Глава 16

Утром рядом с экипажем меня ждал один Лейвар. – А где воздушники? – спросила я, осматривая ближайшие кусты на предмет торчащих оттуда крыльев и ног. Ничего примечательного не нашлось, зато драгхар ответил: – Не выдержали конкуренции. Рисса сторонилась крылатого, поэтому молча забралась в карету и обложилась дощечками, на которых отмечала зазубринами информацию о найденных сокровищах для Элевии. Но стоило мне поднять ногу на ступеньку кареты, как дверь дома открылась, и бледная Тереза окрикнула: – Вивьен, Лерате плохо. Я тут же убрала ногу со ступеней и понеслась обратно в дом. За собой следом я слышала уверенную поступь Лейвара и торопливую Риссы. Леди Гренли сидела на полу в коридоре, ведущем в ее покои, и выглядела так, словно сейчас отдаст душу богам. Глаза ее были закрыты, тело бледное, руки холодные. – Что такое? Что случилось? Камень при ней? – спросила я, опускаясь рядом. – Я помогу поднять. – Лейвар мягко отстранил меня и взял Лерату на руки, отнес в кровать и тактично отошел к двери. – При ней. Я проверила. Нашла ее в таком состоянии и тут же позвала вас. – Лерата, – обратилась я к девушке на кровати. – Леди Гренли! Рисса, зови человеческого доктора. Домовушка убежала, громко стуча пятками по полу. – Она без сознания. – Лейвар встал позади меня и спросил: – Позволите, я измерю ее пульс? Выглядит собранным и знающим, что делать. – Конечно. – Я посторонилась. Крылатый взял Лерату за запястье. Спустя минуту сказал: – Очень слабый. В его глазах я увидела посыл «Готовьтесь ко всему». – Но почему? С ней же все было хорошо. Она стала бодрее, сильнее, могла поддерживать беседу и присматривать за домом. Я осмотрелась в комнате, ища зацепку, и увидела письмо на прикроватной тумбочке. Оно было открыто. – Вызвала! – В комнату забежала Рисса. – Доложила хозяйке по артефакту связи, она все организовала. – Спасибо. Рисса, а ты не знаешь, откуда у леди Гренли это письмо? – Так рано утром красивый драгхар передал. Хавьер! Я тут же схватила письмо, но Лейвар вырвал его у меня из рук. – Ты так же хочешь? Совсем не думаешь! – Он рыкнул на меня так, что я вздрогнула. Меня словно огнем обдали. Неприятно, чувствительно, лицо все горит. Лейвар стушевался, поняв, что перегнул. – Прости, но ты слишком рискуешь. Крылатый сжег письмо в руках, не успела я и вскрикнуть. – Это вещественные доказательства! Ты их уничтожил! – Это опасная вещь, от которой одной из вас уже стало плохо. Хочешь лежать рядом? Да, он прав, что я не подумала, схватив письмо. Но он мог дать совет, остановить, а там мы бы уже безопасно сохранили улику. Однако Лейвар уничтожил все! – Ты прикрываешь своих, да? Угольки не имеют права на существование? – завелась я. – Вивьен, я о тебе беспокоюсь, – сказал Лейвар, а потом тихо добавил: – Она уже не жилец. О себе подумай. Мне словно воздух перекрыли. Как он может так говорить? Как смеет? – Вон. Выйди. Отсюда, – чеканила я каждое слово. Крылатый остался стоять на месте. Я подняла на него взгляд, полный возмущения: – Выйди. Вон. Лейвар смотрел на меня, молчал, но словно пытался объясниться глазами. Не желаю видеть. Не желаю слушать. Вот его истинное отношение к человеческим девушкам. – Выйди! – крикнула я. Он не шевельнулся. Внутри меня разрослась такая невероятная злость, которую я уже не могла удержать в себе. Казалось, меня раздувало от нее изнутри. – Во-о-он! – крикнула я, и дом содрогнулся. Треска платья и звука раскрывшихся крыльев я не забуду никогда. Впрочем, как и пораженного выражения лица Лейвара. – Мамочки! – воскликнула Тереза. – Хозяйка! – завопила Рисса и умчалась прочь. И лишь леди Гренли как лежала без сознания, так и осталась безучастной к моему прорыву силы. Я так не хотела раскрывать свой секрет, но выброс силы не оставил ни шанса моей тайне. Одно хорошо – это произошло дома, а не на улице. Иначе не знаю, какие последствия меня могли ожидать. – Вив. – Лейвар протянул ко мне руки. – Не подходи. – Я шагнула назад к двери. Крылья были огромными и мешались, я все ими задевала. Они то распахивались, то складывались, словно жили своей жизнью. Внутри меня же будто металась молния. Я дышала часто и не могла унять бешено стучащее сердце. Моя грудь ходила ходуном. – Врач пришел! – доложила Рисса снизу, и Лейвар тут же притянул меня к себе, обнял и почти поволок из комнаты. Как он так ловко сложил крылья за мою спину так, что я ими ничего не задевала, – ума не приложу. Драгхар