Глава 44

В этот раз Эдуард подстраховался. Даже если и захочу вмешаться, то попросту не смогу: я не знаю, где их искать. Дом Вайнката не являлся городской достопримечательностью. В столице я ориентировалась хорошо, но вовсе не все опустевшие особняки были мне знакомы. Все, что мне оставалось, это сидеть и ждать.

Клара накрыла мне в гостиной обед, который я кое-как в себя запихнула. Казалось кощунственным наслаждаться утиной грудкой в малиновом соусе, когда где-то там все рискуют и от этого, возможно, будет зависеть их жизнь, которая и так висит на волоске.

Я слонялась по покоям из комнаты в комнату, не зная, чем себя занять, и в моей голове плодились кошмарные предположения. Я представила себе, наверно, тысячу вариантов развития событий. Алисия прислала немногословную записку, где рассказала, что Эдуард попросил ее помочь, и они с Тофинбейлом закрылись в его лаборатории. Очень надеюсь, что когда она закончит, то сразу придет ко мне, иначе я сойду с ума.

Я ощипала весь амариллис, пока смотрела в окно. Оно выходило в парк, и я пересчитала каждый куст на аллее. Уже на закате я увидела в парке Аделину, прогуливающуюся с лордом Джейдом. Какое неудобное, жёсткое имя. Возможно, он разрешит называть себя по имени? Если лорд Джейд снова во дворце, то и отец вернулся. Я просила Клару разузнать, где он, но, вернувшись, она сообщила, что лорда Бранхерста никто во дворце не видел. Думаю, папа сразу отправился в дом Вайнката.

Стемнело. Никто ко мне так и не пришел. Никогда не любила и не умела ждать, а сегодня это было особенно невыносимо. Устав от страха, отчаяния и мерещившихся мне ужасов, я решилась принять снотворное и уже открыла ларец с зельями, как в спальне раздался тихий шорох. С подобным звуком отпиралась панель тайного хода, которым пользовалась Дель. Но когда я заглянула в спальню, то увидела не Аделину, а Сарду.

Внутри у меня все оборвалось.

— Что-то случилось? — прохрипела я. Сарда невозмутимо прошел из спальни в гостиную и расположился в кресле.

— Ничего пока не произошло. У двери стоит стража, а я не горю желанием с ними объясняться. Леди Аделина поделилась со мной способом навестить тебя, не привлекая излишнего внимания.

— А зачем ты хотел меня навестить? — я все еще не могла поверить, что Сарда не принес дурные вести, но вовремя спохватилась. — Прости, это прозвучало грубо, но ты ведь никогда не появляешься просто так.

Он усмехнулся:

— Ты очень нервная для того, кто так безрассудно раз от раза бросается в объятия опасности.

— Я несколько раз видела, как моим друзьям угрожает опасность! Мне кажется, это извиняет мою нервозность? Как я могу быть спокойна, не зная, что происходит? — всплеснула я руками.

— А если будешь знать, нервничать не будешь?

— Буду, конечно. Но знать все равно легче, чем находиться в безызвестности.

— Должен тебя расстроить, туда тебе никак не попасть, да и делать тебе там нечего.

— Ты что-то знаешь? Где они?

— Даже если бы я знал, то не стал бы тебе помогать. Не в этом случае. Но иногда, чтобы что-то увидеть, не обязательно находиться в том же месте.

— И что ты предлагаешь? Хвиссинских ясновидящих, сафтийский транс или гадание на картах?

— Не предлагаю. Ты можешь увидеть все своими глазами.

— Каким образом?

— Таким же, каким Эдуард увидел вчера артефакт, на который смотрела ты.

И вправду с того места, где стоял Эдуард, он не мог его видеть. Однако, он четко и уверенно сказал, что нужно делать.

— Откуда ты знаешь, что вчера было? — на это Сарда только пожал плечами. — Хорошо, как он это сделал?

— О! Это не моя тайна. Возможно, однажды он сам тебе объяснит, как это возможно.

Сарда прав, сейчас не время об этом задумываться.

— Ладно, что мне нужно делать?

