Глава 11

Гостевой дом с заряженными артефактами стал выглядеть живее. Впрочем, как и леди Гренли. После того как я нашла на ее груди артефакт-кулон с треснутым камнем и сняла его, а взамен повесила артефакт с жизненными силами, через час девушка открыла глаза и сразу сфокусировала на мне взгляд. При ярком освещении состояние девушки оказалось еще хуже. Казалось, за ее плечом уже стоит смерть. Пальцы, которыми она медленно-медленно коснулась артефакта, выглядели ужасно пугающе. – Леди Гренли, я принесла артефакт, который вам поможет. Старыми больше нельзя пользоваться. Если у вас есть по дому еще артефакты, просто кивните или моргните три раза. Девушка сделала последнее, и следующий час я потратила на то, чтобы достать одиннадцать артефактов разных форм: в виде вазы, солонки, рамки для картины и даже в виде настенных часов. И везде были треснутые камни. – Не хочу вас пугать, но тот, кто продал вам все эти артефакты, ваш враг, а не друг. Леди Гренли открыла рот и сказала, прочистив горло: – Мое платье. – Слава богам, вам легче, если собрались сделать мне замечание о том, что нельзя брать чужие вещи без спроса. В свою защиту хочу отметить, что это была вынужденная мера, за которую прошу прощения. Но иначе мы обе не выживем. Леди Гренли попыталась открыть рот, но я видела, как ей тяжело дается говорить, поэтому попросила: – Если вы хотите отчитать меня, с удовольствием послушаю, когда вы будете полны сил. А пока потратьте энергию на восстановление, пожалуйста. Нужно было унести плохие артефакты подальше отсюда, и сделать это как можно быстрее. Я снова надела шляпку с вуалью, выглянула на улицу и, только убедившись в том, что там нет Яши и Лейвара, вышла. – Простите, – меня догнал девичий голос. Я обернулась. Передо мной стояла человеческая девушка в штанах и свободной блузе с вышивкой. Ее вещи походили больше на одежду драгхарок, чем на людскую, и это было странно. – Вы хозяйка гостевого дома? – спросила она нежным голосом. Таким тоном тренируют отвечать кавалерам на балах, чтобы казаться кроткой, милой и невинной. Но что ей ответить? Пока что мне играло на руку, что все принимали меня за леди Гренли. Но чего хочет эта девушка? Что гадать? Лучше спрошу, ничего не ответив конкретно, а там уже сориентируюсь. – А что такое? – участливо спросила я. – У вас есть свободный номер? – Незнакомка подняла на меня умоляющий взгляд. И вот что ей ответить? Как же она не вовремя! Нам бы самой с хозяйкой спастись, а тут еще желающие прибавляются. Но что, если она в беде не меньшей, чем я? Однако дом не мой, как я могу разрешить в нем остаться? – К сожалению, гостиница сейчас на ремонте, – соврала я. Если ситуация сложная, девушка будет настаивать. Если нет – быстро найдет другой вариант. В конце концов, это же не единственный гостевой дом на весь Драг-Нар? – Очень жаль. – Незнакомка шмыгнула носом и метнула в меня взгляд. Мне показалось или она проверяла мою реакцию? Что-то меня в ее образе цепляло, но я все не могла понять, что именно. Я кивнула на прощание, развернулась и пошла по торговой улочке. В ее конце я видела небольшую аллею. Там и закопаю эти порченые артефакты. Всю дорогу незнакомка не выходила у меня из головы. Может, я зря ей отказала? Что, если за ней гонится драгхар? Что, если я была ее единственной возможностью выжить? Когда я вернулась, то обнаружила девушку у двери гостевого дома. Она неловко переминалась с ноги на ногу. – Может, я смогу чем-то помочь в ремонте? Покрасить стены? Готовить? Знаете, я тут по визе талантов… Я тут же цепко вгляделась в ее лицо: – В чем состоит твой талант? Девушка посмотрела мне прямо в глаза и милейшим голосом ответила: – Я чувствую ложь. Вот вы, например, соврали мне про ремонт. Я резко втянула воздух от неожиданности. – Полезный дар, – на выдохе произнесла я. Незнакомка, явно испытывая неловкость, пожала одним плечом, словно сильно сомневалась в моих словах. – Мой куратор говорит, что с моим даром нужны либо мозги, либо отсутствие языка. – Звучит оскорбительно. – Но он прав. Я за два года ни на