Глава 3. Леди и печаль

Глава 3. Леди и печаль Грен пришел в себя быстро. Он сел. Огляделся. Потянулся, зевнул широко и, почесав живот, произнес: - Не было печали... так по шее настучали, - и шею эту короткую потер. Потом поднялся, с кряхтением, сопением и, распрямившись, огляделся и присвистнул. - А наш пострел везде поспел... Я лишь руками развела. Стало легче. Немного. Отступила дурнота. И нудная головная боль откатилась. - А Тихон, стало быть... - Грен с трудом поднял голову. - Ишь ты... живой? И сам себе ответил. - Живой... что ему сделается, паскудине этакой? Ливи, девочка моя... ты не могла бы... Могла бы. Я стянула лесенку, которая теперь казалась еще более тонкой и неустойчивой, нежели обычно. Под весом моим она противненько дребезжала и позвякивала, царапая запыленный бок октоколесера. В кабине привычно пахло дымом, соляркой и еще чем-то таким же, не сказать, чтобы неприятным, но вызывающим стойкие ассоциации с автомобилями. Тихон лежал, навалившись на рычаги. В щеку его упирался шестигранный управляющий кристалл, а руки свисали почти до пола. - Эй, - я осторожно коснулась плеча и отдернула руку, которую будто в кипяток опустили. - Ой! Пальцы покраснели и... и будто дымкой окутались. Жемчужной. Мягкой. Боль отступила, а вместо нее появилось ощущение тепла, такого... волшебного тепла, которое растекалось по крови. ...как коньяк... ...сходные ощущения... и голова так же кружится... и танцевать охота... и сил прилив ощущаю невероятный... я бы, пожалуй, сейчас сотворила что-то этакое... этакое... Я рассмеялась от восторга. И очнулась, когда щеку обожгло. - Легче? - спросил Тихон, глядя на меня спокойно, равнодушно даже. - Д-да... Я коснулась горящей щеки. - Извини. Кабина вдруг показалась такой маленькой и тесной. А Тихон... что я о нем знаю? Он безобиден... выглядит безобидным и только... он выше меня. И сильнее... и вообще нелюдь... и то, что он был вежлив, ничего не означает. Легко принять вежливость за что-то большее. - Это ты меня извини, - Тихон потер виски. - Теперь ты поняла, почему твои... предки так ценили нас... Он оперся о стену кабины. И навис надо мной. И я сама себе показалась вдруг жалкой, ничтожной даже. - Сила, да? - и голос дрожал. Тихон кивнул. - Ты меня убьешь? Дурной вопрос. Ему ведь не позволят... кто не позволит? Грен? Он, кажется, относится ко мне по-прежнему хорошо, но... подземный народ тоже не любит Старую Империю... и если так, то... Ричард? Я его раздражаю. Не настолько, чтобы самому замараться, но и... Альер и вовсе дух бесплотный. - Нет. В этом нет смысла, - ответил Тихон, вытирая темную каплю крови, которая выползла из носа. Если бы он стал уверять, что за время нашего знакомства проникся ко мне теплыми чувствами, я бы не поверила. Но вот смысл... и вправду... Альер ведь знает, наверняка знает про альвов и силу их. И знание это не из числа тайных, а что мне не сказали, так я и не спрашивала. - Силу из них тянули медленно. Позволяли восстановиться, и снова опустошали, раз за разом, - Тихон запрокинул голову и зажал хрящеватую переносицу пальцами. - А потом, когда становилось очевидно, что источник иссяк, его добивали... - Прости, я... - я вытерла руку, стараясь избавиться от этого пьянящего тепла, которое еще будоражило кровь. - Я бы никогда... и мне жаль. Тихон кивнул. Принял эти бестолковые извинения? Но ведь мне действительно жаль. И я не виновата в том, что делали те другие люди, которые по странному выверту судьбы оказались моими предками. - Нам в какой-то мере повезло, - Тихон потрогал нос. Кровотечение унялось. - Император объявил альвов своей собственностью, - кривоватая усмешка, и ощущение, что за ней скрывается неподобающее альву желание стереть с земли все, что хоть как-то напоминало о тех, былых временах. - Это было унизительно. Дверь раскрылась. - Что вы тут? - Грен в кабину уже не влезал. - Ничего, - ответила я. - Почти ничего, друг мой, - Тихон вытер руки о грязный комбинезон. - Рассказываю Оливии о некоторых... особенностях взаимодействия между нашими расами. - А... - задумчиво протянул Грен и головой тряхнул. Над гривой его поднялось золотистое облачко пыльцы, которая в солнечном свете сверкало и переливалось этаким нимбом. - Тихо лежало шило, да из мешку уплыло. - Вот именно, друг мой, вот именно... если бы не императорское право, думаю, нас истребили бы за пару лет... а так... мы откупились малой кровью. Вот только радости это не вызывало. - Впрочем, - Тихон протянул мне руку, - не стоит опасаться, что сила моя как бы то ни было повлияет на Оливию. Впредь я буду контролировать ее более тщательно. ...