Глава 36

— Вызывает Ее Величество Алисия? Ей снова стало плохо? — я тут же встрепенулась, ощущая неприятный холодок беспокойства

— С ней все в порядке, — сказала служанка. — Она просто попросила позвать вас для разговора. Вам удобно сейчас?

— Да, вполне, — сказала я. Все равно зелье действовало на полную, навряд ли я смогла бы заснуть.

Раз с королевой все хорошо, то нет смысла нервничать, скорее всего, Ее Величество просто хочет меня расспросить о своем состоянии, потому что...

Потому что короли не смогли ей соврать так, чтобы она поверила в их ложь. И сейчас она пытается узнать, что с ней и с детьми. Логичное желание, я ее полностью понимала, вот только я уже дала обещание королю, что Алисия не узнает, в какой опасности находится сейчас. Мне предстоял непростой разговор.

— Прошу, проходите, — сказала служанка, пропуская меня вперед в королевские покои, а после закрыла дверь с обратной стороны.

— Добрый день, — сказала я.

— Рада вас видеть, леди Марион,- отозвалась королева Алисия. — Присаживайтесь.

Она сидела за небольшим столиком, возле которого стоял еще один свободный стул. Чайный сервиз, две чашки и немного сладостей наводили на мысль, что к беседе готовились, а меня караулили. Служанка за дверью наверняка смотрела, чтобы в комнату не вошел тот, кто может прервать разговор. Да и решительный вид Алисии не оставлял сомнений.

Я послушно присела. Алисия молча подняла взгляд, а потом неловко спросила:

— Чаю?

— Не откажусь, но я налью сама себе, — сказала я, заметив, что Алисия потянулась к моей чашке.

В комнате не было служанки, но позволить королеве самолично наливать чай? Верх наглости. Вот только Алисия, судя по всему, не совсем верно меня поняла:

— Я беременна, а не больна. И пусть есть некоторые проблемы, но уж чашку чая я могу налить!

— Ваше Величество, — сказала я, наливая себе чай самостоятельно. — Я знаю. Только разница наших положений слишком велика для меня. Я не посмею. Пожалуйста, отнеситесь с пониманием. И будет лучше, если вы прямо скажете, зачем я вам понадобилась.

— Марион, — вздохнула Алисия, потом свой отпила чай и поставила на блюдечко. — Неужели сама не догадываешься? Я хочу знать, что происходит со мной и с моими детьми. Мне никто не говорит правды, даже мой телохранитель лишь улыбается и качает головой. Мои мужья обращаются со мной так, словно я в следующий момент рассыплюсь или исчезну!

— Ничего не происходит, — ответила я, стараясь не смотреть Алисии в глаза. Лгунья из меня не лучшая.

— Тогда я здорова, в отличном состоянии и мне ничего не угрожает? — с несвойственным ей сарказмом спросила Алисия.

Я могла лишь промолчать. Я чувствовала, что на меня смотрят, но что я могла сделать? Решение молчать приняли короли, мое мнение никто не спрашивал. Хотя я их почти поддерживала — в нынешнем состоянии Алисии не стоит знать, насколько она близка к смерти.

— Что мне нужно сделать, чтобы ты сказала правду? Что я должна тебе предложить, чтобы ты была на моей стороне? — спросила Алисия почти с отчаянием.

— Я уже на вашей стороне, — ответила я ей, впервые замечая, что Алисия примерно моего возраста. Раньше мне казалось, что она значительно старше меня, но теперь я видела, как ошиблась. ЕЕ спокойствие и уверенность ввели меня в заблуждение. Я думала, что это опыт прожитых лет, но сейчас я бы поставила на выработанный усилием воли навык, который стал частью характера.

— Если бы ты была на моей стороне, ты бы мне сказала правду, — горько ответила Алисия, а потом на ее лице появилось бесстрастное выражение лица. — Тогда как насчет сделки? Что ты хочешь? Я королева, я могу дать тебе практически все, что ты пожелаешь.

— У меня все есть, — неловко ответила я, чувствуя себя все паршивее и паршивее. Почему с этой ситуацией приходится разбираться мне, а не королям, которые всю эту кашу заварили? Лучше бы я осталась в библиотеке.

— Я не говорю о материальных вещах. Информация. Я могу предоставить ее тебе.

— Какую информацию? — не поняла я.

