Глава шестнадцатая · НАДЕЖНЫЙ СПОСОБ ВЛЮБИТЬСЯ

Очередная тренировка у магистра Целой кончилась тем, что я буквально вползла в душ.

Проблема с моим посещением душа решилась быстро, едва я упомянула о ней Медному. Просто поставили перегородку у одного из кранов. «Мою» кабинку никто не занимал, и я могла мыться совершенно спокойно. Были некоторые неудобства с одеждой: приходилось раздеваться прямо в кабинке и покрывать вещи тонким слоем нетающего льда, чтобы они не намокли. Но в целом я была довольна: на пары после занятий Целой ходила свежей, бодрой и, надеюсь, красивой.

Тук-тук-тук. Кто-то решил пообщаться со мной через стенку кабинки, когда я уже заканчивала прием водных процедур.

— Слушаю, — хмыкнула я.

— Как дела? — послышался голос Дэна.

Нас две первые пары гоняли в дождь по стадиону, так что я даже не успела никому «привет» сказать. Вообще все, что я сказала за утро, звучало примерно как «убейте меня, чтоб не мучилась!».

— Так, неплохо. Могло бы быть лучше, если б в снег и дождь нас не заставляли летать, ползать, висеть и так далее.

— Ты же ледяной дракон, чего тебе снег?

— То, что я ледяной дракон, не значит, что я обожаю слякоть и холод. Дракон во мне борется с девушкой, и последняя пока побеждает. Жаль, нет предмета «Кофе и книги», я бы стала лучшей.

Послышался смех: наш разговор слышала вся группа.

— Новость хочешь? — меж тем поинтересовался Дэн.

А, вот чего ко мне такое внимание проявляют. Новую сплетню нашли. Главное, чтоб не обо мне. И так о леди-драконе слухов ходит по академии, мама не горюй.

— Ну, давай новость.

Ароматный крем приятно смягчал кожу и пах чем-то фруктовым, почти съедобным. Надо зайти перекусить, а то после этих тренировок я голодная, как дракон. Жаль, в столовую нельзя прийти драконом, в него реально влезает больше.

— Клэй переезжает в Подземный.

От такой «новости» я поскользнулась и едва не свалилась на пол, да еще и воды хлебнула. Как — ума не приложу!

— В смысле, переводится?! Зачем?

— Сандра с родителями переезжает. Он решил вроде как ехать за ней.

— А образование? — пораженно спросила я. — Драконья Академия?

— А они там собираются открывать филиал академии и учить Погонщиков и Зрячих специально на подземных драконов. Такой, как Клэй, без работы не останется.

— Ого… ну, я даже не знаю, что сказать. Неожиданно. Очень.

Еще пару дней назад он подарил мне котенка, насмехаясь над неудавшимися отношениями, и пытался поцеловать в лесу, а теперь…

От этой новости в душе поселилось какое-то нехорошее ощущение, и я его старательно игнорировала. Как и воспоминания о кулоне и рассказе Георга. Нет! Если я позволю себе расстроиться по поводу отъезда Клэя, я признаю, что к нему неравнодушна. А если признаю, то выходит, что я проиграла. И готова стать очередной победой Сероглазого. И, скорее всего, тогда переводиться придется мне!

Но как я себя ни уговаривала, настроение стремительно портилось. Масла в огонь подлил Дэн. Мы выходили из раздевалки, когда он наклонился и быстро прошептал:

— Если хочешь его остановить, торопись, потому что потом уже будет поздно.

Да чтоб тебя! Нашелся неравнодушный. Мы вообще недавно расстались, мог бы дать время отдышаться. Нет, надо кинуть в меня последний камень.

А может, ну их всех? Взять и уехать на Плато, к Георгу и этой Ханне. Выгоню их из замка, пусть избушку строят. А сама буду жить, как мама, в уединении, среди снежной долины. Ага, и как мама потом спасу заблудившегося мужика, рожу от него ребенка и стану воспитывать его в гордом одиночестве.