— Вот это тебе точно не поможет, — он указал на пузырек снотворного, который я все еще сжимала в руке. Сарда протянул мне другую бутылочку. — Возьми. Нужен всего один глоток, постарайся сосредоточиться на мыслях об Эдуарде.

На этом Сарда покинул меня тем же путем, что и пришел. Думала я недолго. Устроилась поудобнее на оттоманке и отхлебнула из горлышка. Какая гадость!

Когда наконец удалось сфокусировать взгляд, я поняла, что вижу Бриана и отца. Мы в довольно темном и узком помещении.

— Он уже зашел в дом? — это голос Эдуарда.

— Да, обшаривает спальню на первом этаже, — услышала я Бриана. — Нам пора переместиться в укрытие за библиотекой, если не сделать этого сейчас, то потом Натан сможет нас услышать, стены тут словно картонные. Мечта шпиона. Осторожнее! Не опирайся на это, иначе лестница на второй этаж уйдет в стену!

— Напомни мне, почему мы устроили засаду в этом проклятом доме? — проворчал Эдуард.

— Потому что это логично, найти дневник именно здесь. А еще Винтерстил материалист, и именно здесь есть антимагический экран, — с готовностью отозвался огневик. — Не понимаю, с такими талантами он мог подняться очень высоко, почему он не отправился на королевскую службу?

— Его дар открылся поздно, а когда он проявился, Натаном уже овладела навязчивая идея. Думаю, он посчитал ниже своего достоинства работать на того, кто, как он считал, должен прислуживать ему. Что там? Он близко? — Эдуард заметно нервничал.

— Не совсем, но я его вижу. Он как на ладони. А давайте его пристрелим прямо сейчас, пока он на виду, — Бриану явно надоело сидеть в засаде. В его характере скорее было атаковать в лоб. Очень необычно для того, кто мог часами выводить собеседника казуистическими речами. Я чувствовала, что Эдуарду план друга очень по душе, но:

— Мы должны попытаться узнать, кто еще в этом замешан. Эдгар уже в библиотеке? Для наживки у него чересчур довольный вид.

— Это его первое приключение, — а это уже подал голос мой отец. — Он молод и не верит, что с ним может произойти что-то плохое.

— Непростительная беспечность!

— Не злитесь, ваше величество, он не дурак, а здоровый азарт не помешает. К тому же Фаренджер тоже уже на месте и за ним приглядывает.

— Иден?

— С людьми прикрывает парадный вход, а Крайст — черный, — отчитался Бриан. — Натан открывает дверь в библиотеку!

Похоже, Эдуард прильнул к смотровому глазку. Обзор был так себе, но Эдгар в поле зрения попал. Он делал вид, что ищет что-то в столе.

— Как работает артефакт Уэзерфлоу? — услышала я сбоку шепот отца.

— Алисия вбухала туда всю мощь своего обаяния. Натан, увы, не влюбится и не потеряет голову от Эдгара, но артефакт вызывает полное доверие к его владельцу. Леди обещала, что десять минут у нас есть. Эта штука должна развязать Натану язык и, возможно, помешает ему попытаться сразу убить Эдгара. Тихо!

Слышно, впрочем, было хорошо. Лучше, чем видно.

— Натан? Или мне называть тебя Доменик? — Эдгар начал свою игру. Эдуард затаил дыхание, а у меня, кажется, замерло сердце.

— А это ты, щенок? Какая приятная встреча! — издевательски выплюнул Натан. — Я надеялся застать тебя здесь.

Никакой симпатии в его приветствии я не расслышала, но по крайней мере он не кинулся на Эдгара с ножом.

— Я ведь верил тебе, считал тебя другом, — голос Эдгара дрогнул вполне натурально. Возможно, ему на самом деле было больно.

— Я, знаешь ли, тоже считал, что ты отличаешься от своей семейки в лучшую сторону, но я ошибался. Не затем ли ты здесь, друг мой, чтобы уничтожить доказательства моего права на трон? Надо было еще тогда прирезать тебя, а не Фигвилда.