а я поостерегусь прикасаться к бессознательным альвам. *** Получасом позже я наблюдала, как в зарослях терновника исчезают сапоги бородоча, слушала ворчание Альера и думала, что, похоже, начинаю привыкать к местным нелегким реалиям. Нет, мне еще икалось. И слегка мутило. Но в целом... в целом я чувствовала себя вполне неплохо. - И копать ты тоже сам собираешься? - ядовито осведомился Альер. - Нет, мой наставник утверждал, что физическое развитие столь же важно, как и интеллектуальное, но все же он имел в виду отнюдь не упражнения с лопатой... - Чего ты от меня хочешь? Взмокший Ричард скинул свою куртейку и рукава серой рубахи закатал. Он собрал волосы в хвост. Избавился от сумки. И честно говоря с лопатой наперевес выглядел вполне себе гармонично. - У меня сил не осталось... - Неужели? - осведомился Альер. - Сила вокруг разлита, и мне удивительно, что некроманта не учили использовать ее... Ричард засопел. И нахмурился. И... смахнув пот со лба, признался. - Не учили. - Это я и сам понял... Оливия, деточка моя, - ненавижу, когда Альер начинает говорить снисходительно. - Мне кажется, что тебе на сегодня волнений достаточно, а он вот не откажется от хорошего ужина. Что у нас сегодня на ужин? - У нас? Лосось с грибной подливой... И я удалилась. В конце концов, Альер прав: ужина еще никто не отменял. *** Ричард присел на пенек. Мутило. Духа он отпустил давно, хотя тот в последний миг попытался зацепиться за Ричарда, но силенок не хватило. - Может, стоит ей сказать? - он вытер потные ладони о штаны. Снова изгваздался... И в кармане дыра. Чинит, чинит эти треклятые карманы, а дыры возникают и возникают. И это злит. - Зачем? - Альер принял облик мальчишки. Он попрыгал по траве и со вздохом признал. - Ничего не ощущаю... некоторые... низшие утверждали, что босиком по траве ходить полезно. Здоровья прибавляется. Презанятное заблуждение, с учетом того, что всех их похоронили в весьма юном возрасте, но... мне любопытно было бы попробовать. - Я помню о нашем договоре. - Это хорошо, что помнишь. Некромант с плохой памятью представляет немалую угрозу для общества. А что касается Оливии, то... к чему ее нервировать? - Осторожней будет. Ричард вырвал травинку и сунул в зубы. А время-то за полдень перевалило. И надо бы что-то решать... - Почему она? Альер пожал плечами и тоже травинку вырвал. Повторяя жест Ричарда сунул ее в рот. Пожевал и выплюнул. - Из-за крови, верно? И значит, не Ульрих... он знал о твоей гробнице, но не об Оливии... даже если ему сказали, что женщина была, то... женщин он никогда не принимал всерьез. Для него Ливи - моя любовница, то есть, вероятнее всего он подумал бы именно так. А вот тот, кто нанял этих... Вид покойника нарушал местную идиллию. Да и прежнего кусты не слишком-то скрывали, все ж, несмотря на колючесть, они оказались недостаточно густыми. - Этого следовало ожидать. Девочка неосторожно заявила о своих правах... - Альер вытянулся, принимая второе свое обличье, которое Ричарда раздражало несказанно. Все же рядом с этим совершенством он начинал чувствовать себя ничтожеством. - Но меня куда больше занимает, как они нашли вас. - Маячок? - Возможно... но маячок покажет ваш путь, а не вашу цель... Ветер шелестел в ветвях. Птички чирикали. Макушку припекало. И от жара, не иначе, мысли в ней бродили самые, что ни на есть поганые. ...два предыдущих городка. Два кладбища, оказавшихся пустыми, и Большие Выти, стоявшие будто в стороне от прочих. Ричард несколько раз собирался вычеркнуть их из списка, да всякий раз останавливался. И ныне решился потратить пару дней... Кто об этом знал? Оливия? Тихон? Грен? - Не знаю, - признался Ричард. - Мне неприятно думать об этом. И дух кивнул. - Не думай, - великодушно разрешил он. - Точнее не об этом... наблюдай и сам все поймешь... ...