так быстро затащил меня в соседнюю комнату, что у меня перед глазами все замелькало. – Все хорошо, Вивьен. Дыши вместе со мной. Вдох, выдох. Вдох, выдох. Лейвар стал шумно дышать сначала в унисон со мной, но затем начал медленно сбавлять темп. Невольно мое дыхание следовало за ним, постепенно приходя в норму. Он прижал меня ухом к своей груди, и я слышала, как стучит его сердце. Ничуть не реже моего! Взволнован? Да я сама не своя! – Вивьен, все хорошо. Не волнуйся. Это просто неконтролируемый выброс силы, но ты научишься с ней справляться. Скажи: такое случилось первый раз или уже было? Я была в состоянии только кивнуть. – Первый раз? – уточнил Лейвар. Я снова кивнула. Когда он прижимал меня к себе, моя молния внутри словно переходила к нему и возвращалась ко мне, имея в разы меньший заряд. С каждым мгновением мне становилось легче и легче. Я стояла, прижавшись к драгхару, ощущая себя нашкодившим щенком, потихоньку возвращаясь в чувство. – Представь, как твои крылья исчезают, – негромко, но уверенным тоном сказал Лейвар. Я закрыла глаза и попыталась. Почувствовала – не получилось. – Не выходит. – Ни у кого с первого раза не получалось. Кого-то еще и в небеса уносит – не может справиться с тягой размять крылья. Ты большой молодец. Похвала была приятна, а слова звучали как из другого мира, совершенно для меня непонятного, неизученного, оттого страшного. Я еще раз представила, как крылья пропадают, как я снова стою в изящном платье на балу в окружении людей. И тут же ощутила, как тяжесть за спиной пропала. – У тебя получилось, – с улыбкой в голосе сказал Лейвар, все еще держа меня в руках. И я так это поняла, потому что, когда крылья исчезли, руки драгхара легли мне на голую спину, и я замерла от ужаса понимания. – Мое платье… – прошептала я, боясь двигаться. Лейвар нехотя отпустил меня: – Порвано. Я принесу из твоей комнаты другое. И вышел, оставляя меня гореть со стыда. Взгляд упал на напольное зеркало. Боги! Я стояла с ним и обнималась в таком виде? Платье позади будто рубанули в двух местах сверху донизу. Я посмотрела в свои глаза. Они постепенно затухали, словно до этого светились. Лицо понемногу приобретало более округлые очертания, как и прежде. Это я? Правда я? Меньше всего я сейчас напоминала леди. *** – Мне очень жаль, – это были первые слова, которыми встретил меня доктор. Мы с Лейваром вошли в комнату леди Гренли сразу, как я переоделась. К тому времени крылья не показывались, а внутри царило такое спокойствие, которое бывает только после выплеска эмоций, ранее очень долго сдерживаемых. Даже слова врача получилось осознать не сразу. – Как она? – спросила я. – Мне очень жаль, – повторил мужчина лет пятидесяти, опустив голову. – Я уже ничего не могу сделать. Вам нужно готовиться. Конец у угольков один. Врач попрощался кивком головы и обошел меня, открывая вид на кровать с бледной леди Гренли и плачущей над ней Терезой. – Подождите! Но она стала лучше выглядеть, говорила, двигалась, – окликнула я врача. Мужчина застыл в дверях. Не поворачиваясь, он сказал: – Камни жизни очень обманчивы. Они собирают всю энергию, что была в теле, и дают прожить остаток дней более ярко, но куда короче. Услышанные слова превратились в бревно, которым таранят замковые стены, и так двинули мне в грудь, что я упала спиной на Лейвара. Это что получается, я не продлила жизнь Лерате, а сократила? А она это знала? Почему тот артефактор умолчал о подробностях? Это же так важно! Я кинулась к кровати леди Гренли и внимательно осмотрела ее. Лерата едва заметно, но дышала. – Тереза, ты знала о подобном эффекте камней жизни? – спросила я. Заплаканная девушка покачала головой: – Он врет. – Врет? Значит, с Лератой будет все в порядке? Тереза снова отрицательно мотнула головой: – Он врал, что у камней жизни такой эффект. Но другое не врал. Зачем ему врать? Только если хочет, чтобы мы ничего не делали, смирились и пустили состояние леди Гренли на самотек. – Рисса, – позвала я, зная, что доморф где-то рядом. – Слушаю. – Откуда этот врач? – Хозяйка позвала. Элевия знает, что он играет за другую команду? Или эта ложь была по ее просьбе? Я посмотрела на драгхара с упреком: – Почему ты сжег доказательства? Они сейчас очень пригодились бы. – Потому что конверт смертельно опасен для людей. А я не хочу тобой рисковать. – В глазах Лейвара я увидела бешеный поток мыслей. Наверное, думает, кто я такая и как получилось