— Ладно, — сказала я себе. — Пусть переезжает. Плевать. Легче жить будет.

Я добавила парочку крепких словечек, а потом меня кто-то тронул за плечо. Сначала я напуталась было, что кто-то из магистров услышал, как я ругаюсь, и сейчас мне будут читать нотации, но это оказался парень с последнего курса, Погонщик. Он смущенно и обаятельно улыбался.

— Привет!

— Привет, — кивнула я. — Что такое?

— Я тут подумал… тебя ведь никто еще не пригласил на бал, да?

— Нет, а что такое?

Потом до меня дошло. Парень протягивал мне второй билет, а я даже не знала, как его зовут!

— Знаешь, — медленно протянула я.

— Алекс.

— Алекс. Очень приятно. Знаешь, я…

Потом в памяти всплыл Клэй, который, как оказалось, собирался уехать сразу после бала. И Сандра, показывающая мне свое платье для этого бала. И я сделала, наверное, самую большую глупость в своей жизни.

— Ладно. В девять?

— В девять. А может, встретимся завтра пораньше, поможешь мне выбрать костюм? — с такой надеждой попросил Алекс, что у меня не было шанса отказаться. — Чтобы галстук не смотрелся глупо с твоим платьем.

Платьем… у меня и платья-то еще не было!

— Вот чтоб вас всех! — выругалась я.

Алекс давно ушел, а я стояла перед столовой, сжимая в руках билет, и думала, что зря меня из психушки выпустили. Надо было там и оставить, тогда я не делала бы такого количества глупостей! Вдобавок ко всему еще прозвенел звонок на пару Медного.

При мысли о том, что я буду полтора часа сидеть за партой, слушать собственного отца и убеждать себя, что надо с ним поговорить, стало и вовсе тошно. Не пойду. Не впервой прогуливать. Если что, скажу, что мне плохо. Тем более мне и правда не очень-то хорошо.

Вместо оставшихся пар я побрела в магазин — искать платье. На самом деле я не решила, пойду ли на бал, но назло Клэю и вообще всему миру бродила в поисках нужного платья. И неожиданно нашла.

В одном из самых дальних и совсем не престижных салонов я нашла платье, ради которого готова была пойти на бал хоть с Алексом, хоть с самим Высшим.

— Помочь?

Из-за стойки вышел мужчина лет пятидесяти, что меня очень удивило. Обычно в таких салонах главенствовали женщины. Даже если владельцем был мужчина, он все равно нанимал сотрудниц. Ну да ладно, я не персонал оценивать пришла. Хотя персонал этот как-то странно усмехнулся при виде меня. Мужчина был симпатичным, возраст на нем почти не сказался, только редкая седина в волосах намекала на него.

— Хочу померить это платье, можно? — Я указала на вешалку.

— Конечно, берите, проходите. Вам должно пойти.

Я несколько раз оглянулась на мужчину, но он вел себя как самый обычный владелец магазина, так что постепенно мое беспокойство улеглось и я смогла сосредоточиться на платье.

Раньше такой цвет меня отпугивал, я не была поклонницей розового. Но этот, нежный и пастельный смотрелся очень дорого и спокойно. Наряд состоял из двух частей: короткого кружевного платья без бретелек, плотно облегающего фигуру, и длинной пышной юбки из легкого воздушного материала, которая крепилась на талию при помощи ремня. Сзади юбка была плотнее, создавая впечатление, будто это длинное платье «в пол». А спереди было видно, что под длинной юбкой скрывается короткое кокетливое платье. И еще мои ноги, вроде даже длинные.

— Впечатляет, — кивнул мужчина, когда я вышла к большому зеркалу. — Не будь я женат, пригласил бы вас на бал.

— Кхм, — покраснела я. — Спасибо.

— А что? — продолжал улыбаться мужчина. — В таком платье хоть с кем на бал — все равно блистать.

— Можно мне его купить? — вежливо, но уверенно пресекла я дальнейший флирт.

