POV. Ян Коршунов
3 месяца спустя
Полдня потратил на всякую бумажную волокиту, связанную с новым бизнесом, и теперь сломя голову несся в тату-салон, чтобы проверить, как там без меня идут дела. После того, как Олеся стала управляющей, некоторые механизмы, отработанные годами, вышли из строя. Мне нужно было срочно все проконтролировать!
По правде говоря, безумно скучал по своей работе в «Волчьей пасти», но наступил момент, когда сама жизнь дала пинок под зад, заставив двигаться дальше. Вздрогнул, услышав ритмичную мелодию звонка. Как только до меня дошло, кому она принадлежит, потянулся к мобильнику, ловко принимая вызов.
– Ну, с тебя пузырь! – не здороваясь, в своей обычной немного развязной манере, заявил отец.
– С чего ради? Забыл, что тебе нельзя пить?! – поучительно-насмешливо выдал ответ, плавно поворачивая на перекрестке.
– Как это с чего? А с того, что я, наконец, засунул этого Склифосовского в НИИ! И зарплату ему положили нехилую! Но это было непросто…
– Почему?
– Мужика сократили из-за того, что он ни черта не делал! Тупо просиживал штаны! Про таких говорят: учёный – в дерьме мочёный! – отец заржал, на что я обескуражено, покачал головой.
– Ладно. Это не наше дело… – напряженно выдал, нетерпеливо подрезая «восклицательный знак».
– А ты почему решил впрячься за этого Ласточкина? С чего тебе-то сдался этот мужик?
– Долгая история… Неважно! Но спасибо за помощь…
– Не благодари, свои люди, сочтемся!
– И отец, у меня к тебе еще одно дельце. Твоя компания ведь как-то спонсировала МГУ или я ошибаюсь?
* * *
Притормозил на светофоре неподалеку от недавно упомянутого университета. Повернул голову и, увидев девушку в розовом пальто и такого же цвета сапогах на каблуке, ощутил, будто мне в горло вставили ржавый гвоздь. Она вышагивала уверенной походкой от бедра. Не шла, а летела. Сука. И без шапки. Почему-то дико взбесило, что она без шапки. Какого черта, на дворе ведь конец ноября?! Это я мог ходить без шапки всю зиму, а ты, дурочка – НЕТ!
Меня пронзили стальные ножи болезненных воспоминаний. Дежавю. Всё точно так, как в тот жаркий июньский полдень. Я стоял на светофоре и вдруг заметил красивую брюнетку в белом сарафане. Она переходила дорогу с видом коронованной королевы красоты, и у меня перехватило дыхание. В эту секунду совершенно неожиданно открыл в себе навыки спецагента: натянул на нос солнцезащитные очки и неторопливо отправился следом…
Вдруг девушка остановилась купить себе мороженого, а я, чтобы не спугнуть добычу, спрятался в кустах. Спустя минуту Ласточкина невесомой походкой зашла в парк, усаживаясь на скамейку. Прищурился, поправляя очки на носу, и продолжил наблюдать.
Именно тогда мне и пришла в голову идея с тайной перепиской.
Бегом возвратился в машину, доставая из бардачка допотопную двухсимочную «Нокиа», которую купил несколько лет назад, чтобы помочь другу Демиду в одном темном дельце, а затем вновь вернулся на свой дозорный пункт.
Даша сидела на лавочке, медленно поглощая мороженое, и только от одного этого зрелища у меня встал. Такая соблазнительная ледышка, что аж зубы свело. И вот тогда я начал импровизировать…
…Болезненно щурился, словно в глаза слепил солнечный свет, несмотря на то, что по небу плыли грязно-серые ноябрьские облака.
Дашка уверенной походкой, не глядя ни на кого, направлялась в сторону небольшой парковки. Увидел воочию свою дерзкую королеву Антарктики и понял, как отчаянно соскучился. С момента нашей последней встречи прошло три месяца, и все эти девяносто дней я жил от сообщения до сообщения. Мы переписывались каждый гребаный вечер. Несколько раз пытался потеряться, ничего ей не писать, хоть как-то справиться с больной зависимостью, но проще, наверное, было бы бросить курить…
Да, у нее не было ко мне чувств. Лето. Жара. Убежище в машине от дождя. Пустынный парк. Дикий секс. Заброшенный завод. А дальше привычная жизнь хорошей девочки и успешной студентки.
