Глава 61

Сама же Линн только презрительно фыркала во время рассказа. В ответ Грегор рассказал Гленну историю его мнимой гибели и остальное. Я молчала, исподтишка разглядывая нежданного муженька. Хорош, всё-таки, чертяка! Высокий, с широкими плечами, узкой талией, правильные черты лица, черные волосы, синие глаза. В самом деле, копия Уилли, только взрослая. Не зря эта Линн повелась на него! Хотя, может, на мое поместье? Но весной, когда она его привезла домой с того места побоища, она не могла ничего знать о моем поместье, я сама-то его ещё не видела…

И пока я его разглядывала, две мысли неожиданно проскочили в голове — как хорошо, что никого не надо обманывать с фальшивой помолвкой с Мак-Гренном! И теперь я ограждена от попыток Мак-Коннея выдать меня замуж! Ибо есть у меня муж! И вряд ли он отдаст такой жирный кусок сюзерену или заставит меня работать на него!

Вдруг от двери послышался полустон — полувздох.

— Эйлин, доченька! Ты вернулась!

Мы все обернулись. В дверях стояла наша Кресса, в наспех надетом поверх ночной сорочки халате, простоволосая, в глазах стояли слезы, дрожащие руки она протягивала к Линн. Или, теперь уже Эйлин? Это она и есть пропавшая мать Элизи? Только теперь я внимательнее присмотрелась к ней. Да, сходство есть, определенно. Передо мной сидела ещё красивая, с очень хорошей фигурой, но уже не слишком молодая, как мне показалось вначале, женщина. Она, скорее, ровесница прежней меня, Люси Дубровиной, женщине около сорока лет.

Эйлин недовольно поморщилась.

— Вот только не надо этого драматизма, мама! Ну, я это, я! Не хотела возвращаться сюда, да больно вариант хороший подвернулся!

Повернувшись к Гленну, она горько сказала.

— А ты так и не вспомнил меня! Я же тебя давно знала, ты ещё тогда только начал служить у Мак-Коннея, а я приехала туда вместе с хозяйкой своей, леди Ровеной. Мы тогда везде вместе были — Ровена просто дочкой торговца была, Кристен и я. Понравился ты мне, сильно. Да только внимания не обращал на меня никакого. Даже к пьяному в постель ложилась — спихнул меня на пол и все. А потом мне пришлось уехать из замка. Кристен иногда весточки передавала, сообщила, что привез ты в замок женщину с сыном и уехал воевать. Ещё Кристен сообщала, как с этой женщиной в поместье обращались. Вот я и думала, что не жена она тебе. А потом поехали добычу на побоище поискать, да тебя нашла, едва живого. Сколько выхаживала, а потом оказалось, что ты ничего и не помнишь. Тогда я и решила сказать, что я твоя жена, а ты все равно не хотел меня. Вскоре и слухи пошли о необычных вещах из этого поместья, да и Кристен сообщила, что поместье Мак-Конней отдал этой Мэри. Их с Ровеной, хоть и отселили в дальний замок, только новости она все равно знала. Да видно, то ли не все, то ли неправильно поняла. Да что теперь! Ненавижу вас всех! Почему вам все! Ненавижу! Ненавижу! Будьте вы все неладны! Да не держи ты меня!

Женщина подскочила, с силой вырвала свою руку из захвата Гленна и опрометью бросилась из гостиной, даже не остановившись возле плачущей матери. Поскольку она не раздевалась, то стремглав промчавшись по коридору и холлу, выскочила из дома, только дверь хлопнула.

Мы все сидели в оцепенении, не шевелясь. Слишком много противоречивой информации свалилось нам на головы.

Я неуверенно сказала.

— Там буран на улице, наверное, надо поискать женщину, вдруг, что неладное случится?

От двери мне ответил Кестер.

— Не надо ее искать, леди Мэри! Она же тут все ходы и выходы знает, не пропадет. Такая уж она уродилась, чего уж теперь. Она, наверняка, рванула в замок Мак-Дональдов, там и спрячется. Она в детстве с мальчишкой Мак-Дональдов дружила, да только он жениться на ней не захотел, не ровня, мол. Вот туда и побежала, небось. Но не знает, что его и в живых нет. Пойдем, дорогая, я тебе травки сейчас заверю. И не плачь по ней, мы ведь ее давно уже оплакали! Лишь бы Элизи она теперь не нашла, да ей голову не задурила, пока все хорошо у девочки. Пойдем, Кресса!