Мужчина мгновенно посерьезнел:

— Разумеется. Переодевайтесь. Цена всего золотой.

Я нахмурилась. Что-то мало для такого платья, на центральной торговой площади за куда более скромный наряд придется выложить от семи золотых монет.

— Мы только открылись, — пояснил владелец, словно прочитав мои мысли, — еще не известны. Так что накрутка цен нам невыгодна. Берите, уникальный шанс.

— Спасибо.

Когда я переоделась, он сложил все в аккуратную картонную коробку и протянул мне покупку. Я положила на прилавок несколько серебряных монет и, довольная, ушла.

День уже не казался таким отвратительным. Вот правду говорят про девушек, правду. От тоски нас спасает сладкое и покупки. Спасибо маме за обеспеченное будущее. Если б не она, я бы совсем с тоски померла. Так хоть есть хорошее жилье, вкусная еда и… платье.

В общем, возвращалась я в приподнятом настроении и даже напевала что-то радостное, зимнее. По пути прикупила орехов в шоколаде и баночку с ароматным чаем. Потом, подумав, решила, что гулять так гулять, и добавила себе еще и книгу. Будет чем вечером заняться, благо завтра всего одна пара и на нее ничего не нужно готовить.

Я осторожно убрала платье в шкаф, завернув в специальный бумажный чехол, чтобы не повредить. Потом приняла душ, переоделась в домашнюю одежду, заварила чай, открыла книгу и только укусила первую конфету, как распахнулась дверь в мою комнату.

— Нормально, — несколько обалдела я.

— Какого демона ты делаешь, Инеевая?! — рявкнул Клэй.

— Ем… — Я действительно не понимала, из-за чего он взбесился!

— Ест она. Думаешь, если менять парней как перчатки, сможешь вывести меня из себя? Или заставить остаться?

— А кто, простите, сказал тебе, что я хочу, чтобы ты остался, Сероглазый?! Флаг в руки, барабан на шею — и вперед, осваивать новые горизонты. Подарю тебе каску, чтобы ты в Подземном головой о потолки не бился.

— То есть ты хочешь сказать, что тебе плевать, что я уезжаю? — ухмыльнулся Клэй. — И Дэн соврал, сказав, что у тебя лицо перекосило, когда он тебе сообщил?

Список дел на завтра: сварить кофе, отнести вещи в прачечную, убить Дэна.

— Это я от радости не сдержалась.

— Да?

— Да!

Мы обменялись взглядами, полными не то возмущения, не то ненависти. Так и стояли по разные концы комнаты и буравили друг друга глазами. Потом — я не успела среагировать — Клэй быстро подошел и, обхватив рукой мой затылок, поцеловал.

В свойственной ему манере, не реагируя на мое сопротивление, не слушая мое мычание. Целовал себе, без особых усилий справившись с моими руками. А сопротивление медленно угасало, и по телу разливалось знакомое тепло. Я не заметила, как меня подтолкнули к кровати, опомнилась, только когда почувствовала, что как-то слишком тяжел Клэй для меня.

Тот уже решил, что я сдалась на милость победителя, и целовал медленнее. Надо сказать, соблазн был огромный. Восемнадцать лет — такой возраст, когда сложно устоять, особенно рядом с тем, кто так умело целуется.

Но восемнадцать лет у дракона — возраст, полный самых разных эмоций. Они сменяются одна за другой, и в этот раз для Клэя перемена прошла не очень удачно. Я вытянула вверх руку, нашарила на соседней подушке ремень, брошенный за ненадобностью с утра. Увлекшийся моими губами, Клэй ничего не замечал. Я же каждый раз одергивала себя, чтобы не таять в его руках, а сосредоточенно и осторожно готовила месть.

Наконец искомое оказалось в моей руке, я почувствовала разгоряченной кожей прохладу пряжки ремня. Клэй словно по заказу попытался найти мою руку, и…

Я быстро выскользнула из-под парня, пока он не пришел в себя. Клэй безуспешно дергал руку, которую я быстро примотала к прутьям кровати, не забыв немного подморозить для надежности.

