Глава 58

Весь следующий день прошел под девизом "Порази леди Розину до глубины души!". Начиная с самого завтрака. К чаю наша гостья была привычная, а вот напиток из цикория ей понравился. Очень. Так что пришлось дать слово, что без мешочка с желанным продуктом она не уедет. Второе это была наша частая гостья по утрам на столе — это молочная рисовая каша. Сразу, предвосхищая вопрос, сказала, что это. Леди Розина удивилась.

— Мы были с моим супругом в Эдинбурге, там на одном приеме подавали этот самый рис, все хвалили, а я, честно скажу, потихоньку выплюнула в салфетку. Гадость редкая! А у вас так вкусно!

Я скромно улыбнулась. — Просто там не умеют готовить рис.

Третье, что удивило леди Розину — это присутствие за общим столом наших детей — Уилли и Юны, и то, как аккуратно и вежливо они себя ведут, пользуются правильно столовыми приборами и салфетками. Чего нам стоило их обучить застольному этикету — оставим за скобками.

После завтрака я пригласила всех выйти во двор, мой возок уже доставили и сейчас на хоздворе запрягали пару бойких лошадок в экипаж, надо проводить ходовые испытания. И вновь поразили нашу гостью. Вначале появился Уилли в своем меховом наряде, необычного покроя для этих мест и времён, удивил леди. Хотя для меня это была самая обычная круглая шапочка с ушками, на веревочке. В такой ещё я когда-то ходила в детский сад, помните, резинка под подбородком переворачивалась и натягивалась поверх шапки на макушке, чтобы плотнее прилегала к ушам и голове?

Следом Кресса принесла и мой наряд, который Анна принесла буквально позавчера — шубка из меха норки и шапочка-овал с удлиненными ушками, доходящими до мочек ушей. Мягкий мех отливал благородной бронзой, шубка, слегка расклешенная книзу, доходила чуть ниже, чем середина бедра. На моей довольно щуплой фигуре смотрелся этот наряд сногсшибательно, во всяком случае, я так надеялась. Леди Розина, схватившись за сердце, простонала.

— Леди Мэри, вы это специально меня решили довести? Нет, это же невозможно! Такая красота и у меня ее нет!!! Это просто несправедливо!

Я засмеялась. Леди Розину я уже хорошо знала, поэтому понимала, что сказано это было с шуткой, но судя по загоревшемуся взгляду госпожи мэрши, она не отступится, пока не получит нечто подобное. Ладно, прокатимся в новом экипаже до дома охотника, к моей швее Анне. Хотя у нее сейчас полный аншлаг — шубки для Юны и Бернис, шубка для Иннис…

Мы вышли на крыльцо. Вчера полдня непогода лютовала, до самого вечера, а сегодня… почти по Пушкину — блестя на солнце, снег лежит — ну и далее по тексту. Морозец был не более пяти градусов в минусе, по моим ощущениям, градусника у меня не было, надо аптекарю заказать. Выпавший вчера снег под действием ветра уплотнился, но дворник уже очистил пешеходные дорожки.

Мы прошли на хоздвор. Возле конюшни суетились люди, руководил всем Грегор. Присутствовал и сам мастер, и его сыновья. Подошли ближе, народ расступился и мы увидели небольшой деревянный, темно-синего цвета, возок на санях с небольшими дверцами. Входить в него приходилась согнувшись. Внутри возок был оббит для тепла светло-серым войлоком. Два маленьких диванчика друг против друга. Между ними на полу стоит металлическая жаровня с ярко светящимися красным углями. На спинке одного дивана лежала большая свернутая медвежья полость.

В возок сели леди Розина и я. Увидев жалобный взгляд сынишки, я не выдержала, взяла его с собой. На облучок сел неизменный Лидар, сказав, что хозяйку он никому не доверит, только он сам будет править этим странным экипажем. Но возок очень легко стронулся с места и плавно заскользил по снежному насту. Уилли засмеялся, а леди Розина взвизгнула и захлопала в ладоши от восторга. Как и намечено, мы двинулись в Грин Маунт, сопровождаемые громкими криками зрителей.

Лошадки бежали бодро по неглубокому снегу, полозья легко скользили, облегчая работу животным. Лишь иногда потряхивало на ухабах, которые ещё не успело засыпать снегом. Да, асфальта нам здесь не хватает. Доехали до деревни мы очень быстро, внутри возка было тепло от жаровни, а обивка не давала проникать внутрь холодному воздуху. Проехав с ветерком по деревне, вызвали там немалую ажитацию у местной популяции дворовых кабыздохов. Встреченные по пути селяне застывали с открытым ртом, глядя нам вслед. Такого транспорта они ещё не видели.