альвин работал с защитой октоколесера, и если заклятье сумело ее пробить, то не потому ли, что ему позволено было это? А Грен дважды писал письма домой, длинные, пространные... и как знать, что было в тех письмах? Погано. - Трупы надо убрать, - напомнил Альер. - И так, чтобы следа не осталось. Ты же не хочешь, чтобы наших друзей кто-то да нашел... допросил... ...и в этом вновь же имелся смысл. - Что ты предлагаешь? Альер сцепил руки за спиной и, окинув тело придирчивым взглядом, произнес: - Для начала подними вот этого. Он в неплохом состоянии, пусть соберет отходы... скажем, вот там, - палец призрака указал на заросли. - А потом... и что касается силы, это просто. Подобное стремиться к подобному... закрой глаза и расслабься. Представь ее... ...он был отличным наставником, этот треклятый дух. Пожалуй, лучшим из тех, что были у Ричарда, хотя бы потому, что, несмотря на все насмешки, он не считал эту учебу бессмысленной тратой времени. Низший? Пусть так. Альер никогда не забывал упомянуть о том, и Ричард даже попривык, насколько к подобному вообще можно привыкнуть. Однако требовал дух от него как от равного и... проклятье, это было приятно. ...сосредоточиться. А ведь с каждым разом все легче... ...он видел силу, что разлилась темною водой... он видел ее и прежде, но отчего же никогда и в голову Ричарду не приходило воспользоваться ею? Запрет. И школьный печальный опыт, когда им, самоуверенным подросткам, мнящим себя великими некромантами, позволили собрать вот эту силу, кто сколько сумеет. А после добрейший наставник, сидя у постели Ричарда, отирал пот и тихим голосом рассказывал, как опасна она, дармовая энергия смерти... ...разве Ричард забыл, каково ему было? Это ощущение сытости, как после хорошего ужина. Обманчивый покой. И желание закрыть глаза. ...многие отключились прямо там, на кладбище. ...были и другие, кто носился среди могил, распевая непотребные песни. А один дурачок и на памятник залез, уселся, вцепившись в медный шпиль руками и ногами, так и висел до самой ночи. ...наутро его забрали в скорбный дом. ...плохо стало далеко не сразу. Ричард еще успел порадоваться, что собственной сдержанности, что уму, благодаря которому не стал брать больше, чем сумел поглотить. Он сам дошел до школы. И доложил учителю, что задание выполнено. ...тот ведь не слишком-то обрадовался. А ближе к ночи накатило. Сперва тошнота. И озноб. Холодный пот. И ощущение, что руки и ноги отказываются. Страх. Этот страх и погнал вниз, в лазарет. По стеночке. По краю. Держась чужими руками. На упрямстве одном... ...той ночью лазарет был переполнен. А учитель... он говорил и говорил... о том, как легко забыться, вообразив себя если не Богом, то равным Ему... Ричард сглотнул. - Я... - он вышел из лазарета через десять дней, последним. И учитель видел в том особый знак. - Я не думаю, что это хорошая идея... я уже пробовал. Дармовая сила стекала в руки. Нити. Пряди. Ручейки... а ведь ее здесь много разлилось. Место удачное, и не первая засада была здесь устроена. Стоит копнуть песок, и многое откроется... - Что, дурно было? - осведомился Альер. Ричард кивнул. ...в песке этом костей лежит изрядно, не на одно кладбище. И он с удовольствием примет новые. - И тебе сказали, что это потому, что человеческое тело не способно выдержать прямой контакт с некротикой? ...те, кто был слабее, болели всего пару часов. А прочие... был еще мальчишка, который три дня метался в бреду, спасаясь от призраков. Ричард слышал его крики. И стоны других. И еще собственный скулеж, который доносился будто бы со стороны. Ломота в костях. Вялые мышцы. Постоянная жажда, и вода, которую он не способен был проглотить. - А разве... - Все зависит от умения, - Альер встал за плечом. - Раскрой ладони. Пусти силу по ним. Представь, что она - вода, которая течет по твоим рукам. Не пытайся ее поглотить... позволь ей самой. Вода? Почему бы и нет, черная, что деготь, густая и тяжелая вода. И она ластится, она обнимает ладони... она тянется к собственной Ричарда силе. Подобное к подобному. ...она шепчет о мертвецах... ...