одном месте работы не продержалась дольше трех дней. Два года опыта жизни в Драг-Наре. Множество смен работы. Куратор. Дар чувствовать правду и неумение держать язык за зубами. По пути ли нам? Что, если девушка расскажет, что происходит в гостевом доме? С другой стороны, она может быть очень полезной, а леди Гренли уже вряд ли можно сделать хуже, только лучше. – Пойдем, но тебе придется сделать невозможное. – Что? – Не разболтать ничего из того, что увидишь внутри, – сказала я строго. Девушка посмотрела на меня широко распахнутыми глазами и отступила на шаг назад. – Я… я… не уверена… И вот это ее действие убедило меня, что девушку надо брать себе под крыло. – Тереза, – представилась любительница правды. – Вивьен. Врать и придумывать новое имя для подстраховки было бессмысленно. Перед тем как запустить Терезу в гостевой дом, я осторожно поделилась положением дел. Девушка сначала мужественно кивнула, а потом, когда увидела леди Гренли, расплакалась и отвернулась. Она мне напомнила Белль, когда та была чуть помладше, – одновременно стойкая и такая ранимая. В груди все сжалось от тоски по сестрам. Интересно, а хозяйка гостевого дома напомнит мне характером сестру? Я обратилась к ней: – Леди Гренли, надеюсь, вы не обидитесь на меня за самоуправство. Это Тереза, она уже два года как работает по визе талантов, но нигде не находит себе места из-за того, что чувствует правду и не всегда может промолчать. Хозяйка едва заметно кивнула в знак согласия. Я рассказала о девушке и поняла, что о себе я не сказала леди Гренли ни слова. Просто появилась в ее жизни и начала ее спасать. Но при Терезе я была не готова раскрыть все как есть, ведь она тут же почувствует, если я привру. – Тереза, помоги мне положить леди Гренли на кровать. Думаю, ей там будет удобней. Тереза достала из сумки платок, привела себя в порядок и встала у кресла. Вместе мы перенесли хозяйку гостевого дома в ее спальню, и она с большим удовольствием вытянулась на кровати. – Мне кажется, скованность в мышцах уже проходит, – улыбнулась я леди Гренли и увидела, как дрогнули уголки ее губ в попытке ответной эмоции. У Терезы заурчал живот, и она виновато посмотрела на меня. Вместе мы прошлись по рынку, купили еду, так как в холодном ящике для продуктов в гостевом доме все протухло. А еще отдали мой почтовый артефакт тому самому увлеченному драгхару на восстановление. – Безделица, конечно, но возьму, – сказал он. – Завтра будет готово. Как раз возьмете второй жизненный амулет. К вечеру мы с Терезой убрались в гостевом доме, приготовили ужин и порадовались за леди Гренли, которая самостоятельно перевернулась на бок и смогла выпить половину чашки бульона. Я боялась вопросов Терезы, но она не лезла в душу. Вместо этого рассказывала о себе: об опыте работы с различными драгхарами, о том, что не все девушки здесь становятся угольками, и тихо поделилась со мной, что, сколько бы я ни выхаживала леди Гренли, дорога у нее одна. – У нас у всех одна дорога, – произнесла я в ответ. – Вопрос лишь в том, когда мы окажемся в конце пути. К ночи мы сменили везде постельное белье, поменяли разряженные артефакты и сели на диван, уставшие, но довольные. Казалось, нам двоим нужно было себя чем-то занять, чтобы разобраться в своих мыслях. Я все время возвращалась к моменту, когда Лейвар поймал меня за локоть. Почему-то я ощущала необъяснимое разочарование, что он не узнал меня. Что за бред лезет в голову? Но этот вечер был богат и важной информацией, которую я узнала от Терезы. Посольство помогает в трудоустройстве и без куратора, но ты должен отработать на месте минимум три месяца. Куратора можно сменить, но для этого требуется написать заявление. Когда я спросила, обязательно ли жить с куратором, Тереза посмотрела на меня круглыми глазами и с охом сказала: «Нет, конечно!» Значит, Лейвару было нужно держать меня рядом. Еще бы, ведь я по бумагам его невеста. Вот только договор помолвки действителен лишь на земле людей, но не драгхаров. – Тереза, а ты не знаешь про руны, которые выступают на теле у