— Инеевая, отвяжи немедленно! — рявкнул он.

— Нет! Полежи, подумай о своем поведении. Я не пойму, Сероглазый, ты действительно такая сволочь или прикидываешься? Встречаешься с Сандрой, собираешься с ней в Подземный, а напоследок решил-таки уложить меня? Нет уж, Клэй. Вот и лежи тут сам. Так стремился в мою постель — наслаждайся!

И я направилась к выходу. Пусть остынет, а я прогуляюсь, самой успокоиться надо.

— Да не встречаюсь я с Сандрой! — заорал мне в след Клэй. — И не еду никуда!

— Ага, конечно! — только скривилась я.

Я дрожащими руками засунула в карман немного денег и направилась к выходу. Вот только в процессе забыла, что пальто не взяла, а возвращаться не хотелось. Ладно, спущусь в ресторан, выпью чашечку кофе и обо всем подумаю. Успокоюсь хотя бы.

Как я была зла! Клэй, даже собираясь уезжать вслед за девушкой, не упустил шанса напомнить мне, что я не так уж глуха к его попыткам меня соблазнить. И это бесило пуще всего остального. Даже зная, что эта сволочь изменяет Сандре, я все равно тайно наслаждаюсь поцелуями. А может, и не тайно. С каждым разом контролировать себя становится все труднее и труднее.

В общем, я злилась не только на него, но и на себя. Проигрывала эту ситуацию раз двадцать в голове и не видела, куда иду. Не очень удивилась, когда с лестницы вышла на втором этаже, а не на первом, как собиралась. Решив, что и зимний сад мне пойдет для расслабления, уверенно направилась к диванам.

Отойдя от дверей я услышала голоса. Приглушенные, но тем не менее знакомые. Первый голос я узнала сразу же — Дамиан! А вот второй… сразу не вспоминался. Может, кто из академии?

Да, оказался из академии! Алекс, тот самый застенчивый Погонщик, пригласивший меня на бал, разговаривал с Дамианом. Судя по всему, я застала конец разговора.

— Ладно, сообщишь, если что-то узнаешь. Узнай, кто ее родители, особенно отец.

— Попробую, но это делается не быстро. Она вряд ли мне все сразу расскажет.

— Примени обаяние. — Дамиан усмехнулся. — Расскажи ей о своих родителях и спроси о ее. Вряд ли это такая тайна, что она будет молчать.

Та-а-ак. Ярость во мне достигла предела, так что я даже не стала прятаться и тихонечко красться обратно. Уселась на диван и стала ждать. Дамиан и Алекс разговаривали вдали, у небольшого фонтана, и меня они заметили, только когда проходили мимо к выходу.

— Госпожа Инеевая? — Дамиан владел собой лучше Алекса, потому что у того мгновенно все лицо пошло красными пятнами.

— Добрый вечер, господин охотник, — хмыкнула я. — Какая встреча. Решили посетить Лесной?

— Я здесь по работе, — в голосе Дамиана отчетливо прозвучал холод.

Ха! Напугать ледяного дракона холодным голосом?

— Что ж, не буду мешать. Алекс, на зимний бал все в силе?

Он медленно, не сводя с меня взгляда, кивнул.

— Я купила розовое платье, — отчеканила я. — Галстук к нему не подойдет.

— Бабочка? — Алекс явно видел мою злость, но не понимал, как реагировать.

— Удавка!

Я с неожиданной силой отпихнула его с прохода и направилась к лестнице. Нет, все-таки ресторан. А точнее — бар. Прямо вечер-парад сволочей в моей жизни. Там Георга и Медного случайно на первом этаже нет? Для комплекта не хватает.

— Леди желает кофе? — спросил молодой парень, работающий в ресторане по вечерам.

— С коньяком, — кивнула я. — Лучше без кофе.