о строителях этой дороги, которых согнали со всех окрестностей. Они работали, покорные Слову Императора и силе смотрящего, а тот не думал жалеть скот. И мертвецы появлялись каждый день. Их тела укладывали в сыпучий грунт, скрепляя дорогу. ...о грозной армии, что шла по этой дороге, не думая ни о чем, кроме славы... ...о вереницах рабов. ...повозках с ранеными, многих просто оставляли, поскольку не было в Империи привычки возиться со слабыми... ...о городке работорговцев, что возник здесь же... ...о капищах. ...играх. ...и охоте на человека. Ричард сипло выдохнул. - Не спеши, - Альер не позволил ему утратить контроль над потоком. - И не принимай все близко к сердцу, иначе надолго тебя не хватит. - Я слышу их. - Конечно, слышишь. Скажу тебе больше, при желании ты сможешь прочесть историю каждого, кого угораздило расстаться с жизнью, но подумай, надо ли тебе? Не надо. Голова Ричарда и так гудит. ...крики. ...мольбы и проклятья. Спокойно. Это было так давно... столетия тому и сила почти развеялась, а вот... ...смута. ...и война... и местные поля видели многое из того, о чем не пишут в учебниках. Если Ричард желает... ...он не желает. Он позволил потоку соскользнуть с ладоней и уйти в землю. - Неплохо для низшего, - Альер вступил в черную лужу, и та исчезла. А призрак зажмурился. - Они вечно жалуются... редко кто способен умереть с достоинством. Как самочувствие? - Пока не знаю. - С каждым разом будет все легче. Физически, - уточнил дух. - А вот твой разум - исключительно твоя забота... ...будут его еще поучать! Гнев вспыхнул и погас. ...потом, позже, он оплачет тех, о ком вряд ли лили слезы. И оставит памятью о них хлеб и молоко, как это делали в Старой Империи. Пусть будет Вдова милосердна к потерянным душам. А он позаботится о телах. Поднять мертвеца оказалось не так и сложно. Две руны всего - на лбу и напротив сердца, два клейма на ладонях. И сила, наполнившая неподатливое тело. Ричард чувствовал его этаким сосудом, трещину в котором наспех заделали руны. Ненадежно. Да и разложение началось. Разум утрачен, но разум и не нужен. Мертвец поднялся, подчиняясь молчаливому приказу. Он был медлителен и неповоротлив, и похож на всех иных восставших. - Вот так... - Альер стоял рядом. - Материал, конечно, не самый лучший, но для наших целей сойдет. Мертвец поднял мага за ноги и потянул в кусты. Двигался он медленно, рывками. И подумалось, что между ним и гончей, которая по сути была тоже всецело искусственным созданием, нет ничего общего. - Аррванты - это высокое искусство, - заметил Альер. - И требует от некроманта не только силы... ...о да, о потерянных знаниях имперцев легенды ходили. - ... но и небрезгливости. А уж совесть как таковая и вовсе лишней будет... ...мертвец, послушный воле воззвавшего, улегся рядом с телами. Совесть? С ней Ричард потом разберется. А сейчас... ...серый тлен походил на пепел, горсть которого швырнули на мертвецов. И кожа их бледная потемнела, а потом вспыхнула. Тела горели бездымно, медленно, источая весьма характерную вонь, которая, как Ричард надеялся, не долетала до октоколесера. Он наблюдал за тем, как заклятье уничтожает не только мертвецов, но и одежду их, обувь. Оно разъедало и металл, оставляя нетронутым лишь благородные золото и серебро. Да еще, пожалуй, драгоценные камни оставались неподвластны его силе. ...золото Ричард не тронул, хотя в кучке беловатого пепла обнаружилась его изрядно. Пускай себе... Он порывом ветра развеял останки. И только тогда направился к октоколесеру. Лосось, значит... с грибной подливой. *** Тихон сидел на траве, глядя на темнеющее небо. Сумерки летом были прозрачны, пусть и исполнены в желто-багряных тонах. Впрочем, глаза Тихона были закрыты. Следовательно, не закатом он любовался. - Ты затеял опасную игру, - сказал он, не открывая глаз. - Я знаю. - Я не о твоей... идее. Ее я одобряю. Я о твоей сделке с этим... духом, - Тихон поморщился. - Не всякое знание на пользу идет. ...ночью Ричарду снилась дорога. Он махал кайлом, раскалывая серый камень, а потом, изможденный, но еще живой, ложился под этот камень. А сверху, будто не хватало ему тяжести, кружилась Оливия в наряде весьма откровенном... Наверное, лосось не свежим был.