драгхаров? – спросила я издалека. Не буду говорить, что у меня есть такая. – О, ты видела своими глазами такую редкость? Это истинные пары! Правда, невероятно? Невероятно? О да! Но вряд ли у меня на пятке нечто подобное, а вот где эту хворь Лейвар подцепил – непонятно. – А у людей такие бывают? – спросила я будто из любопытства. – Нет, конечно. Людям и драгхарам не быть вместе, поэтому и не бывает. У истинных рождаются воистину сильные потомки. Если у драгхов появилась такая пара, род считается благословленным богиней. У них может быть много детей с сильнейшей магией. Это просто невероятно! – А в каких случаях руны проступают у людей, не знаешь? Тереза посмотрела на меня внимательно-внимательно: – Ты ведь не просто так спрашиваешь? Я сглотнула. Она же чувствует ложь. Как быть? Захотелось поделиться хоть с кем-то. Я сняла туфлю и показала свою левую пятку. – Боги! – воскликнула Тереза, картинно схватившись за сердце. – Это же метка истинности! Нет, не может быть. Это точно что-то другое. Или?.. Меня просто разрывало от догадок. Внезапно открывшийся дар, похоже стихийного происхождения по природе. Метка то ли истинности, то ли еще чего, но точно не свойственного людям. Как мне не начать подозревать собственное особенное происхождение и семейные тайны? Я не выдержала и спросила: – Тереза, а ты хоть раз видела здесь человека со стихийным даром? – Нет. – Но ведь ты чувствуешь ложь и не произносишь заклинания. Природа твоей магии не типична для людей. – Да, именно поэтому я попала сюда по визе талантов. – А что, если сюда отбирают не совсем людей? – А кого же тогда? – засмеялась Тереза, а потом посмотрела на мою левую пятку и запнулась. – А как ты сюда попала? Угольком? – Нет, по визе талантов, – сказала я и, увидев вопрос в ее глазах, добавила: – Я могу находить золото. И это тоже талант, который не зависит от заклинаний. Тереза задумалась. – Знаешь, Вивьен, я видела еще людей, которые отбирались по визе талантов. Часто это артефакторы или одаренные других полезных для драгхаров направлений. Но вот не могу вспомнить, были ли еще примеры дара без заклинаний. А что твой куратор говорит? Я не хотела говорить о Лейваре, поэтому просто пожала плечами и буркнула: – Ничего. – А по поводу метки? – Он не знает. Я ему не показывала. Как думаешь, это может быть печать слежения? Тереза задумалась, а потом попросила: – Можно посмотреть поближе? Девушка приблизилась ко мне, внимательно посмотрела кожу и покачала головой: – Уже видно, что твоя руна состоит из мелких магических символов. В одно время мне была очень любопытна тема истинности, и я узнала, что среди драгхаров есть маги, которые даже эти крошечные символы могут расшифровать. Вот только что они там видят и узнают – мне так никто и не рассказал. – Тогда сама ответь себе на вопрос: как может быть человек истинным с драгхаром? Тереза категорично покачала головой: – Никак. Ты права. В этом нет никакого смысла. – Отведешь меня к такому магу? Хочу разобраться. – Конечно. Все-таки наше знакомство полезно, как ни крути. После этого разговора мы зашли к леди Гренли, и она не спала. Она была настолько рада нас видеть, что попыталась самостоятельно приподняться на локтях. – Мое платье, – сказала вновь она, только почему-то потянула ткань своего за зону декольте, словно ей было жарко. – Снять? Конечно. Мы не стали сначала вас мучить переодеванием, дали отдохнуть. Мы с Терезой в четыре руки стали раздевать леди Гренли, и, когда сняли платье, я заметила внутри вшитые артефакты. – Только не это. Кажется, я уже знаю, что там найду. Я вывернула юбку наизнанку и увидела ряд треснутых камней. В этот момент Ур, которого не было ни видно, ни слышно с момента появления Терезы в гостевом доме, сонно вылез из-под кровати и зло вцепился в платье. – Стайх! – заорала Тереза. Леди Гренли хватило только на закатывание глаз, но не от шока (стайха она уже видела и с Уром была знакома), а от реакции новенькой в доме. – Ур, мы это выбросим. Не переживай. – Я еле вырвала вещь из пасти стайха, боясь не за камни, а за состояние