— Информацию, почему священники на тебя охотятся.

— Но я и так знаю, Ваше Величество. Не так давно расшифровали кулон, поэтому мне все известно. Или... вам не сообщили?

— Мне об этом сообщили, я о другом, — сказала Алисия. — Тебе не показалось странным, что тебя назвали бедствием, но не захотели убивать, а планировали похитить? Не видишь здесь никаких противоречий?

— Вижу, — согласилась я, крутя чашку в руках и едва сдерживая желания сжать ее покрепче. Боюсь, хрупкий фарфор такого обращения не переживет.

— Ты ведь понимаешь, что это не только из-за твоей силы исцеления? В Остеоне достаточно лекарей, пусть не столь высокого уровня, но практически равных тебе по силе и умениям. Но священники все равно отправили за тобой несколько своих агентов достаточно высокого уровня, что говорит о том, что ты для них ценнее, чем обученные и умелые люди.

— К чему вы ведете, Ваше Величество? — я спрашивала больше из вежливости, уже представляя, что мне скажут.

Алисия отставила чашку с недопитым чаем, его взгляд стал жестким и решительным:

— К тому, что ты человек с особым значением для Остеона, иначе никто бы не прикладывал столько усилий, чтобы вернуть тебя обратно. Возможно, ты не знаешь, но такие люди обязательно попадают в одну специальную книгу священников. Им дают условное имя, составляют досье. И в нем обязательно будет указана причина, по которой тебя туда внесли. Кроме священников, к этой книге имеют доступ королевские особы. Я также ее читала. Не могу сказать, что знаю ее наизусть, но если мы объединим наши усилия, то по общим фактам определим твое условное имя и то, почему ты так важна для священников. Я практически уверена, что это связано с какой-то способностью и...

— Ваше Величество. — Я смогла поднять голову и посмотреть Алисии в глаза. — Я догадываюсь, почему я была нужна церкви Остеона живой, несмотря на пророчество. К сожалению, ваша информация для меня не актуальна.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍ — Если ты догадываешься, то почему никому не сказала? — Алисия не смогла скрыть своего удивления. — Ты понимаешь, что это поможет нам всем противостоять священникам?

Я покачала головой и чуть грустно улыбнулась:

— Не поможет, Ваше Величество. Знание об этой моей маленькой способности никак не повлияет на противостояние церкви Остеона и магов Далерии. Но если об этом маленьком секрете узнает кто-нибудь, то это будет нехорошо, понимаете? Я не просто так скрываю свою способность. Она никому не причиняет зла, она совершенно безобидна и я ей практически не пользуюсь. Но как только информация выплывет, боюсь, на меня устроят охоту не только священники. К сожалению, я не могу доверить эту тайну никому. Почти никому. Кроме Глена и Блейка. Не сейчас, но когда-нибудь позже им я обязательно расскажу.

Наверное, две последние фразы мне стоило оставить при себе. Но я так захотела сказать это вслух, словно произнеся, дала нерушимое обещание.

— Тогда зачем ты рассказала все это мне? Какой смысл сообщать мне, что у тебя есть секрет, который ты никому не откроешь? — Кажется, я полностью запутала Алисию.

— Я хочу, чтобы вы понимали, что мы на одной стороне.

— И ты сказала это, чтобы я чувствовала себя увереннее, — Алисия не спрашивала. — Чтобы я знала, что у меня есть против тебя информация, которой я могу воспользоваться?

— Все верно, — подтвердила я.

Это было спонтанное решение. Мы с Алисией не были лучшими подругами, но наши отношения с ней определенно отличались от отношений правительницы и ее подчиненной. С моей стороны было безграничное уважение, теплота и тревога. Что было со стороны Алисии — я не представляла. Но я помнила время заточения в тюрьму, помнила извинения, а также те ненавязчивые советы, которые она пыталась мне дать. И это дорогого стоило.

— Ваше Величество, короли взяли с меня обещание, что я не расскажу вам о состоянии вашего здоровья. И я хочу его сдержать. Да, вы сейчас не в порядке. Мы все ищем способ сделать так, чтобы с вами все было хорошо. Но, даже если ничего не найдем, то я обещаю, что не позволю пострадать ни вам, ни вашим детям.

— Это твое «не позволю» связано с той тайной, о которой ты не хочешь говорить? — спросила Алисия.

