которой жила всё это время. Теперь ей нужно осознать свободу и найти цель в жизни.

Вспыхнули порталы.

Едва переместились в лазарет, раненых взяли в оборот целители Таэль. Олаф, напарник Эстер, и его невеста — травница работали неподалёку, они варили зелья. Лекарственные микстуры лучше всего работали, если принимать их сразу после приготовления.

Я отлетела подальше, чтобы не мешать. Очень хотелось проведать малышей, полюбоваться на мирно спящую Лейлин, но от меня до сих пор веяло боевой магией. Дети могут почувствовать опасность и испугаться.

За окном послышался пронзительный свист ветра и вдали полыхнуло магией. Я переместилась поближе, балкон выходил на сторону Проклятого леса. Даже отсюда виднелись отблески сражения.

— Дамиан пробился к Третьему копью, — вдруг услышала голос Тиля.

Я так погрузилась в мысли, что не заметила его приближения. Хотя печати истинности уже полностью восстановились и больше ни он, ни я не пытались сдерживать их Силу.

— Этери прекратила стягивать резервы к чаще. Она выпустила летучие отряды, чтобы задержать драконов, — Тиль подошёл ближе, обнимая меня со спины.

Его руки ожидаемо скользнули сквозь призрачную оболочку, но я всё равно успела ощутить прикосновение. Жаль, осязаемая форма отнимала прилично магии, а сейчас каждая кроха маны на счету.

— Этери опасна, как никогда, я чувствую её Искру, — ответила, прислушавшись к нашей связи. — Сила жертвоприношений, усиленная магией кровавого полнолуния…

— Наши пробьются к чаще где-то на рассвете. Но даже если они сумеют добраться раньше, мы подождём, пока взойдёт солнце.

Об этом я помнила. Некоторые главы кланов вначале предлагали выдвигаться ближе к рассвету, но тогда существовал риск, что Этери рванёт на помощь брату. Тогда пришлось бы туго, и я не уверена, что мы бы смогли победить.

Наоборот, если бы с нами было много солдат, Аид бы не смог защитить всех, и лич выпил бы драконов досуха, восстановив свои резервы и усилив мощность атак. Страшно даже представить, на что он был способен на пике своей Силы.

— Новостей от Серебряного Лиса не было? — спросила, когда небо над лесом полыхнуло вновь, окрашиваясь мертвенно-зелёным цветом.

Лионель, советник короля, сейчас дежурил во дворце вместе с шаманами из Тёмной империи и отцом Олафа. Старший Вэринга поддерживал стабильное состояние его величества, пока мы добивали нечисть. Но маны на это уходило немерено и никто не знал, как долго им ещё удастся продержаться.

— Этери дважды пыталась атаковать Роберто с помощью печатей Ингаско, но лилии достойно держат оборону, — ответил Тиль. — К тому же, контракт был заключён на Варрена. Если не обновить печати, Этери не сможет использовать аркан на полную. Скоро её удары ослабнут.

— Лишь на время, — задумчиво прошептала. — Алекс дэс Тьянни сейчас в казематах, но его кровь подходит для ритуала. Если он сумеет сбежать…

— За ним следят похлеще, чем за королевской сокровищницей, — заверил Тиль, — пока мы не уничтожим Этери, эта падаль не сумеет ни сбежать, ни самоубиться.

Последнее было особенно важно. В тюрьму герцога бросил Роберто, и если Алекс умрёт там, то по закону магического отката вина ляжет на короля. Печати нечисти сочтут это жертвенным убийством родственника, и контракт тотчас обновится.

Поэтому мы не могли избавиться ни от Алекса, ни от его кузенов. Семейство предателей, пытавшихся убить малышку Алисию, сейчас было заперто в камерах, сковано магией и цепями. За ними неусыпно следили целители, но как только с Этери будет покончено, этих чудовищ ждёт казнь.

И видит Стихия, я ждала этого с нетерпением!