здоровья создания. – Он твой? – удивилась Тереза. – Свой собственный. Просто мы дружим, – ответила я. Ур гордо выпятил грудь вперед, словно давал повесить невидимые ордена наших отношений. Я посмотрела на него и спросила: – Ур, а ты чувствуешь эти треснутые камни? Стайх кивнул. – Невозможно! Он тебя слушается, как в старинной легенде о стайхе и драгхаре. – Что за легенда? – спросила я, вытаскивая все платья леди Гренли из шкафа и проверяя на наличие камней. Тереза присоединилась к занятию, впрочем, как и Ур. Стайх даже нашел в двух платьях, которые мы отложили как пригодные, камни, вшитые в подол. – Стайхи появились тогда же, когда и драгхары. По натуре шкодливые, дикие, но очень умные звери. Иногда они выбирают себе драгхара-хозяина, когда их стихии совпадают. Тереза посмотрела на меня и покачала головой: – Но о дружбе человека и стайха слышу впервые. Похоже, не только для меня тут много чего в первый раз. Я не одинока. Мы перебрали все вещи леди Гренли. С помощью Ура нашли еще два тайника в половицах со спрятанными треснутыми камнями и рухнули спать в разных спальнях. Стайх в этот раз спал со мной. А утром леди Гренли уже смогла сидеть и даже попросилась помочь ей с туалетом, сама безумно стесняясь. Не знаю, как она справлялась с этой нуждой ранее, просто надеюсь, что ей стало так плохо незадолго до моего прихода. Стало абсолютно ясно, что у хозяйки гостевого дома есть враг, который хочет от нее побыстрее избавиться. Мы с Терезой купили еще один камень с жизненными силами и забрали мой исправный почтовый артефакт. И леди Гренли к вечеру смогла медленно, кратко рассказать свою историю. – Отец выдал меня замуж за драгхара, спасаясь от разорения. Я же думала, что выхожу за человека, пока не увидела великана на пороге дома. Меня привезли на Аднар. Хавьер влюбил меня в себя. Леди Гренли замолчала, словно вспоминала те времена. А я подумала о Лейваре. Он и так был хорош собой, а если бы начал меня охмурять во всю силу? Выглядела бы я такой же влюбленной дурочкой, как леди Гренли? Может, сказать спасибо его натуре игрока за то, что Лейвар устроил представление, а не стал давить харизмой? Тем временем хозяйка гостевого дома продолжила: – Мы жили счастливо месяц, пока я не стала слишком слабой. Тогда он купил мне бизнес и выкинул сюда. Я не успела принять ни единого гостя, когда стала такой… Если бы я вовремя не бежала от Лейвара, он бы тоже потом меня выкинул, как сломанную куклу? По коже пошли мурашки, как только я представила себя на месте девушки в кровати. – А камни? Кто вам сказал покупать эти камни? – спросила я. – Сначала мне приносил их Хавьер. Говорил, что я поправлю ими здоровье, стану снова красивой и тогда он, может быть, вернет меня в дом. Потом я стала сама искать, где бы их купить. – И лавочка с артефактами оказалась как нельзя кстати, да? – спросила я. Леди Гренли удивленно посмотрела на меня и кивнула. – Тот продавец очень удивился, когда увидел меня в вашем наряде и шляпке, прикрывающей лицо. Он принял меня за вас. Похоже, скоро у нас будут гости. Скорее всего, ваш Хавьер захочет лично убедиться в том, что его уголек вдруг ожил и стал быстро бегать по округе, да еще отказался от его камней. Леди Гренли побледнела. Тереза ахнула. – Не переживайте. Мы не позволим вас обидеть. Стук входной двери заставил нас всех подскочить на месте. – Лерата! – позвал мужской баритон из холла. – Это Хавьер. – Леди Гренли качнулась. Я посмотрела на платье на себе. Схватила шляпку с вуалью. – Возьму его на себя, – сказала я. Внутри все бурлило от желания поквитаться за бедных человеческих девушек, которых тут сводили в могилу. – Уру-ру? – Стайх встал у ног. – Нет, Ур. Останься здесь и охраняй девочек. Ты у нас тут единственный защитник. Дракончик важно кивнул, сев на пол. А я поправила вуаль так, чтобы не было видно лицо, посмотрела на леди Гренли и попросила украшение с ее пальца: – Не дадите кольцо, чтобы он поверил? И в полном обмундировании вышла из комнаты, чтобы столкнуться с самой искушенной крылатой смертью, какую я только видела.