— Значит, мы оба ошибались. Я в тебе, а ты в своих правах. Как долго ты готовился? Убить моего брата, а потом меня, ты об этом мечтал?

— Я убрал бы с дороги твоего брата, а потом и мать. Стал бы регентом при тебе, женился бы на Гвендолен, а потом ты сгорел бы от лихорадки. И я бы наконец занял свое законное место!

— Ты хорошо все рассчитал. Ты и твои друзья. Сколько их? Молчишь? Ничего, мы всех найдем, так же как Джона Эттвуда.

Натан дернулся.

— У меня был один друг, но и его уничтожила твоя семья. Вы забрали у меня все!

— Он начал заводиться, кажется, действие артефакта ослабевает, — услышала я отца. — Вряд ли мы узнаем больше, не стоит рисковать. Включай экран, пора его брать.

— Друг? Ты имеешь в виду своего опекуна? Да я даже не знаю, о ком ты! — если целью Эдгара было вывести Натана из себя, то у него это вышло.

— Вы мерзкие кровопийцы! Вы даже не помните тех, кому сломали жизнь! У кого ее отобрали!

— Как, например, отобрали жизнь у моего отца и брата?

На это Натан только рассмеялся, его смех пробирал до мозга костей. Так смеются только сумасшедшие. А потом он резко вскинул руку и попытался направить на Эдгара магический удар, но у него не вышло. Вся магия в комнате была заблокирована. Осознав, что произошло, Натан бросился на принца. Но Эдгар сдвинул пресс-папье на столе, и прямо перед ним в полу образовался провал, отгородив его от нападающего. Винтерстил чудом смог удержаться и не упасть. В комнату ворвались стражники, Натану некуда было бежать и нечем было отбиваться. Он огляделся, усмехнулся криво и молча шагнул в пропасть. Эдгар перевесился через стол и заглянул туда.

— Мертв. Там вбиты колья. Никаких шансов.

Неужели это все? Я еще никак не могла поверить, что все закончилось. Угроза была так серьезна, а концовка у нее вышла водевильная. Поэтому я продолжала следить глазами Эдуарда, боясь оставить всех хоть на минуту, словно опасность может вернуться. Панель передо моими глазами отъехала в сторону, и Эдуард стремительно подошел к Эдгару. Братья обнялись.

— Жаль, Липучку не взяли, ей бы понравилось, — как обычно Бриан дал мне высокую оценку. Ну, спасибо!

— Она в покоях, сидит под охраной. Хотя я до последнего боялся, что она придумает, как нас найти, — признался Эдуард. Отец понимающе хмыкнул.

— Ты сегодня был с ней груб. Зачем ты так? — вступился за меня принц.

— Я сказал что-то неучтивое? — тон короля похолодел на несколько градусов.

— Ты подразумевал, и мы все это поняли! Она такого не заслужила! И ты серьезно насчет цветов?

С цветами я переборщила, конечно. Требовать у короля подарки и цветы может только фаворитка. Слова Эдуарда можно было расценить как подтверждение статуса любовницы.

Иден прервал возмущенного Эдгара, положив ему руку на плечо.

— В отношениях Амелии и Эдуарда не так просто разобраться, как тебе кажется. А уж в том, кто и что сказал, я бы даже не пытался. Цветы там или фарфор. У них свой язык, они разберутся.

— Она мне небезразлична, и я бы не хотел, чтобы ее обижали!

— Можешь мне поверить, трудно остаться безразличным к Амелии, — хмыкнул Эдуард. Я затаила дыхание. — Она вызывает самые разнообразные чувства, в основном желание придушить. Не веришь мне, спроси Бриана или Крайста.

Вот обязательно ему все испортить!

— Тогда я могу попытаться? — Эдгар задал крайне неточный вопрос, но Эдуард его понял.

— Можешь. Но стоит ли?

И меня выкинуло. Я очнулась на кушетке, за окном было еще темно. Со странным ощущением опустошения, я добрела до своей постели и как есть, прямо в платье, завалилась на нее. Все кончилось, теперь все будет хорошо. Я заснула без всякого снотворного, и во сне мне мерещился аромат жасминов.