Глава 38

— Дите двух пророчеств сможет вернуть потерянное сокровище лишь благодаря появлению наследника древней магии, — прочел Эрон свиток с пророчеством. — Магия меня раздери, как это вообще можно расшифровать? А ведь пророчества писали люди, должны же они были думать, как все это дело правильно изложить на бумаге?!

— Если пророчество отпадает, значит, остается только то зелье, которое предложил Том, верно? — вздохнул советник.

Он был на диво молчалив, я иногда умудрялась забывать, что он следовал по магической библиотеке вместе с нами. И, кажется, он не слишком поддерживал использование зелье.

— И что теперь будем делать? — спросила я, потирая виски. Голова начала ныть с такой силой, что, казалось, по ней приложил кто-то кувалдой.

— Вы? Отсыпаться, — сказал Эрон, сворачивая пророчество обратно. — Можно вместе с вашими мужьями, в конце концов, надо помочь вам с вашим опустевшим резервом. Остальные будут думать.

— А зелье? — уточнил Том. — Мы испробуем его?

— Испробуем? — Эрон зашипел не хуже гадюки, а потом выдохнул, словно с эти выдохом пытался развеять свой гнев. — Зелье будет на крайний случай, если мы ничего больше не найдем. В конце концов, не все секции скрытой библиотеки пройдены. Леди Марион, временно вы не будете посещать секцию, хватит с вас. Вы и так сделали слишком многое.

— Тогда мы пойдем, — сказал Глен, отодвигая стул и поднимаясь.

Я поднялась следом, едва не покачнувшись. Блейк тут же приобнял меня за талию, даря устойчивость. Как я покинула библиотеку, я уже не помнила. Да и до спальни меня, кажется, снова несли на руках.

— Я так скоро ходить разучусь, — невнятно пробормотала я, когда Блейк положил меня в кровать и улегся рядом.

Я попыталась поморгать, чтоб не заснуть сразу, но получалось слабо. Со мной явно было что-то не то, потому что зрение плыло до такой степени, что я даже не узнала собственные покои. Я покорно позволила векам сомкнуться и заснула.

Что ж, ничего удивительного в том, что я не смогла узнать свои покои. Покои-то были не мои. Поняла я это в тот момент, когда проснулась от ужасающей ругани какой-то семейной троицы, громко возмущающейся по поводу того, что их кровать занята незнакомцами.

— Марион, проснулась? Они тебя разбудили? — ласково спросил Глен, лежавший справа, а потом рявкнул в сторону посетителей: — Вы потише можете?

Они не могли. При виде такой наглости, женщина вообще перешла на ультразвук. Глен отбросил одеяло, схватил меч и абсолютно голый направился в сторону, видимо, законных хозяев покоев. С криком о том, что они будут жаловаться королю, бедолаги покинули спальню.

— Выспалась? — спросил Блейк.

— Более или менее, даже удивительно, что так мне хватило всего нескольких часов, — я глянула в окно: то же время, при котором заснула.

Блейк засмеялся:

— Марион, ты проспала трое суток.

— Сколько? — удивилась я. — Трое? Почему так много?

— Потому что ты не только истратила весь свой резерв, но и вынесла из хранилища пророчество. А это, знаешь ли, не шутки.

— А почему вы мне не сказали об этом? — удивилась я.

— Потому что не знали. Вчера в Далерию приехал маг, который работал на предыдущего короля. Он хорошо разбирается в расшифровке разного рода пророчеств, — сказал Блейк, а потом поцеловал меня в висок.

Поцелуй в висок? Так не пойдет! Я подставила губы, которые тут же были зацелованы. Поняв, что все разрешено, Блейк тут же погладил мою шею, спускаясь рукой все ниже и ниже, пока не остановился на груди, которую мягко сжал.

— Я, конечно, все понимаю, но давайте мы переместимся в нашу спальню? Боюсь, если эти бедные люди вместо нас обнаружат в следующий раз нас и следы любви, то голый я и меч против них ничего не будет стоить, — скептически заметил Глен, бросая в нас одеждой.

Оделись мы так быстро, как, наверное, никогда не одевались. Туман вокруг Блейк отчетливо свидетельствовал, что ждать он не будет.

— Блейк, дружище, прихвати-ка и меня, не бросай на погибель, — взмолился Глен с шутливым выражением лица.

***

Два дня прошло в полном спокойствии. Меня полностью отстранили от изучения библиотеки, попросив сосредоточиться на анализе зелья, а также осматривать Алисию время от времени. Поэтому практически все время я проводила либо в спальне Ее Величества, либо в своих покоях.

И если проверка здоровья королевы и ее детей, а также общение с ней, проходили очень легко и продуктивно, то об изучение зелья я не могла сказать того же. Я никогда не встречала такой состав, некоторые травы я раньше никогда не видела, чтобы они применялись в лечении. Я смогла лишь определить, что рецепт зелья действенный и для здорового человека он не должен нести опасности. Об этом я доложила королю Иштону. Посовещавшись, мы решили не использовать его как можно дольше.

Вот только у судьбы были свои коррективы. Почему снова произошел всплеск магии — никто так и не смог понять, вот только Алисия пострадала намного серьезнее, чем раньше. А мне пришлось выжать из себя максимум, чтобы не позволить ей умереть.