невозможное. Теперь мой секрет раскрыт, и не только перед драгхаром, но и перед Терезой, доморфом и ювелиршей. Как и кто из них умеет держать язык за зубами – неизвестно. Однако я видела, какими глазами на меня теперь смотрит драгхар. Он был рад настолько, что не мог этого скрыть даже в такой плачевной ситуации. Буквально пожирал взглядом, и это очень отвлекало от мыслей о том, как быть и кто виноват. Я повернулась к драгхару и посмотрела ему прямо в глаза. – Да, Вив? – Пойдешь со мной к Хавьеру? Это был вопрос из разряда проверки на прочность. И Лейвар не колебался с ответом ни секунды. – Да. У тебя есть его адрес или достать? Он читает мои мысли? Это должна быть моя вторая просьба. – Достать, – немного стушевалась я. – Дай мне полчаса. Хорошо? Я посмотрела на Лерату, которая едва дышала. Надеюсь, у нас есть еще немного времени. – Спасибо, – кивнула я. Крылатый ушел. Тереза тут же спросила: – Ты… Ты… драгхарка? Я отрицательно помотала головой. Как считала себя человеком, так и считаю. – У меня к вам просьба. Тереза, Рисса, то, что вы видели, нужно держать в секрете. – У Риссы от хозяйки секретов нет. Я кивнула, прекрасно это понимая. Тереза сказала: – Не скажу никому ни слова. Надеюсь, она выполнит обещание. Я повернулась к леди Гренли, взяла ее ладонь и ощутила, как из нее словно уходит тепло. Накрыла одеялом ее руки, потом достала еще одно. Так делу не поможешь! – Ты уверена, что доктор врал? – Насчет камня жизни – да, – ответила Тереза. Я повернулась к доморфу: – Рисса, а откуда твоя хозяйка знает этого доктора? Домовушка пожала плечами. Похоже, от нее ничего не добиться. – Хозяйка скоро придет. Закончит изделие и прилетит – так она сказала. – Иди к двери и встречай хозяйку, – попросила я. Рисса колебалась. – Это очень важно, – надавила я. Мне нужно было избавиться от лишних глаз и ушей. Я подозревала не только Хавьера, но и Элевию. Ювелирша вполне могла посчитать нужным избавиться от моего окружения. – Тереза, а тебе не приходил конверт? – Нет. – Хорошо. Я налила треть стакана воды из кувшина у кровати и посмотрела на пересохшие губы Лераты. – Тереза, ты могла бы найти надежного доктора со стороны? Не от Лейвара, не от Элевии. Девушка вскинула на меня странный взгляд, помедлила, но кивнула. – Я возьму золотые? Тут уже кивнула я: – Возьми в тайнике. Он под второй половицей у двери в моей комнате. Девушка торопливо ушла, а я осталась наедине с леди Гренли. Дыхание Лераты неожиданно стало хриплым, тяжелым, прерывистым. В воздухе запахло предвестником смерти, стало холодно и зябко. Костлявая подбиралась к молодой девушке, еще не успевшей толком пожить. Чем я могу помочь? Что я могу сделать? Внутри меня все металось от отчаяния, от боли за девушку, от горечи понимания. В голове мелькнула шальная мысль: что, если моя кровь поможет? Во мне точно есть часть человека, а часть драгхара. И у меня проявилась метка истинности с крылатым. Что, если я смогу помочь ее организму оказать сопротивление? Я без колебаний порезала руку ножиком для фруктов, и алые капли окрасили воду в багряный цвет. Осталось только напоить этим Лерату и подождать. Я присела на кровать, подняла леди Гренли повыше и попыталась напоить. Пролила половину мимо, но часть все же попала внутрь. Горло инстинктивно дернулось, девушка проглотила жидкость. Теперь оставалось только ждать. Я взяла леди Гренли за руку и рассказывала о том, что мы купим дом, ведь я почти скопила нужную сумму. Скромный, но нам троим хватит. И что леди Гренли сможет открыть свое дело, если захочет, пока я ищу сестер. А когда мы снова будем вместе, то мы выберем, где жить – среди людей или среди крылатых. Время шло, и дыхание леди Гренли выровнялось. Из-за моего вмешательства или нет – я не знала, но была очень этому рада. Прошел примерно час, но ни Лейвара, ни Терезы не было видно. – Вивьен, Хавьер не посылал конверт, – с этими словами спустя еще полчаса в комнату вошел крылатый. – Значит, это Элевия? – тихо прошептала я. Драгхар посмотрел на леди Гренли, а потом на меня: – Я проверил и ее. Нет. Заказчик другой. Крылатый говорил тихо и внимательно смотрел по сторонам. Потом спросил меня: – Где Тереза? – Ушла за доктором. Ее давно нет. – За еще одним? – фыркнул Лейвар. Еще за одним? Понимание накрыло рыболовной сеткой и потянуло на дно самых тягостных мыслей. Я вскочила на ноги: – Присмотри за леди Гренли. И побежала к себе в комнату. Тайник был пуст.