Бродяга помогал мне быть в курсе хоть каких-то новостей из её жизни. В последнее время Дашка очень переживала из-за отсутствия работы у отца. Я не смог остаться в стороне, и напряг Арнаутова-старшего, чтобы тот воспользовался своим положением и помог хоть куда-нибудь засунуть её папашу.
Казалось, вот-вот между нами всё сойдет на нет, успокоится… Мы просто прервем эту странную переписку и навсегда забудем друг о друге. Но прошел месяц, два, три и я уже всерьез начал задумываться о том, чтобы навестить психотерапевта.
А сейчас увидел её в нескольких десятках метров от себя и вовсе лишился покоя. Мне бы подбежать к ней, закинуть на плечо и увезти восвояси…
Да, бл*ть! Мои чувства к ней до сих пор не давали спокойно дышать. Они стальными когтями царапали душу, заставляя вновь и вновь возвращаться в наше короткое прошлое.
Дашка остановилась около парковки машин, и я ощутил спазм в области сердца. Если не подойду к ней сейчас и просто не загляну в холодные бледно-голубые глаза, то буду жалеть до конца жизни. Вдруг эта ледышка растает. Скажет мне что-то обнадеживающее. Да пусть даже пошлёт! Я предложу ей поговорить. Признаюсь в том, что Бродяга, это, мать его, моё альтер-эго! Скажу, что наговорил ей всего этого дерьма от слабости и собственного бессилия, а потом поцелую так, что у нас у обоих отключатся тормоза…
Резко распахнул дверцу авто, делая шаг по направлению к парковке машин, но тут же, словно пораженный шаровой молнией, прирос к грязному асфальту.
Рядом с Ласточкиной остановился автомобиль «БМВ х6». Из машины, сжимая букет белых роз, вылез какой-то невзрачный светловолосый парнишка. Он вручил Дашке цветы, клюнул в щеку, приобнимая за талию. Они улыбались друг другу, а мне хотелось удавиться.
Без труда узнал этого ухажёра – председатель профкома студентов. После того, как она написала, что устроилась к нему работать, не поленился специально и зашел посмотреть его фото на сайте МГУ. Да, это был тот самый парень, который одобрил ее кандидатуру на новую работу. Служебный роман, бл*ть! Ну, разумеется, как всё предсказуемо! Аж блевать хочется! И Дашка спуталась с ним только потому, что это более престижный вариант, а я не тот… Просто не тот.
Наблюдал, как они смотрят друг на друга, а затем… он притянул ее к себе и поцеловал. Поцеловал её. Мою Дашку! Мою сладкую капризную девчонку. Первая мысль была – подбежать и набить морду, а затем кинуть лицом в грязь. Было так больно, что хотелось выть от отчаяния, а они продолжали целоваться, будто участвовали в каком-то марафоне…
Быстро она стерла из памяти наши сумасшедшие ненасытные поцелуи. Быстро, Даш, как быстро ты всё забыла. А ведь для меня это было ой как серьезно…
Напряженную тишину машины разорвала надрывная трель мобильного телефона. Бросил отрешенный взгляд на дисплей, нехотя принимая вызов.
– Ян, ну ты приедешь сегодня в тату-салон? – заискивающий женский голос на том конце заставил еще сильнее сморщиться.
Звонила Олеся. После того вечера три месяца назад мы почти не общались. Я назначил её управляющей тату-салоном, а сам, наконец, принял предложение отца, решив попробовать себя в несколько другом амплуа.
Мне было неловко: девушка опять призналась мне в любви и ждала какого-то продолжения, но нам помешали – неожиданно в подсобку ворвался Демид, и Леська поспешила ретироваться. Мы так и не поговорили по душам. Всё это время она не задавала лишних вопросов и просто покорно ждала. Знал – стоит набрать ей в три часа ночи, и она примчится ко мне по первому зову.
Больше не глядя в сторону счастливой парочки, ударил по газам, срываясь с места.
В этот момент я решил задушить в себе эти разрушительные чувства. Бесповоротно. Раз и навсегда. Сделать так, чтобы пути назад уже не было…