В душе до сих пор всё закипало, стоило вспомнить, как дэс Тьянни пытался убить дочь. А после натравливал горожан на Тиля и Туманную стражу, заявив, что это не нечисть сожгла близлежащие деревни во время Дикой охоты, а ледяные драконы.

— Льдинка моя, что с тобой? — любимый почувствовал мою ярость.

— Вспомнила, из-за чего дэс Тьянни попал в казематы, — зло прошипела. — Хорошо, что Эстер тогда сумела спасти девочку…

— Повезло, что её мать почувствовала беду и успела помочь, — Тиль с нежностью скользнул ладонями по моим плечам.

На секунду мне остро захотелось наплевать на всё и принять осязаемую форму, но сердце вдруг кольнуло, и я вновь почувствовала магию Этери. Она продолжала колдовать, но понять, что же именно она замышляет, не получалось.

— Уверена, Луиза станет хорошей Вьюгой, — произнесла, пытаясь отвлечься от тяжелых мыслей.

Мать Алисии уже дала согласие. После того, как мы уничтожим Этери, ей откроют портал в храм Сердца Бездны. Вместе с ней переместится и Латифа.

Они не будут принимать участие в сражении, но мы сможем сразу заключить новые контракты со Стихией. Это поможет стабилизировать потоки магии, высвободившиеся после гибели Высших немёртвых и обрушения купола над Проклятым лесом.

Последнее было отдельной проблемой. Купол и Печати связаны с телами Варрена и Этери. Когда королева окончательно погибнет, древние щиты рухнут. Мелкая нечисть, уцелевшая после зачистки и Зова королевы, окажется на свободе. Поэтому я направила к границе леса своих Стражей.

Они будут отлавливать и добивать обезумевших призраков и вурдалаков. А мы постараемся смягчить магический откат и поглотить освободившуюся ману.

Если повезёт, сможем перенаправить эту Силу в клановые источники драконов. Позже она нам очень пригодится.

— Этери… — я вновь почувствовав всплеск мёртвой магии, — что же она задумала…

— Мы знаем её истинное имя. Что бы она не попыталась предпринять, нам есть что противопоставить.

— Для этого нужно приблизиться к ней.

— Не забывай, что на нашей стороне Сердце Бездны! Сперва мы отправимся в храм и вернём бриллиант. А когда проклятие спадёт, Ялтана потеряет большую часть духовных контрактов.

Именно они были главным источником её могущества. Договоры, из-за которых души магов попадали в вечное рабство к нечисти, умирая и возрождаясь вновь в Проклятом лесу, бесконечно служа Мёртвой королеве.

Среди этих несчастных были те, кто погиб от лап нечисти и маги, бросившие вызов Судьбе с помощью Сердца Бездны, но проигравшие этот бой.

Поэтому Титаны долгое время не хотели использовать камень, да и мы с Джайной пытались помешать заключению контракта.

Риск был слишком велик. А в итоге, именно Сердце открыло для нас новые тропы и подарило шанс на победу.

Мы в долгу перед ним и его сумасшедшей хранительницей. А ещё — перед королевой Маргарет и её верной фрейлиной. Если бы восемнадцать лет назад эти бесстрашные женщины не отдали свои жизни ради того, чтобы ослабить печати Ингаско и подарить Роберто и Латифе шанс на спасение, Варрен и Этери давно бы победили и вырвались на волю.

Над лесом в который раз полыхнули боевые арканы. Драконы наступали, уничтожая проклятую нечисть и отвоёвывая поляну за поляной.

— Уступишь мне убийство Этери? — я обернулась к Тилю.

В его сапфировых глазах вспыхнули недовольство и тревога.

— Ритуал вечного забвения работает лучше, если его проводит заклятый враг. У нас двоих больше всего прав на последний удар…

— Бой с Этери будет проходить иначе. Мы вряд ли сможем обездвижить её, как Варгая, — перебил Тиль.