Анну застали за работой. Увидев вместе со мной ещё какую-то важную леди, мастерица засмущалась, изобразила нам неловкий поклон. Но леди Розина проявила такт и понимание, принялась спокойно рассматривать изделие, что сейчас шила Анна. Потом поинтересовалась, можно ли ей заказать такой же зимний наряд, как у леди Мэри. Анна согласно кивнула головой.

— Да, леди, можно. Только вам такой цвет не пойдет, как у леди Мэри, вам другой лучше будет.

Из шкафа возле своего рабочего места она достала несколько шкурок норки, раскинула их по раскроечному столу. Вот эти шкурки были серенькие, но с таким красивым серебристо-голубым отливом, что даже я невольно позавидовала. Когда я заказывала себе наряд, таких не было. Анна подтвердила.

— Это муж недавно добыл. Это обычная местная серенькие норка, но мой Дирк так умеет выделывать шкурки, что мех совсем по-другому выглядит.

Сговорились они, что Анна сошьет леди Розине такой же наряд, а материал на подклад я привезу ей из города от заказчицы. Госпожа мэрша даже сразу оставила аванс мастерице в счёт полной оплаты заказа. При выходе из дома я чуть замешкалась и шепнула Анне, чтобы она брала себе помощниц, а муж пусть больше готовит мехов. Уверена, что городские дамы, увидав обновку у леди Розины, немедля захотят себе такие же. Анна понятливо кивнула.

Вернулись домой, и я поинтересовалась у Лидара, как ему новый транспорт, как им управляется?

— Так, леди Мэри, просто отлично ехалось, экипаж как сам будто катил! И лошадкам не тяжко тянуть было. Хорошая штука эти полозья!

А наша гостья была просто в восторге и твердо решила ехать в город именно в моем возке вместе со мной. И, конечно же, ей немедленно нужен такой же экипаж. Я показала ей на стоящего в сторонке и принимавшего поздравления мастера-тележника. Вон, мол, мастер, договаривайся!

А мы пошли домой начинать сборы в дорогу. Ехать решили санным поездом. Поэтому опять бегал у складов со своими записями Грегор, суетились работники, загружая санные подводы товаром. Лихорадочная радость сборов отчасти захватила и меня, я перебирала свои наряды и украшения. Нельзя прибыть на первое заседания нашего модного салона крестьянкой-чернавкой.

Хоть и выехали, когда начало светать, чтобы дорогу было видно, но все равно приехали в город достаточно быстро, короткий зимний день только собирался угасать. Экипаж на полозьях шел ходко, только слышался иногда свист Лидара, подгонявшего лошадей. Хотя лошадки и так честно отрабатывали свой овес — шли без упрямства, не сбавляя темпа, да и понимали умные животные, что в конце пути их ожидает теплая конюшня. Санные подводы немного отставали, по вполне понятным причинам, там по одной лошади было впряжено, да и груз был тяжелее. Но все равно обоз находился в пределах видимости. Вот экипаж на колесах леди Розины отстал безнадежно, плелся где-то позади.

А мы ехали с леди вместе в моем возке, и я была просто счастлива — быстро, не трясет, не отбиваешь попу в седле, а ещё тепло, запас угля у нас лежал в багажном ящике, так что жаровня дарила нам ровное тепло, а корзина с провизией тоже служила приятным дополнением. Всем своим возчикам я купила бараньи тулупы, так что и они не мёрзли на открытом воздухе, для полноты образа не хватало валенок, но их почему-то здесь не делали. Что было странно — ведь войлок здесь вполне успешно и давно производили. К сожалению, я тоже не знакома с технологией изготовления валенок, слышала когда-то, что их по болванке деревянной валяют, а правда это или нет — не знаю совсем. Пришлось в обычные сапоги придумывать меховые вкладыши, чтобы не поморозить людей.

Остановились только один раз, сбегать в кустики и поесть. Хотя последнее можно было сделать и на ходу. Как раз догнали телегу из Ривер-Вилладж с грустным Тэддом. Пригласив его на недолго к себе в возок, начала расспрашивать его, как там у них дела, что везёт на рынок, почему такой грустный. Фермер рассказал, что дела в деревне идут неплохо, приехало ещё две семьи из его прежних мест, пока в зиму свое дело не начинают, временно работают помощниками у Тэдда. Одна семья из новичков — потомственные рыбаки, так что рыбой во всех видах — соленой, вяленой, копчёной будем обеспечены. Это хорошо, пусть деревня заселяется разными по специальностям людьми, это даёт развитие. Вез на рынок он мясо из свежего забоя да молочную продукцию, яйца, сушеные ягоды, которые за лето заготовили хозяйки. Огорчался он потому, что сейчас плохо покупают. Я удивилась.