Ароматный и дорогой коньяк обжег горло. Я закашлялась, но выпила три рюмки и только потом съела маленький бутерброд. В голове немного помутилось, хотя соображала я пока еще вроде нормально. Поэтому немного удивилась, когда бармен извиняющимся голосом произнес:

— Прости, мы закрываемся. И после одиннадцати не имеем права подавать алкоголь на разлив.

— Нет проблем!

Я слезла с высокого стула и побрела к себе. Злость улеглась, осталось щемящее чувство жалости к себе. Я надеялась, что найду в Лесном новую жизнь, а нашла… да ничего хорошего не нашла! Все только хуже стало. Раньше меня мучил страх перед Георгом. Теперь мучает глупая влюбленность, спровоцированная или подтвержденная маминым артефактом.

Я минуты две пыталась отпереть дверь в комнату. Потом распахнула и поняла, что неприятности на этом еще не кончились!

В комнате было холодно. Холодно настолько, что я начала дрожать, едва вошла туда. Пожалуй, температура почти сравнялась с уличной, а там как раз ударил мороз. На подоконник уже намело изрядное количество снега, а по комнате летали редкие снежинки. И очень медленно таяли!

— О… о, нет, демон! — Я рванула к окну и тут же его закрыла.

Ветер поднялся неслабый. Наверное, я плохо закрыла окно после проветривания, и оно распахнулось от порыва. И Клэй мерз, привязанный к кровати, часа два, не меньше!

Я тут же принялась освобождать бедного парня. На ощупь его рука была ледяной. Сам Клэй молчал, только внимательно следил за моими действиями и… вот не было в его глазах больше ни нахальства, ни возбуждения. Мне казалось, с таким безразличием он на меня еще никогда не смотрел.

— Прости! — Я прикусила губу, чтобы не начать реветь. — Я не знала, я…

Клэй медленно поднялся и вышел, даже дверью не хлопнув.

— Клэй!

Естественно, ответа не последовало. Глупый дракон, самый глупый дракон из всех, как можно было его здесь оставить? А если бы был пожар? А если бы я упала с лестницы и покалечилась? А сколько этих «если бы» расстроенная я еще не смогла придумать?

Бедный, замерз, наверняка испугался. Еще ведь заболеет…

Очень хотелось пойти просить прощения. Прямо слезно просить, бежать греть чай и закутывать в одеяла. Он скоро уедет, а последнее воспоминание обо мне — как о твари, которая оставила его мерзнуть без возможности позвать на помощь или освободиться.

Конечно же, я не хотела, чтобы так вышло. И при мысли, что я могла промотаться всю ночь на улице, слезы выступали на глазах. Я сама не заметила, как уснула, жалея попеременно то Клэя, то себя. Теперь уж точно, что бы ни показал кристалл, с Сероглазым у нас дружбы не выйдет.

Сон был тревожный и неспокойный. Посреди ночи я проснулась и долго не могла понять, что стало этому причиной. Только потом догадалась — из соседней комнаты доносились какие-то звуки, весьма странные.

Кашель — поняла я. Причем такой сильный, что сердце сжалось. Вот демон! Какая же я глупая, надо было заставить отогреться и выпить какое-нибудь укрепляющее зелье! Что, Вил, будешь дальше бить рекорды по количеству глупостей за день?

Дверь Клэя оказалась не заперта. Я тихонечко приоткрыла ее и заглянула внутрь. Сероглазый стоял у столика и пытался выпить воды, чтобы унять кашель, но этот самый кашель ему и не давал нормально попить. Он тяжело опирался на столешницу, будто стоял с трудом.

— Клэй! — не выдержала я. — Стой, дай мне.

— Уйди, Вил, — в перерыве между приступами кашля прохрипел Клэй. — Уйди, и все!

Я не стала его слушать. Обняла, чтобы помочь дойти до постели, и ужаснулась от того, какой горячей была его кожа!

— У тебя жар. Идем, ляжешь.

— Не хочу я ложиться, я воды хочу, — рыкнул на меня Клэй.