— Зато она будет сражаться в своём теле, — возразила я. — Её проще атаковать, она будет уязвимее. И я, как призрак, единственная смогу приблизиться к ней…

— Это слишком опасно. Я бы предпочёл сам вырвать ей сердце.

— Я клялась жизнью и душой, что отомщу Ингаско и нечисти.

Мёртвого генерала пришлось уступить Латифе. Это был её бой. Но Этери я уничтожу лично! Как восемнадцать лет назад упокоила ненавистного бастарда.

— То загадочное проклятие, из-за которого я потеряла отца и мать создала Мёртвая королева, — добавила. — Я обязана отомстить! К тому же, мы связаны с ней Искрой Стихии. Я постоянно чувствую эту тварь, её магию и присутствие… Если не уничтожу её, потом долго буду слышать отголоски этих уз.

Тиль тяжело вздохнул. Я понимала его сомнения.

Чтобы использовать имя, нужно прикоснуться к твари. Она пока не знает, что мы вскрыли память Варгая, но уже почувствовала его смерть.

Если повезет, до утра она ни о чём не догадается. Ведь после смерти временного тела Варгай должен был вернуться в своё настоящее, которое заковано в ловушке ледяного гроба и находится в подземельях королевской резиденции.

Коммуникатор Тиля неожиданно запищал.

— Это Лионель, — произнёс он, прочитав сообщение, — он проверил лабиринт Скорби. Тело Варгая рассыпалось прахом внутри ловушки.

— Хорошо… — прошептала, сама ещё не до конца веря в случившееся.

Мёртвый генерал слишком долго угрожал этому миру. Хотелось ещё раз убедиться, что нам всё удалось. Сразу после боя Титаны должны были послать сообщение Серебряному Лису, чтобы он спустился в тоннели под ледовой резиденцией.

Защитный купол, установленный мертвым генералом, развеялся в момент его смерти, поэтому советник без проблем попал внутрь.

— Ледяной гроб Софии поглощает фон, оставшийся от магии и души Варгая, — продолжил Тиль. — Скорее всего, к утру разрушится и он.

— И вот тогда-то Этери поймёт, что мы узнали истинное имя её брата,— понуро отозвалась я.

— Вы с Латифой можете переместиться в замок и попытаться усилить ловушку Софии, но я не вижу в этом смысла. Наоборот, шок Этери может сыграть нам на руку. Она всегда была слишком эмоциональной и плохо соображала в критической ситуации.

— Надеешься, что она начнёт совершать ошибки?

— Она их уже совершает, — поправил меня Тиль. — Любой бы сообразил, что армия перетягивает внимание на себя и выслал бы подмогу Варгаю вместо того, чтобы лихорадочно убивать союзников и вытягивать из них ману. И даже после смерти генерала Этери ещё могла поставить непробиваемый купол над чащей и уйти в оборону. Но вместо этого она потратила прорву магии на попытки убить Роберто или добить меня проклятием.

— Этери учёный, а не стратег, — кивнула. — Но она опасна своими плетениями. Я не понимаю, что именно она готовит…

— Поэтому я и не хочу, чтобы ты оказалась на передовой, — Тиль коснулся моего лица, скользя пальцами по скуле и ниже, к губам.

Вокруг его запястья заплясали снежинки и татуировки пары вспыхнули ярче, танцуя на коже серебряными бликами.

— Я понимаю твои чувства и, если это поможет расстаться с прошлым, уступлю тебе право на последний удар, — добавил любимый, — только обещай, что вначале позволишь нам ослабить тварь. Держись за мной…

— Тиль!

— Я твой рыцарь. Ну где это видано, чтобы королева сражалась впереди войска? — в его глазах плескалась боль и тревога. Но он пытался скрыть настоящие чувства за беспечной улыбкой.

И я сдалась.

— Обещаю, — прошептала, подаваясь вперёд и целуя его.

Скользя ветром по губам, сплетая нашу магию и чувства в безмолвной молитве.

Да хранит нас Стихия в последнем бою… Самом сложном и решающем. В бою, где на кону не только наши жизни, но и судьба мира.