И Кестер увел жену к ним в комнату. Ну и ладно, пусть судьба этой авантюристки теперь будет в ее собственных руках! И тут подал голос Гленн.

— А я вас вспомнил! Вы — лэрд Грегор Мак-Донней! Вы служили у лэрда Мак-Коннея командиром сотни. А как вы здесь оказались?

Пока Грегор просвещал Гленна о событиях, которые произошли после его ранения, которые привели к отставке и переходу на службу ко мне в должности управляющего, я особо не вслушивались. Что касалось меня лично, я и так знала, а их военные воспоминания меня не особо и интересовали. Я размышляла о более важных для меня вещах. Если все это вообще не было хорошо срежиссированным спектаклем с амнезией, то вроде как Гленн не особо и виноват в своем отсутствии столь длительное время. Но никакой особой приязни у меня это не вызывало. И судя по всему, на фоне полученных сейчас новостей, память к нему вернулась и он меня, то есть Мэри, точно вспомнил.

Вон как поглядывает в мою сторону. И он явно намерен остаться здесь, пусть даже в роли мужа хозяйки поместья. Чем это может мне грозить? Да ничем особым, если не полезет в управление имением. Что тоже вряд ли, он ведь вояка, хозяйственными вопросами никогда не интересовался, по словам Рини, даже когда бывал дома. Впрочем, там ему никто и не дал бы развернуться при наличии отца и старших братьев. Ладно, посмотрим, буду держать ухо востро, если что. Додумать мысль не дал слегка извиняющийся голос "мужа".

— Мэри, прости, я понимаю, что вы давно поужинали, но, может, осталось на кухне немного еды? Я сегодня ел только рано утром, перед отъездом из Кастль-Дуглас.

Я удивилась.

— Ничего вы круг дали! Почему через Даблитти не поехали? Ближе ведь!

Потом спохватилась, хозяйка я или где?

— Да-да, я сейчас распоряжусь насчёт ужина для вас… для тебя — поправилась, не знаю, как они с Мэри обращались друг к другу, да и с местным этикетом у меня туго.

В доме уже было тихо, большинство уже спали, книжку Уилли почитала Рини, видя такие события в доме, она приняла правильное решение не волновать ребенка перед сном. Только из-под дверей, ведущих в комнаты Крессы и Кестера, пробивался свет, они все ещё не спали. Кстати, Бернис они также переселили к себе поближе, в бывшую комнату Элизи. Ну и хорошо, пусть ребенок живёт с бабушкой и дедушкой рядом. Я тихо прошла на кухню и так же негромко позвала.

— Липа! Будь добра, у нас ведь что-то осталось после ужина? У нас гость, поэтому нам бы ужин на одного и чай на троих, с чем-нибудь. Кузька, выходи, ни за что не поверю, что ты не подслушивал!

Раздалось виноватое хмыканье и за столом на кухне проявились все мои брауни, сидевшие за чаем и явно что-то горячо перед этим обсуждавшие. Ясно, хозяевам скелет надраивали (идиоматическое выражение, соответствует русскому "мыть косточки").

Липа уже суетилась у плиты, гремя крышками, Кнопка шустро ставила чашки — тарелки на поднос, Кузя вызвался ей помочь доставить все это в столовую и сервировать там стол. Джентльмен, однако!

Когда все было готово, я пригласила всех в столовую, погрозив пальцем Кузьке, который явно намылился погреть уши. Тот понятливо кивнул и исчез. Впрочем, большой уверенности в конфиденциальности мне это не прибавило — ведь Нафантию я не запрещала! А он на кухонном собрании присутствовал.

Мы с Иннис воспитанно вначале отпивали чай, пока Гленн ужинал. Потом я махнула рукой на этикет, придвинула к себе вазочку с клубничным вареньем и с нервняка умяла половину содержимого, продолжая свои размышления, если он потребует свое право мужа, то есть супружеский долг, только теперь они перешли в пикантную плоскость. Что мне делать? Меня с души воротило от одной мысли об этом. Было почему-то стойкое убеждение, что я буду изменять себе самой с чужим мужиком! Ну не могу я вот так! Я его совсем не знаю, вижу первый раз в жизни и здрасти! Приехали! Устраивай незнакомому мужику ночь любви и страсти! Ну, уж нет! Отправлю-ка его пожить в гостевую спальню, благо, они сейчас все отремонтированы и приведены в порядок, белье там чистое, тепло, ванну попрошу Кузю организовать, если он на меня не дуется на кухне. А в дальнейшем посмотрим, как жизнь будет складываться, может, и привыкну. Как ни странно, полного отвращения к этому мужчине я не испытывала, что-то все равно меня в нем привлекало, если даже как бы и не тянуло к нему. Тьфу на тебя, дура — баба! Кто о чем, а вшивый о бане! То есть, мы, женщины, все о любви и сильном мужчине грезим. А тут такой экземпляр, такой генофонд почти бесхозный! Хотя чего это я? Очень даже хозяйский!