— Я тебе принесу воды, только ложись.

Он не стал ложиться, просто сел в изголовье кровати, опустив голову. Сердце аж дрогнуло, таким потерянным и уставшим он в этот момент выглядел. Я мигом сбегала за аптечкой, через кристалл связи с управляющей вызвала лекаря, развела в чашке порошок от простуды.

Клэй весь горел.

— Давай, пей.

Я заставила его выпить почти половину кружки, а потом начался новый приступ кашля. И кашель этот мне очень не понравился.

Я тщетно попыталась его уложить, но ни в какую Клэй не соглашался. Пришлось отступить и оставить сидеть.

— Температуру я тебе собью и лекаря уже вызвала, но он только утром придет.

— Инеевая, отстань, — поморщился Клэй и отпихнул мою руку. — Вот какое тебе дело? Уйди!

— Клэй, — тихо попросила я, — ну прости ты меня, я же не знала, что окно откроется! Дай я тебе температуру собью, станет легче.

— Прикоснешься — руку сломаю, — вполне серьезно прорычал Сероглазый.

А я… я разревелась. От волнения за него, обиды на его обиду, злости на себя. Старалась не шмыгать носом слишком уж громко и вообще в темноте, надеялась, не видно будет. Но куда там, эти слезы вообще останавливаться не желали, и вскоре я уже ревела по поводу того, что, как дура, влюбилась и теперь из-за этого страдаю.

— Иди отсюда, — тихо сказал Клэй. — Вил, иди, я серьезно.

Если б я заговорила, выдала бы слезы, так что просто покачала головой. Он сидел, периодически страшно кашлял и морщился, но не подпускал меня к себе. Я сидела, то ревела, то клевала носом, то порывалась снять температуру. Потом усталость взяла свое: я свернулась калачиком на краю кровати и уснула. Впрочем, просыпалась периодически, смотрела на Клэя краем глаза. Наконец он уснул, прямо как сидел, откинув голову.

Я тихо-тихо, почти бесшумно приподнялась и приложила ладонь к раскаленной груди парня. Направила магию, снижая температуру. Потом, когда дыхание Клэя выровнялось, вновь свернулась у него в ногах и до утра проспала, почти не просыпаясь.

Мне удалось встать раньше Клэя, чтобы принять душ. Я оставила ему записку, что переоденусь и попрошу завтрак в номер, а затем сразу же вернусь. На всякий случай я заморозила замок, чтобы Клэй не смог закрыться. Может, он и злится на меня. Может, даже справедливо. Но одного я его не оставлю, пусть выздоровеет и обижается хоть сколько.

Сначала я решила переодеться. И, распахнув дверь в номер, обалдела. Такое чувство, что вернулся Георг и снова пошарил в моем номере. Но, кто бы ни пришел ко мне с визитом, дальше стола он не ушел. Только у стола все ящики оказались вытащены, а чайник, который там всегда стоял, разбит. Поверх этого безобразия сидел котенок, растопырив синие крылья, и хищно шипел.

— Та-а-ак, — протянула я. — Охранник мой. Молодец. Расцарапал ему рожу, да?

«Мяв!» — гордо выдал котенок.

— Ладно, я схожу добавлю, — мрачно произнесла я.

Но по дороге появилась идея намного лучше. Все равно собиралась к управляющей.

— Здравствуйте, — улыбнулась я дриаде, — а можно вызвать стражу? В мою комнату кто-то вломился.

И я даже знаю кто.

Кожа дриады приобрела нездоровый светло-зеленый оттенок, и она, испуганно пискнув, побежала докладывать. Я уселась на диване напротив и очень надеялась, что ожидание не затянется! Потому что Клэй там один, болеет и скоро должен явиться лекарь. Я хотя бы заплачу за зелья.

Рядом с гостиницей всегда дежурила стража, и в этом мне повезло. Уже через две минуты я услышала громогласное:

— Леди? Что у вас случилось?