— Почему плохо покупают?

— Так ведь пост скоро начинается, Рождественский, вот и не берут, непостное же!

Я засмеялась — Тэдд, ну ты нашел проблему! Зима же! Ты молоко налей в глубокую миску, когда замёрзнет, чуть подогрей, вытряхни, убери на мороз, наливай следующую порцию. Творог также разложи по таким же порциям, каким у тебя обычно берут, и тоже заморозь. И продавай мороженым, цену немного уменьши и пусть берут впрок, пост ведь закончится! Вот и вся проблема! Сметану только так не сделаешь, а мясо, рыбу очень даже можно, сделай цену чуть ниже, чем у других и у тебя будут брать лучше, чем у тех, кто цену держит, это же закон рынка. Завтра я сама заеду на рынок, посмотрю, как у тебя дела. А миска вот тебе, за дорогу и вечер на постоялом дворе все молоко и переморозишь.

И я подала ему чистую миску из продуктовой корзины, ёмкостью около литра. Зачем-то Липа положила ее в корзину, не иначе, как знаменитое предвидение брауни сработало.

Мы двинулись дальше. Леди Розина с удивлением сказала.

— Леди Мэри, я просто удивляюсь, зачем вам проблемы какого-то фермера! Это его дело — продавать, не ваше.

Я тихонько вздохнула, всё-таки снобизм время от времени вылазит из потомственной аристократки. Это мне ничуть не зазорно решать простые бытовые проблемы, а ей неуместно. Разное у нас происхождение и это рождает и разный подход к проблемам.

Приехав в город, сразу двинулись в арендованное помещение, чтобы выгрузить товар на склад, больше не будем охранять его на постоялом дворе. Госпожа мэрша поехала к себе домой, а мы с госпожой Дорис и ее племянницей начали выставлять образцы товара в витрины. Ночевать меня пригласило семейство Грэхем, так что я остаюсь здесь, а возчики и охрана будут на постоялом дворе, где мы обычно останавливаемся. Лошадей из возка Лидар выпряг, оставив его во дворе дома, жаровню занёс сюда, мне спать будет теплее. Пока все определили по своим местам, пока правильно расставили мебель, повешали гардины и портьеры, заправили и зажгли лампы, поужинали и вместе с Дженни, племянницей госпожи Дорис переписали весь товар, цены… в общем, спать я упала без рук и ног, уснув на подлёте к подушке. Завтра, после десяти утра собирается на первое заседание наш дамский салон. А уж через несколько дней и прибудут первые покупатели из других городов.

Утро началось непозволительно рано. Так хотелось поспать, пока меня не поднимает никто, пока нет забот по поместью. Но откуда-то потянуло запахом свежей, восхитительной выпечки, ароматом свежезаваренного чая с лесной ягодой. И я сама подскочила, чтобы как в детстве, по выходным, когда мама была дома, утром, в пижаме, простоволосой, босиком, бежать на кухню, схватить горячую булочку. Перебрасывая ее с руки на руку и ожесточенно дуя на нее, впиться зубами в горячий, сладкий, духмяный бок свежей булочки, и запивать ее холодным молоком…

Я грустно улыбнулась — эх, где оно, мое детство? И где моя любимая мамочка? В дальнем, другом мире, в будущем, которое ещё не скоро наступит… Но все равно, надо вставать и идти в тот мир, в котором я теперь живу и который принял меня, дал мне по моим возможностям — кров, пищу, семью, любимое занятие.

Спасибо ему за это!!!

Не зря я взяла с собой самое нарядное платье! Хотя, положа руку на сердце, было у меня этих платьев и нарядных и не слишком всего-то раз, два и кончились… то все откладывала на потом шитье, а то откровенно жалко было тратить деньги на себя. Но для первого выхода в свет я принарядилась, даже достала из "сейфа" несколько драгоценных безделушек, что достались мне от щедрот лэрда Мак-Коннея, чтоб ему икалось! И золотуха с почесухой навалились! Не знаю, что это за страшные болезни, но так в сердцах всегда говорила моя бабуля.