Ел Гленн быстро, видно было, что очень голоден, но аккуратно, не жадно. Так обычно ел мой Мишка, оголодавший после целого дня суеты по своим бизнесменским делам и забывший даже про обед. Наевшись, он отстранялся от стола и говорил — Ну, вот, накидался, теперь и чаю можно попить. С пирожком.

Опять мне Миша пригрезился, грешные мысли, видимо, воспоминания пробудили. К моему удивлению, Гленн, закончив ужин, отстранился и сказал.

— Теперь бы чаю попить! Ваш чай так вкусно пахнет!

Ага, а мне бы с ним поговорить наедине, обсудить некоторые нюансы. Я взглянула на своих домашних. Они понятливо кивнули и попрощались. Мы остались вдвоем, у меня остывал в чашке чай, у Гленна был горячий, и он подвигал к себе поближе блюдо с несколькими эклерами, оставшимися от ужина. Подозреваю, что их Липа нагло умыкнула из-под носа Нафантия и Кузи, больших любителей сладкого. Я откашлялась и храбро начала.

— Гленн, понимает… понимаешь, тебя долго не было, ты жил с чужой женщиной, а я так сразу не могу! Да не смотри ты на меня так! Я тебе не изменяла! — я уже рассердилась на свое косноязычие и начала говорить прямо — Я практически отвыкла от тебя и не могу вот так сразу лечь с тобой в одну постель! Сейчас для меня тыпочти чужой! Дай мне время все вспомнить и вновь привыкнуть к тебе! Я не знаю и не хочу сейчас даже говорить о том, было ли что у тебя с той женщиной или не было, пока что дело касается только меня. Надеюсь, ты меня понял. Поживаешь пока что в другой комнате.

Гленн молча выслушал мою сумбурную речь, внимательно разглядывая меня. Потом медленно кивнул головой.

— Я тебя услышал и понял. Не возражаю, нам обоим необходимо время. Оправдываться не буду, но могу твердо тебе сказать — я тебе не изменял, тем более с Линн. И об этом все! А ты сильно изменилась, Мэри! Никогда не слышал, чтобы ты говорила так жёстко и прямо! Просто другой человек!

Я усмехнулась.

— Жизнь меня научила и заставила быть такой. Я поняла, что если я буду овцой в этой жизни, то и меня сожрут серые волки, и сына не сумею защитить! Сейчас распоряжусь насчёт комнаты для тебя. Спокойной ночи!

И я вышла, на ходу позвав Кузю, и попросила позаботиться о комнате и ванне для воскресшего чудесным образом супруга.

Утром, проснувшись, я некоторое время лежала, ни о чем не думая, просто лежала и улыбалась, сама не зная, почему. И было как-то спокойно на душе, умиротворенно, что ли… Потом я резко вспомнила о вчерашнем и подскочила в кровати. Черт, да у меня же муж объявился! И сын вот-вот проснется! Не хотелось бы, чтобы их встреча прошла вот так, неожиданно. Достаточно в своей маленькой жизни Уилли получил испытаний. Торопливо одевшись, и скрутив фигу из волос на макушке, я ринулась вниз. Думала, буду первой. Но я ошиблась. В кабинете Грегора слышались мужские голоса, и я пошла туда. В кабинете, у стола, сидели Грегор и Гленн, внимательно разглядывая какие-то бумаги и что-то обсуждая. Вот это новость! Гленн разговаривал и обсуждал с абсолютно деловым видом, как будто что-то понимал. У меня невольно даже рот приоткрылся от удивления! Увидев меня, мужчины встали, приветствуя. Гленн сказал, как будто извиняясь.

— На ферме у Линн мне приходилось заниматься бумагами и подсчётам. Вот и сейчас Грегор мне показал документацию, вроде бы все понятно.

Интересно, как он привычно сказал слово "документация", здесь оно не в ходу, это Грегор от меня нахватался…