— Да, — я ответила практически без колебаний.

— Хорошо. Спасибо. Я верю тебе, — сказала Алисия, а ее напряженное и чуть усталое лицо впервые за время нашей беседы просветлело. — А теперь давай, наконец, попробуем эти пирожные и выпьем чай.

От такого доверия — практически безосновательно, ведь кто я такая? — стало тяжело на сердце. Но я была обязана взять на себя этот груз. И логической причины этому я не находила.

***

Второй поход в магическую библиотеку я чуть не пропустила: за беседой с Алисией время пролетело незаметно. Действие зелья закончилось, а я легла спать и... проспала.

К счастью, Блейк вовремя заметил мое отсутствие, но пришлось воспользоваться его способностями, чтобы добраться до библиотеки в срок.

Эрон, как и другие члены нашего небольшого совета, уже были около библиотеки.

— Сегодня мы попробуем войти в несколько особых секций библиотеки. Я еще раз напомню, что эта особая часть библиотеки. И вас туда может попросту не впустить. Если вы не можете войти, то не пытайтесь ничего сделать. Не нужно использовать магию или физическую силу, это не поможет.

— А что будет, если мы попытаемся? — уточнил Том.

— Скорее всего, вы не выживете. Около полувека назад, когда к библиотеке еще был временные доступ, пятеро магов пытались пройти в одну из секций силой. В итоге вместо пяти живых магов получились пять скелетов. Так что не рекомендую, — заявил Эрон, посматривая на мага чуть снисходительно.

Мы вошли в холл библиотеки, а после прошли в общий зал. Если я правильно помню по краткому расскажу Эрона, то в конце общего зала есть несколько дверей, которые и будут вести в особые секции.

— Ваше Величество, прошу извинить меня за, возможно, неуместный вопрос, но от чего зависит, пропустит секция или нет? — спросила я, когда мы шли вдоль стеллажей с книгами. Почему-то рассказ короля Эрона меня немного пугал.

— Мы и сами доподлинно не знаем, — ответил Эрон. — Кто-то говорит, что чистоты мыслей, кто-то — от внутренних качеств. Лично я считаю, что все зависит от магической силы, от ее потенциала, но не умений. Я в детстве забрался в библиотеку, и она впустила меня в ту секцию, в которую отказывалась пускать других магов. У Иштона, как я успел заметить, тоже не было особых проблем с посещением. Но были случаи, когда известные магистры не могли зайти даже в общий зал.

— Ну, вы же сами сказали, что все зависит от потенциала, а не от умений, — заметил Глен. — В любом случае, мы на месте. Как будем действовать?

Перед нами был довольно длинный и широкий коридор с несколькими дверьми.

— Есть предложения? — спросил король Эрон.

— Можно последовательно проверить все двери, — заговорил Блейк. — Один человек проверяет, может ли войти. Если секция его впустит, то он заходит, ищет нужную информацию, а потом выходит. Если ему не дают войти, то пробует следующий.

— Хорошая мысль. Единственное условие — в коридоре всегда должны оставаться двое. Сначала Первые рыцари, потом по обстоятельствам, — покивал Эрон, останавливаясь напротив первой двери. — Леди Марион, вы будете последней, уже не обессудьте. Я бы вообще предпочел, чтобы вы не входили, но если случится так, что вы единственная сможете войти, то прошу меня простить — я воспользуюсь этой возможностью.

— Я не против, — ответила я, вызвав недовольный вздох со стороны Блейка.

— Ладно, нет смысла ждать. Глен, Блейк, кто из вас пойдет первым? — спросил король Эрон.

А после начался «обход» всех дверей. Первые пять мы прошли без проблем, правда, нужной информации тоже не было. А вот на шестой начали возникать проблемы. Были двери, в которые мог войти исключительно король Эрон, а нам всем приходилось терпеливо его ждать.

На этой двери — простой деревянной, но с серебряной ручкой, мы застряли. В нее не смогли войти ни Глен, ни Блейк, ни кто-либо и магов, ни даже сам Эрон. Признаюсь, я ожидала, что тоже не смогу попасть. В конце концов, если король Эрон прав и вход зависит от магической силы, то как я могу попасть, если даже у моих мужей не получилось.

Однако, вопреки ожиданиям, дверь спокойно открылась, и я вошла внутрь.