После этого происшествия, пока мои мужья вместе с королем Эроном и магами проверяли скрытую библиотеку, меня вызвал король Иштон поговорить о зелье.

— Леди Марион, у нас нет выбора, — сказал король Иштон. — Мы долго думали, мы понимаем, что зелье может быть опасным, но вчера Алисия была при смерти, верно?

— Как вы поняли? — спросила я, недоумевая. Король Иштон не был лекарем, он не мог понять истинное состояние своей жены. — Если вы не лекарь, то это попросту невозможно...

— Я не лекарь, леди Марион. Только я впервые видел, чтобы за все время лечения вы впервые были так бледны, а пот заливал вам лицо. Не хочу вас обидеть, но вы выглядели немногим лучше мертвеца, — невесело усмехнулся король Иштон. — Скажите, если всплеск магии от детей вдруг станет сильнее, то вы сможете спасти Алисию?

— Еще сильнее, чем сегодня? — уточнила я на всякий случай.

— Да.

— Я не знаю, — ответила я.

Мне самой было больно от этого ответа, который демонстрировал мою беспомощность. Это так стыдно и так страшно, когда ты понимаешь, что не способен помочь! Но врать я не имела права.

— Леди Марион, — позвал меня король Иштон. — Вы не всесильны, я не хочу, чтобы вы испытывали чувство вины по этому поводу. Иногда так бывает. У нас нет лекаря, который был бы сильнее, чем вы. Если вы не справляетесь, то зелье — все, что остается. Мы больше не можем рисковать.

— Я боюсь, что оно сможет навредить, — сказала я. — Состав вызывает вопросы, к тому же, нет никаких сведений о применении этого зелья в ситуации, аналогичной случаю Ее Величества.

— Мы не знаем. Но это взвешенный риск. Если будем тянуть, то ничем хорошим это не закончится. Единственное, о чем я вас хотел попросить. После того, как Алисия примет зелье, не могли бы вы за ней присматривать постоянно?

— Я буду заходить к ней постоянно, — согласилась я.

— Вы не поняли, леди Марион. Я прошу на ближайшее время, например, дней на десять полностью переселиться в покои Алисии. Я хочу быть уверен в том, что ей окажут помощь своевременно.

— Я не против, — ответила я. — Вот только мои мужья...

— Если будут возмущаться, то, смею предположить, им мало того времени, что они проводят в скрытой библиотеке, — фыркнул король Иштон.

Проживать с Алисией оказалось на удивление легко и удобно. Она была вежлива, предупредительна. Иногда мне казалось, что я ночую в одной спальне с леди из пансиона, а не с королевой, которой положено быть высокомерной.

Зелье сработало хорошо, маг Том получил какую-то награду и ходил гордый и раздутый, умудрившись даже пустить пару сплетен о моей способности к исцелению. Собственно, за это он последовательно был побит на дуэли Гленом, Блейком, сэром Рошкаром, а потом и самим советником. Последнее, как я поняла, было для окончательного закрепления.

Тем не менее, Алисия выглядела намного лучше. Больше смеялась, легко обсуждала со мной традиции Далерии, нередко вгоняя меня то в ступор, то в смущении. Но напряжение не оставляло меня. Я не могла поверить, что не будет никаких последствий. И не зря.

Это случилось примерно на десятый день нашего совместного проживания, примерно под вечер. Я читала книгу по лекарственным растениям, а Алисия заполняла бумаги, а потом встала, собираясь передать их слугой. Как я успела заметить, она немало делала для Далерии. Жаль, что Алисия не стала нынешней королевой Остеона...

— Марион, мне нехорошо, — вдруг сказала Алисия, покачнувшись и ухватившись за тумбу. — Помоги дойти до кровати, пожалуйста.

Я тут же отложила книгу, которую читала, и бросилась к ней, чтобы проверить ее состояние, аккуратно разворачивая в свою сторону. Алисия вдруг закашлялась, а изо рта хлынула кровь. Я попыталась найти магией источник повреждения, но источник повреждения был везде!

Алисия начала падать на меня, потому мне ничего не оставалось, как усадить ее прямо на пол и одновременно пытаться не дать ей умереть. Рядом рухнула ваза, разлетевшись вдребезги, когда мы зацепили комод.

Чем больше я пыталась вылечить Алисию, тем яснее понимала, что у меня нет шансов. Зелье, всплеск магии — причина была не так важна, потому что вела к одному результату — смерти. Как назло со мной не было ни моего сундука, ни ножа, который сейчас был так нужен! И здесь ничего острого, да и получился ли у меня все сделать правильно? Мой нож специального размера и превосходно заточен, но я сейчас попросту не успею за ним сбегать.

— Что случилось?

В комнату влетели Блейк с Гленом, а потом разом побледнели, увидев Алисию, залитую кровью. Да и я выглядела не лучше. Сейчас совсем не было времени, чтобы колебаться. Либо сделать это, либо разрешить Алисии умереть. Войди в эту комнату кто-то иной, я бы не смогла выбрать.

— Магия меня раздери, что с ней? Мы можем что-то сделать? — выпалил Глен.

— Да. Не мог бы ты пронзить ее сердце мечом?